Решение от 12 октября 2020 г. по делу № А40-343925/2019

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А40-343925/19-114-1318
12 октября 2020 года
г.Москва


Резолютивная часть решения объявлена 05 октября 2020 года

Решение изготовлено в полном объеме 12 октября 2020 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Тевелевой Н.П. (единолично),

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ООО «Станция Спецтехсервис» к ответчику АО «ВТБ Лизинг»

третье лицо ИП ФИО2

о взыскании 791.512руб.23коп.

при участии:

от истца - ФИО3 по дов. от 13.11.2019 (паспорт, диплом)

от ответчика - ФИО4, по дов. №АЛ0000228 от 01.03.2020 (паспорт, диплом)

от третьего лица - ФИО3 по дов. от 01.11.2019 (паспорт, диплом)

УСТАНОВИЛ:

ООО «Правовые Решения СПБ» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к АО «ВЭБ-лизинг» о взыскании неосновательного обогащения в сумме 421 804 руб. 42 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами, рассчитанных на сумму неосновательного обогащения в размере 421 804 руб. 42 коп., за период с 11.10.2019 по дату фактической выплаты, с учетом принятых судом уточнений исковых требований, в соответствии со ст. 49 АПК РФ.

Истец заявил ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы.

Ответчик против заявленного ходатайства возражал.

В силу ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных познаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Назначение экспертизы по делу является правом, а не обязанностью суда. В каждом конкретном случае суд с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, а также требующих установления обстоятельств решает вопрос о необходимости назначения судебной экспертизы.

При отказе в удовлетворении ходатайства ответчика о назначении экспертизы, суд проанализировал имеющиеся в деле доказательства по правилам, установленным в ст. 71 АПК РФ, и пришел к выводу о том, что заявленное ходатайство направлено на разрешение вопросов, которые с учетом предмета рассматриваемого спора носят правовой характер, при этом не требуют специальных познаний и могут быть разрешены без проведения экспертизы на основании анализа имеющихся в материалах дела документов и норм действующего законодательства, в связи с чем не нашел оснований для назначения судебной экспертизы по делу.

Представители истца и ответчика поддержали свои позиции по спору.

Выслушав представителей сторон и третьего лица, рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между Обществом с ограниченной ответственностью «Станция Спецтехсервис» (далее также - «Лизингополучатель», Истец) и Акционерным обществом «ВТБ Лизинг» (далее также - «Лизингодатель», Ответчик) был заключен договор финансовой аренды (лизинга) № АЛ 104841/01-18 КЗН от 06.03.2018 г. (далее - «Договор лизинга»).

Согласно п. 2.1 Договора лизинга Лизингодатель на условиях согласованного с Лизингополучателем договора купли-продажи обязуется приобрести в собственность у выбранного Лизингополучателем продавца имущество, указанное в спецификации предмета лизинга (раздел 3 Договора лизинга), которое обязуется предоставить Лизингополучателю за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей, с правом последующего приобретения права собственности.

Предмет лизинга изъят Лизингодателем у Лизингополучателя. Изъятие предмета лизинга было вызвано расторжением Договора лизинга.

В результате заключения Договора цессии № 08-11/19-ДУ от 08.11.2019 г., 50% права требования к должнику АО «ВТБ Лизинг» на взыскание неосновательного обогащения, включая любые прочие денежные средства (убытки, проценты, неустойка и т.п.), перешло к Цессионарию. Таким образом, Истцу принадлежит доля в размере 50% по требованию о взыскании неосновательного обогащения, прочих денежных средств по Договору лизинга № АЛ 104841/01-18 КЗН от 06.03.2018 г.

Полагая, что в результате расторжения договора и изъятия предмета лизинга лизингодатель неосновательно обогатился, учитывая, что досудебная претензия с требованием возвратить денежные средства оставлена без ответа и удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с п. 3.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

При этом расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

В силу пункта 3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования.

Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

По смыслу пункта 3.5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17, приведенная в данном пункте формула не подлежит применению в том случае, если стороны прямо определили в договоре или приложениях к нему ставку платы за финансирование и порядок расчета, т.е. формулу расчета такой платы.

Истец произвел расчет сальдо встречных обязательств следующим образом:

Сумма платежей по договору лизинга – 3 188 495 руб. 17 коп., закупочная цена предмета лизинга – 2 433 000 руб., аванс – 851 550 руб., размер финансирования – 1 581 450 руб., сумма внесенных платежей без аванса – 1 029 632 руб. 15 коп., стоимость возвращенного предмета лизинга – 1 850 000 руб., срок действия договора в днях – 1 046, срок фактического использования – 584, плата за финансирование – 755 495 руб. 17 коп. Таким образом, сальдо встречных обязательств истца в пользу лизингополучателя – 843 608 руб. 84 коп., а с учетом того, что истцу уступлено 50% права требования, сальдо встречных обязательств в пользу истца составляет 421 804 руб. 42 коп.

