Решение от 4 марта 2020 г. по делу № А19-22172/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru




Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А19-22172/2019
г. Иркутск
4 марта 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 февраля 2020 года. Полный текст решения изготовлен 4 марта 2020 года.


Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Рукавишниковой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тах Д.Х., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 308753614700061, ИНН <***>, место жительства: г. Иркутск)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 305380103700155, ИНН <***>, место жительства: г. Ангарск)

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «НП «Нафта» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 665800, Иркутская обл., г. Ангарск, населенный пункт Первый промышленный массив)

о взыскании 16 550 000 руб.

при участии истца ФИО1, представителя истца по доверенности от 25.02.2020 ФИО3 (предъявлены паспорт, диплом), представителя ответчика по доверенности от 15.08.2018 ФИО4 (предъявлено удостоверение адвоката),

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в арбитражный суд с уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании задолженности по договору об оказании правовой помощи от 12.01.2018 в размере 16 550 000 руб., из которых 16 000 000 руб. – вознаграждение по пункту 4.1.4 договора, 550 000 руб. – вознаграждение по пункту 4.1. договора за декабрь 2018 года (200 000 руб.) и январь 2019 года (350 000 руб.).

Истец в судебном заседании иск поддержал.

Ответчик в судебном заседании требования истца оспорил, поддержав изложенные в отзыве на иск доводы.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, в судебное заседание своего представителя не направило, об уважительности неявки суд не уведомило; письменный отзыв на иск не представило.

Поскольку неявка третьего лица в судебное заседание, уведомленного надлежащим образом, не является препятствием для рассмотрения дела, дело в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается в его отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав истца и ответчика, суд приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела, 18 сентября 2017 года между истцом (исполнитель) и ответчиком (заказчик) заключен договор об оказании правовой помощи, предметом которого явилось оказание исполнителем правовой помощи в виде представления интересов доверителя – общества с ограниченной ответственностью «НП «Нафта» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в Четвертом арбитражном апелляционном суде и Арбитражном суде Восточно-Сибирского округа по судебному делу Арбитражного суда Иркутской области № А19-2500/2017 по иску доверителя к ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Мобойл» (ИНН <***>) о взыскании убытков (упущенной выгоды).

Поскольку судебные акты судов первой и апелляционной инстанций по спору между обществом «НП «Нафта» и обществом «ПКП «Мобойл» были отменены, а спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области, между ФИО1 (исполнитель) и ФИО2 (заказчик) был заключен договор об оказании правовой помощи от 12.01.2018 по представлению интересов доверителя – общества «НП «Нафта» в Арбитражном суде Иркутской области, в Четвертом арбитражном апелляционном суде и Арбитражном суде Восточно-Сибирского округа по судебному делу Арбитражного суда Иркутской области № А19-2500/2017.

В пункте 2.1. договора сторонами согласованы обязанности исполнителя по оказанию правовой помощи.

Пунктом 3.1. договора предусмотрено оказание правовой помощи исполнителем лично, а также с привлечением иных специалистов в области права: адвокатов Печкина Д.А., Райникова А.С., юристов ФИО3, ФИО5

В разделе 4 договора стороны определили стоимость оказываемых по договору услуг, порядок и условия их оплаты, в соответствии с которыми заказчик ежемесячно оплачивает исполнителю вознаграждение в сумме 350 000 руб. (пункт 4.1.1 договора).

Кроме того, в случае достижения положительного для заказчика результата рассмотрения дела договором предусмотрена выплата исполнителю дополнительного единовременного вознаграждения в размере 16 000 000 руб. (пункт 4.1.4 Договора).

Основанием для обращения в суд с настоящим иском послужила невыплата заказчиком стоимости оказанных услуг по договору за декабрь 2018 года и январь 2019 года, а также дополнительного единовременного вознаграждения.

Претензией, датированной 26 июля 2019 года и направленной ответчику в тот же день, предприниматель ФИО1 просил оплатить сумму задолженности по договору об оказании правовой помощи от 12 января 2018 года в общем размере 16 550 000 руб.

