Решение от 25 декабря 2025 г. АС Нижегородской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е Дело № А43 – 4571/2025

г. Нижний Новгород 26 декабря 2025 года

Дата оглашения резолютивной части решения 16 декабря 2025 года. Дата изготовления решения в полном объеме 26 декабря 2025 года.

Арбитражный суд Нижегородской области в составе судьи Логуновой Натальи Александровны (шифр 15-94) при ведении протокола секретарем Рогожиной Н.Е., рассмотрев исковое заявление ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СТРОЙСИСТЕМА" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), г. Реутов, Московской области к ответчику: ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МАНС" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 12.11.2002, ИНН: <***>), г. Нижний Новгород, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: Компания "Вайсс Хеми + Техник ГмбХэнд Ко, КГ", Германия о взыскании с учетом уточнений 3 501 600руб. 00коп.

при участии представителей:

от истца: до перерыва (09.12.2025) представитель истца на веб-конференцию не подключился, технические неполадки на стороне Арбитражного суда Нижегородской области отсутствуют

после перерыва ФИО1, доверенность от 01.06.2024, диплом, от ответчика: ФИО2, доверенность 01.07.2024, адвокат,

в судебном заседании велось протоколирование с использование средств аудиозаписи, а также онлайн-заседание в судебном заседании от 16.12.2025

рассмотрел в судебном заседании исковое заявление ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СТРОЙСИСТЕМА" к ответчику: ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МАНС", при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: Компания "Вайсс Хеми + Техник ГмбХэнд Ко, КГ", Германия о взыскании с учетом уточнений 3 501 600руб. 00коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак по свидетельству № 1298164.

Третье лицо, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания явку своего представителя не обеспечило. Возражений против рассмотрения дела в его отсутствие не заявило.

По правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебное заседание проведено в отсутствие вышеуказанного лица.

От истца поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов. Ходатайство удовлетворено.

От ответчика поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов. Ходатайство удовлетворено.

Судебное заседание начато 09.12.2025, в порядке статьи 163 АПК РФ, учитывая дополнительно представленные документы, в судебном заседании объявлялся перерыв до 16.12.2025, после перерыва слушание дела продолжено.

12.12.2025 от ответчика поступило встречное исковое заявление о признании недействительными лицензионного договора от 15.01.2024, договора уступки прав требований от 20.12.2024.

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 16.12.2025 ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МАНС" на основании части 2 статьи 41, части 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации отказано в принятии к производству встречного искового заявления. Встречное исковое заявление возвращено ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МАНС". В определении от 16.12.2025 судом указано, что встречный иск основан на мнимости лицензионного договора от 15.01.2024 и договора уступки прав требований от 20.12.2024 на основании статьи 170 ГК РФ. В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Таким образом, на мнимость условий оспариваемых договоров будут проверены судом независимо от предъявления встречного требования. Кроме того, доводы, изложенные во встречном исковом заявлении, ООО "МАНС" изложены в отзыве на исковое заявление от 18.03.2025, которым судом будет дана оценка в ходе рассмотрения дела.

В судебном заседании представитель истца исковое требование с учетом уточнений поддержал в полном объеме. Обратил внимание, что свое право на иск основывает на трех договорах, а именно лицензионном договоре о предоставлении права использования товарных знаков международных регистраций от 15.01.2024, лицензионном договоре о предоставлении права использования товарных знаков международных регистраций от 08.04.2024, договоре уступке прав требования от 20.12.2024.

Ответчик письменным отзывом и устными пояснениями с исковым заявлением не согласился, указав на ничтожность лицензионного договора от 15.01.2024, договора уступки прав требований от 20.12.2024 и как следствие на отсутствие у истца права на иск; сослался на свидетельства № 1128813, № 1047892, № 1129528 о регистрации товарных знаков на правообладателя ООО «МАНС» и осуществление реализации спорного товара под своим товарным знаком и соответственно без нарушения прав истца; заявил также о снижении компенсации. Более подробные возражения изложены в письменном отзыве.

Третье лицо в судебное заседание не явилось, ранее представленной письменной позицией поддержало исковые требования истца в полном объеме.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Компания "Вайсс Хеми + Техник ГмбХ энд Ко, КГ" является правообладателем товарного знака "COSMO" по международной регистрации N 1298164, зарегистрированного в отношении широкого перечня товаров 01,02,03,04,06,17,19, 20,27 классов МКТУ, в том числе в отношении клеев и всех видов клеящих веществ. Правовая охрана указанного товарного знака распространяется на следующие страны и территории: Европейский Союз, Грузия, Туркменистан, Турция, США, Узбекистан, Армения, Азербайджан, Швейцария, Китай, Кыргызстан, Казахстан, Российская Федерация, Таджикистан, Украина. Срок действия правовой охраны до 14 января 2035 года.

15.01.2024 между истцом (лицензиат) и Компанией «Вайсс Хеми + Техник ГмбХ энд Ко, КГ» (правообладатель, лицензиар) заключен лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков с международной регистраций № 1065415 и № 1298164 от 08.04.2024 (далее – лицензионный договор от 15.01.2024), в соответствии с условиями которого, лицензиар предоставил лицензиату на срок действия исключительных прав на товарные знаки исключительную лицензию на использование товарных знаков международных регистраций № 1065415 и № 1298164.

08.04.2024 между истцом (лицензиат) и Компанией «Вайсс Хеми + Техник ГмбХ энд Ко, КГ» (правообладатель, лицензиар) заключен лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков с международной регистраций № 1065415 и № 1298164 от 08.04.2024 (далее – лицензионный договор от 08.04.2024), в соответствии с условиями которого, лицензиар предоставил лицензиату на срок действия исключительных прав на товарные знаки исключительную лицензию на использование товарных знаков международных регистраций № 1065415 и № 1298164, а также в соответствии с пунктами 8.1 - 8.3 договора уступил истцу, а истец принял от правообладателя права требования компенсации к третьим лицам за нарушение третьими лицами исключительных прав на

товарные знаки, зарегистрированные по международной регистрации № 1298164, № 1065415 (перечень лиц указан в п. 8.1), в том числе в отношении исков, поданных к третьим лицам, нарушившим права по настоящему договору, не указанных в п. 8.1 настоящего договора.

Государственная регистрация предоставления права использования международной регистрации товарного знака № 1298164 по лицензионному договору подтверждается уведомлением № 2024Д15365, выданным РОСПАТЕНТ, номер государственной регистрации: РД0469809, дата государственной регистрации- 11.06.2024.

20.12.2024 решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу А43- 13713/2024 установил факт нарушения обществом с ограниченной ответственностью «Манс» (далее по тексту - Ответчик) исключительных прав на товарный знак по международной регистрации № 1298164 .

