Решение от 26 февраля 2026 г. АС Новосибирской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-39339/2025
г. Новосибирск
27 февраля 2026 года
Резолютивная часть решения объявлена 16 февраля 2026 года.

Мотивированное решение изготовлено 27 февраля 2026 года.


Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Богер А.А., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Переверзевым Р.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску в помещении арбитражного суда по адресу: <...>, кабинет № 618, дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Лаб Индастриз» (ИНН <***>),

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>),

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 2 111 354 рублей,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО2 (онлайн), доверенность от 13.05.2025, диплом, паспорт;

от ответчика: не явился, извещен,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "ЛАБ Индастриз" (ИНН <***>) (далее – Истец) обратилось в арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ (уменьшение размера исковых требований), к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>) (далее – Ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на Товарный знак № 936497 в размере 1 001 876 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в размере 55 056 рублей.

Истец в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме.

Ответчик в представленном отзыве возражал против удовлетворения иска, указал, что скриншоты с номерами с 01 по 46, с 59 по 94, со 125 по 149 не имеют отношения к магазину Ответчика, а принадлежат другим лицам, что подтверждается данными об ИНН продавцов, содержащихся в этих же скриншотах.

Кроме того, ответчик в представленном отзыве, ссылаясь на п. 21 Обзора судебной практики № 3 (2017) от 12.07.2017 Верховного Суда РФ, просил суд уменьшить размер компенсации ниже двукратной стоимости контрафактных товаров, а именно до 50 000 рублей, указав на характер нарушений, однократность нарушения Ответчиком исключительных прав, принципы разумности и справедливости.

Истцом 22.12.2025 были уменьшены исковые требования до 1 001 876 рублей ввиду исключения из материалов дела излишних скриншотов с товарами, не имеющим отношение к ответчику.

В силу пункта части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчик считается извещенным надлежащим образом, и суд считает возможным разрешить спор в его отсутствие на основании пункта 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на следующие обстоятельства.

ООО «ЛАБ Индастриз» является правообладателем товарного знака «ПЕРСИЛ» по свидетельству № 936497, дата приоритета: 14.10.2022, дата регистрации: 18.04.2023, зарегистрированного в отношении товаров 03, 05 классов МКТУ (далее – Товарный знак Персил).

В рамках мониторинга сети Интернет установлено, что Ответчик допустил нарушение исключительных прав Истца в следующих формах:

- Предложение к продаже товаров, незаконно маркированных Товарными знаками Истца, на сайте торговой площадки;

- Размещение в сети Интернет (доведение до всеобщего сведения) товаров, незаконно маркированных Товарными знаками Истца, на сайте торговой площадки. Контрафактные товары предлагаются к продаже ответчиком по 6 адресным ссылкам:

1. https://www.wildberries.ru/catalog/364650534/detail.aspx

2. https://www.wildberries.ru/catalog/372323703/detail.aspx

3. https://www.wildberries.ru/catalog/372323721/detail.aspx

4. https://www.wildberries.ru/catalog/372323716/detail.aspx

5. https://www.wildberries.ru/catalog/364650539/detail.aspx

6. https://www.wildberries.ru/catalog/333103094/detail.aspx

Указанные обстоятельства подтверждаются надлежащим образом оформленными скриншотами сайта от www.wildberries.ru.

Как указывает истец, товар, реализованный и предлагаемый к продаже Ответчиком, является контрафактным по следующим признакам:

- Товар не произведен уполномоченными лицами или по их заказу – товар Ответчика произведен неизвестными лицами в условиях, не позволяющих контролировать соответствие качества товара требованиям Истца;

- Оригинальные товары не производятся в дизайне и упаковке, используемым Ответчиком.

Исключительные права на данные объекты интеллектуальной собственности принадлежат истцу и ответчику не передавались.

В связи с установленными фактами нарушения исключительных прав, истцом в адрес ответчика была направлена претензия Исх. № 43149 от 02.06.2025 с требованием прекратить предложение к продаже контрафактных товаров и выплатить компенсацию, которая была оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

В виде компенсации за нарушение исключительных прав на Товарный знак № 936497 истец просит взыскать с ответчика 1 001 876 рублей.

Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы и сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, арбитражный суд пришел к убеждению о правомерности заявленных исковых требований в части, при этом суд исходит из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Товарный знак служит средством индивидуализации производимых товаров, позволяет покупателю отождествлять маркированный товар с конкретным производителем, вызывает определенное представление о продукции.

Из материалов дела следует, что истцу принадлежат исключительные права на средства индивидуализации: товарный знак № 936497 «Персил».

Предложение к продаже и реализация ответчиком в сети «Интернет» товаров с использованием спорных товарных знаков, без получения согласия истца, свидетельствует о нарушении исключительного права истца на товарные знаки.

При этом, по смыслу приведенных норм материального права, ответственность за незаконное использование товарных знаков наступает в том числе за факт его реализации, независимо от того, кто изначально выпустил продукцию, маркированную спорными изображениями, в гражданский оборот.

Ответчик, осуществляя предпринимательскую деятельность, мог и должен был убедиться в законности производства товара, а также удостовериться в наличии у изготовителя товара прав на использование спорных изображений, предоставленных обладателем исключительных прав на товарные знаки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Исключительные права могут передаваться авторами по различным основаниям: по договору авторского заказа (стать 1288 ГК РФ), по договору об отчуждении и исключительного права (пункт 2 части 1 статьи 1240 ГК РФ), по лицензионному договору (пункт 3 части 1 статьи 1240 ГК РФ), в порядке создания служебного произведения (статья 1295 ГК РФ).

Ответчик доказательств, подтверждающих факт предоставления ему истцом или иными лицами права на использование спорных товарных знаков, в материалы дела не представил.

Таким образом, ответчиком нарушено исключительное право истца на средства индивидуализации – товарный знак № 936497 «Персил».

Факт нарушения исключительных прав истца ответчиком в результате незаконного предложения к продаже ответчиком товаров с использованием обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками истца, без согласия правообладателя, подтверждается материалами дела, а именно, надлежащим образом оформленными скриншотами сайта от www.wildberries.ru.

Согласно пункту 55 Постановления № 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ).

Согласно статье 64 АПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Товары, предлагаемые к продаже ответчиком, не вводились в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с его согласия. Таким образом, ответчик, осуществив действия по распространению товаров, нарушил исключительное право истца на товарный знак № 936497.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (п. 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности").

В соответствии с пунктом 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" - "Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Принадлежность истцу исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 936497 подтверждена представленными истцом в материалы дела доказательствами.

Истец на основании исключительной сублицензии предоставлено право использования на территории Российской Федерации товарных знаков, принадлежащих компании «ФИО3 унд Ко. КГаА», Хенкельштрассе 67, Д-40589 Дюссельдорф, Германия, в том числе на товарный знак по свидетельству № 936497.

Права ООО «ЛАБ Индастриз», предоставленные ей на основании договора исключительной сублицензии, зарегистрированного Федеральной службой по интеллектуальной собственности от 17.10.2023 за № РД0446645, включают право использования товарных знаков компании «ФИО3 унд Ко. КГаА» любыми способами, предусмотренными ст. 1484 ГК РФ, а также защиты исключительных прав на товарные знаки.

С учетом регистрации Роспатентом 17.10.2023 сублицензионного договора за № РД0446645 истцом представлены надлежащие доказательства наличия права требования компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 936497 в пределах полномочий прав, переданных по такому договору истцу.

Таким образом, совокупность необходимых условий для установления факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки по делу установлена.

При визуальном сравнении спорных товаров, размещенных в карточке товаров на сайте торговой плащадки, и защищаемого товарного знака, очевидно, что обозначения «Persil», размещенные на Товарах, предлагаемых к продаже ответчиком (гель для стирки, кондиционер для белья), полностью совпадают по фонетическому, звуковому признаку, так как являются вариантами написания и произношения одного слова в кириллице и латинице: Persil - Персил.

На основании изложенного, следует, что обозначение «Persil», размещенное на этикетке исследуемого товара, является сходным до степени смешения с товарным знаком по свидетельству № 936497.

Согласно п. 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров.

При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

- используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

- длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

- степень известности, узнаваемости товарного знака;

- степень внимательности потребителей (зависящая, в том числе от категории товаров и их цены);

- наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Учитывая высокую различительную способность объектов интеллектуальной собственности истца, а также узнаваемость бренда, можно прийти к выводу, что реализованные ответчиком товары сходны до степени смешения с товарными знаками истца.