Неисполнение ответчиком обязательств по договору послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском.

Оценив представленный в материалы дела договор, суд приходит к выводу, что по своей правовой природе он является договором возмездного оказания услуг, правовое регулирование которого осуществляется главой 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Договор, являющийся основанием настоящего иска, заключен ФИО2 в пользу третьего лица – общества «НП «Нафта», что соответствует правилам статьи 430 ГК РФ.

Согласно статье 781 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В предмет доказывания по данному спору, с учетом содержания иска и возражений ответчика, входят факт заключения договора об оказании правовой помощи, фактическое оказание услуг, предусмотренных данным договором, наступление обстоятельств, обусловливающих выплату дополнительного вознаграждения, исполнение заказчиком обязательств по оплате оказанных услуг.

Требования о выплате дополнительного единовременного вознаграждения в сумме 16 000 000 руб. истец основывает на пункте 4.1.4, подпункте «в» пункта 4.1.4 и пункте 4.2 договора.

В соответствии с пунктом 4.1.4 договора выплата заказчиком исполнителю дополнительного единовременного вознаграждения обусловлена достижением положительного для доверителя результата рассмотрения судебного дела. Таковым стороны признают наступление обстоятельств, предусмотренных подпунктами «а», «б», «в» указанного пункта договора, что соответствует правилам статьи 327.1 ГК РФ об обусловленном исполнении обязательства.

Подпунктом «в» пункта 4.1.4 договора, на котором, в том числе, основывает свои требования истец, стороны признали положительным для доверителя результатом отказ доверителя от иска с одновременным отказом от иска ООО «ПКП «Мобойл» по иным судебным делам, предметом которых являются финансовые претензии к доверителю, либо прекращение производства по делу по таким судебным делам. Условием применения данного подпункта является получение доверителем выгоды от взаимных отказов от иска, мировых соглашений в сумме не менее чем 100 000 000 руб.

Фактическое оказание истцом юридических услуг, предусмотренных договором, подтверждается приобщенными к настоящему делу материалами арбитражного дела № А19-2500/2017, из которых следует, что доверителем была сформирована правовая позиция по спору, сформированы и представлены доказательства в подтверждение заявленных исковых требований, подготовлены и поданы в суд письменные пояснения, представлялись дополнительные доказательства, подготовлен и представлен в суд перечень первичных документов бухгалтерского учета ООО «НП «Нафта» от 22.05.2018 года, представлена в суд сводная аналитическая таблица доказательств и обстоятельств, подлежащих доказыванию в рамках дела А19-2500/2017, подготовлено и подано в суд ходатайство ООО «НП «Нафта» о назначении по делу комплексной техническо-экономической экспертизы, поданы дополнения к ходатайству о назначении экспертизы, подготовлен, представлен в суд и направлен ответчику проект соглашения по обстоятельствам дела, подготовлен перечень вопросов ООО «НП «Нафта» по результатам ознакомления с заключением экспертов от 21.12.2018.

Ответчик не оспаривает в судебном заседании, что все указанные действия от имени доверителя были исполнены истцом в соответствии с договором.

Участие истца и специалистов, привлеченных истцом в порядке пункта 3.1 договора, в рассмотрении дела № А19-2500/2017 подтверждается доверенностями, данными доверителем указанным лицам на представление его интересов в суде, а также протоколами судебных заседаний по делу № А19-2500/2017 от 01.03.2018, от 05.04.2018, от 22.05.2018, от 18.07.2018, от 22.08.2018, от 14.09.2018, от 12.12.2018, от 24.01.2019.

Подготовка апелляционной и кассационной жалоб и участие по делу в судах вышестоящих инстанций исполнителем не осуществлялась; 24 января 2019 года Арбитражным судом Иркутской области вынесено определение о прекращении производства по делу № А19-2500/2017 по иску общества «НП «Нафта» к обществу «ПКП «Мобойл» о взыскании убытков (упущенной выгоды) в связи с полным отказом истца от исковых требований.

