Решение от 25 октября 2024 г. по делу № А40-309908/2023

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-309908/23-111-259
г. Москва
25 октября 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 09 октября 2024 года

Решение в полном объеме изготовлено 25 октября 2024 года


Арбитражный суд города Москвы

в составе судьи Цыдыповой А.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ворониной Е.Л.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску НОАНО ДПО «САПО» (443080, РОССИЯ, САМАРСКАЯ ОБЛ., ФИО1, ОКТЯБРЬСКИЙ ВН.Р-Н, ФИО1, КАРЛА МАРКСА ПР-КТ, Д. 192, ОФИС 914, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к ответчику ООО «ИНТЕРКОМ» (123242, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ПРЕСНЕНСКИЙ, САДОВАЯ-КУДРИНСКАЯ УЛ., Д. 11, СТР. 1, КОМ. 618, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

третьи лица Прокуратура г. Москвы, Росфинмониторинг

о взыскании задолженности по договору оказания услуг

при участии:

от истца – ФИО2, дов. б/н от 03.06.2024 г., диплом

от ответчика – не явился, извещен

от третьего лица Прокуратуры г. Москвы – ФИО3, дов. № б/н от 09.09.2024 г., удостоверение

от третьего лица Росфинмониторинг – не явился, извещен, представлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя



УСТАНОВИЛ:

НОАНО ДПО «САПО» (443080, РОССИЯ, САМАРСКАЯ ОБЛ., ФИО1, ОКТЯБРЬСКИЙ ВН.Р-Н, ФИО1, КАРЛА МАРКСА ПР-КТ, Д. 192, ОФИС 914, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ООО «ИНТЕРКОМ» (123242, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ПРЕСНЕНСКИЙ, САДОВАЯ-КУДРИНСКАЯ УЛ., Д. 11, СТР. 1, КОМ. 618, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о взыскании задолженности по договору в размере 199 500 руб. 00 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 29 667 руб. 71 коп., пени в размере 29 667 руб. 71 коп.

Определением суда от 28.08.2024 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Прокуратура г. Москвы. и Росфинмониторинг.

Истцом представлено заявление об уточнении исковых требований, в соответствии с которым истец просит взыскать с ответчика задолженность по договору в размере 199 500 руб. 00 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 29 162 руб. 07 коп. Уточнения приняты к рассмотрению в порядке ст. 49 АПК РФ, приобщены к материалам дела.

Исковые требования мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком встречного обязательства по оплате оказанных истцом услуг.

Ответчик иск не признал, в порядке ст. 131 АПК РФ представил отзыв на исковое заявление, в котором указал на отсутствие оригинала договора, копия которого представлена истцом в обоснование заявленных требований, заявил о снижении процентов за пользование чужими денежными средствами на основании ст. 333 ГК РФ.

Прокуратурой г. Москвы представлены письменные пояснения, согласно которым рассматриваемый спор инициирован НОАНО ДПО «САПО» с целью вывода денежных средств из оборота ООО «Интерком» и лишения ответчика средств, необходимых для возмещения причиненного государству ущерба в рамках уголовного дела № 12401230001000022, а также для последующего контролируемого банкротства ответчика.

Ответчик и третье лицо - Росфинмониторинг, в судебное заседание не явились, о дате, месте и времени рассмотрения дела извещены. Росфинмониторинг направил заявление о рассмотрении дела в отсутствие его представителя.

В соответствии с п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации № 12 от 17.02.2011 г. «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 г. № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» при наличии в материалах дела уведомления о вручении лицу, участвующему в деле, либо иному участнику арбитражного процесса копии первого судебного акта по рассматриваемому делу либо сведений, указанных в части 4 статьи 123 АПК РФ, такое лицо считается надлежаще извещенным при рассмотрении дела судом апелляционной, кассационной и надзорной инстанции, если судом, рассматривающим дело, выполняются обязанности по размещению информации о времени и месте судебного заседания, совершении отдельных процессуальных действий на официальном сайте Арбитражного суда в сети интернет в соответствии с требованиями абзаца второго части 1 статьи 121 АПК РФ.

