Постановление от 8 апреля 2024 г. по делу № А65-21905/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-2018/2024

Дело № А65-21905/2022
г. Казань
08 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 апреля 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Сабирова М.М.,

судей Гильмановой Э.Г., Кашапова А.Р.,

при участии представителей:

от Акая Джемила – ФИО1 (доверенность от 02.08.2022),

от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 11.08.2022),

в отсутствии ФИО4, извещенной надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп» в лице участника Аккая Джемила, г. Казань,

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.09.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2023

по делу № А65-21905/2022

по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп», г. Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>), в лице участника Аккая Джемила к ФИО2, г. Казань, о взыскании убытков, расходов на оплату услуг представителя,

с участием в деле в качестве третьего лица ФИО4, г. Казань,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «СН-Сервисгрупп» (далее - Общество) в лице участника Аккая Джемила обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к ФИО2 о взыскании 10890587 руб. 87 коп. убытков, 50000 руб. расходов на оплату услуг представителя.

Исковое заявление мотивировано необоснованным увеличением ФИО2 в период исполнения обязанностей директора Общества собственной заработной платы, выплаты премий, получении денежных средств, расходованием денежных средств Общества при отсутствии согласия участника Общества.

ФИО2 в отзыве на исковое заявление просил отказать в его удовлетворении, поскольку увеличение заработной платы директора и иных работников Общества производилось по согласованию с участниками Общества, из заработной платы ФИО2 производилась выплата дивидендов ФИО5, часть финансовых документов Общества изъята ФИО5, все расходы средств Общества производились по согласованию участников, по части требований пропущен срок исковой давности, до обращения в суд какие-либо претензии не заявлялись.

Определением от 03.07.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена ФИО4.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.09.2023 в удовлетворении исковых требований отказано.

Решение суда первой инстанции мотивировано согласованием участниками Общества повышения заработной платы ФИО2, подтверждением расходования средств в интересах Общества авансовыми отчётами и оправдательными документами, не доказанностью совокупности оснований для взыскания убытков, пропуском срока исковой давности по требованиям за 2017 – 2018 годы.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2023 решение суда первой инстанции от 26.09.2023 оставлено без изменения.

В обоснование принятого по делу судебного акта апелляционный суд указал на правомерность выводов суда первой инстанции.

Не согласившись с выводами судебных инстанций, Общество в лице участника ФИО5 обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит состоявшиеся судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение.

Судебными инстанциями, по мнению заявителя кассационной жалобы, необоснованно в качестве доказательства приняты показания бухгалтера Общества, наличие оправдательных документов не свидетельствует об отсутствии у Общества убытков, судами не дана оценка целесообразности расходования денежных средств Общества, неправомерен вывод судов о пропуске срока исковой давности, ФИО2 ограничивал доступ второго участника Общества к документам.

ФИО2 в письменных пояснениях просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы, поскольку судами обоснованно приняты во внимание свидетельские показания, ограничение второго участника в доступе к документам не доказано, ФИО5 изъята часть документов Общества, причинение убытков опровергается данными бухгалтерского учёта Общества, факт причинения убытков Обществу не доказан, судами правомерно установлен пропуск срока исковой давности по части требований.

В судебном заседании представитель ФИО5 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе. Указал, что судами не дана надлежащая оценка представленным ФИО5 документам, отсутствуют оправдательные документы по полученным в банке денежным средствам, ФИО2 неправомерно увеличена заработная плата. На вопрос судебной коллегии пояснил, что за всё время существования Общества хозяйственная деятельность документально не оформлялась, протоколы общих собраний не оформлялись, все договорённости осуществлялись в устном порядке, при этом, после первоначального увеличения заработной платы директора, в последующем изменение зарплаты не согласовывалось.

Представитель ФИО2 в судебном заседании просил оставить судебные акты без изменения по доводам, изложенным в письменных пояснениях. Указал, что судами дана надлежащая правовая оценка всем доводам по делу, с момента образования Общества в 2007 году все хозяйственные вопросы решались в устном порядке, доказательства уклонения Общества от предоставления документов отсутствуют. Напротив, ФИО5 были незаконно изъяты и не возвращены бухгалтерские документы Общества. Не доказано наличие оснований для взыскания убытков.

Проверив законность обжалованных по делу судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьёй 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы поданной по делу кассационной жалобы, письменных пояснений ФИО2, заслушав представителей сторон по делу, судебная коллегия суда округа не находит правовых оснований для удовлетворения поданной по делу кассационной жалобы.

Из представленных в материалы дела доказательств усматривается следующее.

В соответствии со сведениями из Единого государственного реестра юридических лиц Общество образовано путём создания и зарегистрировано в качестве юридического лица 30.11.2009.

