Решение от 23 октября 2025 г. по делу № А50-1884/2025

Арбитражный суд Пермского края Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

город Пермь «24» октября 2025 года Дело № А50-1884/2025

Резолютивная часть решения объявлена 23 октября 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 24 октября 2025 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Кульбаковой Е.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шмелевой Н.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

к ответчику: индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Пермь; ИНН <***>; ОГРНИП <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак,

в судебном заседании принимали участие: от истца – не явились, извещены; от ответчика – ФИО3, доверенность от 04.07.2025, паспорт, диплом рег. № 67871, выд. 13.05.2004,

У С Т А Н О В И Л:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на товарный знак по Свидетельству № 359303 в размере 100 000 руб., а также судебных издержек, состоящих из: расходов, связанных с фиксацией нарушения прав – 8 000 руб., за получение выписки из ЕГРИП на ответчика в размере 200 руб., стоимость товара в размере 130 руб., почтовые расходы в размере 144 руб.

12.03.2025 от истца поступило ходатайство об изменении исковых требований, истец просил взыскать с ответчика компенсацию в размере

92 857 рублей за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303, исходя из расчета по ч. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.

Протокольным определением от 24.03.2025 в порядке ст. 49 АПК РФ изменение исковых требований принято судом.

Представитель истца в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в том числе публично.

Представитель ответчика в судебном заседании продажу товара не оспорил, не согласился с расчетом размера компенсации, представил письменные дополнительные возражения на исковое заявление с расчетом обоснованно заявленной компенсации.

Исследовав материалы дела, заслушав представителя ответчика, арбитражный суд установил следующее.

В Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ был зарегистрирован товарный знак, сведения о регистрации которого имеются на сайте ФГБУ «Федеральный институт промышленной собственности» (http://www1.fips.ru), который принадлежит индивидуальному предпринимателю ФИО1 на основании свидетельства о регистрации товарного знака № 359303 («KAIZER»).

, дата регистрации 08.09.2008, дата, до которой продлен срок действия исключительного права 19.10.2025.

Указанный товарный знак имеет международную охрану на территории Российской Федерации, в том числе в отношении товара, который был реализован ответчиком – 8 класс МКТУ (кусачки для ногтей; кусачки для удаления заусенцев; кусачки; наборы маникюрных инструментов; наборы педикюрных инструментов; ножевые изделия и т.д.).

На основе представленных по делу доказательств судом установлено, что 03.08.2024 в торговом отделе «Игрушки», расположенном по адресу: 614016, <...>, был установлен и задокументирован факт продажи товара, обладающего признаками контрафактности – маникюрные инструменты (ножницы) в упаковке с изображением надписи «KAIZER».

Факт реализации спорного товара подтверждается кассовым чеком от 03.08.2024, на котором указаны: наименование продавца – ИП ФИО2, адрес: 614016, <...>, «Игрушки», наименование товара, в том числе ножницы стоимостью 130 рублей в количестве 1 шт., ИНН продавца (л.д. 10); самим товаром, который обозревался в судебном заседании, приобщен к материалам дела; видеозаписью приобретения спорного товара.

Факт реализации спорного товара ответчиком не оспорен.

Таким образом, суду представлены допустимые и относимые доказательства факта приобретения спорного товара у ответчика. Данные

обстоятельства подтверждаются совокупностью представленных в дело доказательств. Указанные обстоятельства ответчиком не оспариваются (ст.

65 АПК РФ).

Истец указывает, что при осмотре товара, проданного ответчиком, установлено, что товар является контрафактным, поскольку на товаре отсутствует информация о правообладателе товарного знака и об изготовителе товара, отсутствует штрих-код, упаковка товара не соответствует упаковке оригинального товара.

Права на использование товарного знака истец ответчику не передавал, в связи с чем, действия ответчика нарушают исключительные права истца на средство индивидуализации товара и на результат интеллектуальной деятельности.

23.11.2024 истцом в адрес ответчика направлена претензия с целью досудебного урегулирования и соблюдения претензионного порядка разрешения данной категории споров (эл.дело). Ответ на претензию от ответчика не поступал.

