Постановление от 16 ноября 2020 г. ФАС ПО (ФАС Поволжского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-50497/2019

Дело № А49-9723/2017
г. Казань
17 ноября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 17 ноября 2020 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Баширова Э.Г.,

судей Минеевой А.А., Богдановой Е.В.,

при участии представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 07.02.2019,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 16.08.2019,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 и ФИО5

на определение Арбитражного суда Пензенской области от 07.07.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2020

по делу № А49-9723/2017

по заявлению ФИО1 к ФИО5, ФИО6 о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, предъявленному в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Пензенской области от 16.08.2017 по заявлению ФИО3 возбуждено дело о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 27.06.2018 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО7.

26.03.2019 в суд поступило заявление кредитора ФИО1, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными следующих сделок:

заключенный между ФИО3 и ФИО6 договор дарения земельного участка с жилым строением от 12.11.2015;

заключенный между ФИО3 и ФИО6 договор дарения квартиры от 07.12.2015;

заключенный между ФИО5 и ФИО6 договор дарения квартиры от 23.09.2015.

Также заявитель просил применить последствия недействительности названных сделок в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника 930 000 руб., возврата ФИО6 в конкурсную массу должника квартиры, находящейся по адресу: <...> общей площадью 78,7 кв.м., кадастровый № 77:07:0004002, а также квартиры, расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 77:07:0004007:6362.

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 13.05.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества должника.

Определением суда от 23.12.2019 удовлетворено ходатайство ФИО1 об объединении в одно производство для совместного рассмотрения обособленного спора о признании недействительными сделок – договоров дарения от 12.11.2015, от 07.12.2015, и от 23.09.2015 и обособленного спора о признании недействительным соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 24.12.2014 (определение о принятии к производству от 21.11.2019).

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 13.05.2020 финансовым управляющим имуществом ФИО3 утвержден ФИО8.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 07.07.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2020, заявления кредитора ФИО1 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок удовлетворены.

Признано недействительным соглашение о разделе имущества от 24.12.2014, заключенное между ФИО3 и ФИО5.

Признан недействительным заключенный между ФИО3 и ФИО6 договор дарения земельного участка с жилым строением от 12.11.2015, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника 930 000 руб.

Признан недействительным заключенный между ФИО3 и ФИО6 договор дарения квартиры от 07.12.2015, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу должника ФИО3 квартиру по адресу: <...> общей площадью 78,7 кв.м., кадастровый № 77:07:0004002:3063.

Признан недействительным заключенный между ФИО5 и ФИО6 договор дарения квартиры от 23.09.2015, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу должника ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: <...>, кадастровый номер 77:07:0004007:6362.

С ФИО6 в пользу ФИО1 взысканы расходы по оплате государственной пошлины в сумме 18 000 руб.

С ФИО5 в пользу ФИО1 взысканы судебные расходы в сумме 36 000 руб., в том числе расходы по оплате экспертизы - 30 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Не согласившись с принятыми в результате рассмотрения заявлений о признании сделок недействительными судебными актами, ФИО3 и ФИО5 обратились с кассационными жалобами.

ФИО3 просит отменить определение Арбитражного суда Пензенской области от 07.07.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2020, направить обособленный спор на новое рассмотрение, поскольку считает, что выводы судебных инстанций не соответствуют обстоятельствам дела, что судами неправильно применены нормы процессуального права, не применен закон, подлежащий применению. Ссылается на то, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности. Указывает на необоснованный отказ судов в удовлетворении ходатайства о проведении повторной экспертизы. Полагает, что заключение эксперта от 12.02.2020 является недопустимым доказательством. Кроме того, указывает, что квартира по ул. Оршанская является единственным пригодным для проживания помещением должника, поэтому не может быть включено в конкурсную массу.

