Решение от 10 февраля 2025 г. по делу № А12-11077/2024

Арбитражный суд Волгоградской области


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ


город Волгоград

«11»  февраля 2025 года                                                                Дело № А12-11077/2024

Резолютивная часть решения суда оглашена  29   января 2025 года

Решение суда в полном объеме изготовлено  11 февраля 2025 года


Судья Арбитражного суда Волгоградской области Гладышева О.С.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Костициной А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «БЛОК-ЮГ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ПСК-ЮГ»,

при участии в онлайн-заседании:

от истца – ФИО3, доверенность от 09.01.2025

УСТАНОВИЛ:

02.05.2024 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее – суд) поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «БЛОК-ЮГ» (далее – ООО «БЛОК-ЮГ», истец) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ПСК-ЮГ».

Определением суда от 17.07.2024 ФИО2 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Определением суда от 01.10.2024 индивидуальный предприниматель ФИО2, ООО «БСК» привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

ФИО1 в судебное заседание не явилась, представила отзыв, в котором указала, что с указанным исковым заявлением не согласна, с учетом ознакомления с материалами настоящего дела ФИО1 стало известно о том, что 03.04.2023 Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области постановлено решение суда в упрощённом порядке в соответствии, с которым с ООО «ПСК - ЮГ» взысканы денежные средства в счет задолженности по возврату предоплаты, не согласившись с указанным решением суда, ФИО1 в лице представителя подана апелляционная жалоба. То обстоятельство, что ФИО1 являлась единственным участником общества до конца 2023, само по себе не свидетельствует о совершении ею противоправных виновных действий, направленных на уклонение подконтрольного общества от обязательств по исполнению договора поставки.

ФИО2 иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, исковое заявление рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

     Как видно из материалов дела, между ООО «БЛОК-ЮГ» (далее - покупатель, истец) и ООО «ПСК-ЮГ» (далее - поставщик) заключен договор поставки М 26/10-01 от 26.10.2020 (далее - договор), согласно п. 1.1 которого, поставщик обязуется поставить, а покупатель своевременно принять и оплатить поставщику продукцию, именуемую в дальнейшем «товар» наименование товара, его количество, ассортимент, цена, условия и сроки поставки согласовываются сторонами в спецификациях, счетах на оплату, дополнительных соглашениях (п. 1.2 договора).

Во исполнение указанного договора, сторонами согласована и подписана спецификация № 11 от 20.10.2022, согласно которой поставщик принял на себя обязательство по поставке в адрес покупателя товара в ассортименте общей стоимостью 1 493 710 рублей.

В соответствии с пунктом 2 спецификации порядок расчетов: первая предоплата в размере 403 850 рублей (пробная партия, одна машина 28 тонн) в течение 2-х рабочих дней с даты подписания данной спецификации, далее вторая предоплата в размере 30% в течение 2-х рабочих дней с момента уведомления о приемке на объекте пробной партии, далее третья предоплата в размере 30% в течение 2-х рабочих дней с момента уведомления о готовности продукции на сумму второй предоплаты, далее четвертая предоплата в размере 40% а течение 2-х рабочих дней с момента уведомления о готовности продукции на сумму второй и третьей предоплаты.

Срок производства: 37 – 41 рабочих дней, при соблюдении условий по пункту № 2 спецификации.

Со стороны ООО «БЛОК-ЮГ» все принятые на себя по договору и спецификации к нему обязательства выполнены своевременно, а именно:

Покупателем 21.10.2022 внесена оплата в размере 403 850 рублей (подтверждается платежным поручением № 3550 от 21.10.2022.

Покупателем 08.11.2022 внесена оплата в размере 350 000 рублей (подтверждается платежным поручением № 3793 от 08.11.2022).

Поставщик в свою очередь обязан отгрузить товар покупателю в 100% объеме не позднее 19.12.2022.

По состоянию на 30.01.2023 поставщиком изготовлено и отгружено в адрес Покупателя Товара надлежащего качества на общую сумму 310 470 рублей.