Истец индивидуальный предприниматель ФИО1 ссылаясь на реализацию ответчиком продукции без согласия правообладателя, обратился с заявленными требованиями в арбитражный суд.

В силу ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности), отнесены, в том числе, фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, а также коммерческие обозначения.

В соответствии с п. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной

деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата

интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных

настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 ГК РФ, нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходными с ним до степени смешения обозначениями, используемыми без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ, товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым, в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Представленный на обозрение суду проданный ответчиком товар представляет собой ножницы в упаковке с изображением обозначения «KAIZER», сходного до степени смешения с товарным знаком № 359303.

Судом установлено, что правообладатель с ответчиком договор на передачу исключительных прав на товарные знаки не заключал, права на использование товарных знаков не передавал.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика права на реализацию в предпринимательских целях спорного объекта интеллектуальной собственности, в деле не имеется.

Представитель ответчика в судебном заседании не оспорил реализацию товара с товарным знаком истца (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, суд приходит к выводу, что осуществляя продажу спорного товара без согласия истца, ответчик нарушил исключительные права истца на товарный знак.

В силу ст. 1301 ГК РФ, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных названным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 названного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при

сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При этом, правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума от 23.04.2019 N 10), рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Размер заявленной компенсации, рассчитан истцом на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, исходя из стоимости правомерного использования товарного знака в двукратном размере, из расчета: (1 300 000 рублей / 1 товарный знак / 7 классов МКТУ / 4 способа применения) x 2, что составляет 92 857 рублей.

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем (пункт 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного

Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, пункт 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10).

Как разъяснено в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

В предмет доказывания по данной категории дел входит установление цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, и определение конкретного размера компенсации за установленное нарушение, исходя из этой цены.

При этом определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем, за основу расчета размера компенсации должна быть взята стоимость права за аналогичный способ использования.

Указанное согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, в отношении того, что определение размера компенсации не может быть произведено судом произвольно.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 № 310-ЭС20-9768 по делу № А48-7579/2019 также отмечена необходимость соотнесения условий лицензионного договора, которым истец обосновывает расчет компенсации, и обстоятельств допущенного ответчиком нарушения, в том числе в части перечня товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам).

Из материалов дела следует, что между истцом и ООО «Торговый Дом «Кьют Кьют» заключен лицензионный договор от 06.04.2021, предоставляющий право на использование товарного знака по свидетельству № 359303 в отношении всех товаров и услуг 03, 08, 11, 21, 26 35, 44 классов Международной Классификации Товаров (далее - МКТУ).

Исходя из пункта 5 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

Таким образом, в лицензионном договоре можно одновременно установить как фиксированный разовый лицензионный платеж (паушальный платеж), так и периодические платежи.

Согласно п. 2 указанного договора, Лицензиат выплачивает Лицензиару за предоставление права использования товарного знака № 359303 комбинированное вознаграждение:

- разовый паушальный платеж за предоставление права использования товарного знака № 359303, который составляет 1 000 000 (один миллион) рублей;

- ежемесячный платеж в форме роялти за предоставление права использования товарного знака № 359303 в размере 300 000 (триста тысяч) рублей (фиксированное вознаграждение).

Довод ответчика об исключении паушального взноса из расчета размера компенсации судом отклоняется, поскольку и паушальный взнос, и периодические платежи составляют стоимость права использования объекта интеллектуальных прав, обе суммы подлежат учету при расчете компенсации за нарушение исключительного права на этот объект (аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 11.04.2024 по делу № А12-20833/2023, Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 08.11.2023 по делу № А41-12654/2023, Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 31.05.2023 по делу № А41-50213/2022, Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 09.10.2025 по делу № А76-38500/2024).

При этом фиксированная плата по лицензионному договору подлежит перерасчету в зависимости от обстоятельств использования объекта ответчиком, в том числе с учетом срока и способа использования обозначения ответчиком.

