Решение от 4 июня 2024 г. по делу № А49-6550/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПЕНЗЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

440000, г. Пенза, ул. Кирова, 35/39, тел. (8412) 52-99-09, факс 55-36-96

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А49-6550/2023
г. Пенза
05 июня 2024 года
Арбитражный суд Пензенской области в составе судьи Ж.В. Кудрявцевой, при ведении протокола судебного заседания секретарем Н.Н. Галовой, рассмотрев в судебном заседании

дело по иску ФИО1 (г. Пенза)

к ФИО2 (442430, Пензенская область, Шемышейский район)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора:

Общество с ограниченной ответственностью «Костамаш» (442430, <...>)

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 39 939 руб. 16 коп.,

при участии:

от истца: ФИО3 – представитель по доверенности, после перерыва не явилась, извещена,

от ответчика: ФИО4 – представитель по доверенности,

установил:

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Пензенской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующего должника ООО «Костамаш» лица, бывшего руководителя ФИО2 и взыскании 39 939 руб. 16 коп.

Исковое заявление мотивировано совершением ответчиком действий, повлекших невозможность удовлетворения требований должника перед кредитором.

Судебное заседание неоднократно откладывалось с целью представления дополнительных доказательств.

Налоговым органом по запросу суда в материалы дела была предоставлена бухгалтерская отчетность ООО «Костамаш» за 2013 год (баланс, отчет о финансовых результатах).

Судебное заседание отложено на 22.05.2024г., объявлен перерыв на 29.05.2024г., на 30.05.2024г., на 05.06.2024г.

Истец в судебное заседание после перерыва не явился, извещен.

В судебном заседании 29.05.2024г. от истца поступило ходатайство об истребовании из налогового органа бухгалтерской и налоговой отчетности ООО «Костамаш» за 2014г.

Представление указанной отчетности, по мнению истца, обусловлено необходимостью проверки документации, представленной в материалы дела о банкротстве ООО «Костамаш» (№А49-534/2015) ликвидатором.

Рассмотрев ходатайство истца, суд отклоняет его на основании следующего.

В силу части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства.

В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Согласно абзацу второму части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле, обращающееся в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательства, должно обозначить доказательство, указать, какие обстоятельства могут быть установлены этим доказательством, назвать причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

Таким образом, статья 66 АПК РФ закрепляет процессуальный порядок, при котором возможно удовлетворение ходатайства об истребовании доказательств.

Рассмотрев данное ходатайство, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для его удовлетворения, поскольку заявитель не обосновал доказательственное значение истребуемых доказательств для рассмотрения настоящего дела.

Представитель истца поддержал требование о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности.

Ответчик в отзыве на иск, просит отказать в полном объеме в удовлетворении заявления по основаниям, изложенным в отзыве  и дополнениях к отзыву.

Информация о принятии заявления к производству, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда Пензенской области в сети Интернет по адресу: www.penza.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах арбитражный суд, руководствуясь пунктом 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся участников процесса.

Исследовав материалы дела, суд установил следующее:

Общество с ограниченной ответственностью «Костамаш»  является юридическим лицом, зарегистрировано 01.06.2011г.

Юридический адрес: <...>.

Основным видом деятельности согласно выписке из ЕГРЮЛ является производство машин и оборудования для производства пищевых продуктов, напитков и табачных изделий (28.93).

Уставный капитал предприятия 10 000 руб.

Учредителем Общества является ФИО2.

В связи с тяжелым финансовым положением и прекращением деятельности 13.01.2015г. принято решение о ликвидации и  назначении  ликвидационной комиссии.

Определением суда от 29.01.2015г. возбуждено дело о банкротстве ООО «Комстамаш».

Решением Арбитражного суда Пензенской области по делу № А49-534/20215 от 24.02.2015г. ООО «Костамаш» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

Определением от 05.08.2020г. по делу № А49-534/2015 производство по делу о банкротстве ООО «Костамаш» прекращено на основании абз. 8 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве (в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве).

Как следует из материалов дела о банкротстве ООО «Костамаш», определением от 13.05.2015г. в реестр требований кредиторов должника включено требование ООО «Консультант Регион Сервис» (ИНН <***>).

