Постановление от 2 февраля 2020 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

03 февраля 2020 года

Дело №

А56-95769/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Воробьевой Ю.В., судей Тарасюка И.М., Троховой М.В.,

при участии финансового управляющего ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 10.11.2018),

рассмотрев 28.01.2020 кассационную жалобу ФИО1, финансового управляющего ФИО4, на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.07.2019 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2019 по делу № А56-95769/2017/сд.,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2017 принято заявление о признании ФИО4 (ИНН <***>, СНИЛС <***>) несостоятельной (банкротом), возбуждено производство по делу.

Определением от 21.08.2018 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО1.

В рамках данного дела о банкротстве финансовый управляющий ФИО1 19.10.2018 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила признать недействительной сделкой должника договор от 28.11.2015 дарения 2/3 долей в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: Санкт-Петербург, Коломяжский пр., д. 15, корп. 2, лит. А, кв. 1025, (далее - квартира) в пользу ФИО5, ФИО6 и обязать Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Санкт-Петербургу внести в Единый государственный реестр недвижимости (далее - ЕГРН) сведения о недействительности записей о регистрации права собственности на 2/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру за одаряемыми.

Определением от 07.03.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Отдел опеки и попечительства администрации Муниципального образования Муниципального округа Комендантский Аэродром Приморского района Санкт-Петербурга (далее - Орган опеки).

Определением от 10.07.2019, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2019, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО1 просит отменить определение от 10.07.2019 и постановление от 14.10.2019, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Податель кассационной жалобы ссылается на несоответствие выводов, изложенных в судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, неполное выяснение обстоятельств, имеющих существенное значение для дела, неприменение норм права, подлежащих применению.

Финансовый управляющий не согласна с выводами судов о недоказанности признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества у должника на момент совершения оспариваемой сделки, об отсутствии в действиях ФИО4 злоупотребления правом.

Кроме того, податель жалобы считает, что судами не в полной мере исследованы обстоятельства расходования средств материнского капитала, полученного ФИО4

В отзыве, поступившем в суд 31.12.2019, Орган опеки возражает против удовлетворения кассационной жалобы, просит учесть позицию, изложенную в отзыве, представленном в суд первой инстанции.

В судебном заседании ФИО1 поддержала доводы кассационной жалобы, а представитель ФИО7 возражала против ее удовлетворения, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными.

Остальные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени рассмотрения кассационной жалобы, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов и установлено судами, 28.11.2015 должник (даритель) и ФИО2, действующий как законный представитель ФИО6 и ФИО5 (одаряемые) заключили договор, в соответствии с которым должник безвозмездно передал в собственность ФИО5 и ФИО6 по 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру.

Право собственности ФИО6 и ФИО5 на указанные доли в праве собственности на квартиру зарегистрировано в установленном законом порядке 16.12.2015.

Согласно представленным свидетельствам о рождении ФИО6 и ФИО5 должник ФИО4 является их матерью.

Полагая, что договор от 28.11.2015 заключен в период неплатежеспособности и недостаточности имущества должника с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, направлен на уменьшение активов должника и совершен с злоупотреблением правом, финансовый управляющий ФИО1 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий для признания сделки недействительной по заявленным основаниям, в том числе признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделки, причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным интересам кредиторов, злоупотребления сторонами правом при совершении сделки.

Суд апелляционной инстанции согласился с указанными выводами и оставил определение от 10.07.2019 без изменения.

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I- III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 этого Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для признания сделки совершенной должником с целью причинения вреда своим кредиторам достаточно установить совокупность следующих обстоятельств: совершение сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по заниженной цене (или безвозмездно), аффилированность сторон сделки.

Согласно правовой позиции, сформированной в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», для квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении подобного вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Поскольку оспариваемая сделка совершена должником 28.11.2015 (с учетом регистрации права собственности 16.12.2015), в то время как заявление о признании должника банкротом принято к производству определением суда от 05.12.2017, суды двух инстанций правильно установили факт совершения сделки в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом исходя из анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ доказательств, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о недоказанности конкурсным управляющим наличия у спорной сделки признаков как ничтожной сделки (статья 10 ГК РФ), так и оспоримой (статья 61.2 Закона о банкротстве).

Судами установлено, что согласно сведениям Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Курортном районе Санкт-Петербурга ФИО4 предоставлен государственный сертификат от 05.11.2008 серии МК-I № 0170250 на материнский (семейный) капитал, из средств которого

338 860,37 руб. направлены на приобретение квартиры в совместную собственность с ФИО6

ФИО4, действующая от себя и как законный представитель ФИО6, и ФИО8 19.09.2011 заключили договор купли-продажи квартиры, в соответствии с условиями которого ФИО4 приобрела в совместную собственность с ФИО6 квартиру (2/3 доли - ФИО4, 1/3 доля - ФИО6).

Из пункта 4 договора следует, что квартира приобретается за счет собственных денежных средств и средств материнского капитала.

Право собственности ФИО4 и ФИО6 на доли в квартире зарегистрировано 30.09.2011.

Правоотношения, связанные с использованием средств материнского (семейного) капитала, регулируются положениями Федерального закона от 29.12.2006 № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» (далее - Закон № 256-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 части 3 статьи 7 Закона № 256-ФЗ лица, получившие сертификат, могут распоряжаться средствами материнского (семейного) капитала в полном объеме либо по частям, в том числе направить его на улучшение жилищных условий.