Иными словами минимальное фиксированное вознаграждение, установленное в лицензионном договоре, учитывается при расчете компенсации, но должно быть пересчитано судом с учетом доводов ответчика о сроке нарушения, о количестве нарушений, объема предоставленного права и других факторов, указанных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2021 № 310 ЭС20 9768.

Кроме того, суд учитывает, что дополнительным соглашением от 03.05.2021 к лицензионному договору, его стороны согласовали, что указанная в пункте 2.4 договора сумма роялти в виде фиксированных ежемесячных платежей не зависит от срока использования, способов использования, территории использования, количества фактов использования объекта интеллектуальной собственности, классов МКТУ, в отношении которых зарегистрирован объект интеллектуальной собственности и предоставленных лицензиату, количества и видов реализуемой лицензиатом продукции с использованием объекта интеллектуальной собственности.

Указанный договор, недействительным не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа доказательств по делу он не исключен. Какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, в материалы дела не представлены.

При этом суд отмечает, что в рассматриваемом случае предприниматель, занимающийся розничной торговлей, нарушил право на товарный знак путем продажи товара, на котором имелось изображение товарного знака истца.

Истец определил размер компенсации исходя из 7-ми классов МКТУ и 4-х способов использования.

Ответчиком в письменном отзыве указано, что принадлежащий истцу товарный знак был использован ответчиком при продаже одного вида товара,

относящегося к 8 классу МКТУ, в то время как лицензиар предоставил лицензиату неисключительную лицензию в отношении всех товаров 03, 08, 11, 21, 26 и услуг 35, 44 класса МКТУ.

При определении цены, взимаемой при сравнимых обстоятельствах за правомерное использование спорного товарного знака, безусловно необходимо учитывать виды товаров в рамках одного класса МКТУ, поскольку это может оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом правообладателю вознаграждения, однако это не означает, что размер вознаграждения по лицензионному договору должен быть арифметически поделен на количество наименований товаров, указанных в лицензионном договоре.

Согласно ГОСТ Р 51303-2013 под видом товаров понимается совокупность товаров определенной группы, объединенных общим названием и назначением (например, плащи и куртки, принадлежащие к группе верхней одежды), под группой товаров - совокупность товаров определенного класса, обладающих сходными потребительскими свойствами и показателями, а также общим назначением (например, верхняя одежда, белье, обувь, молочные продукты).

При этом, заключение лицензионного договора на использование товарного знака в отношении нескольких наименований товаров, входящих в один класс МКТУ, является обычной хозяйственной практикой.

Например, если товарный знак зарегистрирован в отношении товаров 8-го класса МКТУ: инструменты для маникюра; инструменты для педикюра; ножницы для маникюра; ножницы для стрижки волос; пилки для ногтей; электрические пилки для ногтей; пинцеты для эпилирования; устройства для завивки волос (неэлектрические); приборы (электрические и неэлектрические) для полировки ногтей; щипцы для завивки волос; щипцы для удаления ногтей; щипчики для ногтей; щипчики для завивки ресниц, то разумно предположить, что по лицензионному договору будет предоставлено право использования в отношении всей группы указанных товаров.

Соответственно, вознаграждение по такому лицензионному договору будет охватывать всю эту группу товаров.

В такой ситуации, если ответчик будет использовать товарный знак при продаже лишь одного товара, например ножниц, то стоимостью, которая обычно взимается при сравнимых обстоятельствах, будет вознаграждение по лицензионному договору за всю указанную группу товаров, и исходя из этой стоимости будет рассчитываться компенсация.

Если ответчик использовал обозначение лишь в отношении одного товара и заявил обоснованный довод о том, что по лицензионному договору предоставлено право использования товарного знака в отношении товаров, которые не относятся к одному виду, суд может определить иной размер стоимости права использования для целей расчета компенсации с учетом того, что размер вознаграждения по такому договору не является стоимостью права использования, взимаемой при сравнимых обстоятельствах.