Определением от 11.01.2016г. произведена процессуальная замена кредитора – ООО «Консультант Регион Сервис» (ИНН <***>) в третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Костамаш» на процессуального правопреемника ФИО1 с размером требований 39 939,16 руб.

Из материалов дела о банкротстве (А49-534/2015) усматривается, что 01.02.2016г. кредитор ФИО1 обратился в суд с заявлением о привлечении единственного участника и бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным статьями 9, 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В обоснование заявления сослался на следующие обстоятельства: ФИО2, являясь единственным участником должника, в период выполнения им функций единоличного исполнительного органа совершил сделки в ущерб  интересам должника и его кредиторов, а именно:

- 11.06.2014г. оплатил с расчетного счета ООО «Костамаш» ИП ФИО5 1 000 000,00 рублей за покупку земельного в собственность ФИО2,

- 27.02.2014г. оплатил с расчетного счета ООО «Костамаш» ИП ФИО2 по притворному договору аренды 400 000,00 руб.,

- 24.01.2014г. перечислил ФИО2 по притворным договорам беспроцентного займа 830 000,00 руб.,

- 30.04.2014г. оплатил с расчетного счета ООО «Костамаш» задолженность ФИО2 по кредиту и процентам  889 967,68 руб.,

- 11.06.2015г. оплатил с расчетного счета ООО «Костамаш» ИП ФИО2 по притворному договору аренды 500 000,00 руб.,

- 30.04.2014г. оплатил с расчетного счета ООО «Костамаш» задолженность ООО «Коригово» по кредиту на сумму 227 406,46 руб. (учредителем  ООО «Ковригово» являлся сын ФИО6 – ФИО7).

В качестве доказательств совершения указанных сделок представил выписку с расчетного счета ООО «Костамаш» в ПАО МДМ Банк.

Как следует из материалов дела о банкротстве должника, в рамках дела о банкротстве ООО «Костамаш» указанные кредитором перечисление недействительными не признаны.

Определением от 25.04.2016г. производство по рассмотрению заявления ФИО1 о привлечении единственного участника и бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Костамаш» приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Определением от 15.01.2020г. производство по заявлению ФИО1 о привлечении единственного участника и бывшего руководителя должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Костамаш» оставлено без рассмотрения в связи с прекращением производства по делу о банкротстве ООО «Костамаш» (№ А49-534/2015).

Определением Арбитражного суда Пензенской области 19.10.2021г. заявление уполномоченного органа – ФНС России в лице УФНС по Пензенской области  о признании должника ООО «Костамаш» несостоятельным (банкротом) возвращено заявителю.

Поскольку задолженность ФИО1 не была погашена в рамках дела о банкротстве должника, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

26.06.2023г. ФИО1 обратился в Арбитражный суд Пензенской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующего должника ООО «Костамаш» лица, бывшего руководителя ФИО2 и взыскании 39 939 руб. 16 коп. вне рамок дела о банкротстве ООО «Костамаш».

Исходя из целей законодательного регулирования и общеправового принципа равенства к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, вправе присоединиться кредиторы должника, обладающие правом на обращение с таким же заявлением (пункты 1 - 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве), а также иные кредиторы, требования которых к должнику подтверждены вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона (далее - кредиторы, обладающие правом на присоединение) (пункт 52).

Иные кредиторы не воспользовались правом присоединиться к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности.

В обоснование заявления ФИО1 указал, единственным учредителем ООО «Костамаш» является ФИО2

Он же являлся руководителем ООО «Костамаш» в период с 16.01.2014г. на 31.07.2015г.