Вместе с тем, суд считает, что представленный истцом расчет не доказывает и не подтверждает факт возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения в заявленной сумме.

В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

На основании п. 9.7.2. Договора лизинга Лизингодатель и Лизингополучатель признали, что убытками Лизингодателя признаются расходы Лизингодателя по изъятию и продаже Предмета лизинга, расходы по проведению оценки Предмета лизинга, расходы по хранению Предмета лизинга, расходы на транспортировку Предмета лизинга к месту хранения, расходы на услуги служб эвакуации, расходы на ремонт Предмета лизинга, расходы по страхованию Предмета лизинга и иные расходы, возникшие у Лизингодателя в связи с односторонним внесудебным отказом Лизингодателя от исполнения Договора по основаниям, предусмотренным п. 14.4. Правил лизинга автотранспортных средств (реальный ущерб), а также плата за финансирование, рассчитанная со дня, следующего за днем возврата финансирования до дня окончания срока лизинга, определенного в соответствии с п. 3.1. Правил лизинга автотранспортных средств (упущенная выгода).

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями (ст. 309 ГК РФ).

Исходя из п. 9.8.4. Договора лизинга стороны определили, что ни одно из условий Договора и Правил лизинга не оценивается Сторонами как явно обременительное и существенным образом нарушающее баланс интересов Сторон, Стороны не были поставлены в положение, затрудняющее согласование иного содержания условий.

Соглашением сторон в рассматриваемом деле прямо предусмотрено включение в расчет завершающей обязанности по Договору лизинга убытков со дня, следующего за днем возврата финансирования до дня окончания срока лизинга (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Предпринимательская деятельность в силу ст. 2 ГК РФ осуществляется на свой страх и риск, и, соответственно, при вступлении в гражданские правоотношения субъекты должны проявлять разумность и осмотрительность.

Включение указанных сумм урегулировано п. п. 9.7, 9.7.2, 9.8.4 Договора лизинга и подлежит применению как согласованное сторонами при заключении договора. Включение упущенной выгоды Ответчика в расчет завершающей обязанности не противоречит условиям Договора лизинга и согласуется с нормами ст. ст. 15, 393 ГК РФ.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 20.07.2011 № 20-П, лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности.

Имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств. Если лизингополучатель не выплатил лизингодателю все лизинговые платежи, имущественный интерес лизингодателя в размещении денежных средств нельзя признать удовлетворенным.

В данном случае расторжение договора лизинга произошло по причине существенного нарушения условий договора со стороны лизингополучателя.

В соответствии с п. 1 ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 ГК РФ. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы. если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (п. 2 ст. 393 ГК РФ).

Поскольку АО ВТБ Лизинг не получило по данной сделке то, на что рассчитывало в связи с неисполнением Лизингополучателем условий Договора лизинга, АО ВТБ Лизинг было поставлено в худшее положение, чем в случае, если бы Лизингополучатель надлежащим образом исполнял свои обязательства по Договору лизинга, то в данном случае правила ст. 15 ГК РФ о пределах возмещения убытков и ст. 1102 ГК РФ о недопустимости неосновательного обогащения не были нарушены и оснований для взыскания с Лизингодателя каких-либо денежных средств не имеется.

Доказательства того, что сумма денежных средств, составляющая упущенную выгоду Ответчика, ушла на финансирование других договоров лизинга, суду не представлены.

Порядок расчёта упущенной выгоды был согласован сторонами в рамках п. 9.7.2. Договора лизинга. Возражений со стороны Истца относительно включения указанного пункта в Договор лизинга не поступало, доказательств обратного суду не представлено, что свидетельствует о том, что Истец в полной мере осознавал все правовые последствия заключаемого им договора.

Довод Истца о необходимости снижения договорной неустойки на основании ст. 333 ГК РФ является необоснованным ввиду следующего.

В соответствии со ст. 333 ГК РФ суд наделен правом уменьшить неустойку, если установит, что подлежащая неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. При этом, если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях.

Пунктом 71 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7) установлено, что, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника.

При этом Истец должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор для опровержения такого заявления вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

Согласно п. 2 Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22 декабря 2011 г. N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению должника на основании ст. 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно.