При таких обстоятельствах, фонетическое сходство товарных знаков истца с реализованными ответчиками спорными товарами, в общем, и в сравнении отдельных элементов, очевидно.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены способы защиты прав на средства индивидуализации.

Пунктом 3 той же статьи установлено, что для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу абзаца 3 статьи 1252 ГК РФ размер компенсации подлежит взысканию за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Выбор способа защиты своего права, в силу закона осуществляется по усмотрению правообладателя соответствующего права. При этом, минимальный размер компенсации исчисляется из расчета 10 000 рублей за каждый факт нарушения.

В разъяснениях, содержащихся в пунктах 43.2, 43.3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», указано, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем 2 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на Товарный знак № 936497 в размере 1 001 876 рублей.

Истец указывает, что товары, предлагаемые к продаже Ответчиком, являются поддельными, происхождение и качество неизвестны. При этом товар предназначен для бытового использования, то есть подразумевающего непосредственное соприкосновение с кожей человека. Использование некачественных компонентов может привезти к негативным последствиям и проблемам со здоровьем. Тем самым, реализация контрафактных товаров является грубым нарушением исключительных прав и несет высокую общественную опасность.

Кроме того, незаконное использование известных обозначений направлено на получение Ответчиком конкурентного преимущества от использования Товарных знаков, являющихся известными на рынке. Использование Товарных знаков неуполномоченными лицами наносит вред, причиняет убытки и негативно сказывается на репутации Истца, поскольку он не может контролировать качество таких товаров, условия их транспортировки и хранения.

Наряду с этим, распространение контрафактной продукции негативно отражается на репутации и коммерческой деятельности правообладателя, поскольку создает конкуренцию лицензионному товару, в том числе за счет более низкой цены, снижает интерес потенциальных партнеров к заключению лицензионных договоров; потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, полагая, что приобретают качественный и лицензионный товар.

Таким образом, введение в гражданский оборот ответчиком контрафактной продукции создает угрозу причинения вреда здоровью и жизни потребителей, ответчик реализует известный бренд ПЕРСИЛ, который имеет известность и популярность у потребителей.

Руководствуясь пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, правообладатель вправе требовать компенсацию в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, на основании чего Истец просит взыскать компенсацию за допущенное нарушение исключительных прав на Товарный знак в размере 1 001 876 рублей на основании следующего:

1) https://www.wildberries.ru/catalog/364650534/detail.aspx за период с 16.03.2025 по 01.06.2025 было реализовано 78 единиц контрафактного товара на общую сумму 49 241 руб.

2) https://www.wildberries.ru/catalog/372323703/detail.aspx за период с 27.03.2025 по 01.06.2025 было реализовано 111 единиц контрафактного товара на общую сумму 69 640 руб.

3) https://www.wildberries.ru/catalog/372323721/detail.aspx за период с 27.03.2025 по 01.06.2025 было реализовано 2 единицы контрафактного товара на общую сумму 1 190 руб.

4) https://www.wildberries.ru/catalog/372323716/detail.aspx за период с 27.03.2025 по 01.06.2025 было реализовано 155 единиц контрафактного товара на общую сумму 96 906 руб.

5) https://www.wildberries.ru/catalog/364650539/detail.aspx за период с 16.03.2025 по 01.06.2025 было реализовано 163 единицы контрафактного товара на общую сумму 92 403 руб.

6) https://www.wildberries.ru/catalog/333103094/detail.aspx за период с 28.02.2025 по 01.06.2025 было реализовано 303 единицы контрафактного товара на общую сумму 191 558 руб.

Исходя из имеющихся данных, размер компенсации по двойной стоимости контрафактных товаров, рассчитанной по формуле: 49 241 + 69 640 + 1 190 + 96 906 + 92 403 + 191 558 = 500 938 * 2 = 1 001 876 руб.

Как разъяснено в п. 61 Пленума от 23.04.2019 № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Как указано в п.3 "Обзор судебной практики по делам о защите прав потребителей' (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.10.2023), размещенное на сайте продавца предложение о продаже товара, обращенное к неопределенному кругу лиц и содержащее подробную информацию о товаре и его цене, является публичной офертой. После получения продавцом сообщения потребителя d намерении заключить договор на условиях публичной оферты продавец не вправе в одностороннем порядке изменить объявленную цену товара.