Таким образом, сумма неотработанного аванса, перечисленная поставщику, составляет 443 380 рублей, а всего поставщиком не были исполнены обязательства по поставке товара на общую сумму 1 183 240 рублей.

Истцом в адрес ответчика 17.01.2023 направлено «Уведомление об отказе от товара по спецификации № 11 от 20.10.2022 к договору поставки № 26/10-01 от 26.10.2022, о возврате части авансового платежа, оплате неустойки» исх. № 1548 от 11.01.2023 с уведомлением ООО «ПСК-ЮГ» об отказе от получения оставшегося товара по спецификации № 11 от 20.10.2022 к договору поставки № 26/10-01 от 26.10.2020 ввиду утраты интереса к данному товару и требованием вернуть сумму уплаченного аванса в 443 380 рублей, оплатить покупателю неустойку в соответствии с п. 5.2 договора в размере 81 643 рубля 56 копеек.

Неисполнение указанного требования послужило для истца основанием для обращения с исковым заявление в Арбитражный суд г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области о взыскании с ООО «ПСК-ЮГ» - 443 380 руб. задолженности по договору поставки № 26/10-01 от 26.10.2020 (согласно платежным поручениям за период с 23.10.2022 по 08.11.2022), 149 088 руб. 24 коп. неустойки за период с 20.12.2022 по 30.01.2023, сумму неустойки, начисленную на задолженность по ставке 0,3% в день от суммы задолженности за период с 31.01.2023 по дату погашения задолженности, 100 000 руб. судебных расходов по оплате услуг представителя, 14 849 руб. судебных расходов по оплате госпошлины.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-8592/2023 от 03.04.2023 исковые требования ООО «БЛОК-ЮГ»  удовлетворены частично, взыскано с ООО "ПСК-ЮГ” в пользу ООО ”БЛОК-ЮГ" 443 380 руб. задолженности но возврату предоплаты, 149 088 руб. 24 коп. неустойки, сумму неустойки, начисленную на задолженность по ставке 0,3% в день от суммы задолженности за период с 31.01.2023 но дату погашения задолженности, 14 849 руб. судебных расходов по оплате госпошлины. 31.01.2023.

Во исполнение указанного решения Арбитражным судом города Санкт-Петербурга и Ленинградской области выдан исполнительный лист ФС 040386757.

ООО «БЛОК-ЮГ» на основании ст. 30 Федерального закона от 02.10,2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» воспользовалось своим правом на принудительное взыскание в свою пользу присужденной задолженности посредством обращения в Советское районное отделение судебных приставов города Волгограда, возбуждено исполнительное производство № 82678/23/34041-ИП от 25.05.2023.

Однако до настоящего момента в рамках исполнительного производства задолженность ОСЮ «ПСК-ЮГ в пользу ООО «БЛОК-ЮГ» не взыскана, решение суда не исполнено.

Согласно сведениям из Единого Государственного Реестра Юридических лиц, на 29.11.2023 ООО «ПСК-ЮГ» исключено из ЕГРЮЛ решением налогового opгана от 15.11.2023, запись ГРН 2233400347673.

Истец полагает, что ФИО1, зная о наличии задолженности перед кредитором ООО «БЛОК-ЮГ», осознавая невозможность погашения указанных требований, за счет средств и активов ООО «ПСК-ЮГ», не исполнила свою обязанность как руководителя и единственного участника общества по подаче заявления о признании OОО «ПСК-ЮГ» банкротом, вероятно опасаясь привлечения себя к субсидиарной ответственности в процессе банкротства.

     Из материалов регистрационного дела ООО «ПСК-ЮГ» следует, что согласно протоколу допроса от 26.08.2022 ФИО1 фактическую деятельность по управлению обществом осуществлял ФИО2 после чего по ходатайству истца, определением от 17.07.2024 - ФИО2 привлечен в качестве соответчика настоящему спору.