ФИО5 также просит отменить обжалуемые судебные акты, передать дело на новое рассмотрение. Не согласна с вынесенными по делу судебными актами в части признания недействительным соглашения о разделе имущества, отказа в назначении повторной экспертизы, признания недействительным заключенного между ФИО5 и ФИО6 договор дарения квартиры от 23.09.2015, а также взыскания с неё судебных расходов в размере 36 000 руб. Обращает внимание суда кассационной инстанции, что суды неправильно применили положения статьи 167 ГК РФ, преодолев право собственности ФИО5 на квартиру, расположенную по адресу: <...>, и включив в конкурсную массу должника не принадлежащее ему имущество.

В отзывах на кассационные жалобы ФИО1, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, просит оставить их без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия не находит оснований для отмены принятых судебных актов по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО3 состоит в зарегистрированном браке с ФИО5 с 14.07.1984, ФИО9 является дочерью должника и его супруги.

Из материалов дела усматривается, что 24.12.2014 между ФИО3 и ФИО5 заключено соглашение о разделе совместно нажитого имущества, по условиям которого стороны произвели раздел общего имущества супругов, нажитого в период совместного брака.

В силу пункта 1 соглашения в период брака на совместные средства сторонами было приобретено следующее имущество: 3-х комнатная квартира, расположенная по адресу: <...>, общей площадью 78,7 кв.м., право собственности зарегистрировано на имя ФИО3; 2-х комнатная квартира, расположенная по адресу: <...>, общей площадью 73 кв.м., право собственности зарегистрировано на имя ФИО5

В соответствии с пунктами 2,3 соглашения квартиры оценены сторонами в 15 млн. руб. каждая. В соответствии с пунктом 4 соглашения 3-х комнатная квартира переходит в собственность ФИО3 В соответствии с пунктом 5 соглашения 2-х комнатная квартира переходит в собственность ФИО5

12.11.2015 между ФИО3 (даритель) и ФИО6 (одаряемая) заключен договор дарения земельного участка с жилым строением, по условиям которого даритель безвозмездно передает в собственность (дарит), а одаряемая принимает в дар право собственности на земельный участок с кадастровым номером 50:05:0060114:1 общей площадью 700 кв.м., находящийся по адресу Московская область, р-н Сергиево-Посадский, с/о Березняковский, в районе д. Топорково, с/т «Мечта», уч. № 32, и право собственности на жилое строение двухэтажное общей площадью 71,4 кв.м. с кадастровым номером 50:05:0060114:39.

07.12.2015 между ФИО3 (даритель) и ФИО6 (одаряемая) заключен договор дарения квартиры, по условиям которого даритель безвозмездно передает (дарит) дочери ФИО6 принадлежащую ему на праве собственности квартиру, расположенную по адресу: <...>, состоящую из 3 жилых комнат общей площадью 78,7 кв.м., а одаряемая указанную квартиру в дар от дарителя принимает.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 14.12.2015 в настоящее время ФИО6 является собственником указанной квартиры.

23.09.2015 между ФИО5 (даритель) и ФИО6 (одаряемая) заключен договор дарения квартиры, по условиям которого даритель передает в дар, а одаряемая принимает в дар недвижимое имущество - квартиру общей площадью 73 кв.м. по адресу: <...>, кадастровый номер 77:07:0004007:6362.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права от 18.12.2015 ФИО6 в настоящее время является собственником названной квартиры.

Посчитав, что соглашение о разделе имущества от 24.12.2014 обладает признаками мнимой сделки, а договоры дарения от 23.09.2015, от 12.11.2015, от 23.09.2015 обладают признаками недействительности как совершенные с целью причинения имущественного вреда кредиторам должника, ФИО1 обратился в суд с настоящими заявления о признании сделок недействительными, по основаниям, изложенным в пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьях 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Признавая соглашение о разделе имущества от 24.12.2014 мнимой сделкой, судебные инстанции исходили из того, что целью заключения соглашения от 24.12.2014 являлось создание ситуации, в которой невозможно обращение взыскания на имущество должника в целях удовлетворения требований кредиторов.