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области по делу А43- 13713/2024 от 20.12.22024 обществу с ограниченной ответственностью «Манс» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г. Нижний Новгород запрещено использовать обозначение «COSMOS» сходное до степени смешения с товарными знаками по свидетельствам РФ № 589465, № 589872, а также по международной регистрации № 1298164 путем размещения обозначение «COSMOS» на товаре или упаковке товара, в предложениях к продаже и при реализации таких товаров, рекламе и объявлениях в сети Интернет на сайте: https://mansnn.ru/, в отношении товаров 01 класса МКТУ (включая, адгезивы, используемые в промышленности; клеи, используемые в промышленности; клеи для древесины; клеи для металлических окон и металлических дверей; клеи для пластиковых окон и пластиковых дверей; клеи для использования при производстве коммунальных транспортных средств, автомобильной промышленности, кузовов транспортных средств, производстве транспортных средств, контейнеров, кораблей и яхт, железнодорожного транспорта, производстве железнодорожных вагонов, авиационной промышленности, производстве автоприцепов и домов на колесах, систем кондиционирования и вентиляции, а также производстве сэндвич-элементов; клеи для твердого ПВХ [поливинилхлорида], армированного стеклопластика [полированного], нержавеющей стали, алюминия, оцинкованного листового металла, ламината HPL [высокого давления], резины, дерева, керамики, полиуретановой пены, пенопласта и минеральной ваты; однокомпонентные клеи и двухкомпонентные клеи; однокомпонентные полиуретановые клеи; двухкомпонентные полиуретановые клеи; однокомпонентные цианакрилатные клеи; двухкомпонентные цианакрилатные клеи; однокомпонентные эпоксидные клеи; двухкомпонентные эпоксидные клеи; однокомпанетные метакрилатные клеи; двухкомпонентные метакрилатные клеи; дисперсионные клеи; клеи для жидкого стекла; клеи, шпаклевочные пасты, шпатлевки, цементные и герметизирующие составы на основе однокомпонентного цианакрилата, двухкомпонентной эпоксидной смолы, двухкомпонентного метакрилата; однокомпонентные диффузионные клеи; бытовые и канцелярские клеи; белые клеи; клеи для фанеры; термоклеи; контактные клеи; однокомпонентные клеи на основе силанотерминированных полимеров [STP]; двухкомпонентные клеи на основе силанотерминированных полимеров [STP], ускорители (химические продукты) для клеев; грунтовки (химические продукты) для подготовки базовых поверхностей склеиваемых участков; клеи для строительной отрасли, а именно для полов, стен, потолков, фасадов, лестничных конструкций, для мебельной промышленности и для интерьерных работ; клеи для изоляции и герметики; клеи для строительства и строительных материалов; жидкости (химические продукты) для обработки или гибки пластика), а также в отношении однородных с ними товаров.

Судом в рамках дела № А43- 13713/2024 установлено, что согласно справке Whois администратором домена mansnn.ru является ответчик. В результате переписки по адресу электронной почты info@mansnn.ru, указанному на сайте, сделан заказ на приобретение клея COSMOS, на что ответчиком выставлен счет на оплату от 02.04.2024 № Т1232 за товар «Клей COSMOS CA-20, 20 гр. в количестве 12 000 шт. на сумму 1 260 000 руб. 00 коп.

Вступившим в законную силу решением суда по делу № А43- 13713/2024 установлен факт нарушения в отношении предложения к продаже товаров, маркированных товарным

знаком истца, на сайте https://www.mansnn.ru совокупностью доказательств, в том числе перепиской сторон с адреса электронной почты ilya@mansnn.ru, содержащего сразу после символа @ название домена, которое является общим для всех электронных ящиков, а именно mansnn.ru, и привязанного к доменному имени ответчика (www.mansnn.ru), из которой усматривается, что ответчик предложил к продаже 12 000 единиц клея по цене 105 руб. за единицу, сообщив о возможности сделать спецзаказ и привозе любого количества, а также последовательными действиями по выставлению счета на оплату от 02.04.2024 № Т1232 на 12 000 единиц клея COSMOS CA-20, 20 гр. по цене 105 руб. на общую сумму 1 260 000 руб. В указанном счете на оплату от 02.04.2024 № Т1232 указаны реквизиты ответчика, на основании чего судом сделан вывод о том, что деятельность на указанном сайте ведется от имени ответчика.

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, арбитражным судом Нижегородской области установлено, что ответчик реализовывал (предлагал к продаже) 02.04.2024 (счет на оплату от 02.04.2024 № Т1232) товар с обозначением «COSMOS» сходным до степени смешения с товарным знаком «COSMO» по международной регистрации № 1298164.

20.12.2024 между истцом (цессионарий) и правообладателем (цедент) заключен договор уступки прав требования.

Согласно п. 1.2 цедент уступает, а цессионарий принимает все права (требования), в том числе, к обществу с ограниченной ответственностью «Манс» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), (далее – Должник), возникшие у цедента к должнику в связи с нарушением должником прав цедента на товарные знаки, в том числе права требования к Должнику о выплате компенсации за нарушение Должником прав на Товарные знаки (в том числе по свидетельству № 1298164 «COSMO»), а также взыскания судебных расходов (далее – Право требования).

В соответствии с п. 1.3 договора уступки право требование переходит к цессионарию с момента подписания сторонами настоящего договора.

В исковом заявлении истец, помимо решения суда по делу № А43- 13713/2024, ссылался также на универсально-передаточный документ от 09.04.2024 № 1006 как факты реализации ответчиком товара под обозначением, сходным до степени смешения с вышеуказанным товарным знаком.

17.03.2025 истец уточнил исковые требования, оставив решение суда по делу № А43- 13713/2024 и установленный судом факт реализация (предложение к продаже) 02.04.2024 (счет на оплату от 02.04.2024 № Т1232), а также представил счет № Т2354 от 28.06.2024. Определением от 17.04.2025 уточнения исковых требований по настоящему делу приняты судом.

Таким образом, требования истца к ответчику основаны на двух фактах нарушения в отношении предложения к продаже товаров, маркированных товарным знаком истца «COSMO» по международной регистрации № 1298164, а именно счете на оплату от 02.04.2024 № Т1232 и счете № Т2354 от 28.06.2024.

В связи с нарушением своих прав истец 23.12.2024 направил ответчику претензию с требованием выплатить компенсацию за незаконное использование товарного знака истца. Факт направления претензии подтверждается материалами дела.

Ссылаясь на неправомерное использование ответчиком при осуществлении предпринимательской деятельности сходного с товарным знаком до степени смешения обозначения, что нарушает исключительные права истца как правообладателя спорных средств индивидуализации, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив в соответствии с требованиями части 2 статьи 65, части 1 статьи 67, статей 68, 71, части 1 статьи 168 АПК РФ доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с п.п. 14 п. 1 ст. 1225 ГК РФ к результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), относятся товарные знаки.

Статьей 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

При этом другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную названным Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак).

Согласно подпунктам 1, 4 и 5 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 № 305-ЭС16-7224, вопросы о наличии у истца исключительного права и нарушении ответчиком этого исключительного права являются вопросами факта, которые устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 29.07.1997 № 19 «Обзор практики разрешения споров, связанных с

защитой прав на товарный знак», предложение к продаже продукции с товарным знаком, используемым без разрешения его владельца, является нарушением прав на товарный знак.

В соответствии со статьей 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия (принцип исчерпания права).

Под нарушением следует понимать предложение к продаже товара с использованием товарного знака, введенного в гражданский оборот без согласия правообладателя такого товарного знака.

Представленное в материалы дела свидетельство № 1298164 на товарный знак подтверждает факт принадлежности исключительных прав компании «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ».

Также, из представленного в материалы дела лицензионного договора от 08.04.2024 о предоставлении права использования товарных знаков с международной регистраций № 1065415 и № 1298164 следует, что компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» уступила истцу в соответствии с пунктами 8.1 - 8.3 договора, а истец принял от правообладателя права требования компенсации к третьим лицам за нарушение третьими лицами исключительных прав на товарные знаки, зарегистрированные по международной регистрации № 1298164, № 1065415, в том числе за нарушения, которые возникнут в будущем.

В соответствии с п. 3.2 лицензионного договора от 08.04.2024 лицензиат имеет право предъявлять иски к третьим лицам, нарушившим права по настоящему договору, о защите таких прав.

Согласно п. 7.1 лицензионного договора от 08.04.2024 договор вступает в силу с момента подписания и действует в течение срока действия исключительных прав на товарные знаки.

Кроме того, 15.01.2024 между истцом (лицензиат) и Компанией «Вайсс Хеми + Техник ГмбХ энд Ко, КГ» (правообладатель, лицензиар) заключен лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков с международной регистраций № 1065415 и № 1298164 (далее – лицензионный договор от 15.01.2024), в соответствии с условиями которого, лицензиар предоставил лицензиату на срок действия исключительных прав на товарные знаки исключительную лицензию на использование товарных знаков международных регистраций № 1065415 и № 1298164.