Согласно выпискам по счетам ООО «ПСК-ЮГ», ООО «ПСК- ЮГ» переводило значительные суммы денежных средств, на структуры, фактически принадлежащие ФИО2: ООО «БСК» и ИП ФИО2 Так, в адрес ООО «БСК» за 4 года деятельности ООО «ПСК-ЮГ» перечислено в общей сумме 26 480 000 руб. В адрес ИП ФИО2 за 4 года деятельности ООО «ПСК-ЮГ»  перечислено в общей сумме 38 297 480 руб.

Истец в своих пояснениях указывает, что в структуры ФИО2 за 4 года деятельности ООО «ПСК-ЮГ» выведено в общей сумме 64 777 380 руб., что составило около 30% от общих расходов ООО «ПСК-ЮГ» (230 630 665.92 руб.) за весь период деятельности общества. При этом, следует отметить, что в период оплат за товар со стороны истца в адрес ООО «ПСК-ЮГ» с 22.10.2022 по 08.11.2022, а также в последующие периоды, вплоть до даты прекращения движения по счету 02.07.2023  (при этом общество исключено из ЕГРЮЛ - 15.11.2023) - ООО «ПСК-ЮГ» переводило денежные средства преимущественно в адрес ООО «БСК» и ИП ФИО2, так в адрес ООО «БСК» совершены платежи на сумму 750 000 руб. за указанный период, в  адрес ИП ФИО2 - 3 492 660 руб. за указанный период, в основном с назначением платежа указывались «выплаты по договорам займа» а также «аренда». С

Согласно данным выписок ЕГРЮЛ на ООО «БСК» и ИП ФИО2 в видах деятельности указанных лиц не содержится кодов ОКВЭД на осуществление банковской деятельности или иной финансовой деятельности.

По мнению истца, указанные выплаты явно выходили за рамки обычной хозяйственной деятельности указанных обществ и по мнению истца направлены были на «обнуление» расчетного счета ООО «ПСК-ЮГ», при наличии иной кредиторской задолженности, являлись явным преимущественным погашением в пользу аффилированных с ответчиками лиц, при наличии иной кредиторской задолженности.

В материалы дела также поступили выписка по расчётному счету <***> ИП ФИО2 в Филиал Банка «Точка» банка ПАО «Финансовая Корпорация Открытие», из которой следует, что ФИО2 переводил большинство денежных средств, полученных в том числе и от ООО «ПСК-ЮГ» на свой личный счет физического лица в АО Тинькофф Банк № 40817810500001289091, а не на какие-либо коммерческие договора, предусмотренные видами деятельности существующего ИП.

Также в материалы дела ГУ МВД России по Волгоградской области предоставлена информация о движимом имуществе ООО «ПСК-ЮГ» согласно которой ООО «ПСК-ЮГ» отчуждено имущество в пользу ООО «БСК» явно на нерыночных условиях, так в материалы дела представлен договор купли-продажи автомобиля № 1 от 10.08.2022, ООО «ПСК-ЮГ» передало в собственность ООО «БСК» автомобиль: грузовой тягач седельный Марка, модель: MA3-643019-1420-010 2017 г. выпуска VIN: <***> по цене 295 000 руб.

Согласно пунктам 4 и 5 части 2 статьи 125, части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса рассмотрение дела в арбитражном суде происходит, исходя из предмета и основания, заявленных в иске. При этом под предметом иска понимается материально-правовое требование истца к ответчику, в основание иска входят юридические факты, с которыми нормы материального права связывают возникновение, изменение или прекращение прав и обязанностей субъектов спорного материального правоотношения (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.10.2012 № 5150/12).

В силу пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.11.2010 № 8467/10.

При очевидности преследуемого истцом материально-правового интереса суд не должен отказывать в иске ввиду неправильного указания норм права, а обязан сам определить, из какого правоотношения возник спор и какие нормы подлежат применению. Формальный подход к квалификации заявленного требования недопустим. Такой подход не обеспечивает разрешение спора, определенность в отношениях сторон, баланс их интересов и стабильность гражданского оборота в результате рассмотрения одного дела в суде, что способствовало бы процессуальной экономии и максимально эффективной защите прав и интересов всех причастных к спору лиц.