Участниками Общества, владеющими равными долями по 50% в уставном капитале до 05.07.2022 являлись ФИО5 и ФИО2

С 05.07.2022 ФИО5 является участником Общества владеющим долей в размере 50%. 50% доли уставного капитала принадлежит Обществу.

Решением общего собрания участников Общества от 09.12.2014 директором общества назначен ФИО2, о чем внесена соответствующая запись № 6141690063630 в Единый государственный реестр юридических лиц.

Приказом (распоряжением) о переводе работника на другую работу от 09.12.2014 №176пер ФИО2 установлен должностной оклад в размере 23000 руб.

В дальнейшем размер должностного оклада директора Общества ФИО2 был увеличен до 62400 руб. на основании устной договорённости между участниками Общества.

Согласно доводам ФИО5, в период нахождения ФИО2 в должности директора Общества (с 2014 года по настоящее время) последний ограничивал доступ второго участника к документам, в результате чего второй участник Общества был лишён возможности принимать участие в согласовании и контроле финансовых операций и иных действий, в том числе касающихся решения кадровых вопросов. По результатам произведённого ФИО5 в 2022 году аудита деятельности Общества стало известно о том, что в период с 2017 года по 2021 год ФИО2 как директором Общества произвольно в отсутствие согласия другого участника Общества и в нарушение установленных законодательством процедур, в ущерб экономическим интересам Общества, производилось самостоятельное систематическое увеличение его должностного оклада, премирование, а также необоснованное расходование денежных средств Общества в личных и иных целях.

За 2017 год ФИО2 произведено самостоятельное увеличение собственной заработной платы до 126379 руб. 69 коп., а также премирование и начисление отпускных выплат. Всего за указанный период общий размер необоснованно начисленных сумм составил 771356 руб. 26 коп. Кроме того, за указанный период были получены дивиденды на общую сумму 115000 руб.

За 2018 год ФИО2 произведено самостоятельное увеличение собственной заработной платы до 205490 руб. 21 коп., а также премирование и начисление отпускных выплат. Всего за указанный период общий размер необоснованно начисленных сумм составил 1568882 руб. 56 коп.

За 2019 год ФИО2 произведено самостоятельное увеличение собственной заработной платы до 308197 руб. 97 коп., а также премирование и начисление отпускных выплат. Всего за указанный период общий размер необоснованно начисленных сумм составил 2801375 руб. 59 коп.

За 2020 год ФИО2 собственная заработная плата установлена в размере 165600 руб. 95 коп, осуществлено премирование и начисление отпускных указанный период. Общий размер необоснованно произведённых выплат составил 1090211 руб. 37 коп.

За 2021 год ФИО2 собственная заработная плата установлена в размере 185123 руб. 56 коп., а также осуществлено премирование и начисление отпускных выплат. Всего за указанный период общий размер произведенных выплат составил 1324482 руб. 74 коп.

Соответственно, за период с 2017 года по 2021 год ФИО2, являющимся директором Общества, размер необоснованно полученных денежных средств составил 7556308 руб. 52 коп.

Кроме того, за период с 2017 года по 2021 год ФИО2 произведено необоснованное и неразумное расходование денежных средств Общества в личных и иных целях при наличии и отсутствии оправдывающих соответствующие финансовые операции документов, в том числе:

- на приобретение продуктов питания и алкогольной продукции при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 46365 руб. 37 коп., в 2018 году - на общую сумму 35570 руб. 66 коп., в 2020 году - на общую сумму 1255 руб. 88 коп., в 2021 году - на общую сумму 8232 руб. 82 коп;

- на приобретение подарочной продукции при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 94017 руб. 60 коп., в 2018 году - на общую сумму 143726 руб. 66 коп., в 2019 году – на общую сумму 85000 руб., в 2020 году - на общую сумму 13503 руб. 50 коп.;

- на получение услуг организаций общественного питания (ресторан) при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 10123 руб., в 2020 году - на общую сумму 9390 руб., в 2021 году – на общую сумму 5812 руб.;

- на приобретение цветочной продукции при наличии оправдательных документов: в 2017 году - на общую сумму 13769 руб. 73 коп., в 2018 году - на общую сумму 8977 руб. 98 коп., в 2019 году – на общую сумму 2349 руб. 90 коп., в 2020 году - на общую сумму 22837 руб. 94 коп., в 2021 году - на общую сумму 17290 руб. 85 коп.;

- на приобретение украшений для помещений (воздушные шары) при наличии оправдательных документов: в 2018 году на общую сумму 564 руб.;

- на получение услуг по мойке транспортного средства при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 1183 руб.;

- на приобретение печатной продукции при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 249 руб. 80 коп.;

- на приобретение новогодней подарочной продукции при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 5643 руб. 26 коп., в 2021 году - на общую сумму 14113 руб. 37 коп.;

- на получение услуг по ремонту автотранспортного средства при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 1700 руб.;

- на приобретение новогодних украшений при наличии оправдательных документов: в 2019 году - на общую сумму 4910 руб.;