В соответствии с п. 3.2 лицензионного договора от 15.01.2024 лицензиат имеет право предъявлять иски к третьим лицам, нарушившим права по настоящему договору, о защите таких прав.

Согласно п. 7.1 лицензионного договора от 15.01.2024 договор вступает в силу с момента подписания и действует в течение срока действия исключительных прав на товарные знаки.

Государственная регистрация предоставления права использования международной регистрации товарного знака № 1298164 по лицензионному договору подтверждается уведомлением № 2024Д15365, выданным РОСПАТЕНТ, номер государственной регистрации: РД0469809, дата государственной регистрации- 11.06.2024.

При рассмотрении дела ответчиком оспаривался факт регистрации лицензионного договора от 15.01.2024, ответчиком указывалось, что номер государственной регистрации: РД0469809, дата государственной регистрации- 11.06.2024 не относится к лицензионному договору от 15.01.2024.

С целью выяснения данного обстоятельства по ходатайству ответчика судом направлялся запрос в Федеральную службу по интеллектуальной собственности о предоставлении надлежащим образом заверенной копии лицензионного договора о предоставлении права использования товарного знака по свидетельству № 1298164 от 11.06.2024 № РД0469809, заключенного между Компанией "Вайсс Хеми + Техник ГмбХэнд Ко, КГ" и ОБЩЕСТВОМ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СТРОЙСИСТЕМА" (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 10.03.2015, ИНН:

<***>).

Согласно ответу Федеральной службы по интеллектуальной собственности от 24.07.2025 оригиналом или копией испрашиваемого договора Роспатент не располагает.

Также в ответе указано, что данное обстоятельство обусловлено тем, что в соответствии с пунктом 3 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о государственной регистрации предоставления права использования товарного знака может быть подано сторонами договора или одной из сторон договора. В случае подачи заявления одной из сторон договора к заявлению должен быть приложен по выбору заявителя один из следующих документов: подписанное сторонами договора уведомление о состоявшемся распоряжении исключительным правом; удостоверенная нотариусом выписка из договора; сам договор. В заявлении сторон договора или в документе, приложенном к заявлению одной из сторон договора, должны быть указаны: вид договора; сведения о сторонах договора; предмет договора с указанием номера документа, удостоверяющего исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации. При этом, поскольку представленное в Роспатент заявление о государственной регистрации предоставления права использования товарных знаков по международным регистрациям №№ 1065415, 1298164 подано двумя сторонами лицензионного договора: компанией «Вайсе Хеми + Техник ГмбХ & Ко. КГ» и ООО «Стройсистема» (ОГРН <***>, ИНН <***>), предоставление права использования названных товарных знаков зарегистрировано Роспатентом без представления в материалы административного дела указанного договора.

К ответу Роспатента приложены копии, всех материалов административного дела по государственной регистрации Роспатентом 11 июня 2024 года за № РД0469809 предоставления ООО «Стройсистема» права использования товарных знаков по международным регистрациям №№ 1065415, 1298164 (заявление от 30.05.2024, документ об оплате госпошлины от 28.05.2024, доверенности от 08.04.2024, уведомление № 2024Д15365 Государственная регистрация предоставления права использования международной регистрации товарного знака № 1298164, № 1065415, ЗАКЛЮЧЕНИЕ о государственной регистрации предоставления права использования по лицензионному договору входящий номер: 2024Д15365 Международные регистрации №№ 1065415, 1298164).

Таким образом, из анализа поступивших документов не возможно точно установить какой именно лицензионный договор (от 15.01.2024 или от 08.04.2024) представлялся сторонами на регистрацию предоставления права использования международной регистрации товарного знака.

Исходя из дат документов, приложенных к материалам административного дела по государственной регистрации не исключено как предоставление договора от 15.01.2024, так и договора от 08.04.2024.

Содержание пунктов 1.1.-7.1 лицензионных договоров от 15.01.2024 и от 08.04.2024 идентично.

Подписанный между компанией и обществом «Стройсистема» 15.01.2024 договор называется «лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков международных регистрации № 1065415 и № 1298164».

В соответствии со статьей 1235 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона – обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах. Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату. Лицензионный договор заключается в письменной форме, если Кодексом не предусмотрено иное. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность лицензионного договора.

По правилам пункта 5 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение.

В силу пункта 3 статьи 1236 ГК РФ лицензионный договор заключается в письменной форме, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность лицензионного договора.

Предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации по лицензионному договору подлежит государственной регистрации в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 1232 ГК РФ.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 1503 ГК РФ в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр) вносятся товарный знак, сведения о правообладателе, дата приоритета товарного знака, перечень товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, дата его государственной регистрации, другие сведения, относящиеся к регистрации товарного знака, а также последующие изменения этих сведений.

Также в Государственный реестр подлежат внесению сведения о предоставлении в отношении товарного знака права его использования иным лицам.

Подписанный между компанией и обществом «Стройсистема» 08.04.2024 договор называется «лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков международных регистрации № 1065415 и № 1298164».

Несмотря на указанное выше название договора его положения (раздел 8) содержат условия об уступке права требования, подпадающие под регулирование нормами статей 388, 3881 , 389 ГК РФ.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

На основании пункта 3 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор).

К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Суд на основании статьи 431 ГК РФ устанавливает действительную волю сторон исходя из положений подписанного сторонами договора, иных доказательств по делу, принимая во внимание практику, сложившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются

согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Суд считает, что наличие в подписанном между компанией и обществом «Стройсистема» договоре от 08.04.2024 условий как о предоставлении права использования товарных знаков, так и об уступке права требования компенсации является основанием для вывода о том, что это смешанный договор.

Материалами дела подтвержден факт регистрация предоставления истцу права использования международной регистрации товарного знака № 1298164.

Государственная регистрация предоставления истцу права использования международной регистрации товарного знака № 1298164 по лицензионному договору подтверждается уведомлением № 2024Д15365, выданным РОСПАТЕНТ, номер государственной регистрации: РД0469809, дата государственной регистрации- 11.06.2024.

Таким образом, право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации по лицензионному договору на товарный знак по свидетельству № 1298164, возникло у истца 11.06.2024, то есть с момента государственной регистрации.

Таким образом, с момента государственной регистрации право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации истцу принадлежит право использования товарного знака по свидетельству № 1298164 в отношении всех товаров, указанных классов на территории Российской Федерации. Способы использования указаны в п. 2.2 лицензионного договора. Также в силу п. 3.2 лицензионного договора истец имеет право предъявлять иски к третьим лицам, нарушившим права по настоящему договору, о защите таких прав.

Настоящий иск заявлен истцом 19.02.2025, то есть после регистрации вышеуказанного права. Кроме того, закупка по счету № Т2354 осуществлена 28.06.2024, то есть после приобретение истцом соответствующих прав.

Согласно п. 8.1 лицензионного договора от 08.04.2024 лицензиар уступает, а лицензиат принимает права требования, которое возникнет у лицензиара в будущем в отношении лиц, указанных в данном пункте. В пункте 8.1 наименование ответчика отсутствует.

В соответствии с п. 8.2. лицензионного договора от 08.04.2024 Лицензиар уступает, а Лицензиат принимает право требования, которое возникнет у Лицензиара в будущем в отношении исков, поданных к третьим лицам, нарушившим права по настоящему Договору, не указанных в п. 8.1 настоящего Договора.

В силу п. 8.3. лицензионного договора от 08.04.2024 уступаемое требование состоит в истребовании у Должника компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, зарегистрированные по международной регистрации № 1298164, № 1065415 и судебных расходов по делам, номера которых указаны в п. 4.1 настоящего Договора (по- видимому здесь имеется опечатка в номере пункта, должно быть п. 8.1), а также по вновь поданным искам в связи с нарушением исключительных прав на товарные знаки Лицензиара.