До ноября 2018 года (включительно) ответчик ежемесячно выплачивал истцу обусловленное пунктом 4.1.1 договора вознаграждение в сумме 350 000 руб.; за декабрь 2018 года перечислил истцу 150 000 руб. Данные обстоятельства ни одной з сторон спора не оспариваются. В январе 2019 года ответчик от выплаты ежемесячного вознаграждения исполнителю в сумме 350 000 руб. ответчик отказался; дополнительное единовременное вознаграждение в сумме 16 000 000 руб. не выплатил.

Свои возражения против исковых требований ответчик обосновывает тем, что условием достижения положительного результата в соответствии с подпунктом «в» пункта 4.1.4 договора являются отказ доверителя от иска с одновременным отказом от иска ООО «ПКП «Мобойл» по иным судебным делам, предметом которых являются финансовые претензии к доверителю либо прекращение производства по этим делам в связи с заключением мирового соглашения, однако ни отказа от иска ООО «ПКП «Мобойл», ни заключенного доверителем с ним мирового соглашения истец не представил и, следовательно, наступление обстоятельств, предусмотренных указанным подпунктом, не доказал.

Доводы ответчика суд находит несостоятельными по следующим основаниям.

Условие подпункта «в» пункта 4.1.4 договора связывает выплату заказчиком дополнительного единовременного вознаграждения исполнителю с наступлением в качестве положительного для доверителя результата события в виде отказа доверителя от иска с одновременным отказом от иска ООО «ПКП «Мобойл» по иным судебным делам, предметом которых являются финансовые притязания к доверителю, либо прекращение производства по делу по таким судебным делам. Условием применения данного подпункта является получение доверителем выгоды от взаимных отказов от иска, мировых соглашений в сумме не менее чем 100 000 000 руб. Перечень иных судебных дел, предметом которых являются финансовые притязания к доверителю, договором не определен.

Пунктом 4.2 договора предусмотрен срок выплаты заказчиком дополнительного единовременного вознаграждения, который составляет 7 дней и течет с даты рассмотрения дела Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа либо вступления в законную силу определения о прекращении производства по делу № А19-2500/2017.

При этом предметом договора, согласно пункту 1.1, является оказание исполнителем по заданию заказчика правовой помощи доверителю в Арбитражном суде Иркутской области, Четвертом арбитражном апелляционном суде и Арбитражном суде Восточно-Сибирского округа по судебному делу Арбитражного суда Иркутской области № А19-2500/2017 по иску доверителя к обществу «ПКП «Мобойл» о взыскании убытков (упущенной выгоды). Оказание правовой помощи по иным судебным делам, предметом которых являются финансовые притязания к доверителю, договором не предусмотрено.

Из системного толкования приведенных условий договора следует, что выплата заказчиком исполнителю единовременного вознаграждения на основании подпункта «в» пункта 4.1.4 договора обусловливалась прекращением производства по делу № А19-2500/2017 по иску доверителя к ООО «ПКП «Мобойл» о взыскании убытков в связи с отказом доверителя от данного иска при условии получения им выгоды в рамках комплекса спорных отношений с ООО «ПКП «Мобойл» в сумме не менее чем 100 000 000 руб. Иное толкование анализируемых условий с учетом неопределенности перечня иных судебных дел, предметом которых являются финансовые притязания к доверителю, привело бы к утрате юридического значения условия о течении срока на выплату дополнительного единовременного вознаграждения исключительно с даты рассмотрения дела Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа либо вступления в законную силу определения о прекращении производства по делу № А19-2500/2017.