Суд считает ответчика и третье лицо - Росфинмониторинг извещенными о дате, времени и месте судебного заседания, назначенного на 09.10.2024 г., поскольку к началу судебного заседания суд располагает сведениями о получении адресатами определения о приняитии искового заявления к рассмотрению, а также иными доказательствами получениями лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Суд считает возможным провести судебное заседание, в отсутствие надлежащим образом извещенных ответчика и третье лицо - Росфинмониторинг в соответствии со ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований по следующим основаниям.

В обоснование исковых требований истец ссылается на следующие обстоятельства.

01.09.2021 г. между НОАНО ДПО «САПО» и ООО «ИНТЕРКОМ» заключен договор № 336/3, в соответствии с п. 1 которого НОАНО ДПО «САПО» обязуется в течение срока действия Договора провести обучение, подготовку и проверку знаний Заказчика.

Во исполнение условий договора истцом оказаны услуги на сумму 199 500 руб., что подтверждается двусторонними актами, представленными в материалы дела.

Ответчиком оплата не произведена, в связи с чем в его адрес направлена претензия, которая оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в суд с настоящими требованиями.

Принимая решение, суд руководствовался следующим.

Согласно п. 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

На основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86 - 88 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25), в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения (пункт 86), а притворной - сделка или несколько сделок, совершенных на иных условиях, например, на иную сумму, в сравнении с действительной суммой исполнения (пункты 87 и 88).

В условиях аффилированности контрагентов сделки, надлежащим способом защиты права является, в том числе, иск о применении последствий недействительности ничтожной сделки по правилам пункта 3 и 4 статьи 1 ГК РФ, статьи 10, статьи 170 ГК РФ с учетом толкования, содержащегося в пунктах 1, 7, 78 и 86 постановления Пленума № 25 (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 310-ЭС20-2781).

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданскоправовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Приведенные подходы к оценке мнимости (притворности) сделок являются универсальными и в полной мере применимы к тем случаям, когда совершение таких сделок обусловлено намерением придать правомерный вид передаче денежных средств или иного имущества, полученного с нарушением закона.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

Расхождение волеизъявления с волей констатируется судом на основе анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии доказательств, очевидно указывающих на мнимость сделки, в том числе доводов стороны спора (пункт 2 статьи 64 АПК РФ) о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС17-14948 по делу № А40-148669/2016 от 05.02.2017, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда «дружественный» с должником кредитор инициирует судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов.

Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы «дружественного» кредитора и должника совпадают, совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели. Принятыми по таким спорам судебными актами могут нарушаться права других кредиторов, имеющих противоположные интересы и, как следствие, реально противоположную процессуальную позицию.

По объективным причинам, связанным с тем, что конкурирующие кредиторы и арбитражный управляющий не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному «дружественным» кредитором и должником, они ограничены в возможности предоставления достаточных доказательств, подтверждающих свои доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и «дружественным» кредитором.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на последнем. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Доказывание фактической аффилированности, при этом, не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Судом установлено, что в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление НОАНО ДПО «САПО» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Интерком». Определением Арбитражного суда г. Москвы от 25.09.2024 по делу № А40-127562/2024 судебное заседание по проверке обоснованности заявления кредитора отложено на 02.12.2024 г.

Согласно пояснениям Прокуратуры г. Москвы, по результатам проверки деятельности ООО «Интерком», проведенной УЭБ и ПК ГУ МВД России по Запорожской области, 28.03.2024 в отношении генерального директора организации ФИО4 и фактического руководителя ФИО5 (генерального директора головной компании АО «Интерком») возбуждено уголовное дело № 12401230001000022 по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, по факту хищения путем обмана группой лиц по предварительному сговору с использованием служебного положения денежных средств, принадлежащих Запорожской области, в сумме 66 948 361 руб.

Довод об аффилированности сторон подтверждается следующими обстоятельствами.

Так, руководитель ООО «Интерком» ФИО4 является учредителем ООО «Бердянские Жатки» (ИНН <***>), зарегистрированного по адресу: <...>. По данному же адресу зарегистрировано и Запорожское региональное отделение общероссийской общественной организации «Деловая Россия» (ИНН <***>), председателем которого является учредитель НОАНО ДПО «САПО» - ФИО6

Все указанные юридические лица зарегистрированы по месту нахождения ЧАО «Бердянские Жатки», временным управляющим имущества которого ранее являлось ООО «Интерком» на основании распоряжения председателя Совета Министров Военно-гражданской администрации Запорожской области от 26.12.2022 № 1239-р «О внесении изменений в Распоряжение Председателя Совета министров Военно-гражданской администрации Запорожской области от 03.10.2022 года № 556-р».