Например, когда право использования по лицензионному договору предоставлено в отношении разнородных товаров 8-го класса МКТУ: инструменты для маникюра; инструменты для педикюра; ножницы для маникюра; ножницы для стрижки волос; пилки для ногтей; электрические пилки для ногтей; пинцеты для эпилирования; устройства для завивки волос (неэлектрические); приборы (электрические и неэлектрические) для полировки ногтей; щипцы для завивки волос; щипцы для удаления ногтей; щипчики для ногтей; щипчики для завивки ресниц, а ответчик использует товарный знак для одного товара, например для маникюрных кусачек, стоимость права использования, которая взимается при сравнимых обстоятельствах за использование товарного знака в отношении маникюрных кусачек, вероятно, будет ниже вознаграждения по такому договору.

Соответственно, для расчета компенсации может быть взято за основу не все вознаграждение по такому лицензионному договору, а лишь его часть.

Как правило, готовые изделия классифицируются в соответствии с их функцией или назначением (общие замечания к МКТУ). В связи с этим видится разумным исходить из того, что вознаграждение за использование товаров из одного класса МКТУ - это стоимость права использования, взимаемая при сравнимых обстоятельствах за использование любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары не относятся к одному виду.

При определении цены, взимаемой при сравнимых обстоятельствах за правомерное использование спорного товарного знака, необходимо также учитывать виды товаров в рамках одного класса МКТУ, поскольку это может оказывать влияние на размер уплачиваемого лицензиатом правообладателю вознаграждения, однако это не означает, что размер вознаграждения по лицензионному договору должен быть арифметически поделен на количество товарных позиций, указанных в 8-м классе МКТУ.

Таким образом, если по лицензионному договору предоставлено право использования в отношении товаров одного класса МКТУ, то вознаграждение по такому договору, по общему правилу, составляет стоимость права использования, взимаемую при использовании любого товара из этого класса, если ответчиком не доказано, что товары по этому лицензионному договору относятся к разным видам, поэтому для целей расчета компенсации вознаграждение должно быть снижено.

При этом суд обращает внимание на то, что бремя доказывания отнесения товаров одного класса МКТУ к разной видовой группе лежит на ответчике (аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным права от 11.04.2024 по делу № А12-20833/2023, Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 16.08.2023 по делу № А23-6631/2022).

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Применительно к рассматриваемому делу, поделив размер платежа на количество товаров 8-го класса МКТУ, в отношении которых предоставлено право использования товарного знака по лицензионному договору, ответчик не представил доказательств отнесения данных товаров к одному или разным видам товаров.

Оценивая условия лицензионного договора с ООО «Торговый Дом Кьют-Кьют» от 06.04.2021 (п. 3.1.), представленного истцом лицензионного договора, устанавливающего, что право пользования товарным знаком предоставляется лицензиату с момента государственной регистрации договора на весь срок действия исключительного права на товарный знак - до 19.10.2025, срок использования знака третьим лицом по указанному лицензионному договору составляет 4 года 6 месяцев (06.04.2021-19.10.2025).

При расчете компенсации суд полагает возможным исходить из минимального срока предоставления права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации сроком на один месяц, поскольку истцом представлены доказательства однократного нарушения его прав ответчиком, доказательств длительного незаконного использования прав на товарный знак истцом не представлено (ст. 65 АПК РФ).

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что с учетом способа использования ответчиком спорного товарного знака, с учетом количества классов МКТУ, в отношении которого ответчиком было допущено правонарушение, и срока использования ответчиком товарного знака, стоимость права использования спорного товарного знака правомерно будет составлять:

1 000 000 руб./54 месяца + 300 000 руб. / 7 классов МКТУ / 4 способа использования * 2 кратную стоимость права = 22 751,36 руб.

Именно такая денежная компенсация будет соотносима с условиями представленного истцом лицензионного договора, объема и срока переданного в нем права, что соответствует условиям подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок

незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения (абзац четвертый пункта 62 Постановления Пленума N 10).