Согласно п 8.4. договора от 08.04.2024 указанное право требования возникает на основании настоящего Договора, заключенного между Лицензиаром и Лицензиатом.

Согласно пункту 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Пунктом 2 статьи 389 ГК РФ предусмотрено, что соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, должно быть зарегистрировано в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Обзора практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120, в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", в абзаце третьем пункта 70 постановления Пленума

Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), право требования возмещения убытков или выплаты компенсации может быть передано по соглашению об уступке требования.

Из приведенных разъяснений следует, что стороны вправе заключить договор уступки требования возмещения убытков или выплаты компенсации, размер которых не установлен на момент заключения договора.

По смыслу пункта 3 статьи 1252, пункта 4 статьи 1515 ГК РФ право требования правообладателем компенсации возникает с момента нарушения исключительного права, при доказанности факта правонарушения. Размер подлежащей взысканию компенсации определяется судом.

Исходя из данных нормативных положений, для определения предмета договора уступки права требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права сторонам необходимо указать в договоре исключительное право, а также обстоятельства нарушения в объеме, достаточном для удовлетворения требования о взыскании компенсации в определенном судом размере.

Из приведенных норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации следует, что требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого было нарушено исключительное право.

Кроме того, согласно взаимосвязанным положениям статьи 388.1, пункта 5 статьи 454 и пункта 2 статьи 455 ГК РФ договор, на основании которого производится уступка, может быть заключен не только в отношении требования, принадлежащего цеденту в момент заключения договора, но и в отношении требования, которое возникнет в будущем или будет приобретено цедентом у третьего лица (будущее требование). Если иное не установлено законом, будущее требование переходит к цессионарию, соответственно, непосредственно после момента его возникновения или его приобретения цедентом. Соглашением сторон может быть предусмотрено, что будущее требование переходит позднее (пункт 2 статьи 388.1 ГК РФ) (п. 6 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки").

Так, в договоре уступки права (раздел 8 лицензионного договора от 08.04.2024) указаны исключительные права, подлежащие защите (товарный знак по свидетельству № 1298164), также указано на уступку право требования, которое возникнет у Лицензиара в будущем в отношении исков, поданных к третьим лицам, нарушившим права по настоящему Договору, не указанных в п. 8.1 настоящего Договора, а также по вновь поданным искам в связи с нарушением исключительных прав на товарные знаки Лицензиара.

Таким образом, с учетом п. 8.4 договора от 08.04.2024 право требование о взыскании с ответчика компенсации перешло к истцу с 08.04.2024.

Сорные закупки, по которым заявлен настоящий иск, осуществлены 02.04.2024 и 28.06.2024, с исковым заявлением истец обратился 19.02.2025, то есть истец обладает правом на защиту исключительных прав на вышеназванный результат интеллектуальной деятельности.

20.12.2024 между истцом (цессионарий) и правообладателем (цедент) заключен договор уступки прав требования.

Согласно п. 1.2 цедент уступает, а цессионарий принимает все права (требования), в том числе, к обществу с ограниченной ответственностью «Манс» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), (далее – Должник), возникшие у цедента к должнику в связи с нарушением должником прав цедента на товарные знаки, в том числе права требования к Должнику о выплате компенсации за нарушение Должником прав на Товарные знаки (в том числе по свидетельству № 1298164 «COSMO»), а также взыскания судебных расходов (далее – Право требования).

В соответствии с п. 1.3 договора уступки право требование переходит к цессионарию с момента подписания сторонами настоящего договора.

Договор уступки от 20.12.2024 также содержит исключительные права, подлежащие защите (товарный знак по свидетельству № 1298164), наименование нарушителя (ООО «Манс»), указано на уступку права требования компенсации и судебных расходов.

Таким образом, право требование о взыскании с ответчика компенсации перешло к истцу с 20.12.2024.

Сорные закупки, по которым заявлен настоящий иск, осуществлены 02.04.2024 и 28.06.2024, с исковым заявлением истец обратился 19.02.2025, то есть истец обладает правом на защиту исключительных прав на вышеназванный результат интеллектуальной деятельности.

Кроме того, поскольку предметом договоров уступок являлись не интеллектуальные права или результаты интеллектуальной деятельности, то нормы о регистрации данных договоров применению не подлежат.

Упомянутая в абзаце третьем пункта 70 Постановления N 10 общая норма пункта 2 статьи 389 ГК РФ касается уступки права требования, основанного на сделке, а не на нарушении права - внедоговорном деликте.

Таким образом, вопреки доводам ответчика на основании лицензионного договора, зарегистрированного 11.06.2024 истцу принадлежит исключительная лицензия на использование спорного товарного знака, и в порядке статьи 1254 ГК РФ общество "Стройсистема", будучи исключительным лицензиатом, вправе обращаться с защитой исключительных прав на указанные средства индивидуализации.

Кроме того, право требование о взыскании компенсации с ответчика за нарушение прав на товарный знак «COSMO» по международной регистрации № 1298164, перешло к истцу на основании договора уступки от 20.12.2024 и договора от 08.04.2024, содержащего элементы договора уступки.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 3 постановления от 03.07.2018 N 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 6 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Суда по интеллектуальным правам", обеспечивая публичность и достоверность сведений, вносимых в Государственный реестр, государственная регистрация товарных знаков направлена на защиту прав их обладателей и иных лиц и, следовательно, обеспечивает устойчивость гражданского оборота в целом.

При этом статьей 1254 ГК РФ предусмотрено право лицензиата, которому выдана исключительная лицензия, при нарушении третьими лицами исключительного права, предоставленного по соответствующему договору, защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 ГК РФ.

Исходя из изложенного, а также достоверности сведений, размещенных в публичном реестре о наличии у истца права использования товарного знака на основании исключительной лицензии, заключенных договоров уступки, суд признает соответствующий довод ответчика несостоятельным и подлежащим отклонению.

При рассмотрении дела ответчик заявлял о ничтожности лицензионного договора от 15.01.2024 и договора уступки прав требования от 20.12.2024, ссылаясь на их мнимость.

В обоснование данного довода ответчик ссылается на отсутствие у истца прав на спорное средство индивидуализации и соответственно защиту этих прав.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу прямого указания закона к ничтожной сделке, в частности, относится мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

Из правовой позиции, изложенной в пункте 86 Постановления N 25, следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение, т.е. анализ сделки на предмет установления признаков мнимости требует определения наличия действительного экономического интереса в ее совершении.

Предметом договора от 15.01.2024 является предоставление Лицензиату на срок действия исключительных прав на товарные знаки, за уплачиваемое Лицензиатом вознаграждение, исключительную лицензию на использование товарного знака международной регистрации № 1065415, приоритет от 27.10.2010 г., на все товары, указанные в свидетельстве, с кодами МКТУ 01,03, 06, 17,19, а также Лицензиар предоставляет Лицензиату на срок действия исключительных прав на товарные знаки, за уплачиваемое Лицензиатом вознаграждение, исключительную лицензию на использование товарного знака «COSMO» международной регистрации № 1298164, приоритет от 14.01.2015 г., на все товары, указанные в свидетельстве, с кодами МКТУ 01, 02, 03, 04, 06,17, 19, 20, 27.

Лицензиат использует принадлежащие Лицензиару товарные знаки по п. 1.1 и п. 1.2 в отношении всех товаров, указанных классов на территории Российской Федерации (п 1.3).

