Решение от 10 марта 2023 г. по делу № А33-32380/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


10 марта 2023 года


Дело № А33-32380/2020

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 02.03.2023 года.

В полном объёме решение изготовлено 10.03.2023 года.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску Красноярского края в лице Агентства по управлению государственным имуществом Красноярского края (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО1 и ФИО2 о возмещении убытков;

в присутствии в судебном заседании:

- представителя истца: ФИО3, полномочия подтверждаются доверенностью от 22.12.2022;

- ФИО1 и её представителя: ФИО4, полномочия подтверждаются доверенностью от 04.09.2021;

- представителя ФИО2: ФИО5, полномочия подтверждаются доверенностью от 23.09.2020;

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО6;



установил:

Красноярский край в лице Агентства по управлению государственным имуществом Красноярского края (далее – истец) обратился в Советский районный суд г. Красноярска с иском к ФИО1 о возмещении убытков, причиненных государственному предприятию Красноярского края «Земельного кадастра и проектирования» в размере 20 705 608,13 руб., и к ФИО2 о возмещении убытков, причиненных этому же предприятию, в размере 10 050 000 руб.

Дело было передано в Арбитражный суд Красноярского края. Решением от 25.02.2021, оставленным в силе без изменений судом апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано. Постановлением суда кассационной инстанции от 23.12.2021 решение и постановление нижестоящих судов отменены, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 02.03.2023. Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного разбирательства. Сведения о дате и месте слушания размещены на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет. Процессуальных препятствий для проведения заседания и рассмотрения спора по существу не установлено.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

26.12.1991 в качестве юридического лица было зарегистрировано государственное предприятие розничной торговли «Мысль» с присвоением ИНН <***>.

В последующем наименование предприятия было изменено на государственное предприятие Красноярского края «Земельного кадастра и проектирования», предприятию присвоен ОГРН <***>.

Приговором Советского районного суда г. Красноярска от 16.06.2017 по делу № 1-18/2017 были осуждены ФИО2 и ФИО1 Приговор вступил в законную силу 25.01.2018.

Как следует из приговора с 01.04.2008 приказом руководителя Агентства строительства и жилищно-коммунального хозяйства администрации Красноярского края № 21-к от 31.03.2008 ФИО2 был назначен на должность директора предприятия сроком на 3 месяца, с ним был заключен трудовой договор от 31.03.2008. В последующем срок трудового договора неоднократно продлевался. Приказом Министерства строительства и архитектуры Красноярского края № 22-л от 24.03.2009 ФИО2 с 31.03.2009 уволен с должности директора предприятия в связи с истечением срока действия трудового договора. Таким образом, ФИО2 осуществлял руководство предприятием с 01.04.2008 по 31.03.2009.

ФИО2, используя свое служебное положение, за время нахождения в должности директора присвоил вверенные ему денежные средства предприятия в размере 1 050 000 руб. и 9 000 000 руб. Хищение ФИО2 осуществлял путем заключения от имени предприятия подрядных договоров с подконтрольными ему организациями. По заключаемым договорам предприятие выступало заказчиком, но фактически работы, являющиеся предметом заключаемых сделок, выполняло само предприятие, что создавало формальные основания для того, чтобы предприятие как заказчик по договору осуществляло расчеты за выполненные работы. В результате создавалась видимость исполнения обязательств по договорам. Денежные средства предприятия переводились на счета организаций, подконтрольных ФИО2, а в последующем присваивались им.

С 01.04.2009 сроком на 3 месяца на должность директора предприятия назначена ФИО1 в соответствии с приказом Министерства строительства и архитектуры Красноярского края № 21-л от 24.03.2009. В последующем срок трудового договора продлевался, а постановлением Советского районного суда г. Красноярска от 20.12.2013 ФИО1 была временно отстранена от занимаемой должности. Таким образом, ФИО1 осуществляла руководство предприятием с 01.04.2009 по 20.12.2013.