Взыскание судом компенсации в размере ниже исчисленного истцом, исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака, возможно в трех случаях:

1) при ином определении судом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего средства индивидуализации тем способом, который использовал нарушитель. В этом случае частичное удовлетворение требований является результатом не снижения размера компенсации, а взыскания компенсации, исходя из установленного размера стоимости права использования товарного знака;

2) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ;

3) при снижении подлежащей взысканию суммы компенсации ниже определенной судом двукратной стоимости права использования товарного знака на основании постановления от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее – Постановление № 28-П, Постановление № 40-П).

Определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлении N 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих

условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

С учетом характера допущенного нарушения и тяжелого материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ величины. Данная правовая позиция отражена в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24 июля 2020 г. N 40-П.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, то доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Вместе с тем, определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

Установив факт нарушения ответчиком исключительного права на спорный персонаж, в защиту которого обратилось общество как лицензиат, которому предоставлено право использования на условиях исключительной лицензии, рассмотрев ходатайство ответчика о снижении размера компенсации, суд приходит к выводу о возможности ее снижения до однократной стоимости права использования товарного знака на основании правовых позиций, изложенных в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" (далее - Постановление № 28-П), постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" (далее - Постановление № 40-П).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего

предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при нарушении одним действием исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности и при следующих условиях: размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Исходя из правовых подходов, изложенных в Постановлении № 40-П, в случае взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

В соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием совокупности ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

К числу названных критериев относится совершение нарушения исключительных прав впервые, отсутствие грубого характера нарушения.

Проанализировав применительно к обстоятельствам данного конкретного дела, предусмотренные Конституционным Судом Российской Федерации критерии, позволяющие снизить размер компенсации, суд в качестве юридически значимых обстоятельств принимает во внимание то, что доказательства причинения истцу убытков отсутствуют, правообладатель не понес значительных имущественных потерь, невысокую стоимость товара (130 рублей), незаконное использование спорного товарного знака не носило грубый характер, снижение компенсации до однократной стоимости установленного судом права использования соразмерно последствиям нарушения.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со статьей 71 АПК РФ, исходя из принципов разумности и справедливости, учитывая характер допущенного ответчиком нарушения, степень вины ответчика, принимая во внимание

обстоятельства дела, характер и последствия нарушений, статус сторон спора и приведенных норм, разъяснений и правовых подходов, суд приходит к выводу, что размер компенсации, подлежащий взысканию с ответчика подлежит снижению до однократной стоимости установленного судом права использования.

Кроме того, при снижении размера компенсации суд принимает во внимание доводы ответчика о том, что ответчик осуществил нарушение прав истца на товарный знак одним способом и путем продажи одного товара, относящегося к 8 классу МКТУ.

Таким образом, исковые требования о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак подлежат частичному удовлетворению, в размере 11 375 рублей 68 копеек.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика расходов на оплату государственной пошлины в размере 10 000 рублей (п/п № 1673 от 23.01.2025), почтовых расходов в размере 144 рублей (кассовые чеки на оплату отправлений), стоимости приобретенного товара в размере 130 рублей (кассовый чек от 03.08.2024), государственной пошлины за получение выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей (выписка из ЕГРИП на ответчика), расходов на фиксацию правонарушения в размере 8 000 рублей (договор на оказание услуг от 31.10.2022, платежное поручение № 18880 от 06.11.2024, акт о выполнении работ № 424 от 30.08.2024).

Факт несения указанных расходов в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», подтвержден соответствующими доказательствами.

Учитывая, что исковые требования удовлетворены частично в размере 11 375,68 рублей (12,25%), судебные расходы подлежат распределению по правилам статьи 110 АПК РФ пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 49, 110, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: г. Пермь; ИНН <***>; ОГРНИП <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 359303 в размере 11 375 рублей 68 копеек, судебные расходы, связанные с фиксацией нарушения прав в размере 980 рублей 00 копеек, расходы за получение выписки из ЕГРИП на ответчика в размере 24 рублей 50 копеек, стоимость товара в размере 15

рублей 92 копеек, почтовые расходы в размере 17 рублей 64 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 225 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья Е.В. Кульбакова