Согласно п. 13.1. Правил лизинга в случае просрочки оплаты лизинговых платежей по Договору лизинга, расходов Лизингодателя, предусмотренных Правилами и Договором лизинга, в том числе расходов на по страхованию, оплаты штрафов за административные нарушения Лизингодатель вправе принять решение о взыскании с Лизингополучателя пени в размере 0,5% (Ноль целых пять десятых процента) от суммы, подлежащей оплате, за каждый день просрочки, но не более 10% (Десяти процентов) от общей суммы лизинговых платежей по Договору лизинга.

Истцом приведены данные аналогичных ставок иных лизинговых компаний, свидетельствующих о завышении ставки, предусмотренной в Правилах лизинга.

Тем не менее, обоснование несоразмерности неустойки путем её годового пересчёта является некорректным. Применение такой меры как взыскание договорной неустойки носит компенсационно-превентивный характер и позволяет не только возместить стороне (покупателю) убытки, возникшие в результате просрочки исполнения обязательства, но и удержать контрагента от неисполнения (просрочки исполнения) обязательства в будущем.

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (ст. 1 ГК РФ) Ответчик подписал с Истцом договор с условиями о неустойке, тем самым добровольно согласился с тем, что данный размер неустойки соразмерен возможным последствиям нарушения ответчиком своих обязательств.

Относительно размера уплаченных лизинговых платежей Ответчик пояснил следующее.

На основании п. 5.15. Правил лизинга лизингодатель вправе погашать свои требования (независимо от назначения платежа, указанного Лизингополучателем в платежном документе) в последовательности, предусмотренной в п. 5.15.1. и п. 5.15.2. Правил лизинга.

В частности, в п. 5.15.2. Правил лизинга предусмотрена следующая последовательность: в первую очередь погашаются расходы Лизингодателя, связанные с оплатой страховых премий (взносов); во вторую очередь - расходы Лизингодателя, связанные с оплатой административных штрафов за правонарушения Лизингополучателя; в третью очередь - суммы неустоек (пени, штрафов), начисленные Лизингодателем за нарушение Лизингополучателем условий Договора лизинга; в четвертую очередь - задолженность Лизингополучателя по уплате лизинговых платежей; в пятую очередь - стоимость дополнительных услуг, предусмотренных в разделе 9 Правил и расходы Лизингодателя, связанные с лишением Лизингополучателя возможности эксплуатации (владения и пользования) предмета лизинга; в шестую очередь - текущие лизинговые платежи.

По платежам № 8 от 20.11.2018, № 12 от 20.03.2019, № 14 от 05.04.2019 часть платежа пошла на погашение пени за просрочку по уплате лизинговых платежей на основании п. 5.15.2. Правил лизинга.

За счёт платежа № 13 от 29.03.2019 была погашена задолженность Истца по возмещению расходов лизингодателя на страхование предмета лизинга.

По инкассовым поручениям по договору лизинга № АЛ 104841/01-18 КЗН от 06.03.2018 Ответчиком была списана задолженность в сумме 206 786,82 руб. за следующие лизинговые платежи: за март 2019 в размере 68 770,38 руб.; за апрель 2019 в размере 69 008,22 руб.; за май 2019 в размере 69 008,22 руб.

Остальная часть денежных средств по инкассовому поручению (206 785,12 руб.) также была зачислены в счет погашения задолженности по договору лизинга № АЛ 104841/02-18 КЗН от 06.03.2018.

Исходя из изложенного, общий размер уплаченных лизинговых платежей составляет 955 763 руб. 82 коп.

Как указывает Ответчик, в результате ненадлежащего исполнения договорных обязательств Лизингополучателем, Лизингодатель понес убытки, согласно следующему расчету встречных обязательств: общий размер платежей по договору составляет 3 188 495 руб. 17 коп.; сумма аванса по договору лизинга 851 550 руб.; закупочная цена предмета лизинга составляет 2 433 000 руб.; размер финансирования 1 581 450 руб., дата начала лизинга 23.03.2018, дата окончания договора 31.01.2021, срок договора 1 046 дней, срок фактического пользования финансированием составляет 584 дня; плата за финансирование 16,67%, плата за фактическое пользование финансированием составляет 421 806 руб. 10 коп., уплаченные лизинговые платежи без аванса – 955 763 руб. 82 коп.; стоимость реализованного ТС – 1 850 000 руб. Убытки лизингодателя, в том числе 23 200 руб. расходов на хранение, 28 779 руб. 78 коп. пени, упущенная выгода - 333 689 руб. 07 коп.