Лицензиат имеет право использовать товарные знаки следующими способами (п. 2.2.1):

- путем размещения на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории РФ;

-выполнения работ, оказания услуг;

- путем размещения/указания в документации, связанной с производством, продажей и введением товаров в гражданский оборот;

- путем размещения в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

- путем размещения в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Таким образом, объем предоставленных истцу прав на использование товарных знаков не сводится к их размещению на товарах, а включает в себя использование товарных знаков способами, которыми опосредовано продвижение и реклама продукции, а также маркетинговая активность.

Суд также полагает несостоятельным довод ответчика об отсутствии у сторон по оспариваемому договору экономического интереса, поскольку маркетинговая деятельность является самостоятельным видом предпринимательства, сопутствующим реализации товара. Суд отмечает, что диверсификация субъектов, вовлеченных в процессы продвижения и реализации товара, является обычной торговой практикой и не содержит признаков мнимости.

20.12.2024 между истцом (цессионарий) и правообладателем (цедент) заключен договор уступки прав требования.

Согласно п. 1.2 цедент уступает, а цессионарий принимает все права (требования), в том числе, к обществу с ограниченной ответственностью «Манс» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>), (далее – Должник), возникшие у цедента к должнику в связи с нарушением должником прав цедента на товарные знаки, в том числе права требования к Должнику о выплате компенсации за нарушение Должником прав на Товарные знаки (в том числе по свидетельству № 1298164 «COSMO»), а также взыскания судебных расходов (далее – Право требования).

Договор от 20.12.2024 со стороны цедента подписан руководителем группы компании, со стороны цессионария – генеральным директором.

Договор уступки от 20.12.2024 также содержит исключительные права, подлежащие защите (товарный знак по свидетельству № 1298164), наименование нарушителя (ООО «Манс»), указано на уступку права требования компенсации и судебных расходов.

Из договора уступки прав требования (цессии) от 20.12.2024 также не усматривается его безвозмездность (пункт 1.4. договора).

По общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, например договора продажи имущественного права (пункт 2 статьи 389.1 ГК РФ). Однако законом или таким договором может быть установлен более поздний момент перехода требования. Стороны вправе установить, что переход требования произойдет по истечении определенного срока или при

наступлении согласованного сторонами отлагательного условия. Например, стороны договора продажи имущественного права вправе установить, что право переходит к покупателю после его полной оплаты без необходимости иных соглашений об этом (пункт 4 статьи 454, статья 491 ГК РФ).

Момент перехода право требования к цессионарию указан в п. 1.3 договора и возникает с момента подписания настоящего договора и не связан с оплатой уступаемых прав.

Таким образом, суд, принимая во внимание, что в материалы дела представлены надлежащие доказательства заключения договора уступки прав требования (цессии), сам договор уступки прав требования от 20.12.2024 соответствует требованиям статей 382 - 389 ГК РФ, не имеет признаков ничтожности, признает уступку спорного права требования состоявшейся.

Приведенные ответчиком доводы об отсутствии у истца прав были предметы рассмотрения суда и не нашли своего подтверждения по основаниям, указанным выше.

В отношении заинтересованности ответчика в признании оспариваемых договоров ничтожными сделками суд отмечает следующее.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Как разъяснено в пункте 78 Постановления N 25, исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Вместе с тем, истец стороной по оспариваемым договорам не является. Из фактического поведения ответчика, следует, что свою заинтересованность ООО «Манс» обосновывает наличием судебного разбирательства по настоящему иску и в случае признания оспариваемых договоров мнимыми сделками истец в названном процессе утратит право на иск.

Суд принимает во внимание, что предметом настоящего судебного разбирательства является взыскание с ответчика компенсации за незаконное использование чужой интеллектуальной собственности. Утрата права на иск истцом не повлияет на выводы о том, допустил ли ответчик соответствующее нарушение, а лишь может повлиять на определение субъекта, полномочного требовать компенсацию за такое нарушение, возможно, в каком-либо еще ином процессе.

Суд отмечает, что, по сути, заинтересованность ответчика в данном случае выражается в создании условий для избежания им ответственности за совершенное нарушение.

По мнению суда, избежание ответственности за совершенное нарушение не отвечает признакам охраняемого законом интереса или защищаемого права, поэтому суд приходит к выводу, что ответчик заинтересованность в признании сделок ничтожными не доказал.

Кроме того, письменным отзывом третье лицо, являющийся цедентом по договору уступки прав от 20.12.2024 и лицензиаром по лицензионного договору, поддерживал исковые требования истца в полном объеме.

Ссылка ответчика на иные судебные акты, не принимается судом, поскольку предмет доказывания и объем предоставляемых доказательств не является тождественным.

Доводы ответчика о том, что требования истца не подлежат удовлетворению, поскольку в отношении иностранного лица не применяются правила о защите исключительных прав на средства индивидуализации ввиду действия Указа Президента Российской Федерации от 05.03.2022 № 95 «О временном порядке исполнения обязательств

перед некоторыми иностранными кредиторами», распоряжения Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 № 430-р, а также в силу ч. 3 ст. 18 Федерального закона от 08.03.2022 № 46-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», судом отклоняются.

Регистрация Компании в Германии не является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Правовое регулирование отношений в сфере интеллектуальной собственности в Российской Федерации осуществляется в соответствии с Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, являющимися в соответствии с частью 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации составной частью правовой системы Российской Федерации, Гражданским кодексом Российской Федерации, иными законами и другими правовыми актами об интеллектуальных правах.

К числу международных договоров Российской Федерации в сфере интеллектуальной собственности, в частности, относятся: Мадридское соглашение о международной регистрации знаков от 14 апреля 1891 года - вступило в силу для СССР 1 июля 1976 года и Протокол к Мадридскому соглашению о международной регистрации знаков от 27 июня 1989 года - вступил в силу для Российской Федерации 10 июня 1997 года. Германия также является участницей указанного международного соглашения.

Согласно статье 4 (1)а) протокола к Мадридскому соглашению с даты регистрации или внесения записи, произведенной в соответствии с положениями статей 3 и 3ter, охрана знака в каждой заинтересованной договаривающейся стороне будет такой же, как если бы этот знак был заявлен непосредственно в ведомстве этой договаривающейся стороны. В связи с чем, на территории Российской Федерации гарантирована равная охрана интеллектуальной собственности иностранных организаций, в том числе зарегистрированных на территории иных стран.

Нормативные правовые акты, на которые ссылается ответчик, ограничений в части возможности рассмотрения и удовлетворения иска иностранной компании о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака не содержат.

Само по себе предъявление иска в данном случае не может быть признано недобросовестным действием применительно к статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Наличие оснований для применения Федерального закона от 08.03.2022 № 46-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и соответствующего Приказа Минпромторга, которые регулируют параллельный импорт (ввоз на территорию Российской Федерации без согласия правообладателей оригинальных иностранных товаров, которые введены в гражданский оборот за рубежом), исходя из обстоятельств настоящего дела применительно к товару, реализованному ответчиком, не установлено. Наличие обстоятельств, свидетельствующих о том, что заявленное нарушение не признается нарушением исключительного права на товарный знак, ответчиком не доказано.

Компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» 35708, Германия (далее – Правообладатель) является правообладателем товарного знака «COSMO» по международной регистрации № 1298164.

Между Правообладателем и Истцом заключен лицензионный договор о предоставлении права использования товарных знаков по международным регистрациям № 1065415 и № 1298164.

Пунктом 8 Лицензионного договора установлено, что Лицензиар уступил право требования взыскании компенсации за нарушение исключительных прав третьими лицами, как указанных так и не указанных в договоре.

Кроме того, между правообладателем и истцом заключен договор уступки прав требования от 20.12.2024, по которому право требование взыскания компенсации и судебных расходов с ответчика перешло к истцу.

Указом № 322 установлен временный порядок исполнения резидентами Российской Федерации денежных обязательств, связанных с использованием ими результатов

интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации, исключительные права на которые принадлежат иностранным правообладателям, которые совершают в отношении Российской Федерации, российских юридических лиц и физических лиц недружественные действия.

