Решение от 11 марта 2025 г. по делу № А19-23131/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Седова, стр. 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025,

тел. (3952) 262-102; факс (3952) 262-001

https://irkutsk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело  № А19-23131/2024
г. Иркутск
12 марта 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 04.03.2025. Решение в полном объеме изготовлено 12.03.2025.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Уразаевой А.Р., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Седых Д.Д., рассмотрев в судебном заседании дело по иску   

общества с ограниченной ответственностью "Саханефть" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, 677000, <...>)

к обществу с ограниченной ответственностью "РезервуарКомплект" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, 117042, <...>)

о взыскании 1 809 533 руб. 04 коп.,

при участии в заседании:

от истца: представитель ФИО1 по доверенности № 215/д от 16.12.2024, паспорт, диплом;

  от ответчика: не явился, извещен надлежащим образом;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Саханефть" обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением, уточненным в порядке ст.49 АПК РФ, к обществу с ограниченной ответственностью "РезервуарКомплект" о взыскании 1 809 533 руб. 04 коп., составляющих пени в связи с просрочкой поставки товара по спецификации № 2 от 27.05.2022 к договору поставки №1702/25-08/21 от 01.07.2021.

Истец исковые требования поддержал в полном объеме.

Ответчик извещен о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; в представленном отзыве требование истца по существу не оспорил, заявил о снижении неустойки по статье 333 ГК РФ и применении к расчету неустойки моратория.

В силу части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 01.07.2021 между ООО «РезервуарКомплект» (поставщик, ответчик) и ООО «Саханефть» (покупатель, истец) заключен договор поставки № 1702/25-08/21,  по условиям которого поставщик обязался поставить, а покупатель принять и оплатить продукцию  производственно-технического назначения в соответствии с условиями договора и спецификациями, являющимися неотъемлемой частью договора(пункт 1.1. договора).

 Названный договор по своей правовой природе является договором поставки, правоотношения по которому регулируются параграфами 1 и 3 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Во исполнение условий договора поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 стороны согласовали количество, наименование, количество, стоимость и сроки оплаты товара путем подписания спецификации № 2 от 27.05.2022.

В соответствии с условиями указанной спецификации в адрес истца подлежал поставке товар – Огнепреградитель ОН-300-4,0-В-К2-Д1/К-УХЛ1 (0119/МЧ-СНГП-РП-МЧНГКМ-10-ТХ.ОЛ21), на сумму 3 130 680 руб., с учетом НДС 20%, в течение 120 календарных дней с даты подписания спецификации с обеих сторон.

Со стороны ответчика указанная спецификация подписана 15.06.2022, следовательно, со стороны ответчика обязательства по поставке товара должны были быть исполнены не позднее 13.10.2022.

Согласно представленным истцом скриншотам переписки, между истцом и ответчиком, последний неоднократно переносил сроки поставки, в связи с проблемами на производстве.

Так в письме от 22.01.2024 ответчик сообщил истцу о том, что отгрузка товара будет осуществлена в 1 квартале.

 Из доводов и пояснений следует, что обязательства по поставке товара в согласованные сторонами сроки, ответчиком не исполнены, просрочка поставки товара составляет 578 дней.

Согласно пункту 7.4 договора поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021, если поставщик просрочил поставку товара на срок более 20 календарных дней, покупатель вправе в одностороннем внесудебном порядке полностью или в части отказаться от приемки и/или оплаты товара, от исполнения договора/спецификации, а также расторгнуть договор/спецификацию полностью или в части.

В соответствии с условиями пункта 9.2 договора поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 покупатель в любое время в течение срока действия договора в одностороннем внесудебном порядке вправе полностью или частично отказаться от исполнения и/или расторгнуть договор/спецификацию, в том числе в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком условий договора/спецификации, направив поставщику соответствующее письменное уведомление. При этом для сторон наступают последствия изменения или расторжения договора/спецификации, предусмотренные действующим законодательством и договором. Договор/спецификация считается измененным или расторгнутым с момента получения поставщиком уведомления покупателя, если иной срок изменения или расторжения договора/спецификации не предусмотрен в уведомлении.

В связи с неисполнением ответчиком обязательств по поставке товара, согласованного сторонами в спецификации № 2 от 27.05.2022, истец в соответствии с условиями пунктов 7.4, 9.2 договора направил в адрес ответчика уведомление (требование) от 13.05.2024 № 1420-Р о расторжении спецификации № 2 от 27.05.2022 к договору поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021.

В указанном уведомлении истец заявил о расторжении спецификации № 2 от 27.05.2022 к договору поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 с даты настоящего уведомления. С указанной даты спецификация № 2 от 27.05.2022 к договору поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 считается расторгнутой, а обязательства по ней прекращенными.


В соответствии с пунктом 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Из пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.