- на приобретение продукции «Герболайф» при наличии оправдательных документов: в 2020 году - на общую сумму 25075 руб. 71 коп.;

- расходы, не имеющие соответствующих оправдывающих финансовые операции документов, составили: в 2017 году - на общую сумму 720804 руб., в 2018 году - на общую сумму 1052000 руб., в 2019 году - на общую сумму 12651 руб. 27 коп., в 2020 году - на общую сумму 445759 руб. 47 коп., в 2021 году - на общую сумму 127422 руб. 66 коп.;

- расходы на приобретение горюче-смазочных материалов составили: в 2017 году - на общую сумму 23417 руб. 04 коп., в 2018 году - на общую сумму 51564 руб. 40 коп., в 2019 году - на общую сумму 84676 руб. 31 коп., в 2020 году - на общую сумму 67402 руб. 86 коп., в 2021 году - на общую сумму 54718 руб. 31 коп.;

- расходы на проведение теста на ковид составили 7200 руб. (за 2020 год).

Общий размер необоснованно израсходованных денежных средств Общества в личных и иных целях при наличии и отсутствии оправдывающих соответствующие финансовые операции документов составил 3219279 руб. 35 коп.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения в суд с исковыми требованиями о взыскании 10890587 руб. 87 коп. убытков.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, судебные инстанции исходили не доказанности наличия совокупности оснований для привлечения ФИО2 к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков.

Суд округа соглашается с указанными выводами судебных инстанций в силу следующего.

В соответствии с положениями статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества при осуществлении прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несёт ответственность перед обществом за убытки, причинённые обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесённых убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками. Для удовлетворения требований заявителя о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных элементов.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62) в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

При определении неразумного поведения директора, судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановления № 62).

В пункте 6 Постановления № 62 разъяснено, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков. Вместе с тем арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении директором убытков, причинённых юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

При этом, поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечён к ответственности за причинённые юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Устанавливая фактические обстоятельства оп делу, судебные инстанции пришли к следующим выводам.

ФИО2 с 30.11.2009 по 05.07.2022 являлся участником, владеющим 50% уставного капитала Общества.

С 09.12.2014 по настоящее время он выполняет функцию единоличного исполнительного органа Общества.

Обществом с ФИО2 был заключён трудовой договор от 11.01.2010 № 35/10-2010, согласно условиям которого, ФИО2 обязуется выполнять работу по должности консультанта.

Приказом от 09.12.2014 № 17пер на основании решения общего собрания участников Общества от 09.12.2014 ФИО2 был переведён на должность директора Общества с окладом 23000 руб.

Из материалов дела усматривается, что дополнительные соглашения к указанному трудовому договору, либо новый трудовой договор в письменном виде не заключались.

В период с 2014 года по 2022 год произошло повышение заработной платы директора ФИО2 с 23000 руб. до 158000 руб.

При этом, согласно пояснениям представителя ФИО5, размер должностного оклада ФИО2 как директора Общества был увеличен до 62400 руб. на основании устной договоренности со вторым участником Общества - ФИО5

В опровержение доводов о причинении ущерба Обществу в материалы дела ФИО2 был представлен протокол допроса третьего лица - ФИО4 от 21.10.2022, предупреждённой об уголовной ответственности, которая дала показания в качестве свидетеля, произведённый нотариусом ФИО6.

Согласно пояснениям третьего лица в указанном протоколе, ФИО4 работала в должности главного бухгалтера Общества с 11.01.2010 по 30.06.2022. У ФИО2 сумма заработной платы складывалась из его окладной части и суммы дивидендов обоих учредителей. Денежные средства в размере причитающихся ФИО5 дивидендов передавались ФИО2 ФИО5 наличными денежными средствами. С самого начала деятельности организации, ФИО5 получал дивиденды только «неофициально». Дивиденды начислялись и выплачивались в соответствии с принятыми решениями ФИО5 и ФИО2 По просьбе ФИО5, выплата дивидендов ФИО5 осуществлялась ежемесячно путём выплаты заработной платы его супруге ФИО7, которая приказом была оформлена в Общество на должность консультанта, но фактически никогда не работала. В 2017 году выплаты официальных дивидендов ФИО5 произвели его супруге ФИО7 Примерно с середины 2019 года по решению ФИО5 и ФИО2 выплата дивидендов ФИО5 производилась через получение заработной платы ФИО2, из-за чего произошло повышение его заработной платы. А в 2022 году, когда ими было принято решение о закрытии организации, были выплачены остатки дивидендов наличным из кассы организации. Денежные средства ежемесячно передавались ФИО5 по ведомости, в подтверждение их получения ФИО5 расписывался. Данная ведомость хранилась в бухгалтерских документах - в папке «за балансом». 31.03.2022 вышеуказанная папка, в числе других бухгалтерских документов, была вывезена ФИО5 и не возвращена в Общество.