В то же время необходимо иметь в виду, что Указ № 322 предусматривает дифференцированный подход в вопросе применения ограничений, предусмотренных Указом № 322, в зависимости от того совершались или нет правообладателями недружественные действия в отношении Российской Федерации.

Ограничения, предусмотренные Указом № 322, применяются к правообладателям, которые: публично поддержавшим введение политических или экономических санкций в отношении Российской Федерации; запретившим после 23 февраля 2022 г. использование на территории Российской Федерации результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации; прекратившим, приостановившим или существенно ограничившим после 23 февраля 2022 г. на территории Российской Федерации производство (поставку) товаров, оказание услуг и (или) выполнение работ; совершившим публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных Сил Российской Федерации; распространившими в информационнотелекоммуникационных сетях, в том числе в сети "Интернет", информацию, выражающую в неприличной форме, которая оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам Российской Федерации.

В то же время Указом № 322 прямо предусмотрено, что Указ № 322 не применятся к правообладателям, которые являются иностранным лицом, связанным в недружественными государствами, однако такие правообладатели не совершали недружественных действий и надлежащим образом, исполняют свои обязанности по договорам, заключенным с должниками (подпункт «в» пункта 17 Указа № 322).

Доказательств того, что Компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» совершала недружественных действий в отношении Российской Федерации ответчиком не представлено.

Судом установлено, что компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» не поддержала недружественные страны, не заявила об уходе с рынка Российской Федерации, а напротив продолжает в настоящее время поставлять свою оригинальную продукцию российским потребителям. Товары с использованием интеллектуальной собственности присутствуют в свободной продаже в Российской Федерации. Осуществление деятельности на территории России продолжается через официального представителя ООО «Стройсистема», Компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» не создавала и не создает каких-либо препятствий российским лицам в правомерном договорном использовании объектов интеллектуальном собственности.

С учетом вышеизложенного, Компания «Вайсс Хеми +Техник ГмбХ энд Ко, КГ» является добросовестным правообладателем, не совершавшим недружественные действий в отношении Российской Федерации и надлежащим образом исполняющим свои договорные обязательства в связи с чем при рассмотрении настоящего дела подлежат применению положения, предусмотренные подпунктом «в» пункта 17 Указа № 322, а осуществление с ним расчетов через специальный счет типа «О» не требуется (письмо Минэкономразвития России от 19.07.2022 N 26614- КМ/ДО1, пункт 9).

В материалы дела представлены таможенные декларации, подтверждающие ввоз товара иностранной компанией в Россию в период с 2022 по 2025 года, которые приобщены к материалам дела.

Таким образом, лицензионный договор, договор уступки, заключенные между Истцом и Правообладателем, не нарушают публичный порядок и являются реальными сделками, направленными на предоставление Компанией Вайсс Хеми + Техник ГмбХ & Ко. КГ своему официальному дилеру в Российской Федерации - ООО «Стройсистема» право использовать товарные знаки Компании Вайсс Хеми + Техник ГмбХ & Ко. КГ при реализации оригинальной продукции, а также в целях защиты исключительных прав на товарные знаки в Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 17 Обзора практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120, в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", в абзаце третьем пункта 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" право требования возмещения убытков или выплаты компенсации может быть передано по соглашению об уступке требования. Из приведенных разъяснений следует, что стороны вправе заключить договор уступки требования возмещения убытков или выплаты компенсации, размер которых не установлен на момент заключения договора.

По смыслу пункта 3 статьи 1252, пункта 4 статьи 1515 ГК РФ право требования правообладателем компенсации возникает с момента нарушения исключительного права, при доказанности факта правонарушения. Размер подлежащей взысканию компенсации определяется судом. Исходя из данных нормативных положений, для определения предмета договора уступки права требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права сторонам необходимо указать в договоре исключительное право, а также обстоятельства нарушения в объеме, достаточном для удовлетворения требования о взыскании компенсации в определенном судом размере.

В п. 8.3 Лицензионного договора, в п. 1.2 договора уступки от 20.12.2024 указаны номер товарного знака, зарегистрированного по международной регистрации № 1298164, в отношении которого Истец получает право требования, т.е. указано исключительное право.

В п. 8.2, 8.3 Лицензионного договора установлены обстоятельства нарушения: нарушение исключительных прав на товарные знаки по международной регистрации № 1298164 после даты заключения Лицензионного договора.

По договору уступки прав требования от 20.12.2024 право требование взыскания с ответчика компенсации и судебных расходов за нарушение прав на товарный знак по свидетельству № 1298164 перешло к истцу.

Вопреки доводам ответчика, в лицензионном договоре и договоре уступки от 20.12.2024 сторонами определены все необходимые и достаточные обстоятельства нарушения. Предмет договоров согласован сторонами и содержит все существенные условия.

Кроме того, право Истца на предъявление иска к ответчику возникло также и в силу ст. 1254 ГК РФ, как лицензиата по Лицензионному договору.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о доказанности факта наличия у истца правомочия на обращение с иском в защиту исключительных прав на спорный товарный знак.

В обоснование исковых требований истец указал, что им сделан оптовый заказ спорного товара на сайте в магазине ответчика. Ответчик выставил счет на оплату на сумму в размере 1 260 000 рублей и направил его на электронный адрес.

Счет на оплату № Т1232 от 02 апреля 2024 содержит реквизиты Ответчика. Счет на оплату содержит наименование товара «Клей COSMOS CA-20, 20 гр.», количество товара 12 000 шт., стоимость 1 единицы товара 105 р. Счет на оплату содержит все необходимые сведения для данного вида документа реквизиты: дату, количество товара, цена товара, наименование продавца (Ответчика), ИНН продавца, банковские реквизиты.

Правовая оценка данному счету и принадлежность его ответчику дана арбитражным судом Нижегородский области при вынесении решения по делу № А43- 13713/2024.

Так, судом указано, что в результате переписки по адресу электронной почты info@mansnn.ru, указанному на сайте, сделан заказ на приобретение клея COSMOS, на что ответчиком выставлен счет на оплату от 02.04.2024 № Т1232 за товар «Клей COSMOS CA20, 20 гр. в количестве 12 000 шт. на сумму 1 260 000 руб. 00 коп», подтвердив предложение к продаже спорного товара.

Кроме того, истцом получен ещё один счет на оплату на сумму в размере 593 764рублей. Счет на оплату № Т2354 от 28 июня 2024 г. содержит реквизиты Ответчика. Счет на оплату (пункты 1,2) содержит наименование товара «Клей COSMOS CA-20, 20 гр.», количество товара 2 000 шт., стоимость 1 единицы товара 105 р.; «Клей COSMOS CA-20, 50 гр.», количество товара 1 080 шт., стоимость 1 единицы товара 260 р.

Как разъяснено в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: -используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; -степень известности, узнаваемости товарного знака; - степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); -наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения обозначения с товарным знаком учитывается общее впечатление, которое производят эти

обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В силу пункта 45 Правил при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Оценка вероятности смешения товарного знака № 1298164 «COSMO» и обозначения «COSMA», используемого ответчиком в предложении к продаже товара по счету от 02.04.2024 № Т1232 дана судом при рассмотрении дела № А43-13713/2024.

Судом при рассмотрении дела № А43-13713/2024 установлено, что сравниваемые обозначения имеют высокий уровень сходства по графическому и семантическому критериям сходства, а предлагаемые обществом к продаже товары однородны товарам 1-го класса МКТУ (клеи), в отношении которого зарегистрированы товарные знаки компании, как следствие, сравниваемые обозначения являются сходными. Установив сходство обозначений и однородность товаров 1-го класса МКТУ, для маркировки которых они используются, суд при рассмотрении дела № А43-13713/2024 пришел к выводу возможности их смешения в гражданском обороте.