По указанным основаниям довод ответчика о ненаступлении условий для выплаты заказчиком исполнителю дополнительного единовременного вознаграждения по причине отсутствия доказательств прекращения производства по иным судебным делам, в частности, по делу № А40-52603/17 по иску общества «ПКП «Мобойл» к общества «НП «Нафта» о взыскании убытков, в связи с отказом от иска отклоняется судом как противоречащий содержанию подпункта «в» пункта 4.1.4 и пункту 4.2 договора в их системном толковании и смыслу договора в целом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Предусмотренное пунктом 4.1.4. договора условие о выплате заказчику дополнительного единовременного вознаграждения в случае положительного для стороны исхода дела (так называемый «гонорар успеха») не противоречит правилам главы 39 ГК РФ. Предусмотренная договором сумма 16 000 000 руб. является вознаграждением, которое уплачивается за уже оказанные и оплаченные услуги представительства и только в случае, если достигнут положительный для доверителя результат. Данное условное вознаграждение не подразумевает совершения представителями каких-либо дополнительных действий, оказания дополнительных услуг либо осуществления иного встречного предоставления в рамках договора на оказание юридической помощи. По сути, подобное вознаграждение является премированием представителей. Сумма указанной премии зависит от соглашения, достигнутого сторонами договора оказания юридических услуг.

Наступление предусмотренных договором обстоятельств, обусловливающих выплату исполнителю дополнительного единовременного вознаграждения в сумме 16 000 000 руб., суд находит доказанным.

Прекращение производства по делу № А19-2500/2017 в связи с отказом истца от иска состоялось, о чем свидетельствует копия определения Арбитражного суда Иркутской области по указанному делу от 24.01.2019.

Получение ООО «НП «Нафта» выгоды в рамках комплекса спорных отношений с ООО «ПКП «Мобойл» в сумме не менее чем 100 000 000 руб. нашло подтверждение по результатам судебного разбирательства.

Так, по результатам рассмотрения дела № А40-52603/2017 с общества «НП «Нафта» в пользу общества «ПКП «Мобойл» подлежали взысканию 272 542 530 руб., однако сведения о возбуждении в отношении ООО «НП Нафта» исполнительного производства на основании исполнительного листа Арбитражного суда города Москвы на принудительное взыскание указанной суммы долга в Банке данных исполнительных производств на официальном сайте ФССП России (https://r38.fssprus.ru) отсутствуют. Более того, свое право требования указанной суммы ООО «ПКП «Мобойл» уступило ИП ФИО6, что подтверждается копией договора цессии от 9 января 2019 года, имеющейся в деле.

В свою очередь, предприниматель ФИО6 уступила право требования суммы 272 542 530 руб. предпринимателю ФИО2 по договору цессии от 14 января 2019 года.

Как следует из договора, ФИО2 приобрел это право с дисконтом, обязавшись выплатить цеденту за его приобретение в рассрочку до 19 октября 2019 года 135 000 000 руб., что на 139 542 530 руб. 31 коп. меньше, чем было взыскано судом по делу № А40-52603/2017 с ООО «НП «Нафта», являющегося доверителем по договору от 12 января 2018 года об оказании правовой помощи.

Из показаний руководителя ООО «ПКП «Мобойл» ФИО7, данных следствию, после перехода права требования суммы 272 542 530 руб. к ИП ФИО2, следует, что урегулирование всех спорных отношений с обществом «НП «Нафта» возглавляемое ФИО7 общество «ПКП «Мобойл» связывает с исполнением ФИО2 своих обязательств по договору цессии от 14.01.2019, заключенному между ответчиком с ИП ФИО6

В соответствии с представленной истцом в материалы дела Информационной выпиской из ЕГРЮЛ ФНС России, сформированной в сервисе Контр.Фокус по состоянию на 12.01.2018, единственным участником и владельцем 100 % долей уставного капитала ООО «НП «Нафта» на дату заключения договора являлся ФИО2, директором общества – ФИО8, которая является матерью ФИО2, что сторонами не оспаривается. Согласно приобщенной к делу Информационной выписке из ЕГРЮЛ ФНС России, сформированной в сервисе Контр.Фокус по состоянию на 14.02.2020, единственным участником и директором ООО «НП «Нафта» в настоящий момент является ФИО8

Указанные доказательства свидетельствуют о том, что в результате описанной выше цепочки цессий, совершавшихся в рамках урегулирования спорных отношений между ООО «НП «Нафта» и ООО «ПКП «Мобойл», право требования с ООО «НП «Нафта» присужденной Арбитражным судом города Москвы суммы перешло к аффилированному по отношению к ООО «НП «Нафта» лицу – ФИО2, что безусловно свидетельствует о получении ООО «НП «Нафта» выгоды в сумме, превышающей 100 000 000 руб.