С учетом системного толкования данного вывода Верховного Суда РФ во взаимосвязи с указанными выше нормами, а также нормой п.1 ст.45б ГК РФ об обязанности продавца передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи, применительно к данному делу, продажа ответчиком товаров, характеристики которых отличались бы от фотоизображений образцов, размещенных в объявлениях ИП ФИО1 о продаже и не содержали бы товарных знаков истца, противоречит доктрине «баланса вероятностей».

Ответчик обязан был продать покупателям товар, соответствующий образцу на фотоизображении в предложении о продаже.

Данные о количестве и стоимости реализации контрафактных товаров получены из системы МП Статс (сайт mpstats.io).

Скриншоты сайта mpstats.io являются достоверными доказательствами, поскольку они содержат указание на время их получения, а также указание на адрес интернет- страницы, с которой сделана распечатка .

Суд полагает необходимым отметить, что данные о количестве товара, размещенные на сервисе https://mpstats.io и представленные истцом, основаны на тех данных, которые указал непосредственный продавец при формировании карточки товара.

Учитывая нормы статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ИП ФИО1 не опроверг аргументы и доказательства истца относительно реализованных товаров, в том числе в отношении сведений о количестве товара, предоставленных сервисом MPSTATS, какие-либо первичные товаросопроводительные документы не представил, расчет компенсации истца исходя из стоимости и количества реализованных товаров с использованием спорного обозначения не опроверг.

Ответчиком в ходе рассмотрения дела заявлено ходатайство о снижении размера компенсации ниже двукратной стоимости реализованных товаров.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 20.11.2012 N 8953/12 указал, что размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Поскольку пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривается одна мера гражданско-правовой ответственности - компенсация, взыскиваемая вместо убытков, которая лишь рассчитывается разными способами (пункты 1 и 2 названной статьи), Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 02.04.2013 N 16449/12 указывал, что выработанные им в постановлении от 20.11.2012 N 8953/12 подходы применимы и к практике взыскания компенсации, рассчитанной согласно подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Как следует из текста постановления Конституционного суда Российской Федерации от 24.07.2020 №40-П, п.п.2 п.4 ст. 1515 ГК РФ признан не соответствующим Конституции Российской Федерации частично в той мере, в какой эта норма в системной связи с общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

В мотивировочной части указанного постановления указано, что впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из настоящего Постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации величины.

При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое.

Проанализировав ходатайство ответчика о снижении размера компенсации, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, принимая во внимание количество проданных экземпляров, а также тот факт, что заявленная компенсация в размере 1 001 876 рублей может превышать величину возможных убытков истца, а также отсутствие доказательств несения истцом убытков, с учетом тех обстоятельств, что ответчик прекратил нарушение исключительных прав истца на товарные знаки на сайте и ответчику не было известно о контрафактности используемой продукции, с учетом того обстоятельства, что на период выполнения нарушений ответчик впервые привлекается к ответственности за нарушение исключительных прав, а также ввиду отсутствия надлежащих доказательств, что нарушение прав истца являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика, а заявленный размер компенсации является значительным для индивидуального предпринимателя, суд полагает возможным удовлетворить требования истца о взыскании компенсации за нарушение исключительного права истца на один товарный знак №936407, исходя из однократной стоимости реализованного на сайте контрафактного товара, тем самым снизив размер компенсации по ходатайству ответчика до 500 938 рублей, что, по мнению суда, в полной мере возместит возможные убытки истца.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина подлежит отнесению на ответчика.

С учетом того обстоятельства, что истец в ходе рассмотрения дела уменьшил исковые требования, излишне уплаченная государственная пошлина подлежит возврату истцу из средств федерального бюджета РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 176, 216 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Лаб Индастриз» (ИНН <***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на Товарный знак по свидетельству №936497 в размере 500 938 рублей, государственную пошлину за рассмотрение иска в размере 55 056 рублей.

Вернуть Истцу обществу с ограниченной ответственностью «Лаб Индастриз» (ИНН <***>) из средств федерального бюджета РФ излишне уплаченную государственную пошлину в размере 33 285 рублей.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья

А.А. Богер