После того как ФИО2 был отстранен от должности директора предприятия он вступил в преступный сговор с ФИО1, поскольку она в силу занимаемой должности имела возможность распоряжаться денежными средствами предприятия. Смысл сговора состоял в том, чтобы осуществлять хищение денежных средств предприятия тем же способом – путем заключения предприятием (но уже в лице ФИО1) договоров с организациями, подконтрольными ФИО2 В качестве вознаграждения за участие в совершаемых преступлениях ФИО2 должен был передавать часть похищенных таким способом денежных средств ФИО1

ФИО2 был признан виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса РФ – по фактам хищения средств предприятия в общей сумме 9 000 000 руб. и 1 050 000 руб., и преступления, предусмотренного частью 3 статьи 33, частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса РФ – по факту организации совершения преступления и руководства исполнением преступления, связанного с хищением денежных средств предприятия в общей сумме 20 705 608,13 руб.

ФИО1 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 160 Уголовного кодекса РФ – по факту хищения денежных средств предприятия в общей сумме 20 705 608,13 руб.

Предприятие прекратило свою деятельность в связи с его ликвидацией на основании определения Арбитражного суда Красноярского края о завершении конкурсного производства от 19.09.2016 (дата изготовления судебного акта в полном объёме), принятого в рамках дела А33-20370/2014, о чем в единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) внесена запись № 6162468433682 от 17.11.2016.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ учредителем предприятия является Агентство по управлению государственным имуществом Красноярского края.

Согласно Уставу предприятия, утвержденному приказом Агентства по управлению государственным имуществом Красноярского края № 10-1113п от 22.08.2013, учредителем предприятия является Красноярский край, а истец осуществляет функции и полномочия учредителя предприятия.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Требование истца о взыскании убытков было основано на положениях статьи 25 Федерального закона от 14.11.2002 N 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" (далее – Закон о государственных и муниципальных унитарных предприятиях), заявленный иск обосновывал истец тем, что ответчики в определенные периоды времени существования предприятия осуществляли руководством им, занимали должность директора. Истец полагал, что факты совершения преступлений, установленные в приговоре Советского районного суда г. Красноярска от 16.06.2017 по делу № 1-18/2017, позволяют на основании вышеуказанной статьи Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях предъявить иск к ответчикам о взыскании убытков.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа перед самим юридическим лицом, предусмотрена статьей 53 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ).

Участнику корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) предоставляется право требовать, действуя от имени корпорации, возмещения причиненных корпорации убытков (статья 65.2 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62), лицо, входящее в состав органов юридического лица (в том числе единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности, директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (статья 15 ГК РФ). Лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт причинения убытков, их размер, виновный характер действий (бездействия) ответчика, а также причинно-следственную связь между этими действиями (бездействием) и возникшими убытками. Взыскание убытков возможно только при доказанности всех этих условий (Определение Верховного Суда РФ от 29.02.2016 N 302-ЭС15-20258 по делу N А58-6868/2014).

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62, участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором (или иными лицами, указанными в пункте 3 статьи 53 ГК РФ) убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 АПК РФ). Аналогичная правовая позиция содержится в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума N 25), в соответствии с которой участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 53.1 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем, в том числе на стадии исполнения судебного решения, а истцом по делу выступает корпорация (пункт 2 статьи 53 ГК РФ, пункт 1 статьи 65.2 ГК РФ).

Статья 25 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях по существу содержит аналогичный способ защиты применительно к такой организационно-правовой форме юридических лиц как унитарное предприятие. Согласно указанной статье руководитель унитарного предприятия при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах унитарного предприятия добросовестно и разумно (пункт 1). Руководитель унитарного предприятия несет в установленном законом порядке ответственность за убытки, причиненные унитарному предприятию его виновными действиями (бездействием), в том числе в случае утраты имущества унитарного предприятия (пункт 2). Собственник имущества унитарного предприятия вправе предъявить иск о возмещении убытков, причиненных унитарному предприятию, к руководителю унитарного предприятия (пункт 3).