Доводы представителя ответчика в судебном заседании о том, что ответчик не вел никаких переговоров об урегулировании спора с ООО «ПКП «Мобойл», а вел переговоры исключительно с ИП ФИО6 после перехода к ней права требования присужденной ко взысканию с доверителя суммы по делу № А40-52603/2017, а также возражения на эти доводы истца и представленные истцом в обоснование этих возражений доказательства не оцениваются судом, поскольку способы достижения положительного результата, признанного сторонами таковым в договоре, не входят в предмет доказывания по делу. Доказыванию подлежит фактическое оказание квалифицированной правовой помощи и наступление обстоятельств, обусловливающих выплату дополнительного вознаграждения.

Заявленные ответчиком ходатайства о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ИП ФИО6, а также об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью допроса ФИО6 в качестве свидетеля судом отклонены, поскольку судебный акт по настоящему спору непосредственно на права и обязанности ФИО6 повлиять не может, а в силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

О том, что все взаимные притязания ООО ПКП «Мобойл» и ООО «НП «Нафта» завершились, свидетельствуют и запрошенные судом по ходатайству истца материалы уголовного дела. Наряду с указанными выше договорами цессии такими доказательствами являются показания ФИО2 и показания руководителя ООО «ПКП «Мобойл» ФИО7, изложенные в постановлении о прекращении уголовного дела, из которых следует, что ООО «НП «Нафта» и ООО ПКП «Мобойл» достигли договоренности о прекращении всех судебных тяжб.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «НП Нафта» № А19-10280/2018, возбужденное по заявлению ООО «ПКП «Мобойл», основанному на судебном акте по делу № А40-52603/2017, было оставлено без рассмотрения вследствие утраты интереса к спору со стороны ООО «ПКП «Мобойл», о чем свидетельствует копия определения Арбитражного суда Иркутской области от 15.03.2019 года по делу № А19-10280/2018.

Доводы ответчика о том, что истец не доказал, что именно в результате действий истца как представителя ООО «НП «Нафта», достигнут положительный для доверителя результат, отклоняются судом как не имеющие правового значения для разрешения данного спора, поскольку условия пункта 4.1.4 договора не содержат никаких указаний на то, что выплата заказчиком исполнителю дополнительного единовременного вознаграждения должна находиться в прямой причинной связи с действиями исполнителя.

Более того, условие подпункта «а» пункта 4.1.4 о том, что положительным результатом стороны признают принятие судебного акта о взыскании с ООО «ПКП «Мобойл» в пользу доверителя упущенной выгоды в размере не менее 100 000 000 руб., опровергает указанные выше доводы ответчика, поскольку принятие судебного акта, в силу его природы, не может состоять в прямой причинной связи с деятельностью участников правоотношений или их представителей, а является результатом осуществления правосудия судом.

Заключение мирового соглашения, предусмотренное подпунктом «б» пункта 4.1.4 договора, также не может состоять в прямой причинной связи с действиями истца, поскольку является результатом взаимных уступок и договоренностей между спорящими сторонами, к коим истец не относится. При этом добросовестное и профессиональное оказание правовой помощи стороне может лишь в той или иной степени повлиять на переговорный процесс наряду с другими обстоятельствами, учитываемыми сторонами переговоров.

Результатами оказания предусмотренной договором правовой помощи, на которые указано в пункте 4.1.4 договора, может являться только исполнение либо неисполнение (ненадлежащее исполнение) исполнителем обязанностей, предусмотренных пунктом 2.1 договора. Иное толкование пункта 4.1.4 договора противоречит существу обязательства, как оно определено в пункте 1 статьи 307 ГК РФ.