По мнению заявителя, полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в связи с этим ФИО2, как руководитель должника, несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В обоснование своего заявления кредитор указывает на совершение должником ряда сделок, которыми был нанесен ущерб кредиторам (ст. 61.3 Закона о банкротстве):

Определением от 16.10.2017г. по делу № А49-534/2018 признан недействительной сделкой акт зачета взаимных требований от 18.01.2015г. между ООО «Костамаш» и ИП ФИО2

По мнению заявителя, на момент совершения акта взаимозачета у должника имелась задолженность перед другими кредиторами срок исполнения обязательств, по которым наступил:

- ОАО «Оренбургский хлебокомбинат»» в сумме 30 000 руб. руб. по обязательствам, возникшим в апреле 2014г. (Определение Арбитражного суда Пензенской области от 13.05.2015г.);

- ООО «Континенталь» в сумме 160 528,28 рублей по обязательствам, возникшим в марте 2014г. (Определение Арбитражного суда Пензенской области от 13.05.2015г.);

- ИП ФИО8 в сумме 4 008 186,00 рублей по обязательствам, возникшим в декабре 2013г. (Определение Арбитражного суда Пензенской области от 01.06.2015г.);

- УФНС России по Пензенской области в сумме 1 851 812,45 руб., (задолженность по налоговым платежам образовалось за 4 квартал 2014г. и за 1 квартал 2015г., а также задолженность по страховым взносам на обязательное социальное страхование за 4 квартал 2014г.), 3 678 203,27 руб. (задолженность по неуплате страховых взносов на обязательное страхование и на обязательное медицинское страхование за 3 и 4 квартал 2014г.) (Определения Арбитражного суда Пензенской области от 13.05.2015г.);

Определением Арбитражного суда Пензенской области по делу №А49-534/2015 от 28.10.2015г. признан недействительным договор возмездного оказания услуг от 01.09.2011г., заключенный между ИП ФИО9 и ООО «Костамаш».

Также должником были совершены следующие сделки:

- 11.06.2014г. оплата с расчетного счета ООО «Костамаш» ИП ФИО5 1 000 000,00 рублей за покупку земельного в собственность ФИО2;

- 27.02.2014г. оплата с расчетного счета ООО «Костамаш» ИП ФИО2 по договору аренды 400 000,00 руб.,

- 24.01.2014г. перечисление ФИО2 по договорам беспроцентного займа 830 000,00 руб.,

- 30.04.2014г. погашение с расчетного счета ООО «Костамаш» задолженности ФИО2 по кредиту и процентам  889 967,68 руб.,

- 11.06.2015г. оплата с расчетного счета ООО «Костамаш» ИП ФИО2 по договору аренды 500 000,00 руб.;

- 30.04.2014г. погашение с расчетного счета ООО «Костамаш» задолженности ООО «Коригово» по кредиту на сумму 227 406,46 руб. (учредителем ООО «Ковригово» являлся сын ФИО6 – ФИО7).

Указанное, по мнению заявителя, является основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Костамаш».

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Положения ст. 10 Закона о банкротстве устанавливали два срока для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности: Субъективный - в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности; Объективный - не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

ФИО1 является кредитором ООО «Костамаш» на основании Определения Арбитражного суда Пензенской области от 11.01.2016г. по делу А49-534/2015.

Таким образом, ФИО1 имел возможность узнать обо всех обстоятельствах совершения указанных им сделок непосредственно после признания его кредитором ООО «Костамаш» (с учетом разумного срока ознакомления с материалами дела).

Ответчик, возражая против требований, указал, что на момент обращения ФИО1 с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности истекли как субъективный, так и объективный сроки для подачи соответствующего заявления.

С учетом изложенного, ФИО2 просит отказать в удовлетворении заявления ФИО1, применив положения о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по смыслу взаимосвязанных положений абзаца первого пункта 5 и абзаца первого пункта 6 статьи 61.14, пункта 3 статьи 61.19 Закона о банкротстве не допускается повторное разрешение в рамках дела о банкротстве требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, если ранее требование о привлечении этого же лица по тем же основаниям, поданное в защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, уже было предъявлено и рассмотрено в том же деле о банкротстве. Также не может быть повторно разрешен иск о привлечении лица, контролирующего должника, к субсидиарной ответственности, поданный вне рамок дела о банкротстве, если ранее требование по тем же основаниям к тому же лицу было предъявлено и рассмотрено в деле о банкротстве.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 58 Постановления N 53, сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации), начало течения которых, обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). Данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).