По смыслу положений статьи 25 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и вышеприведенных разъяснений, изложенных в Постановлениях Пленума, собственник имущества унитарного предприятия, обращаясь в суд с иском о возмещении причиненных унитарному предприятию убытков, так же как и участник корпорации действует от имени унитарного предприятия и в интересах этого предприятия, в пользу которого просит взыскать возмещение убытков (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 04.06.2019 N 85-КГ19-3).

Собственник имущества унитарного предприятия в материальном смысле имеет право на предъявление косвенного иска о возмещении убытков в пользу предприятия (Определение ВАС РФ от 26.04.2011 N ВАС-9075/10 по делу N А40-157511/09-125-788).

Таким образом, в правоотношении, возникающем по поводу причинения убытков предприятию действиями руководителя этого предприятия, потерпевшим является само предприятие, а не собственник имущества предприятия. В рассматриваемом случае предприятие на дату рассмотрения спора исключено из ЕГРЮЛ. В отсутствие предприятия как субъекта гражданских правоотношений взыскание убытков по правилам статьи 25 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях не допустимо, так как на дату рассмотрения спора отсутствует правовой интерес, подлежащий защите путем предъявления косвенного иска.

При первоначальном рассмотрении спора на основании статей 2, 11, 17, 20 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях, пункта 1 статьи 216, пункта 1 статьи 295 ГК РФ, пункта 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума ВАС РФ N 8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", а также Устава предприятия судом первой инстанции был сделан вывод о том, что интересы истца могут затрагиваться лишь в той части, в которой в результате совершенных ответчиками преступлений истец не получил прибыль, на которую он вправе был рассчитывать в соответствии с положениями Устава и статьи 17 Закона о государственных и муниципальных унитарных предприятиях.

Следует учитывать, что предметом хищения согласно приговору являются денежные средства, находившиеся на банковском счете предприятия. А выводы в упомянутом приговоре судом сделаны относительно причинения ущерба самому предприятию в контексте используемых Уголовным кодексом РФ терминов и устанавливаемых данным кодексом признаков состава преступлений. В связи с чем ссылка истца в обоснование иска лишь на представленный приговор суда не подтверждает обоснованность заявленного иска.

При направлении настоящего дела на новое рассмотрение суд кассационной инстанции указанные выводы суда первой инстанции не опровергал, а напротив, указал на необходимость разрешить вопрос определения размера убытков, исходя из недопустимости отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности.

В настоящем случае с учетом того, что истец вправе был рассчитывать получить только часть прибыли предприятия за периоды совершения хищений, убытки подлежали определению путем ретроспективного моделирования бухгалтерского баланса в части недополученной предприятием прибыли, которая учитывалась бы (если преступления не были бы совершены) при осуществлении отчислений в пользу краевого бюджета. Поскольку выводы суда первой инстанции не были опровергнуты судом округа и судом округа не принимался итоговый судебный акт об удовлетворении иска, суд исходит из того, что истец не вправе претендовать на взыскание убытков буквально согласно приговору суда общей юрисдикции.

С учетом имеющихся в материалах дела первичных документов о проведении налоговой проверки ответчик обратился в экспертную организацию общество с ограниченной ответственностью «Красноярская аудиторская фирма «Дубль-В», которая подготовила заключение № 08/23 от 03.02.2023.

Согласно данному документу при проведении расчета убытков учтены суммы денежных средств, которые безосновательно были перечислены со счета предприятия контрагентам (обществам «Илка», «Стимул» и «КрасЗемСтрой») за период с 2008 по 2011 гг. Общий размер перечислений составил 30 755 608,13 руб. Указанная сумма средств потенциально должна была увеличить чистую прибыль предприятия.

С указанной суммы потенциальной прибыли подлежал уплате НДС за период с 2008 г. по 2011 гг. в общем размере 5 266 308,55 руб. За вычетом указанного налога размер чистой прибыли составил 25 489 299,58 руб.