Изложенные в отзыве доводы ответчика о необоснованности иска в связи с тем, что истец ввел его в заблуждение о перспективе разрешения спора по делу А19-2500/2017, о том, что исполнитель недобросовестно исполнял свои обязанности по договору, не представил по требованию заказчика контррасчет упущенной выгоды на произведенный по делу А19-2500/2017 ответчиком расчет, о том, что полученное по этому делу последнее экспертное заключение является некачественным, о том, что для ФИО2 стала очевидной бесперспективность иска по упущенной выгоде, а его расчет на взаимные уступки с ООО «ПКП «Мобойл» невозможен и именно поэтому истец заявил об отказе от иска, суд находит необоснованными в связи со следующим.

Доводы об обоснованности либо необоснованности заявленных по делу № А19-2500/2017 исковых требований, достоверность имеющихся в этом деле доказательств, а также перспектива рассмотрения этого спора в случае разрешения его по существу не входят в предмет доказывания по настоящему делу и не подлежат оценке судом.

Довод ответчика о некачественности оказанных ему исполнителем услуг не нашел своего подтверждения в судебном заседании. До предъявления настоящего иска заказчик никаких претензий исполнителю о качестве оказываемых юридических услуг не предъявлял, до декабря 2018 года ежемесячно выплачивал обусловленную договором плату, в установленном статьей 782 ГК РФ порядке от исполнения Договора не отказался, до прекращения производства по делу № А19-2500/2017 выданную исполнителю доверенность на участие в этом деле не отозвал, предусмотренных гражданским законодательством мер к расторжению договора не предпринял.

Пояснения представителя ответчика в судебном заседании о качестве предоставления правовой помощи истцом доверителю носят крайне противоречивый характер.

Довод ответчика о том, что ООО «ПКП «Мобойл» никогда не предпринимало мер к прекращению уголовного дела, возбужденному по его заявлению, также не имеет правового значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку результат расследования этого дела находится за рамками договора между заказчиком и исполнителем; каких-либо условий, касающихся расследования уголовного дела договор не содержит.

Представленные ответчиком в судебном заседании доказательства из материалов уголовного дела в качестве подтверждения довода об отсутствии у сторон намерений урегулировать возникшие взаимные правопритязания мирным путем судом не приняты во внимание, поскольку документы, на которые ссылается ответчик, датированы ранее, чем совершенная цепочка договоров цессии, и составлены в период времени, когда действительно между сторонами имелись неурегулированные споры.

С учетом изложенного, суд находит доказанным в судебном заседании исполнение истцом своих обязательств по договору, а также наступление обстоятельств, предусмотренных договором, обусловливающих выплату исполнителю единовременного вознаграждения в сумме 16 000 000 руб.

В силу пункта 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

При несоблюдении этих правил, при недобросовестном или противоречивом поведении лицо утрачивает право на возражение (принцип эстоппель). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Суд находит с достоверностью установленным нарушение ответчиком законодательного запрета на недобросовестное и противоречивое поведение.

Так, прекращение производства по делу А19-2500/2017 состоялось 24 января 2019 года. К этому времени уже были заключены договоры цессии, на основании которых право требования суммы 272 542 530 руб., взысканной с ООО «НП «Нафта» в пользу ООО «ПКП «Мобойл», перешло к ФИО2 с дисконтом, превышающим 100 000 000 руб. Однако исполнителю копии указанных договоров цессии заказчик не представил, о фактической сумме дисконта, а, следовательно, и полученной выгоде не сообщил. Более того, зная об отсутствии достоверной информации у исполнителя о переходе к заказчику права требования к доверителю и об условиях перехода этого права, в первоначальном отзыве на иск ответчик исковые требования отклонил со ссылкой на отсутствие доказательств, в последующем отзыве указал, что ни ФИО2, ни другое аффилированное с ним лицо не приобретало у ООО «ПКП «Мобойл» право требования задолженности с ООО «НП «Нафта» со значительным дисконтом, не сообщив ни истцу, ни суду, что указанное право требования перешло к ответчику в результате цепочки договоров цессии.