В соответствии с пунктом 59 Постановления N 53, предусмотренный абзацем первым пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, имеющем статус контролирующего, его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (например, ранее введения первой процедуры банкротства, возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, прекращения производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом).

Согласно пункту 60 Постановления N 53 исковая давность, предусмотренная пунктом 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве применяется лишь в случае, если о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности кредиторы узнали или должны были узнать только после завершения конкурсного производства.

Судом установлено, что в деле о банкротстве должника, кредитор обращался с требованием о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, однако производство по требованию было оставлено без рассмотрения (определение от 05.10.2020г.) в связи с прекращением производства по делу о банкротстве должника (05.08.2020г.).

С иском о привлечении  ФИО2 к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве должника, кредитор обратился в суд 26.06.2023г., т.е. пределах трехлетнего срока исковой давности (05.08.2020г. – 05.08.2023г.).

Таким образом, срок исковой давности истцом не пропущен.

В обоснование исковых требований, истец указывает, что действия ФИО2, выразившиеся  в неисполнении обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве в срок, установленный ст. 9 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (ч. 1 ст. 61.12 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)"), привели к тому, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) бывшего руководителя и единственного участника, а также привели к увеличению задолженности и, как следствие, к негативным последствиям для кредиторов в виде невозможности удовлетворения своих требований.

В подтверждение данного довода, истец указал, что ФИО2, являлся руководителем Общества в период с 01.01.2015г. по 31.07.12015г., следовательно, не мог не знать о наличии кредиторской задолженности перед ИП ФИО8, перед иными кредиторами, задолженности перед бюджетом и внебюджетными фондами, по состоянию на 01.01.2014г., однако не обратился с заявлением о признании ООО «Костамаш» несостоятельным.

По общему правилу требования о привлечении лица к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным Законом о банкротстве, подлежат рассмотрению только в деле о банкротстве. Исключения из общего правила предусмотрены статьями 61.19, 61.20 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом), по правилам искового производства (пункт 5 статьи 61.19 Закона о банкротстве).

Как указано выше, дело о банкротстве в отношении ООО «Костамаш» прекращено, в связи с отсутствием денежных средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве и на вознаграждение конкурсного управляющего.

Согласие на финансирование процедуры банкротства кредиторы не выразили.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчику действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу части 1 статьи 61.12 Федеральный закон от 26.10.2002 года №127 – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В силу части 1 статьи 9 Федеральный закон от 26.10.2002 года №127 – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В силу части 2 статьи 9 Федеральный закон от 26.10.2002 года №127 – ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступлении объективного банкротства. Так под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение 4 исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, согласно приведенным положениям закона, сам по себе факт наличия у должника перед кредитором задолженности не может свидетельствовать о наступлении признаков объективного банкротства.

При этом в силу положений Закона о банкротстве, субсидиарная ответственность руководителя за неподачу заявления о признании должника банкротом ограничивается размером обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Согласно позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 года №305-ЭС20-11412 по делу №А40-170315/2015, о том, что признаки объективного банкротства, с наступлением которого и возникает у бывшего руководителя должника обязанность по подаче заявления о признании должника, нельзя отождествлять с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

Как следует из материалов дела, задолженность ООО «Костамаш» перед ФИО1 возникла на основании договора уступки прав требования № 1/2015 от 22.12.2015г., заключенного между ООО «Консультант Регион Сервис» с ФИО1, т.е. обусловлена волеизъявлением самого истца.

Задолженность перед ООО «Консультант Регион Сервис» образовалась в результате осуществления сторонами обычной хозяйственной деятельности, наличие задолженности по договору об оказании информационных услуг является предпринимательскими рисками компаний.

На принудительное исполнение судебного акта по делу № А49-534/52015, ФИО1 выдан исполнительный лист серии ФС № 038576713 от 24.01.2022г.

Тот факт, что ООО «Костамаш» не совершило действия по погашению задолженности перед ФИО1, не исполнило судебный акт по взысканию задолженности (по исполнительному листу серии ФС № 038576713 от 24.01.2022г.), не может служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности руководителя ООО «Костамаш» в силу следующего.

