Постановление от 1 сентября 2022 г. по делу № А03-112/2021

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



г. Томск Дело № А03-112/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2022 года

Постановление в полном объеме изготовлено 01 сентября 2022 года


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего


Иващенко А. П.,


судей


Дубовика В.С.,

ФИО1


при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Журавовой П.А. с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 (№07АП-6544/2022(1)) и ФИО5 (№07АП-6544/2022(2)) на определение от 08.06.2022 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-112/2021 (судья Сигарев П.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Торговая компания «Алтай» (ОГРН <***>, ИНН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО5 и взыскании с них 2 767 102,05 руб.,

В судебном заседании приняли участие:

от ФИО2 и ФИО5: ФИО4 по доверенности от 18.06.2022, удостоверение адвоката,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Алтайского края от 10.02.2021 общество с ограниченной ответственностью «Торговая компания «Алтай» (далее – ООО «ТК «Алтай», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 (далее - ФИО3, конкурсный управляющий).

Объявление о признании должника банкротом и ведении в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 20.02.2021.

19.08.2021 в Арбитражный суд Алтайского края поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 (далее – ФИО2) и ФИО5 (далее – ФИО5) и взыскании с них 2 767 102,05 руб. за непередачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника.

В ходе судебного разбирательства конкурсный управляющий уточнил размер субсидиарной ответственности, указав, что взысканию с ответчиков согласно данным отчета от 25.05.2022 подлежит сумма 5 145 791,33 руб. реестровых и 603 844,55 руб. текущих обязательств.

Уточнения приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ).

Определением суда от 08.06.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено. Суд взыскал в солидарном порядке с ФИО2 и ФИО5 в порядке субсидиарной ответственности 5 145 791,33 руб. реестровых и 603 844,55 руб. текущих обязательств в конкурсную массу ООО «ТК «Алтай».

С вынесенным судебным актом не согласились ФИО2 и ФИО5 (апеллянта), обратившиеся с апелляционной жалобой, в которой просят определение от 08.06.2022 отменить в полном объеме, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.

Обосновывая заявленные требования, податели апелляционных жалоб приводят идентичные доводы и указывают, что оспариваемое определение вынесено с существенным нарушением норм материального права, выводы суда первой инстанции не основаны на материалах дела и противоречат фактическим обстоятельствам дела. Вывод суда о наличии у ответчиков статуса контролирующих должника лиц является необоснованным. В нарушение статьи 64 АПК РФ суд не вызывал и не допрашивал в судебном заседании лиц, на объяснения которых суд ссылался в обоснование своих выводов. Судом также не был допрошен руководитель должника ФИО6 Выводы суда о непередаче ответчиками документации должника руководителю должника ФИО6 противоречат материалам КУСП № 36. ФИО5 и ФИО2 не были надлежащим образом извещены судом о времени и месте судебного заседания. Подробнее доводы изложены в апелляционных жалобах.

К апелляционным жалобам в качестве дополнительного документа приложен акт от 14.02.2020 приема-передачи документации и отчетности ООО «ТК «Алтай», подписанный ФИО2 и ФИО6

В судебном заседании представитель апеллянтов заявил ходатайство о приобщении указанного дополнительного документа к материалам дела.

Суд, в целях полного и всестороннего рассмотрения обособленного спора, на основании статьи 268 АПК РФ приобщил акт от 14.02.2020 приема-передачи к материалам дела.

В порядке статьи 262 АПК РФ конкурсный управляющий представил отзыв на апелляционные жалобы, в котором просит обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Доводы апелляционной жалобы выводы суда не опровергают, выражают лишь несогласие с ними.

В судебном заседании представитель апеллянтов требования и доводы апелляционных жалоб поддержал в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Заслушав участника процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционных жалоб, отзыва на них, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения.

Как установлено судом первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Торговая компания «Алтай» (ОГРН <***>, ИНН <***>) зарегистрировано11.10.2019.

Основным видом деятельности является торговля оптовая неспециализированная.

Согласно данным ЕГРЮЛ в отношении ООО «ТК «Алтай» до 21.02.2020 участником общества являлась ФИО2, затем ФИО7.