Также из получившейся суммы прибыли вычету подлежал налог на прибыль организаций (пункт 1 статьи 284 Налогового кодекса РФ), который был равен 24% в 2008 г. и 20% с 01.01.2009. Общая сумма налога на прибыль составила 5 402 945 руб. За вычетом указанной суммы налога размер чистой прибыли составил 20 086 354,92 руб. С учетом сданной бухгалтерской отчетностью (той частью прибыли, которая была публично раскрыта предприятием в период с 2008 по 2011 г.) размер чистой прибыли составил 21 559,89 руб.

В последующем при расчете учтен размер отчислений в краевой бюджет, которые предприятие должно было осуществить в случае, если прибыль была бы получена. За период с 2008 г. по 2011 г. размер ставки оставался неизменным в размере 5% согласно Законам Красноярского края о краевом бюджете на соответствующий год (№ 3-939 от 07.12.2007, № 7-2558 от 04.12.2008, № 9-4155 от 10.12.2009, № 11-5419 от 09.12.2010, № 13-6547 от 01.12.2011). Общий размер отчислений составил 1 077 000,99 руб.

За вычетом фактически произведенных отчислений в период с 2008 по 2011 гг. (130 000,38 руб.) размер недополученных истцом отчислений составил 948 000 руб. (с учетом округлений). Указанная сумма в настоящем случае определяет размер тех имущественных потерь, которые действительно понес истец как учредитель предприятия.

Оценив данное заключение, суд пришел к выводу, что оно является обоснованным и пригодным доказательством для осуществления задач правосудия, разрешения спора по существу. Аргументов, позволяющих усомниться в компетентности и квалификации эксперта, составившего заключение, в обоснованности содержащихся в заключении выводов, не заявлено. Истец не привел убедительных доводов о неправильности применения экспертом вычислений по поставленному на разрешение вопросу. Основания для критической оценки заключения отсутствуют. Эксперт учел все факторы, влияющие на определение размера убытков.

В исследовательской части экспертного заключения последовательно и подробно отражается ход вычислений и их обоснование. Исследовательская часть экспертного заключения позволяет проверить достоверность и объективность проведенного исследования.

Истец не привел убедительных аргументов, ставящих под сомнение произведенный расчет убытков, и продолжал настаивать на полном взыскании убытков, игнорируя выводы суда кассационной инстанции. С учетом изложенного заявленный иск подлежит частичному удовлетворению, убытки подлежат взысканию в общем размере 948 000 руб.

При этом доводы ответчиков о пропуске срока исковой давности в настоящем случае не могут приниматься судом во внимание, поскольку суд кассационной инстанции указал, что срок давности подлежит исчислению с даты вступления приговора в законную силу (25.01.2018).

На основании статьи 1080 ГК РФ с учетом требования истца о взыскании убытков в полном размере, причастности ответчиков к разным эпизодам совершения хищений (к хищению 20 705 608,13 руб. оба ответчика причастны в равной степени), суд пришел к выводу, что в настоящем случаю размер убытков должен быть распределен пропорционально. С ФИО2 подлежит взысканию 628 903,20 руб., а с ФИО1 – 319 096,80 руб.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ государственная пошлина подлежит взысканию в доход федерального бюджета с учетом пропорции удовлетворенных требований и долевого соотношения размера убытков, взысканных с каждого из ответчиков. С николаева А.В. подлежит взысканию 2 218,47 руб., а с ФИО1 – 830,58 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края



РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Красноярского края в лице Агентства по управлению государственным имуществом Красноярского края (ИНН <***>, ОГРН <***>) 628 903 руб. 20 коп. – убытков.

Взыскать с ФИО1 в пользу Красноярского края в лице Агентства по управлению государственным имуществом Красноярского края (ИНН <***>, ОГРН <***>) 319 096 руб. 80 коп. - убытков.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 2 218 руб. 47 коп. государственной пошлины

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета 830 руб. 58 коп. государственной пошлины

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.



Судья

Э.А. Дранишникова