В соответствии с положениями статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно, и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункты 1, 2 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В силу пункта 1 статьи 2 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» обществом с ограниченной ответственностью признается созданное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества.

Согласно пункту 1 статьи 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»  общество несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом.

Если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Таким образом, для применения ответственности по указанному пункту необходимо доказать совокупность условий: неисполненность обязательства общества; неразумность/недобросовестность действий лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица; наличие причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

При этом пункты 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ возлагают бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий членов коллегиальных органов юридического лица на лицо, требующее привлечения органов управления и участников общества к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 1, 4, 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 62 от 30.07.2013 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения руководителем должника обязанности действовать добросовестно и разумно в интересах общества, наличие и размер убытков, причинно-следственную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками. При этом арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Характеристика и критерии недобросовестности и неразумности действий контролирующего органа также указаны в правовой позиции Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62, в соответствии с которой недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Учитывая исключительный характер субсидиарной ответственности, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. При оценке действий (бездействия) контролирующих должника лиц, в результате которых кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества, кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физических лиц - руководителя и учредителя общества, должен обосновать наличие в действиях таких лиц умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 ссылается на совершение ООО «Костамаш» ряда сделок по выводу активов ООО «Костамаш». в период с 01 апреля 2013г. по 11 июня 2014г.

Ответчик, возражая против требований истца, указал, что ФИО1 не представлено доказательств того, что о сделках, указанных самим Истцом, ФИО1 стало известно лишь после прекращения дела о банкротстве ООО «Костамаш».

Согласно положениям п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения ООО «Костамаш» последней указываемой ФИО1 сделки, заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника.

Таким образом, на момент совершения сделок ООО «Костамаш», на которые ссылается истец как на основание требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, законодательство о банкротстве не предусматривало возможности рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок закона о банкротстве. 

Кроме того, нормы закона о банкротстве, действовавшие в период совершения ООО «Костамаш» указанных ФИО1 сделок, предусматривали следующие основания для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности:

- в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений настоящего Федерального закона;

- нарушение обязанности по подаче заявления о банкротстве должника.

Такое основание, как невозможность полного погашения требований кредиторов нормами ст. 10 Закона о банкротстве не предусматривалась.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон N 266-ФЗ) статья 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ от 09.07.2017г.

По смыслу п. 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (п. 1 ст. 4 ГК РФ), положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

К настоящему спору подлежат применению положения ст. 10 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная ст. 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.2

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании абз. 3 п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, следует установить, что должник признан несостоятельным (банкротом) в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности), и одновременно являющиеся существенно убыточными (пункт 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53).

В определении от 16.10.2017 по делу А49-534/2015, судом установлено, что «В оспариваемом акте от 18.01.2015 года поименованы две односторонние сделки - зачет ООО «Костамаш» и зачет ИП ФИО10

Зачет ИП ФИО10 как односторонняя сделка недействителен в силу ничтожности, поскольку на дату его проведения 18.01.2015г. у него отсутствовало обязательство, предъявленное к зачету. Обязательство ФИО10 на 3 000 000,00 рублей возникло позднее, лишь 02.02.2015г. из соглашения о передаче прав и обязанностей по договору финансовой аренды (лизинга) №00126-3/6/1 от 28.02.2014 г.

Зачет ООО «Костамаш» как односторонняя сделка также недействителен в силу ничтожности, поскольку на дату его проведения 18.01.2015г. отсутствовало встречное однородное требование ФИО10, возникшее лишь 02.02.2015г. из соглашения о передаче прав и обязанностей по договору финансовой аренды (лизинга) №00126-3/6/1 от 28.02.2014г.».

Указанным определением, оспариваемое соглашение  о зачете ничтожным в силу ст. 168 ГК, поскольку оно не соответствует положениям статьи 410 Гражданского кодекса Российской Федерации. (Определение ВАС РФ от 11.06.2014 N ВАС-6821/14 по делу N А01-1661/2012)

Специальные нормы о недействительности сделок, предусмотренные законом о банкротстве, судом не применялись.