23.10.2020 в ЕГРЮЛ внесены сведения о принятии 24.09.2020 решения о ликвидации. Ликвидатором указан ФИО6, являющийся участником общества.

Определением суда от 26.11.2021 суд взыскал в порядке субсидиарной ответственности с ФИО6 5 563 400,56 руб. в конкурсную массу ООО «Торговая компания «Алтай».

Определением от 09.03.2022 суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего и истребовал от ФИО2 и ФИО5 в пользу конкурсного управляющего ООО «Торговая компания «Алтай» ФИО3 бухгалтерскую и иную документацию должника, документы и информацию о должнике при их наличии (согласно перечня).

Учитывая, что судебный акт об истребовании документации должника ФИО2 и ФИО5 не исполнен, конкурсному управляющему документация должника передана не была, что существенно затрудняет проведение процедуры банкротства, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы должника, конкурсный управляющий должником обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, исходил из того, что материалами дела подтверждается наличие у ответчиков статуса контролирующих должника лиц, наличие причинно-следственной связи между непередачей конкурсному управляющему документации должника и затруднительностью проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, формирования конкурсной массы и, как следствие, невозможностью удовлетворения требований кредиторов, отсутствия правовых оснований для освобождения ответчиков ФИО8 от субсидиарной ответственности, исходя из обстоятельств рассматриваемого спора.

Выводы суда являются верными.

В соответствии с требованиями статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

При этом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями: - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 №73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); - глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам ФЗ от 26.10.2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного 10 процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Таким образом, в рассматриваемом обособленном споре подлежит применению нормы Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения к субсидиарной ответственности (то есть в редакции Закона № 127-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве, в целях Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 2 указанной статьи возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из разъяснений абзаца 4 пункта 3 постановления № 53 лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе, в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц в период с 11.10.2019 по 21.02.2020 участником должника являлась ФИО2. С 21.02.2020 - ФИО6.

В апелляционных жалобах их податели указывают на отсутствие в материалах дела доказательств наличия у них статуса контролирующих должника лиц.

Вместе с тем, данные доводы направлены на переоценку выводов, изложенных во вступившем в законную силу определении суда от 09.03.2022 об истребовании у ответчиков ФИО8 документации должника.

Так, в указанном определении суд пришел к выводу о том, что ФИО2 и ФИО5 вели деятельность от имени ООО «ТК «Алтай», что подтверждается пояснениями лиц, допрошенных в рамках КУСП №36 от 14.10.2021, и отсутствием доказательств существования акта приема-передачи, на который ответчики указывали в рамках уголовного дела, как на документ подтверждающий передачу документации ФИО6

Представленный с апелляционными жалобами акт от 14.02.2020 приема-передачи документации и отчетности ООО «ТК «Алтай», подписанный между ФИО2 и ФИО6 не подтверждает факт передачи новому руководителю должника документации должника, перечень которой указан в определении суда от 09.03.2022, в полном объеме.

В рамках уголовного дела КУСП №36 от 14.10.2021 установлено нахождение документации должника у ФИО5 и ФИО2.

ФИО5 пояснял, что совместно с супругой - ФИО2 занимались предпринимательской деятельностью, совместно вели переговоры с клиентами и т.д. Непосредственно ФИО5 через свой смартфон управлял денежными потоками организации, используя систему «интеренет-банк».

В феврале 2020 принято решение продать общество. До оформления сделки у нотариуса ФИО6 переданы документация и печати общества.

Из пояснений ФИО6 следует, что он за вознаграждение согласился оформить на себя общество, и фактически в деятельности общества не участвовал. Документация и печати организации ему не передавались.

Согласно объяснениям лиц (ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12), опрошенных в рамках КУСП №36 от 14.10.2021, ни у кого из них не вызывало сомнений, что ФИО5 действует от имени ООО «Торговая компания «Алтай».

Апелляционный суд отклоняет доводы апеллянтов об отсутствии доказательственного значения объяснений лиц, опрошенных в рамках КУСП № 36 от 14.10.2021.

Так, апеллянтами не учтено, что в подпункты 1-3 пункта 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве для определения статуса контролирующего должника лица введены три опровержимые презумпции, которые облегчают доказывание наличия статуса контролирующего должника лица. Иными словами, обязанность доказывания отсутствия статуса контролирующего должника лица возлагается на субсидиарного ответчика.