Так, кредитор при подаче заявления указывал, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на органы юридического лица обязанностей заключаются в принятии ими необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публичноправовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. Противоправность в корпоративных правоотношениях состоит в нарушении лицом обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В соответствии с ч. 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (ч. 4 ст. 10 Гражданского кодекса РФ). Так, контролирующие лица Должника, при наличии у него неисполненных обязательств перед контрагентами фактически прекратили исполнение своих обязанностей, не предприняв при этом никаких мер по выводу Должника из кризисного состояния, по погашению кредиторской задолженности, по возврату предприятия к стабильной работе и получению прибыли.

Принимая во внимание, что директор и учредитель должника в настоящий момент не являются участниками/руководителями действующих юридических лиц, заявитель усматривает умысел на доведение общества до несостоятельности и совершение действий по добровольной ликвидации кредитора по признакам преднамеренного банкротства.

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями и попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества. Подобное поведение является недобросовестным и неразумным, что является основанием для возложения на контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности по долгам общества. Между тем, законом установлена процедура прекращения деятельности организации через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

Таким образом, наравне с привлечением руководителя и учредителя должника к субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве, кредитор также ссылался на основания, установленные статьей 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в действующей редакции) если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пункт 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав) (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Согласно подпункту 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо несет ответственность по правилам названной статьи также в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или заявление уполномоченного органа о признании должника банкротом возвращено.

Действия учредителя юридического лица, произвольно прекратившего исполнение своих обязанностей без соблюдения предусмотренных законодательством процедур по добровольной ликвидации либо банкротству юридического лица, являются недобросовестными и противоречат обычаям делового оборота.

Согласно проведенному истцом анализу рынка указанной модели, средняя стоимость тягача MA3-643019-1420-010 близких годов выпуска в данный момент составляет 4 000 000 руб. (информация о стоимости с сайтов агрегаторов), информации о каких-либо неустранимых повреждениях ТС приведшей к такому занижению стоимости авто договор не содержит, указанная сделка явно заключена на невыгодных для ООО «ПСК-ЮГ» условиях.

       В Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2020 N 66-КГ20-10-К8 указано, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1)                        действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического липа, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2)                         скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3)                         совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4)                          после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5)                        знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой- однодневкой" и т.п.).

Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда РФ сформулирован ряд правовых позиций, касающихся привлечения к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника - юридического лица на основании изложенной правовой нормы (определения от 23.01.2023 N 305-ЭС21-18249(2,3), от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671 по делу N А56-64205/2021, 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 по делу N А03-6737/2020).

Так участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением", в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота (например, перевод бизнеса на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п.).

В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к сведениям и документации о хозяйственной деятельности должника и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений (отзыва) о своих действиях (бездействии) при управлении должником, о причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности (в том числе при неявке в суд) или при явной неполноте пояснений, при непредставлении доказательств правомерности своего поведения (т.е. при установлении судом недобросовестности поведения контролирующего должника лица в процессе) обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается судом на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.

Иное, то есть получение в деле по заявлению кредитора преимущества в виде освобождения от ответственности в результате недобросовестного процессуального поведения контролирующего должника лица, которое в силу своего положения способно оказывать существенное влияние на деятельность общества и обязано при возникновении признаков банкротства действовать с учетом интересов кредиторов, вступало бы в противоречие с принципом справедливости.

При этом лицо, контролирующее общество, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед кредиторами.

Следует различать ситуации принятия решений (совершения действий), мотивированных изначально добросовестными намерениями руководителя (участника, учредителя) общества, экономические последствия которых могут быть заранее не очевидными, но которые в итоге могут привести к экономическим просчетам, оказаться негативными для самого общества и его кредиторов от ситуаций, в которых поведение руководителя (участника, учредителя) общества является заранее неправомерным в том смысле, что для такого лица заведомо очевидно, что принимаемое им решение, совершаемое действие повлечет невыгодные последствия для кредиторов общества - должника.