В указанном определении от 16.10.2017г. судом установлено, что обязательство ООО «Костамаш» перед ИП ФИО10 по договору аренды нежилого помещения и оборудования № 1 от 01.01.2013г. в сумме 3 000 000,00 рублей не подлежит прекращению по основаниям ст. 410 ГК РФ, а задолженность на указанную сумму в порядке применения последствий подлежит восстановлению в соответствии с разъяснениями пунктов 25, 26, 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установив обстоятельства дела и оценив представленные доказательства, суд  признал оспариваемую сделку отвечающим условиям п.п.1,2 ст. 61.3 ФЗ РФ «О несостоятельности (банкротстве)».

Также в указанном определении суд указал, что квалифицировать сделку по п.2 ст. 61.3 ФЗ РФ «О несостоятельности (банкротстве)» при наличии признаков п.1 ст. 61.3 Закона о банкротстве  в силу разъяснений пункта 9.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" не требуется, поскольку сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом.

В связи с признанием сделки должника ничтожной у суда отсутствуют основания для признания ее недействительной в силу оспоримости по основаниям пунктов 1 ст. 61.3, п.2 ст. 61.2 ФЗ РФ «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку в соответствии с положениями статей 166, 167 ГК РФ она недействительна независимо признания ее судом, не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При этом определение от 16.10.2017 по делу А49-534/2015 не содержит выводов о том, что совершение сделки зачета было направлено на причинение вреда кредиторам общества и привело к банкротству должника.

В определении от 16.10.2017 по делу А49-534/2015 отсутствует ссылка на анализ баланса общества и его соотношение с размером сделок, на безвозмездность сделок со стороны должника. Кроме того, суд не оценивал существенность влияния совершенной сделки на положение должника, не устанавливал наличие причинно-следственной связи между совершенным актом взаимозачета и фактически наступившим объективным банкротством ООО «Костамаш».

Определением от 16.10.2017 по делу А49-534/2015 применены последствия недействительности соглашения от 18.01.2015г. в виде, в том числе: восстановления задолженности ООО «Костамаш» перед ИП ФИО2 в сумме 3 000 000,00 руб.

Таким образом, сама по себе сделка – акт зачета от 18.01.2015г. никоим образом не повлияла на права ФИО1 , и удовлетворению его требований, как кредитора ООО «Костамаш», не препятствовала.

Таким образом, истцом не представлено доказательств того, что несовершение ООО «Костамаш» сделки с ИП ФИО2 привело бы к удовлетворению требований кредиторов ООО «Костамаш» в объеме большем, нежели в том, в каком требования таких кредиторов были удовлетворены в рамках дела А49-534/2015.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

При этом доказательств недобросовестности либо неразумности в действиях руководителя ООО «Костамаш», повлекших неисполнение обязательств общества, истцом в материалы дела не представлено.

Доказательств того, что ФИО2 предпринимая действия по уклонению от погашения задолженности перед ООО «Консультант Регион Сервис», скрывал имущество общества, выводил активы и т.д., истцом не представлено.

Ответственность руководителя должника, установленная указанной статьей, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Вместе с тем, доказательств наличия совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности не имеется.

Наличие у Общества непогашенной задолженности, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика в неуплате указанного долга. Равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении, повлекшем неуплату этого долга.

Как указывалось выше, само по себе неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с 1-3 статьи 53.1 ГК РФ. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1-3 статьи 53.1. ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

В отношении довода истца, о неисполнении ответчиком обязанности по обращению в суд с заявлением о  банкротстве, суд указывает следующее.

ФИО2, как единственным участником ООО «Костамаш» было принято решении № 8 от 13.01.2015г. о ликвидации ООО «Костамаш», ликвидатором назначена ФИО11

В свою очередь ликвидатор ФИО11, установив, что денежных средств должника не достаточно для погашения всех требований кредиторов, обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (вх.27.01.2015г.).

Указывая на наличие у ООО «Костамаш» определенных обязательств, ФИО1 ссылается на положения п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, в силу которого по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

В то же время указанный пункт содержит разъяснение о том, что в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Так определением арбитражного суда от 16.10.2017 по делу А49-534/2015 сделка по зачету встречных обязательств от имени ООО «Костамаш» от 18.01.2015г. заключена не ФИО2, а генеральным директором ФИО12 (л.д. 129 Том 1).