Ссылка на совпадение адресов места нахождения указанных юридических лиц подтверждается выписками из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Интерком», ООО «Бердянские Жатки», Запорожское региональное отделение общероссийской общественной организации «Деловая Россия», ЧАО «Бердянские Жатки».

Более того, головная организация АО «Интерком» также, как и НОАНО ДПО «САПО», расположена на территории Самарской области, что косвенно подтверждает факт аффилированности истца и ответчика по настоящему делу.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (ч. 1 ст. 64, ст. 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно п. 1 и 2 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В силу пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающие права и законные интересы другой стороны, содействующей ей, в том числе в получении необходимой информации, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

При этом по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 АПК РФ).

Как следует из материалов дела, между НО АНО ДПО «САПО» (исполнитель) и ООО «Интерком» (заказчик) заключен договор от 01.09.2021 № 336/3.

В соответствии с п. 1 Предмет договора: Истец обязуется в течение срока действия настоящего Договора провести обучение, подготовку и проверку знаний Заказчика по выбранному направлению согласно Приложению № 1 к договору.

Судебной практикой арбитражных судов выработан подход, согласно которому представление суду актов, не позволяющих установить существо оказываемых услуг, их характер, конкретных лиц, взаимодействовавших с представителями истца и ответчика, не является достаточным доказательством подтверждения оказания услуг (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2022 по делу № А40-255480/2021, оставленное без изменения постановлением Арбитражного суда Московского округа от 06.02.2023).

Оказание услуг по обучению, подготовке и проверке знаний предполагает выполнение исполнителем конкретных действий, консультаций, использование технических средств и программного обеспечения.

Такие действия могут подтверждаться составленными исполнителем документами, перепиской сторон и другими доказательствами.

Из представленных в материалы дела доказательств не представляется возможным установить факт оказания услуг на протяжении длительного времени при отсутствии каких-либо достоверных доказательств.

На основании п. 1.1 договора от 01.09.2021 № 336/3 оказание услуг осуществляется Исполнителем по заявке Заказчика по форме Исполнителя.

Между тем, материалы дела не содержат сведений о выданных ООО «Интерком» заявках на обучение.

Согласно п. 4.3 оплата производится по счетам, подписанным Исполнителем, по 100% предоплате за 5 (пять) дней до начала оказания услуг.

Вместе с тем материалы дела не содержат сведений о произведении ответчиком оплаты до момента оказания услуг в соответствии с п. 4.3 договора от 01.09.2021 № 336/3.

Оказание услуг на протяжении длительного времени в отсутствие оплаты со стороны ответчика ставит под обоснованное сомнение реальность оказанных услуг.

Суд также отмечает, что оригинал договора от 01.09.2021 № 336/3 не представлен истцом в материалы дела.

Несмотря на то, что оказанные услуги не были оплачены ООО «Интерком», истец продолжал оказывать консультационные услуги при наличии задолженности со стороны ответчика по первоначальному иску.

При этом представляются экономически необоснованными действия истца, в соответствии с которыми НОАНО ДПО «САПО» до 19.09.2023 не принимала реальных мер по взысканию указанной задолженности, а продолжала оказывать услуги.

В данном случае оказание услуг на сумму более 199 тыс. рублей без проведения оплаты является экономически нецелесообразным для некоммерческой организации, свидетельствует о неформальном, доверительном характере взаимоотношений между истцом и ответчиком.

Подобное поведение нехарактерно для добросовестных участников экономического оборота.

Вместе с тем в материалы настоящего дела какого-либо обоснования экономической целесообразности и реальной необходимости оказания подобных услуг для ООО «Интерком», а также их фактического предоставления со стороны истца не представлено.

Кроме того, согласно п. 2.1.2 договора от 01.09.2021 № 336/3 Исполнитель обязан обеспечить выдачу документов установленного образца представителям Заказчика, успешно прошедшим обучение, подготовку, проверку знаний.

На основании п. 4.4. договора от 01.09.2021 № 336/3 факт оказания услуг также может быть подтвержден документами об окончании обучения и подготовки, оформленными в соответствии с действующим законодательством.