Формы проявления неправомерного поведения привлекаемого к субсидиарной ответственности лица могут быть различными, исходя из того, что оно оценивается, с одной стороны на предмет добросовестности, а с другой, на предмет разумности.

В первом случае указания контролирующих общества - должника лиц противоречат интересам кредитора, направлены не на исполнение обязательств общества - должника перед его кредиторами, а на извлечение выгоды от раздельной имущественной ответственности юридического лица и контролирующих должника лиц за счет ущемления интересов кредитора. При такой форме поведения руководитель (участник, учредитель) заведомо осознает последствия своих действий для кредиторов общества - должника в виде неисполнения обязательств и сознательно создает для этого условия.

Во втором случае направленность на причинение вреда интересам кредиторов общества - должника за счет неисполнения обязательств отсутствует. Неисполнение является следствием неосторожности при принятии бизнес-решений или пренебрежения факторами риска ведения предпринимательской деятельности, влияющими на финансовые показатели хозяйственной деятельности, которое возможно было бы избежать при проявлении должной степени заботливости и осмотрительности, о которой можно судить из условий оборота, ведения бизнеса, характера обязательств, наличия производственных мощностей. Иными словами, вступая в гражданско- правовые отношения, общество в лице контролирующих его лиц, должно оценивать реальные возможности исполнения принимаемых на себя обязательств, учитывать наперед возможные изменения экономической ситуации, моделировать дальнейшее развитие событий, просчитывать пути и способы, которые позволят создать условия для исполнения принятых на себя обязательств.

При этом, исходя из имеющихся в деле доказательств, следует что Ответчики явно в своей деятельности действовали не в интересах юридического лица ООО «ПСК-ЮГ» а также во вред кредиторам ООО «ПСК-ЮГ», допускали явные преимущественные переводы денежных средств в адрес аффилированных с собой структур, плоть до полного вывода денежных средств с расчетных счетов ООО «ПСК-ЮГ», что привело к невозможности продолжения деятельности ООО «ПСК-ЮГ» и как следствие невозможности расчета с иными кредиторами.

Также в материалы дела предоставлены доказательства продажи основных средств (транспорта) принадлежащего ООО «ПСК-ЮГ» в адрес аффилированных с ответчиком структур явно не на рыночных условиях.

При рассмотрении настоящего дела, судом в определениях ФИО1 предложено предоставить письменные пояснения об участии ФИО2 в деятельности ООО «ПСК-ЮГ», сведения о результатах оспаривании судебного акта по делу № А56-8592/2023 с документальным подтверждением; ФИО2 предложено предоставить письменные пояснения по доводам истца об участии в хозяйственной деятельности ООО «ПСК-ЮГ» (отзыв); заинтересованному лицу ФИО2 предложено предоставить доказательства, подтверждающие наличие финансово-хозяйственных отношений с ООО «ПСК-ЮГ», подтверждающих обоснованность получения денежных средств от ООО «ПСК-ЮГ» в период с 2020 по 2023; заинтересованному лицу ООО «БСК» предложено предоставить доказательства, подтверждающие наличие финансово-хозяйственных отношений с ООО «ПСК-ЮГ», подтверждающих обоснованность получения денежных средств от ООО «ПСК-ЮГ» в период с 2020 по 2023.   

Разумных объяснений по поводу совершенных перечислений по счетам, а также заключению указанных договоров ответчики не представили. Ответчики на протяжении всего судебного разбирательства уклонялись от того, чтобы раскрыть хозяйственную деятельность общества и причины, по которым общество не исполнило обязательства.

Конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, не заинтересован в раскрытии своего положения. Его отношения с подконтрольным хозяйственным обществом не регламентированы какими-либо нормативными или локальными актами, которые бы устанавливали соответствующие правила, стандарты поведения. Поэтому при определении такого лица, исследованию подлежат косвенные доказательства, оценивается, насколько они согласуются между собой.