Пунктом. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 презюмируется, что именно действия (бездействия) контролирующего должника лица привели к утрате возможности осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности.

Вместе с тем каких-либо доказательств того, что именно действия ФИО2 определяли по состоянию на 18.01.2015г. возможность заключения ООО «Костамаш» соглашения от 18.01.2015г. истцом в материалы дела не представлено.

Относительно наличия задолженности ООО «Костамаш» перед кредиторами, суд отмечает следующее:

- задолженность перед кредитором ООО "Компания Прогресс" возникла из договора поставки №1504/11 от 19.08.2011, решением по делу № А56-85641/2014 от 09.04.2015г. с ООО «Костамаш» взыскана задолженность в размере 480 921, 74 рублей, в том числе основной долг - 416 855,02 рублей, неустойка - 21 499, 72 рублей, расходы по госпошлине - 11 767 рублей, также расходы по оплате услуг представителя в размере 30 800 руб.

- требование ИП ФИО8 к ООО «Костамаш» было предъявлено в исковом порядке в Арбитражный суд Красноярского края (дело А33-7631/2014). В ходе рассмотрения дела судом определением от 12.11.2014г. была назначена экспертиза, т.е. требования ФИО8 изначально не носили бесспорный характер. Определением от 25.03.2015г. исковое заявление ФИО8 было оставлено без рассмотрения. Задолженность в размере 4 008 186 руб. была включена в реестр кредиторов ООО «Костамаш» определением от 01.06.2015г. по делу А49-534/2015.

- задолженность ООО «Костамаш» перед ООО «Инокстрейд» по договору поставки №63-53/2014 от 17.07.2014г., решении Арбитражного суда г. Москвы от 30.01.2015г. по делу №А40-197372/14, вступившим в законную силу 23.02.2015г., взыскана задолженность в сумме 138 771 руб. 20 коп., в т.ч. основной долг- 124 079 руб. 96 коп., неустойка в размере 9 678 руб. 24 коп., а также расходы по уплате госпошлины- 5 013 руб. (установлена определением от 13.05.2015г. по делу А49-534/2015).

Согласно п. 2 ст. 6 Закона о банкротстве в редакции от 29.12.2014г. производство по делу о банкротстве могло быть возбуждено арбитражным судом при условии, что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее трехсот тысяч рублей.

Сумма основного долга ООО «Костамаш» перед ООО «Инокстрейд» составляла 124 079 руб. 96 коп.

Задолженность перед ООО «Гамма-Сталь-Самара» подтверждена постановлением апелляционной инстанции от 26.12.2013г. Указанным постановлением установлено, что задолженность была погашена 04.10.2013г. в полном объеме. Указанным постановлением с ООО «Костамаш» в пользу ООО «Гамма-Сталь-Самара» взыскана неустойка в размере 60 334,50 руб.

Таким образом, задолженность ООО «Костамаш» перед ООО «Гамма-Сталь-Самара», включенная впоследствии в реестр требований кредиторов, не свидетельствовала о наличии признаков неплатежеспособности (с учетом действовавшей в тот момент редакции нормы п. 2 ст. 6 Закона о банкротстве).

Таким образом, наличие задолженности перед кредитором ООО «Компания Прогресс» в размере основного долга - 416 855,02 руб. в отсутствие иных доказательств неплатежеспособности не свидетельствует о невозможности организации исполнять свои обязательства.

Кроме того, в настоящее время ликвидация ООО «Костамаш» не завершена, общество из реестра юридических лиц не исключено.

Взыскатель по исполнительному листу, не лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, руководствуясь положениями действующего законодательства, принимая во внимание конкретные обстоятельства именно данного дела, сложившуюся судебно-арбитражную практику по рассматриваемому вопросу, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по делу подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения, расходы по госпошлине отнести на истца.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок через арбитражный суд Пензенской области.



Судья                                                                                            Ж.В. Кудрявцева