При рассмотрении спора судами установлено, что соглашение о разделе совместно нажитого имущества, которым стороны изменили режим совместной собственности, составлено позднее даты, указанной в нем. Согласно результатам экспертного заключения печатный текст на этом документе был выполнен в другие, более поздние сроки, определяемые следующим интервалом: с 19.03.2018 по 16.11.2018.

Судами отмечено, что все договоры поручительства между ФИО3 и АКБ «РосЕвроБанк» содержат отметку о согласии супруги поручителя – ФИО5 на совершение сделок поручительства на предложенных условиях, однако не содержат сведений о наличии между супругами соглашения о разделе имущества.

Также судами принято во внимание, что сведения о наличии соглашения о разделе совместно нажитого имущества, а также о совершении сделок дарения не были указаны ФИО3 при подаче заявления о признании его банкротом, тогда как обязанность представления данного документа предусмотрена пунктом 3 статьи 213.4 Закона о банкротстве. В первом отчете финансового управляющего были отражены сведения о совершении должником только трех сделок дарения и брачного договора от 03.03.2016, сведения о соглашении от 24.12.2014 отсутствовали.

Также судами учтено, что в материалах регистрационных дел в отношении квартир, являющихся предметом соглашения от 24.12.2014, имеются нотариально удостоверенные согласия ФИО3, данное супруге, а также ее согласие, данное супругу, на дарение квартир в пользу дочери - ФИО6

В обжалуемых судебных актах судами обоснованно указано, что факт предоставления супругами данных согласий свидетельствует о том, что на момент регистрации перехода прав собственности имущество (квартиры), приобретенное в период брака, находилось в общей совместной собственности супругов ФИО3 и ФИО5, так как в соответствии со ст. 35 СК РФ (в ред., применяемой на момент совершения сделок и их регистрации) нотариальное согласие супруга на совершение сделки вторым супругом дается только в случае, если предметом сделки является общее имущество супругов.

Установив вышеизложенные обстоятельства, руководствуясь положениями статей 166, 170 ГК РФ, судебные инстанции пришли к правомерному выводу, что представленное должником соглашение от 24.12.2014 на момент заключения оспариваемых договоров дарения в действительности не существовало, и имеются основания для признания его мнимой сделкой.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 по делу № А56-31805/2016, следует учитывать, что конечной целью конкурсного оспаривания подозрительных сделок является ликвидация последствий недобросовестного вывода активов перед банкротством. Следовательно, необходимо принимать во внимание не дату подписания сторонами соглашения, по которому они обязались осуществить передачу имущества, а саму дату фактического вывода активов, то есть исполнения сделки путем отчуждения имущества (статья 61.1 Закона о банкротстве). Конструкция купли-продажи недвижимости по российскому праву предполагает, что перенос титула собственника производится в момент государственной регистрации. Поэтому для соотнесения даты совершения сделки, переход права на основании которой (или которая) подлежит государственной регистрации, с периодом подозрительности учету подлежит дата такой регистрации.

При рассмотрении спора судами правильно отмечено, что договор дарения, датированный 23.09.2015, но зарегистрированный в установленном законом порядке в декабре 2015 года, может быть признан недействительным по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Удовлетворяя заявление кредитора о признании недействительными договоров дарения от 23.09.2015, от 12.11.2015, от 23.09.2015, судебные инстанции исходили из наличия у оспариваемых сделок признаков недействительности, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

В силу пункта 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством.

При рассмотрении спора судами установлено, что сделки совершены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Из материалов дела усматривается, что все участники спорных сделок являются членами одной семьи: ФИО5 является супругой должника, а ФИО6 приходится им дочерью.

Также при рассмотрении спора судами установлено, наличие у должника на момент оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности, а именно судами отмечено, что у должника имелись неисполненные обязательства как поручителя по кредитным договорам, заключенным между АКБ «РосЕвроБанк» (АО) и ООО «Вектор», генеральным директором и участником которого являлся должник, на общую сумму 70 500 000 руб.