Наличие у юридического лица номинального руководителя, формально входящего в состав его органов, но не осуществлявшего фактическое управление, не является основанием для освобождения от ответственности фактического руководителя, оказывающего влияние на должника в отсутствие соответствующих формальных полномочий (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно.

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий, принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно. Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.01.2023 N 305-ЭС21-18249(2,3) по делу N А40-303933/2018, от 27.04.2023 N 305-ЭС22-27062 по делу N А40-175828/2018).

С учетом установленных обстоятельств ввиду отсутствия каких-либо пояснений со стороны ФИО1 касательно осуществления деятельности в качестве номинального руководителя ООО «ПСК-ЮГ», а также наличия в материалах дела протокола допроса ФИО1 из которого следует что ФИО1 осуществляла свою номинальную роль добровольно, она также должна отвечать по существу настоящего спора солидарно с фактическим руководителем ООО «ПСК-ЮГ» - ФИО2

Материалами дела подтверждено, что ФИО4, являясь руководителем и учредителем организации-должника, имеющей неисполненные обязательства, не приняла мер к надлежащей организации деятельности предприятия. Доказательств того, что руководителем и учредителем были предприняты все возможные меры для удовлетворения требований кредитора, либо доказательств того, что причинная связь между неподачей заявления должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов в полном объеме отсутствует, в материалы дела не представлено.

По смыслу статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве бремя опровержения презумпций для целей освобождения от субсидиарной ответственности относится на привлекаемое к ответственности лицо в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доказательств того, что руководитель и учредитель должника действовала согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, а его действия (бездействие) совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов, в материалах дела не имеется.

Сами по себе доводы ФИО1 в отзыве о том, что она не согласна с требованиями истца и ею подана апелляционная жалоба на решение суда о взыскании в пользу истца денежных средств, не опровергают доводы истца и вышеизложенных выводов суда.

Бездействие руководителя и учредителя повлекло последствия в виде прекращения предпринимательской деятельности, что привело к невозможности проведения расчетов с кредиторами.

В соответствии с п. 11 ст. ст. 61.11. Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включая требования кредиторов по обязательным платежам, оставшиеся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Настоящий размер требований ООО «БЛОК-ЮГ» к должнику определен решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А56-8592/2023 от 03.04.2023.

Ответчиками не заявлено и необоснованно какми-либо обстоятельствами наличие оснований для применения положений абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, согласно которому размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица, несостоятельна, поскольку таких доказательств апеллянтом не представлено.

Каких-либо иных доводов, основанных на доказательствах, которые имели бы правовое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы либо опровергали доводы истца и выводы суда, отзыв ФИО1 не содержит.

В соответствии со статьей 1018 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 ГК РФ. На основании разъяснений пункта 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

С учетом изложенного, исследовав и оценив представленные доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, с учетом положений ст. 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что в настоящем случае имеются основания для привлечения ответчиков ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ПСК-ЮГ» солидарно.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ, ввиду удовлетворения требований истца с ФИО1 и ФИО2 солидарно в пользу ООО «БЛОК-ЮГ» подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины при подаче искового заявления в сумме 15 146 руб.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 61.14, 61.19 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и статьями 110, 167-170, 223 АПК РФ, суд


                                                              РЕШИЛ:


Привлечь ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ПСК-ЮГ».

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «БЛОК-ЮГ» денежные средства в размере 443 380 руб. задолженности, неустойки в размере 149 088 руб. 24 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 14 849 руб.

Взыскать с ФИО1 и ФИО2 солидарно в пользу общества с ограниченной ответственностью «БЛОК-ЮГ» расходы по оплате государственной пошлины при подаче искового заявления в сумме 15 146 руб.

Решение суда может быть обжаловано в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области в сроки, установленные законом.


Судья                                                                                                      О.С. Гладышева