Таким образом, разница между суммой, фактически полученной лизингодателем от лизингополучателя, и суммой, на которую вправе претендовать лизингодатель, составляет 416 838 руб. 87 коп.

С учетом заключения договора уступки права требования (цессии) № 08-11/19-ДУ от 08.11.2019, Истцу принадлежит право требования 50% завершающей обязанности по Договору лизинга, а именно 208 419, 435 руб.

Таким образом, с учетом изложенных положений и обстоятельств рассматриваемого спора, суд приходит к выводу о том, что расчет баланса интересов сторон по договору лизинга № АЛ 104841/01-18 КЗН от 06.03.2018 г. должен осуществляться следующим образом.

Общий размер платежей по договору 3 188 495 руб. 17 коп. (П); аванс 851 550 руб. (А); закупочная цена 2 433 000 руб. (Ц); размер финансирования (Ф), предоставленного лизингополучателю 1 581 450 руб.; Сдн – срок договора лизинга в днях – 1 046; количество дней фактического пользования составляет 584; сумма внесенных лизинговых платежей без аванса 955 763 руб. 82 коп.; плата за финансирование (ПФ % годовых) 16,67%; плата за фактический срок финансирования 421 806 руб. 10 коп. Кроме того, в сальдо в качестве убытков включены: 385 668 руб. 85 коп., в том числе расходы на хранение в размере 23 200 руб., пени в размере 28 779 руб. 78 коп., упущенная выгода в размере 333 689 руб. 07 коп.

В силу ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 416 838 руб. 87 коп. на стороне лизингополучателя, следовательно, истец доказал факт возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения на указанную сумму, в связи с чем, исковые требования о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга подлежат удовлетворению в размере 208 419 руб. 44 коп. (50% права требования по договору уступки права требования (цессии) № 08-11/19-ДУ от 08.11.2019).

Также истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неосновательного обогащения 421 804 руб. 42 коп., за период с 11.10.2019 по дату фактической выплаты.

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

В силу действовавшей до 01.08.2016 редакции п. 1 ст. 395 ГК РФ размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц (п. 1 ст. 395 ГК РФ, в редакции Федерального закона от 08.03.2015 г. № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с редакцией п. 1 ст. 395 ГК РФ, действующей с 01.08.2016, размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды (п. 1 в ред. Федерального закона от 03.07.2016 № 315-ФЗ).

Согласно положениям Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции настоящего Федерального закона применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Как следует из п. 48 ПОСТАНОВЛЕНИЯ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 24 марта 2016 г. № 7 «О ПРИМЕНЕНИИ СУДАМИ НЕКОТОРЫХ ПОЛОЖЕНИЙ ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОБ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА НАРУШЕНИЕ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ» сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). Размер процентов, начисленных за периоды просрочки, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно, определяется по средним ставкам банковского процента по вкладам физических лиц, а за периоды, имевшие место после 31 июля 2016 года, - исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды после вынесения решения (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07.02.2017 № 6).

В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

К размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 ГК РФ, по общему правилу, положения статьи 333 ГК РФ не применяются (пункт 6 статьи 395 ГК РФ).

Учитывая, что сумма неосновательного обогащения ответчика за счет истца составляет 208 419 руб. 44 коп., суд считает обоснованным начислить и взыскать с ответчика в пользу истца проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ) за период с 11.10.2019г. по 05.10.2020г. (день вынесения решения суда) в размере 11 492 руб. 80 коп., с последующим начислением процентов, начиная с 06.10.2020г. по день фактического исполнения обязательства по оплате суммы долга (208 419 руб. 44 коп.), исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

Расходы по госпошлине подлежат отнесению на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям, в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 1, 15, 309, 395, 614, 1102 ГК РФ, ст. ст. 9, 11, 28 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», ст. ст. 9, 65, 70, 110,167-171, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АО «ВТБ Лизинг» в пользу ООО «Станция Спецтехсервис» неосновательное обогащение в сумме 208 419 руб. 44 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 11 492 руб. 80 коп., всего 219 912 руб. 24 коп., а также 5 881 руб. 23 коп. расходов по госпошлине.

Начиная с 06.10.2020 на задолженность в сумме 208 419 руб. 44 коп. производить начисление процентов, исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды от не выплаченной в срок суммы до даты фактического исполнения обязательства.

В остальной части отказать.

Возвратить ООО «Станция Спецтехсервис» из Федерального бюджета РФ госпошлину в размере 6 929 руб., излишне перечисленную по платежному поручению №198 от 30.12.2019г.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


СудьяН.ФИО5