Определением суда от 11.02.2019 по настоящему делу требования ПАО «Совкомбанк» в сумме 360 255,86 руб. включены в реестр требований кредиторов должника. В остальной части требований на сумму 70 500 000 руб. банку отказано ввиду истечения сроков договоров поручительства к моменту предъявления иска в суд.

Кроме того, судами установлено, что у должника имелись неисполненные обязательства перед кредитором ФИО1 по договору займа на сумму 14 165 000 руб. от 07.05.2015, которые должны были быть исполнены в следующие сроки: до 15.05.2015 - 1 800 000 руб., до 31.05.2015 - 2 365 000 руб., до 30.06.2015 - 5 000 000 руб., до 31.07.2015 -5 000 000 руб.

Решением Кунцевского районного суда г.Москвы от 15.12.2015 с ФИО3 в пользу ФИО1 взыскана сумма 15 032 471,29 руб. Впоследствии требования кредитора ФИО1 в сумме 15 032 471,29 руб. включены в реестр требований кредиторов должника.

При рассмотрении спора судами принято во внимание, что в отношении ООО «Вектор» дело о банкротстве было возбуждено уже 19.08.2015, а процедура наблюдения введена 29.09.2015, и оспариваемые договоры дарения совершены после возбуждения в отношении общества процедуры банкротства. То есть судами обоснованно усмотрено, что оспариваемые сделки по отчуждению имущества, совершенные в течение 4 месяцев, свидетельствуют о желании должника как генерального директора общества, вывести своё ликвидное имущество из своей собственности в собственность заинтересованных лиц – членов своей семьи.

Таким образом, установив, что сделки совершены заинтересованными лицами в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при наличие у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности, принимая во внимание, что оспариваемыми сделками причинен вред имущественным правам кредиторов в виде выбытия отчужденного по сделкам недвижимого имущества из собственности должника, учитывая безвозмездность договоров дарения, судебные инстанции пришли к правомерному выводу о доказанности совокупности всех обстоятельств, необходимых для признания оспариваемых договоров дарения недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, правильно применив последствия признания сделок недействительными.

При этом судами правомерно отмечено, что совершение должником сделок по безвозмездному отчуждению имущества и в пользу заинтересованных лиц после инициирования кредитором ФИО1 в судебном порядке процесса взыскания задолженности с ФИО3 и возбуждения дела о банкротстве ООО «Вектор», поручителем и контролирующим лицом которого являлся должник, свидетельствует о том, что подобные сделки направлены на вывод активов должника. Достаточность имущества после совершения спорных сделок не подтверждена доказательствами. ФИО3, являющийся руководителем и участником ООО «Вектор», не представил доказательств того, что в преддверии банкротства заемщика имелась реальная возможность исполнения им кредитных обязательств, которая была утрачена в относительно короткий промежуток.

Учитывая, что недвижимое имущество, переданное по договору дарения от 12.11.2015, было отчуждено и в настоящее время находится в собственности третьего лица, судебные инстанции пришли к правомерному выводу о взыскании с ФИО6 рыночной стоимости отчужденного имущества в размере 930 000 руб., определенной на основании отчета об оценке имущества от 06.08.2019 №1069-08/19, выполненного ООО «Стандарт Оценка».

Все доводы заявителей, изложенные в кассационных жалобах, идентичны доводам, изложенным в апелляционных жалобах, были предметом исследования суда апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка и обоснованно отклонены, о чем мотивированно изложено в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2020.

Судебная коллегия считает, что обжалуемые судебные акты приняты при правильном применении норм материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела, нарушений норм процессуального права не допущено, в связи с чем оснований для их отмены не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Пензенской области от 07.07.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2020 по делу № А49-9723/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Э.Г. Баширов

Судьи А.А. Минеева

Е.В. Богданова