В пункте 1 части 1 статьи 10 названного Закона указано, что средства (часть средств) материнского (семейного) капитала в соответствии с заявлением о распоряжении могут направляться: на приобретение (строительство) жилого помещения, осуществляемое гражданами посредством совершения любых не противоречащих закону сделок и участия в обязательствах (включая участие в жилищных, жилищно-строительных и жилищных накопительных кооперативах), путем безналичного перечисления указанных средств организации, осуществляющей отчуждение (строительство) приобретаемого (строящегося) жилого помещения, либо физическому лицу, осуществляющему отчуждение приобретаемого жилого помещения, либо организации, в том числе кредитной, предоставившей по кредитному договору (договору займа) денежные средства на указанные цели.

В силу части 4 статьи 10 Закона № 256-ФЗ жилое помещение, приобретенное (построенное, реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению.

Таким образом, специально регулирующим соответствующие отношения федеральным законом определен круг субъектов, в чью собственность поступает жилое помещение, приобретенное с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, и установлен вид собственности - общая долевая, возникающая у них на приобретенное жилье.

Исходя из положений указанных норм права дети должны признаваться участниками долевой собственности на объект недвижимости, приобретенный (построенный, реконструированный) с использованием средств материнского капитала.

При определении долей родителей и детей в праве собственности на жилое помещение необходимо руководствоваться частью 4 статьи 10 Закона

№ 256-ФЗ, а также положениями статей 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 14.03.2017 № 4-КГ16-73, от 11.06.2019

№ 18-КГ19-57, определение долей в праве собственности на квартиру должно производиться исходя из равенства долей родителей и детей на средства материнского (семейного) капитала, потраченные на приобретение этой квартиры.

В данном случае необходимо руководствоваться принципом соответствия долей в зависимости от объема собственных средств, вложенных в покупку жилья родителями (в том числе средств, принадлежащих каждому из родителей, не являющихся совместно нажитыми), а также средств материнского капитала. Материнский капитал должен распределяться на родителей и детей в равных долях. Доли детей в общем имуществе определяются пропорционально их доле в материнском капитале.

Судами установлено, что во исполнение части 4 статьи 10 Закона

№ 256-ФЗ ФИО4 12.10.2011 оформила в нотариальном порядке обязательство, согласно которому она обязуется оформить квартиру, приобретенную на средства материнского капитала в общую собственность себя, своего супруга и своих несовершеннолетних детей, ФИО6 и ФИО5

Таким образом, в силу изложенного нормативного регулирования, доли в квартире, приобретенной ФИО4 частично за счет средств материнского капитала, должны быть распределены, в том числе несовершеннолетним детям должника в определенном размере в силу прямого указания закона.

Как правильно отметили суды, в данном случае финансовый управляющий оспаривает сделку по дарению всех долей (2/3 доли) в праве собственности на квартиру, принадлежащих должнику, в пользу своих несовершеннолетних детей, результатом недействительности которой станет выбытие из собственности несовершеннолетних детей ФИО4 всех принадлежащих им долей в данной квартире, что недопустимо в силу положений Закона № 256-ФЗ.

При этом довод финансового управляющего о том, что материнский (семейный) капитал был использован ФИО4 при покупке 1/3 доли в праве собственности на квартиру в пользу ФИО6 по договору купли-продажи от 19.09.2011 является несостоятельным, поскольку доказательств, однозначно свидетельствующих об этом, материалы дела не содержат.

Согласно условиям договора купли-продажи от 19.09.2011 квартира без определения стоимости долей продается за 2 600 000 руб., в том числе средства материнского капитала в размере 338 860,37 руб.

Сведений о том, что приобретаемая ФИО4 в пользу

ФИО6 1/3 доли оплачена за счет средств материнского капитала, в договоре от 19.09.2011 не содержится.

Таким образом, доказательств, указывающих на наличие признаков злоупотребления правом при совершении договора дарения, а именно на то, что сделка, совершенная должником в пользу своих несовершеннолетних детей во исполнение обязательства, оформленного в соответствии с положениями Закона № 256-ФЗ, использована с целью вывода имущества и причинения вреда кредиторам должника (статья 10 ГК РФ), финансовым управляющим не представлено.

Обоснованным также является вывод судов об отсутствии совокупности условий для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды, оценив доводы финансового управляющего о наличии у ФИО4 на 28.11.2015 (дата совершения оспариваемой сделки) признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества с учетом положений статей 67, 68, 71 АПК РФ, пришли к обоснованному выводу о недоказанности этого обстоятельства.

Из решения Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 28.03.2016 по делу № 2-5724/16, на основании которого установлено требование ФИО9 к должнику, следует, что задолженность по возврату денежных средств в размере 7 900 000 руб. возникла на основании полученных от ФИО4 расписок, причем срок возврата денежных средств в них не указан. Задолженность по указанным распискам была взыскана с ФИО4 28.03.2016, то есть после совершения спорной сделки.

Оценив указанные обстоятельства, суд приходит к выводу, что в данном случае не имеется оснований для применения положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, в рамках данного обособленного спора не доказано наличие совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротства. Признаки наличия злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ) материалами дела также не подтверждаются.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

В рассматриваемом случае доводы подателя кассационной жалобы не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, а, по сути, сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела. Переоценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Поскольку финансовому управляющему при принятии кассационной жалобы, в соответствии с частью 2 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, то в соответствии со статьей 110 АПК РФ, абзацем 2 пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», государственная пошлина с учетом итогов рассмотрения кассационной жалобы подлежит взысканию с должника, в интересах которого действует финансовый управляющий, в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.07.2019 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2019 по делу № А56-95769/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1, финансового управляющего ФИО4, - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО4 (ИНН <***>, СНИЛС <***>) в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

Председательствующий

Ю.В. Воробьева

Судьи

И.М. Тарасюк

М.В. Трохова