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Оценив вероятность смешения товарного знака № 1298164 «COSMO» и обозначения «COSMA», используемого ответчиком о предложении к продаже товара по счету № Т2354 от 28.06.2024, суд приходит к следующим выводам.

Товарный знак COSMO по международной регистрации № 1298164 является словесным, выполнен черным цветом стандартным шрифтом, заглавными латинскими буквами.

Предлагаемые ответчиком к продаже товары однородны товарам 1 класса МКТУ (клеи), в отношении которого зарегистрирован товарный знак истца.

Также, суд приходит к выводу о сходстве обозначений по всем трем критериям - звуковое, графическое и семантическое сходство.

Сильным элементом товарного знака является словесный элемент «COSMO», поскольку именно этот элемент выполняет индивидуализирующую функцию в товарных знаках. Данный словесный элемент звучит: [к`осмо].

Используемое ответчиком обозначение звучит: [к`осмос]. Фонетически, 5 из 5 звуков в словесном элементе «COSMO» товарного знака правообладателя и в используемом ответчиком обозначении «COSMOS» совпадают.

Таким образом, по наличию совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях, наличию совпадающих слогов и их расположению, числу слогов, близости состава согласных, можно сделать вывод о высокой степени звукового сходства, используемого ответчиком обозначения с товарным знаком правообладателя.

Графическое сходство также признается судом высоким, ввиду выполнения всех сравниваемых элементов одним алфавитом (латинским). При этом, с точки зрения общего зрительного впечатления, используемое ответчиком обозначение отличается от обозначения правообладателя только последней буквой.

В части определения семантического сходства, суд отмечает, что указанные словесные обозначения носят фантазийный характер, и сами по себе не относятся к

общепринятым терминам, поскольку их значение отсутствует в терминологических словарях, связанных с областью производства товаров – клея.

В свою очередь, суд приходит к выводу о высокой степени семантического сходства, поскольку и обозначение «COSMO», и обозначение «COSMOS» могут вызвать у потребителей ассоциации с космосом.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о сходстве используемого ответчиком обозначения до степени смешения с товарным знаком по международной регистрации № 1298164, в связи с чем, суд приходит к выводу о доказанности истцом факта нарушения ответчиком исключительного права на товарный знак, в отсутствие доказательств законности использования указанного товарного знака.

Довод ответчика о законности использования товарного «COSMOS» со ссылкой на представленные свидетельства № 1128813 на товарный знак «COSMOS», свидетельство № 1047892, свидетельство № 1129528 рассмотрен судом и отклонен в силу следующего.

Ответчиком в материалы дела представлено свидетельство № 1128813 на товарный знак «COSMOS» в отношении 01 класса МКТУ, в качестве правообладателя указано ООО «МАНС», приоритет товарного знака 05.03.2024, зарегистрировано в государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 03.07.2025, срок действия регистрации истекает 05.03.2034.

Также ответчиком представлено свидетельство № 1047892 на товарный знак в отношении 01, 03,16 классов МКТУ, в качестве правообладателя указано ООО «МАНС», приоритет товарного знака 19.01.2024, зарегистрировано в государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 04.09.2024, срок действия регистрации истекает 19.01.2034.

Также ответчиком представлено свидетельство № 1129528 на товарный знак «MANS Cosmos» в отношении 01, 16 классов МКТУ, в качестве правообладателя указано ООО «МАНС», приоритет товарного знака 21.08.2024, зарегистрировано в государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания 04.07.2025, срок действия регистрации истекает 21.08.2034.

Как установлено статьей 1479 ГК РФ, на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации. В силу статьи 1480 ГК РФ государственная регистрация товарного знака осуществляется федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр) в порядке, установленном статьями 1503 и 1505 ГК РФ.

Приоритет товарного знака устанавливается по дате подачи заявки на товарный знак в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности (пункт 1 статьи 1494 ГК РФ). Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 1491 ГК РФ исключительное право на товарный знак действует в течение десяти лет с даты подачи заявки на государственную регистрацию товарного знака в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности либо в случае регистрации товарного знака по выделенной заявке с даты подачи первоначальной заявки.

В пункте 155 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" приведены следующие разъяснения.

В силу статьи 1480 ГК РФ регистрация товарных знаков в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (далее - Государственный реестр товарных знаков) осуществляется Роспатентом в порядке, установленном пунктом 1 статьи 1503 ГК РФ.

По смыслу положений пункта 1 статьи 1477, статьи 1481, пункта 1 статьи 1484 ГК РФ обозначение, которое заявлено на государственную регистрацию и проходит экспертизу

в Роспатенте, до даты его регистрации в Государственном реестре товарных знаков товарным знаком не является.

Положения статьи 1491 ГК РФ не могут быть расценены как свидетельство того, что действия, совершенные до даты государственной регистрации товарного знака в Государственном реестре товарных знаков, являются нарушением исключительного права на товарный знак.

Использование третьими лицами обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с заявленным на регистрацию в качестве товарного знака обозначением, в период между датой подачи заявки (датой приоритета) и датой регистрации этого товарного знака не может считаться нарушением исключительного права на товарный знак.

Дата подачи заявки служит лишь моментом отсчета срока действия исключительного права и определяет согласно пункту 1 статьи 1494 ГК РФ дату приоритета (в частности, в целях применения пункта 6 статьи 1483 ГК РФ).

Из материалов настоящего дела следует, что ответчику вменяются нарушения по использованию товарного знака № 1298164, допущенные 02.04.2024 и 28.06.2024.

Таким образом, указанные нарушения совершены ответчиком в период между датой подачи заявки (датой приоритета) и датой регистрации товарных знаков по свидетельствам № 1128813, № 1047892, то есть в период, когда указанные в данных свидетельствах обозначения товарными знаками не являлись.

Совершенные ответчиком нарушения (02.04.2024 и 28.06.2024) под действия товарного знака по свидетельству № 1129528 также не подпадают, поскольку совершены им даже до даты приоритета (дата приоритета 21.08.2024).

На основании изложенного, суд не может согласиться с позицией ответчика о правомерном использовании им товарного знака.

Довод ответчика о том, что им реализовывался товар, ранее приобретенный у истца (правообладателя) для реализации, не может быть принят судом во внимание, поскольку не нашел своего подтверждения материалами дела. Каких-либо документальных доказательств наличия остатков ранее приобретенной у истца продукции ответчиком в материалы дела не представлено.

Кроме того, данный довод рассмотрен также судом при рассмотрении дела № А43-13713/2024 и также не нашел своего подтверждения.

В части определения подлежащего взысканию размера компенсации, судом установлено следующее.

Истец предъявляет требование о взыскании компенсации в размере 3 501 600руб.

В силу абзаца первого пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

В силу пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В силу п. 61 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10) заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его

мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Согласно пункту 62 Постановления № 10 по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Установленный по делу факт нарушения исключительных прав истца в отношении вышеуказанных товарных знаков является обстоятельством, влекущим в силу статьи 1252 ГК РФ ответственность в виде взыскания денежной компенсации, окончательная сумма которой определяется судом.

Требования истца заявлены на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) - в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

Применительно к данному способу расчета суммы компенсации в абзацах втором и шестом пункта 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) приведены разъяснения, согласно которым, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие количество экземпляров (товаров) и их цену. При определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

При данном способе расчета учитываются реально существующие товары.

Предусмотренная подпунктом 2 статьи 1301 и подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ методология расчета, как указано в самой норме и разъяснено в пункте 61 Постановления N 10, предполагает учет стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак или иное охраняемое обозначение.

Таким образом, при определении компенсации в рамках данного выбранного истцом способа, существенным является определение количества контрафактного товара и его стоимость.