В нарушение статьи 65 АПК РФ апеллянтами в материалы дела не представлено каких-либо доказательств, опровергающих доводы конкурсного управляющего и выводы суда о наличии у ответчиков ФИО8 статуса контролирующих должника лиц. Позиция апеллянтов сводится лишь к необоснованному отрицанию имеющихся в материалах дела сведений о том, что фактически деятельностью должника руководили ФИО5 и ФИО2

Ответчики не были лишены права заявить в суде первой инстанции ходатайство о допросе ФИО6 в качестве свидетеля по делу, равно как и иных лиц, обладающих сведениями, подтверждающими позицию ответчиков об отсутствии оснований для признания их контролирующими должника лицами.

Вместе с тем, предоставленными процессуальным законом правами ответчики ФИО8 ни в суде первой, ни в суде апелляционной инстанции не воспользовались (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, учитывая, что ответчики не опровергли предусмотренные Законом о банкротстве презумпции, не доказали факт отсутствия у них возможности оказывать влияние на принятие должником решений, при наличии в материалах дела совокупности обстоятельств, подтверждающих факт нахождения документации должника у ответчиков ФИО8, наличия у них статуса контролирующих должника лиц, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО2 и ФИО5 являются субъектами правоотношений по привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Как справедливо отмечено судом первой инстанции, обязанность по передаче руководителю должника ФИО6 документации должника в полном объеме возникла у ответчиков в момент назначения ФИО6 на должность директора Общества.

Обязанность ФИО8 по передаче документации должника конкурсному управляющему документации должника установлена вступившим в законную силу определением суда от 09.03.2022.

Вместе с тем, доказательства исполнения ФИО5 и ФИО2 возложенной на них судебным актом и законом обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей в материалах дела отсутствуют.

Неисполнение ответчиками как требований Закона о банкротстве, так и требований суда свидетельствует об их недобросовестном поведении, направленном на затягивание процедуры банкротства, а также воспрепятствование деятельности конкурсного управляющего по формированию конкурсной массы должника.

Согласно отчету конкурсного управляющего по состоянию на 25.05.2022 сформирован реестр требований кредиторов должника. Размер неудовлетворенных требований кредиторов, включенных в реестр, составляет 5 145 791,33 руб. Размер непогашенных текущих обязательств составляет 603 844,55 руб.

Денежных средств и имущества должника недостаточно для погашения требований кредиторов.

Неисполнение контролирующими должника лицами, у которых фактически находится документация должника, обязанности по передаче конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, является основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по долгам должника, если только контролирующее лицо не докажет, что отсутствие документации должника либо ее недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства по формированию и реализации конкурсной массы.

Доказательств того, не передача документации, а также имущества должника, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства по формированию и реализации конкурсной массы, ответчики не представили.

Апелляционный суд учитывает, что основной целью конкурсного производства является формирование конкурсной массы должника и удовлетворение требований кредиторов. При недостаточности имеющейся на момент открытия конкурсного производства имущественной массы должника для полного удовлетворения требований кредиторов, законодательство о банкротстве устанавливает дополнительные механизмы защиты нарушенных прав конкурсных кредиторов, в том числе институт привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В результате неправомерных действий контролирующих должника лиц невозможно пополнение конкурсной массы должника за счет дебиторской задолженности, запасов должника, поскольку конкурсный управляющий до настоящего времени не располагает документами, подтверждающими их размер и основания, а также обоснованность их возможного отчуждения, что препятствует достижению целей конкурсного производства.

Материалы рассматриваемого дела свидетельствуют о том, что бездействие ответчиков по не предоставлению конкурсному управляющему документации должника, по сути, привело к невозможности формирования конкурсной массы должника и нарушило права кредиторов на возможное удовлетворение требований.