Однако в материалах дела не содержится документов о выдаче со стороны истца по первоначальному иску работникам ООО «Интерком» документов, подтверждающих успешное прохождение обучения, подготовки и проверки знаний.

Согласно статье 53.2 ГК РФ в случаях, если настоящий Кодекс или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированности), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом.

Из смысла статьи 53.2 ГК РФ следует, что аффилированность предполагает наличие взаимного интереса или взаимной зависимости между юридическими лицами или их участниками, органами управления и т.п. Данный принцип не является основанием для ограничения деятельности субъекта. Однако аффилированность свидетельствует о единстве интересов, целей принятия и реализации отдельных решений.

В рассматриваемом случае действия сторон, являющихся аффилированными лицами, были направлены не на исполнение договора, а на создание искусственных оснований для получения права на денежное взыскание.

Аналогичная позиция изложена в решении Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 02.09.2022 по делу № А56-103849/2021, оставленном без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.02.2023 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 10.07.2023.

Гражданско-правовой договор об оказании услуг заключен фактически аффилированными сторонами при отсутствии экономической целесообразности сделок вследствие неравноценного встречного исполнения, в связи с чем в реальности оказания услуг, явившихся предметом указанного договора, следует усомниться.

Таким образом, представленные в материалы дела акты оказанных услуг сами по себе не могут подтверждать факт реального оказания услуг.

О недобросовестном поведении истца по первоначальному иску последовательно указывает ООО «Интерком» как в отзывах на исковое заявление, в том числе в уточненном, так и во встречном исковом заявлении, отмечая отсутствие договорных отношений по спорной задолженности.

С настоящим исковым заявлением НОАНО ДПО «САПО» обратилась в суд только 29.12.2023, что свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца.

Подобное поведение нехарактерно для добросовестных участников экономического оборота.

Истцом в обоснование исковых требований не приведены доказательства, подтверждающие отражение сделки, по которой он просит взыскать задолженность, в данных бухгалтерской и налоговой отчетности истца и ответчика.

Так, согласно представленным в материалы дела доказательствам, суд приходит к выводу о том, что между сторонами сделки (истцом и ответчиком) сформирован формальный документооборот.

Таким образом, истцом не представлено доказательств реальности совершенной сделки, обстоятельств ее заключения и исполнения (отражение данных в документах бухгалтерского учета).

Мотивы совершения спорной сделки сторонами не приведены.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (1), от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647 (7), от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6)), действующим законодательством не запрещается заключение сделок с аффилированными лицами, и сам факт совершения таких сделок, не влечет их ничтожность, вместе с тем, в ситуации предъявления к должнику требований аффилированного кредитора сложившейся судебной практикой в целях воспрепятствования злоупотреблению правами участниками правоотношений выработаны следующие критерии распределения бремени доказывания: при представлении доказательств общности экономических интересов (аффилированности) должника с участником процесса и заявлении возражений относительно наличия и размера задолженности должника перед аффилированным кредитором, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства; судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения. Такое распределение бремени доказывания обусловлено необходимостью установления обоснованности и размера спорного долга, возникшего из договора.

Факт аффилированности предъявившего требование кредитора и должника, хотя и не свидетельствует сам по себе о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, так и должника. Поскольку правоотношения оформлены аффилированными лицами, заинтересованными в формировании искусственной кредиторской задолженности, для проверки факта наличия и размера задолженности заявитель должен раскрыть все финансовые отношения сторон. В связи с аффилированностью должника по отношению к заявителю, последний обязан исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки, что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав.

В рассматриваемом деле подлежит применению необходимый в данном случае повышенный стандарт доказывания, по результатам изучения представленных истцом в подтверждение реальности договора возмездного оказания услуг и доказательств прокуратура города пришла к выводу о недоказанности реальности и обычного характера спорной сделки, установив признаки злоупотребления правом (статья 10 ГК РФ).

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

В силу положений статьи 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется в том числе путем признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из легального определения мнимой сделки следует, что такая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, является ничтожной (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

При этом, как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12, что поскольку пункт 2 статьи 167 ГК РФ связывает применение реституции с фактом исполнения сделки, к мнимой сделке применение реституции невозможно.