В системной взаимосвязи представленных в материалы дела доказательств, в том числе, пояснений представителя ФИО5 о наличии устной договоренности о повышении заработной платы до 62400 руб., возникшего в Обществе корпоративного конфликта, судебные инстанции обоснованно отклонили доводы ФИО5 о причинении Обществу убытков в результате повышения ФИО2 себе заработной платы, поскольку критически отнеслись к доводам о несогласовании указанных действий (размера заработной платы) с участником общества ФИО5

При этом, судами так же обоснованно было учтено, что на протяжении длительного времени корпоративные решения участниками Общества принимались в устном порядке, не оформлялись и не фиксировались, что, тем не менее, позволяло Обществу вести продуктивную хозяйственную деятельность вплоть до возникновения корпоративного конфликта.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании убытков в отношении расходов, подтверждённых оправдательными документами, судебные инстанции исходили из следующего.

Экономический субъект обязан вести бухгалтерский учёт в соответствии с Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте» (далее - Закон о бухучёте), если иное не установлено данным Федеральным законом.

Бухгалтерский учёт ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации (пункты 1 и 3 статьи 6 Закона о бухучёте).

Согласно части 1 статьи 9 Закона о бухучёте каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учётным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учёту документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичный учётный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания.

Согласно абзацу второму пункта 6.3 Указания Банка России от 11.03.2014 № 3210-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами и упрощенном порядке ведения кассовых операций индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства» подотчётное лицо обязано в срок, не превышающий трёх рабочих дней после дня истечения срока, на который выданы наличные деньги под отчёт, или со дня выхода на работу, предъявить главному бухгалтеру или бухгалтеру (при их отсутствии - руководителю) авансовый отчёт с прилагаемыми подтверждающими документами.

Как было указано ФИО5 ко взысканию с ФИО2 были предъявлены убытки в отношении полученных денежных средств, расходование которых подтверждено оправдательными документами и авансовыми отчётами.

Учитывая наличие оправдательных документов, а также авансовых отчётов, судебные инстанции правомерно указали, что указанные расходы не могут быть признаны убытками Общества, поскольку к компетенции суда не относится определение целесообразности несения тех или иных расходов генеральным директором хозяйствующего субъекта.

При этом, давая оценку предъявленным ФИО5 требованиям как не подтверждёнными надлежащими доказательствами, судебные инстанции руководствовались следующим.

В исковом заявлении ФИО5 ссылается на проведённый в 2022 году аудит, однако заключение аудиторской проверки в материалы дела не представлено.

Аналитическая справка размер убытков в отсутствии первичной документации не подтверждает.

Представленные в материалы дела карточки 71 счёта, в отсутствие иных доказательств, не могут являться достаточными доказательствами получения ФИО2 денежных средств.

Развернутый расчёт убытков согласно выписке по расчётному счёту Общества представленной в материалы дела АО «Энергобанк» ФИО5 не представлен.

При указанных обстоятельствах, судебные инстанции правомерно указали, что материалами дела не подтверждены сам факт причинения убытков, их размер, а также причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и причинёнными убытками.

По мнению суда округа так же обоснованными являются выводы судебных инстанций о пропуске срока исковой давности по требованиям за 2017 – 2018 годы.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43) течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 15 Постановления № 43, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Судом округа не могут быть приняты во внимание доводы кассационной жалобы о наличии со стороны ФИО2 препятствий в получении документов Общества как не подтверждённые надлежащими доказательствами об обращении в Общество за предоставлением документов.

На основании материалов дела, в том числе пояснений самого ФИО5, судебными инстанциями установлено, что все вопросы относительно хозяйственной деятельности Общества решались участниками в устном порядке, без оформления какой-либо документации. При этом, Общество осуществляет свою деятельность с 2007 года. Доказательства наличия между участниками Общества разногласий относительно хозяйственной деятельности до 2022 года не представлены.

При этом, доводы кассационной жалобы о не представлении Обществом документации о деятельности Общества не подтверждены какими-либо доказательствами.

В установленном законом порядке требования о предоставлении документов ФИО5 не заявлялись.

Фактически доводы заявителя кассационной жалобы не свидетельствуют о незаконности судебных актов, основаны на ошибочном толковании положений законодательства, направлены на иную оценку доказательств по делу и переоценку выводов судебных инстанций, что не отнесено процессуальным законодательством к полномочиям суда округа.

При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения поданной по делу кассационной жалобы и отмены обжалованных судебных актов.

Расходы по государственной пошлине за рассмотрение кассационной жалобы судебная коллегия в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относит на заявителя кассационной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.09.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2023 по делу № А65-21905/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1, 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья М.М. Сабиров



Судьи Э.Г. Гильманова



А.Р. Кашапов