Позиция апеллянта об иной оценке представленных в материалы дела доказательств также не свидетельствует о незаконности оспариваемого акта, поскольку оценка доказательств производится судом на основании статьи 71 АПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Из смысла положений статей 61.11 - 61.13, 61.20 Закона о банкротстве следует, что требование о взыскании убытков носит субсидиарный характер по сравнению с требованиями о привлечении к ответственности контролирующих должника лиц, таким образом, при наличии одновременно нескольких оснований для привлечения к ответственности контролирующих лиц, предусмотренных Законом о банкротстве, окончательный размер ответственности определяется путем поглощения большей из взыскиваемых сумм меньшей; совокупный размер ответственности должен быть ограничен максимальным размером, установленным названным Федеральным законом; в случае, если одни и те же действия являются основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, размер требований носит зачетный характер, т.е. убытки взыскиваются в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве (в ред. № 266-ФЗ) если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Окончательный размер ответственности ответчиков ФИО8 определен судом верно, расчет размера ответственности проверен апелляционным судом и признан верным.

Контррасчет апеллянтами в материалы дела не представлен.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО5 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 5 145 791,33 руб. реестровых и 603 844,55 руб. текущих обязательств.

Апелляционный суд, оценив доводы апеллянтов о ненадлежащем извещении ответчиков судом первой инстанции о времени и месте судебного заседания, не усматривает нарушения судом норм процессуального права.

В силу абзаца 2 части 4 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства.

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», суду апелляционной (кассационной) инстанции следует исходить из того, что извещение является надлежащим, если в материалах дела имеются документы, подтверждающие направление арбитражным судом лицу, участвующему в деле, копии первого судебного акта по делу в порядке, установленном статьей 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и ее получения адресатом (уведомление о вручении, расписка, иные документы согласно части 5 статьи 122 названного Кодекса), либо иные доказательства получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся процессе (часть 1 статьи 123 Кодекса), либо документы, подтверждающие соблюдение одного или нескольких условий части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Так, в материалах дела имеются почтовые конверты, направленные судом первой инстанции в адрес ФИО2 (Т.2, л.д. 17) и ФИО5 (Т.2, л.д. 19) и возвращенные отправителю в связи с истечением срока хранения, что подтверждается отметками на почтовых конвертах.

Кроме того, 01.06.2022 секретарем судебного заседания посредством телефонной связи передана информация ФИО5 (Т.2, л.д. 9) и ФИО2 (Т.2, л.д. 10) о назначении судебного заседания по настоящему обособленному спору. ФИО5 заявил ходатайство об объявлении перерыва в судебном заседании для представления отзыва на заявление конкурсного управляющего.

Протокольным определением от 01.06.2022 суд объявил перерыв в судебном заседании до 08.06.2022 в связи с заявленным ФИО5 ходатайством. Возражений против перехода из предварительного судебного заседания в судебное заседание не представлено, что с учетом перерыва в судебном заседании не нарушает право на защиту.

В соответствии с частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии заявления к производству и возбуждении производства по делу, а также лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе.

Таким образом, апелляционный суд приходит к выводу о надлежащем извещении ФИО5 и ФИО2 о судебном разбирательстве по настоящему обособленному спору, а также о наличии у них достаточного количества времени для подготовки процессуальной позиции, предъявления новых ходатайств, доводы апеллянтов об обратном отклоняются апелляционным судом за необоснованностью.

На основании выше изложенного, с учетом доводов апелляционной жалобы, отзыва на нее, апелляционный суд приходит к выводу о соответствии оспариваемого определения требованиям законодательства. Апелляционные жалобы удовлетворению не подлежат.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

При подаче апелляционных жалоб их подателями была уплачена государственная пошлина в размере 3 000 руб., которая подлежит возвращению плательщикам, поскольку при обжаловании в апелляционном порядке определений о привлечении к субсидиарной ответственности, выносимых в деле о банкротстве, государственная пошлина уплате не подлежит (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 08.06.2022 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-112/2021 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО5 – без удовлетворения.

Возвратить из федерального бюджета ФИО2 государственную пошлину, уплаченную по чеку-ордеру от 20.06.2022 в размере 3000 рублей.

Возвратить из федерального бюджета ФИО5 государственную пошлину, уплаченную по чеку-ордеру от 20.06.2022 в размере 3000 рублей.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».


Председательствующий А.П. Иващенко


Судьи В.С. Дубовик


ФИО1