Согласно п. 9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного 08.07.2020 Президиумом Верховного Суда Российской Федерации, обход участниками гражданского оборота положений законодательства в противоправных целях, связанных с совершением незаконных финансовых операций, может являться основанием для вывода о недействительности сделки и отказа в удовлетворении требований, предъявленных в суд в этих целях.

В соответствии со ст. 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные ст. 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Кроме того, в силу п. 4 ст. 166 ГК РФ суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 Гражданского кодекса Российской Федерации), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ) (пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25).

В п. 6 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, разъяснено, что сделки, направленные на придание правомерного вида операциям с денежными средствами и имуществом, полученным незаконным путем, в том числе мнимые и притворные сделки, а также сделки, совершенные в обход положений законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, могут быть признаны посягающими на публичные интересы и ничтожными, что исключает возможность удовлетворения судом основанных на таких сделках имущественных требований, не связанных с их недействительностью.

При оценке того, имеются ли признаки направленности действий участвующих в деле лиц на придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению денежными средствами или иным имуществом, приобретенными незаконным путем, судам необходимо исходить из того, что по смыслу п. 2 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» такие признаки могут усматриваться, в частности, в запутанном или необычном характере сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, а также учитывать разъяснения, данные в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 07.07.2015 № 32 «О судебной практике по делам о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, и о приобретении или сбыте имущества, заведомо добытого преступным путем».

С учетом изложенного, оценив имеющиеся в деле доказательства, принимая во внимание рекомендации, изложенные в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, суд приходит к выводу о недоказанности реальности совершенных хозяйственных операций по договору возмездного оказания услуг от 01.09.2021 № 336/3 на общую сумму 199 500 руб., наличии оснований для квалификации указанного договора как сомнительной (мнимой) сделки, цель совершения которой не соответствует положениям законодательства и не направлена на создание тех правовых последствий, которые характеры для данной сделки. Реальной целью истца явилось легализация задолженности по мнимой сделке с использованием механизма судебного акта, искусственное создание банкротных правоотношений с целью «наращивания» искусственной кредиторской задолженности для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

С учетом изложенного, требования истца, основанные на ничтожной сделке, не подлежат удовлетворению и в удовлетворении иска надлежит отказать.

При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга. В связи с чем надлежащих доказательств исполнения вышеуказанного договора истцом по первоначальному иску не представлено.

Кроме того, из представленных в материалы дела документов не усматривается экономическая целесообразность и реальность сделки, совершение которой было направлено на достижение реальных правовых последствий.

Судом в адрес ИФНС России № 3 по г. Москве направлен запрос о предоставлении сведений об аффилированности, о мнимости или реальности хозяйственных отношений между ООО «Интерком» и НОАНО ДПО «САПО».

Согласно ответу налогового органа от 18.07.2024, в налоговых декларациях по НДС ООО «Интерком» не отражены операции по взаимоотношениям с НОАНО ДПО «САПО».

Учитывая изложенные обстоятельства, суд, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 АПК РФ и другие положения Кодекса, признает не подлежащими удовлетворению исковые требования, заявленные НОАНО ДПО «САПО» (443080, РОССИЯ, САМАРСКАЯ ОБЛ., ФИО1, ОКТЯБРЬСКИЙ ВН.Р-Н, ФИО1, КАРЛА МАРКСА ПР-КТ, Д. 192, ОФИС 914, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к ООО «ИНТЕРКОМ» (123242, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ПРЕСНЕНСКИЙ, САДОВАЯ-КУДРИНСКАЯ УЛ., Д. 11, СТР. 1, КОМ. 618, ОГРН: <***>, ИНН: <***>).

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь статьями 65, 67, 68, 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд г. Москвы



РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований НОАНО ДПО «САПО» (443080, РОССИЯ, САМАРСКАЯ ОБЛ., ФИО1, ОКТЯБРЬСКИЙ ВН.Р-Н, ФИО1, КАРЛА МАРКСА ПР-КТ, Д. 192, ОФИС 914, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к ООО «ИНТЕРКОМ» (123242, РОССИЯ, Г. МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ПРЕСНЕНСКИЙ, САДОВАЯ-КУДРИНСКАЯ УЛ., Д. 11, СТР. 1, КОМ. 618, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о взыскании задолженности по договору оказания услуг отказать.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с момента его изготовления в полном объеме.



СУДЬЯ А.В. Цыдыпова