Копии договоров цессии были представлены в суд вместе с истребованными судом по ходатайству истца материалами уголовного дела.

К доводу ответчика о том, что заказчик настаивал на подаче исполнителем заявления об отказе от иска по делу А19-2500/2017 еще в декабре 2018 года, когда понял бесперспективность взыскания упущенной выгоды, но исполнитель подал заявление о прекращении производства по делу только 24.01.2019 года без согласования с ответчиком, суд относится критически, поскольку доверитель был не лишен права самостоятельно подать в суд заявление об отказе от иска в любое время.

Таким образом, в судебном заседании объективно установлено, что заявление об отказе от иска по делу А19-2500/2017 поступило в суд после заключения договоров цессии от 9 и 14 января 2019 г., в результате заключения которых взаимные финансовые притязания ООО «ПКП «Мобойл» к ООО «НП «Нафта» были сняты.

О том, что ответчик вел себя недобросовестно и противоречиво свидетельствует и представленный в материалы дела истцом протокол осмотра доказательств, составленный нотариусом Ангарского нотариального округа Иркутской области ФИО9, а именно: скриншоты деловой переписки между представителями ООО НП «Нафта» Печкиным Д.А. и ФИО4 в мессенджере Viber. Так, ФИО4 15.01.2019 в 22:23 отправила сообщение следующего содержания: «с мобойл подписали мировое прекращает все дела остальное при встрече буду в Иркутске 21 января».

Суд усматривает в поведении ответчика после достижения договоренностей, влекущих урегулирование всех имеющихся между ООО «ПКП «Мобойл» и ООО «НП «Нафта» взаимных претензий, нарушение законодательного запрета на недобросовестное и противоречивое поведение, которое выражалось в действиях ответчика, дававших истцу основание полагаться на признание ответчиком факта наступления оснований для выплаты единовременного вознаграждения и намерение выплатить его.

Применение принципа эстоппель и положений пункта 4 статьи 1 ГК РФ, не допускающих возможность извлечения выгоды из недобросовестного поведения, являются самостоятельным основанием для удовлетворения исковых требований по рассматриваемому спору.

Из материалов дела следует, что ответчик своих обязательств по оплате оказанных услуг и выплате дополнительного единовременного вознаграждения в полной мере не исполнил.

Определение о прекращении производства по делу № А19-2500/2017 вступило в законную силу 26 февраля 2019 года и только с этого дня оказание исполнителем правовой помощи по договору может считаться завершенным. Таким образом, за декабрь 2018 года и январь 2019 года заказчик обязан оплатить исполнителю обусловленное договором ежемесячное денежное вознаграждение.

Судом установлено, и это не оспаривается ответчиком, что в декабре 2018 года заказчик перечислил исполнителю 150 000 руб., не доплатив ежемесячное денежное вознаграждение в сумме 200 000 руб., за январь 2019 года ежемесячное денежное вознаграждение заказчик не выплатил, как не выплатил и предусмотренное договором дополнительное единовременное вознаграждение.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона; односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

С учетом изложенного с ответчика подлежит взысканию в пользу истца основной долг в сумме 16 550 000 руб. (16 000 000 руб. + 200 000 руб. + 350 000 руб.).

Истцом при подаче искового заявления в суд платежным поручением № 210 от 03.09.2019 уплачена государственная пошлина в размере 9 000 руб.

Учитывая размер государственной пошлины, подлежащей уплате с учетом удовлетворения уточненного требования истца, с ответчика в пользу истца на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 000 руб., с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 96 750 руб.

Руководствуясь статьями 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 16 550 000 руб. основного долга, 9 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а всего – 16 559 000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 96 750 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Иркутской области.



Судья Е.В. Рукавишникова