Истец вправе представлять данные об имеющихся у него данных об объеме нарушения - о предполагаемых количестве товара и его стоимости, основываясь, в том числе, на информации, полученной от независимых от истца источников.

При этом суд должен оценить с учетом стандарта доказывания баланс вероятностей, соотносятся ли доказательства истца с предметом спора - относятся ли они к конкретному нарушению.

Ответчик вправе опровергать расчет истца, раскрывая имеющиеся у него данные о реальном собственном поведении и представляя соответствующие доказательства.

Судом по ходатайству истца направлялся запрос в Федеральную таможенную службу с целью получения сведений о количестве ввезенного обществом с ограниченной ответственностью «Манс» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, Адрес: 603124, <...>) товара, маркированного обозначением «COSMOS» код товаров по ТН ВЭД ЕАЭС 3506, 381400, 3815, 3909, 3926 за период с 01 февраля 2024 г. по настоящее время.

Из поступившего ответа от 24.03.2025 № 15-41/18101 следует, что согласно сведениям из Центральной базы данных Единой автоматизированной информационной системы таможенных органов, информация о совершении таможенных операций обществом с ограниченной ответственностью «Манс» в отношении запрошенного товара и периода не найдена.

В дальнейшем, истец в обоснование исковых требований истец указал, что им сделан оптовый заказ спорного товара на сайте в магазине ответчика. Ответчик выставил счет на оплату на сумму в размере 1 260 000 рублей и направил его на электронный адрес.

Счет на оплату № Т1232 от 02 апреля 2024 содержит реквизиты Ответчика. Счет на оплату содержит наименование товара «Клей COSMOS CA-20, 20 гр.», количество товара 12 000 шт., стоимость 1 единицы товара 105 р. Счет на оплату содержит все необходимые сведения для данного вида документа реквизиты: дату, количество товара, цена товара, наименование продавца (Ответчика), ИНН продавца, банковские реквизиты.

Кроме того, истцом получен ещё один счет на оплату на сумму в размере 593 764рублей. Счет на оплату № Т2354 от 28 июня 2024 г. содержит реквизиты ответчика. Счет на оплату (пункты 1,2) содержит наименование товара «Клей COSMOS CA-20, 20 гр.», количество товара 2 000 шт., стоимость 1 единицы товара 105 р.; «Клей COSMOS CA-20, 50 гр.», количество товара 1 080 шт., стоимость 1 единицы товара 260 р.

Расчет компенсации определен истцом следующим образом:

1) Счет на оплату № Т1232 от 02 апреля 2024 г. 12 000 * 105 * 2 = 2 520 000 рублей, где 12 000 – количество единиц товара, 105 – стоимость единицы товара.

2) Счет на оплату № Т2354 от 28 июня 2024 г. 2 000 * 105 * 2 = 420 000 рублей, где 2 000 – количество единиц товара, 105 – стоимость единицы товара. 1 080 * 260 * 2 = 561 600 рублей, где 1 080 – количество единиц товара, 260 – стоимость единицы товара.

Итого: 2 520 000 + 420 000 + 561 600 = 3 501 600 рублей

Суд обращает внимание, что институт взыскания компенсации введен в гражданское законодательство, в том числе, потому, что, видя нарушение своих прав, правообладатель, как правило, не обладает точными знаниями об объеме допускаемого нарушения, доказательства которого находятся у ответчика. Ответчик, в свою очередь, не заинтересован в раскрытии всего объема допускаемого нарушения.

В абзаце третьем пункта 62 Постановления N 10 отмечено: суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Суд отмечает, что действующее законодательство не содержит указаний о том, какими доказательствами должно подтверждаться количество предлагаемого к продаже или реализованного контрафактного товара и его стоимость.

Как следует из пункта 55 Постановления N 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения. Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети Интернет.

Истец вправе представлять данные об имеющихся у него данных об объеме нарушения - о предполагаемых количестве товара и его стоимости, основываясь, в том числе, на информации, полученной от независимых от истца источников.

Таким образом, в рассматриваемом случае, истец представил сведения о количестве реализованного товара (предлагаемого к реализации) и стоимости одной единицы товара исходя из счетов, выставленных ответчиком.

В ходе рассмотрения дела ответчик не оспаривал количество товаров, предлагаемых к продаже товара, также не оспаривалась их стоимость.

Более того, счет № 1232 от 02.04.2024 являлся предметом рассмотрения дела А43-13713/2024 и судом установлен факт предложения ответчиком к продаже товара «Клей COSMOS CA-20, 20 гр.», количество товара 12 000 шт., стоимость 1 единицы товара 105 р.

Проверив расчет истца суд признает его обоснованным.

На основании изложенного требование истца о взыскании 3 501 600руб. компенсации является обоснованным и правомерным.

При рассмотрении дела ответчиком заявлено ходатайство о снижении суммы компенсации.

В обоснование заявленного ходатайства ответчик не представил никаких доказательств.

Снижение компенсации ниже установленного в законе предела возможно при наличии обоснованного ходатайства ответчика в трех случаях при наличии совокупности обстоятельств, указанных:

1) в положениях абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений в пункте 64 Постановления Пленума N 10;

2) в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" (далее - Постановление N 28-П);

3) в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" (далее - Постановление N 40-П).

Ответчиком вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено в дело документальных доказательств того, что заявленный истцом размер компенсации является чрезмерным, а также не обоснованно и не доказано наличие иных оснований для снижения предъявленного истцом к взысканию размера компенсации.

Ссылка ответчика на злоупотребление правом со стороны истца рассмотрена и отклонена.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Согласно пункту 2 той же статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

По смыслу вышеприведенных норм добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов использования гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, с учетом доводов лиц, участвующих в деле.

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Вопрос о злоупотреблении правом является вопросом факта, и подразумевает возможность его установления исходя из фактических обстоятельств конкретного дела и представленных в материалы дела доказательств.

Представление истцом в обоснование своей позиции доказательства (лицензионные договоры, договоры уступки прав требования), является реализацией им принципа состязательности (ст. 9 АПК РФ) и исполнения им обязанности доказанности (ст. 65 АПК РФ). Оценку представленным доказательствам дает суд.

На основании изложенного доводы ответчика злоупотребление правом со стороны истца не нашли своего подтверждения.

Представленные истцом документы (Счет от 26.09.2025 г. УПД от 24.09.2025, Техническое описание. Ответ на претензию. Платежное поручение от 26.09.2025, скриншот с электронной почты, сриншоты фиксация нарушения от 16.09.2025, от 02.11.2025) как доказательства продолжения ответчиком нарушения прав истца на спорный товарный знак не принимаются судом, поскольку с 04.09.2025 (свидетельство № 1047892), с 03.07.2025 (свидетельство № 1128813), с 04.07.2025 (свидетельство № 1129528) ответчик является правообладателем своих товарных знаков по указанным свидетельствам.

При таком исходе дела, расходы по госпошлине в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, относятся на ответчика и подлежат взысканию в пользу истца в сумме 10 000руб.

Поскольку в ходе рассмотрения дела требования истца были увеличены, то госпошлина в сумме 120 048руб. 00коп. подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и будет направлен лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте Арбитражного суда в сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

руководствуясь статьями 110, 167 — 171, 176, 180, 181, 182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МАНС" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), г. Нижний Новгород в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СТРОЙСИСТЕМА" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), г. Реутов, Московской области 3 501 600руб. 00 коп. компенсации, а также 10 000руб. 00коп. расходы по госпошлине.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "МАНС" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), г. Нижний Новгород в доход федерального бюджета 120 048руб. 00коп. госпошлины.

Исполнительный лист на взыскание компенсации и судебных расходов выдается после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

Исполнительный лист на взыскание госпошлины в доход федерального бюджета выдается после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента принятия.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Вступившее в законную силу решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Логунова Н.А.