Пунктом 3 данной статьи установлено, что в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Таким образом, учитывая, что требование от 13.05.2024 № 1420-Р о расторжении спецификации № 2 от 27.05.2022 к договору поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 с даты требования получено ответчиком 17.05.2024, и исходя из положений статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и условий пунктов 7.4, 9.2 договора,  арбитражный суд приходит к выводу о прекращении между сторонами договорных обязательств в рамках спецификации № 2 от 27.05.2022 к договору поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 с 13.05.2024, то есть с даты уведомления.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Как усматривается из материалов дела, ответчик нарушил согласованный договором срок поставки товара, в связи с чем истец требует взыскать с ответчика пени (договорную неустойку) в сумме 1 809 533 руб. 04 коп. за период с 14.10.2022 по 13.05.2024.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии со статьей 331 Гражданского кодекса Российской Федерации, соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства.

В пункте 7.2 договора  поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 стороны согласовали условие о том, что в случае нарушения сроков поставки товара, а также иных сроков, предусмотренных договором и/или спецификацией, поставщик уплачивает покупателю пеню в размере 0,1% за каждый день нарушения обязательства от общей стоимости товара, указанной в соответствующей спецификации, начиная с первого дня нарушения обязательства.

В соответствии с условиями указанной спецификации в адрес истца подлежал поставке товар – Огнепреградитель ОН-300-4,0-В-К2-Д1/К-УХЛ1 (0119/МЧ-СНГП-РП-МЧНГКМ-10-ТХ.ОЛ21), на сумму 3 130 680 руб., с учетом НДС 20%, в течение 120 календарных дней с даты подписания спецификации с обеих сторон.

Со стороны ответчика указанная спецификация подписана 15.06.2022, следовательно, со стороны ответчика обязательства по поставке товара должны были быть исполнены не позднее 13.10.2022.

Материалами дела подтвержден факт неисполнения ответчиком обязательств по поставке товара, срок нарушения обязательства составляет 578 дней с 14.10.2022 по 13.05.2024 (по дату расторжения спецификации).

С учетом указанного пункта договора, факта просрочки поставки товара, положений статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации истец  начислил ответчику за каждый день просрочки поставки товара  по спецификации № 2 от 27,05.2022 за период с 14.10.2022 по 13.05.2024 неустойку в размере 1 809 533 руб. 04  коп.

Расчет неустойки произведен истцом из стоимости подлежащего поставке товара в сумме 3 130 680 руб., с учетом НДС 20%, в соответствии с условиями спецификации № 2 от 27.05.2022 к договору.

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Необходимо учитывать, что по своей экономико-правовой природе НДС является налогом на потребление товаров (работ, услуг), то есть косвенным налогом, перелагаемым на потребителей.

В силу положений пункта 2 статьи 153 и подпункта 2 пункта 1 статьи 162 Налогового кодекса Российской Федерации при совершении налогооблагаемых операций сумма НДС определяется исходя из всех поступлений налогоплательщику, связанных с расчетами по оплате реализованных товаров (работ, услуг). При этом на основании пункта 1 статьи 168 НК РФ сумма НДС, исчисленная по соответствующим операциям реализации товаров (работ, услуг), предъявляется продавцом к оплате покупателю.

Таким образом, по общему правилу НДС является обязательной частью цены договора, подлежащей уплате налогоплательщику со стороны покупателей (ч. 1 ст. 422 ГК РФ), что отражает характер названного налога как косвенного. Уплачиваемое (подлежащее уплате) покупателями встречное предоставление за реализованные им товары (работ, услуги) является экономическим источником для взимания данного налога. Из этого вытекает, что при реализации товаров (работ, услуг) покупателям НДС не может исчисляться в сумме, которая не соответствовала бы реально сформированной цене и не могла быть полностью предъявлена к оплате покупателям в ее составе, что по существу означало бы взимание налога без переложения на потребителя.

Следовательно, согласованная сторонами в спецификации № 2 от 27.05.2022 к договору к оплате сумма налога на добавленную стоимость является для истца частью цены, подлежащей уплате по договору, даже при отсутствии в условиях договора выделенной суммы налога подлежала бы исчислению в том же размере. Указанное согласуется с позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 20.12.2018 N 306-КГ18-13128 по делу N А12-36108/2017, Постановлением Президиума ВАС РФ от 22.09.2009 N 5451/09 по делу N А50-6981/2008-Г-10).

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что истцом правомерно произведен расчет неустойки от суммы 3 130 680 руб., с учетом НДС 20%.

Ответчик в ходе рассмотрения дела не оспаривал факт заключения с истцом договора поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 на поставку оборудования на сумму 3 130 680 руб., включая НДС 20%.; заявил ходатайство об уменьшении размера неустойки в связи с ее явной несоразмерностью последствиям нарушения обязательства с применением статьи 333 ГК РФ.

Также ответчик указал на то, что при расчете неустойки истец не учел положения постановления Правительства Российской Федерации от 28.03.202 № 497, которым введен мораторий начисления неустойки на период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

Рассмотрев довод ответчика относительно применения моратория, суд приходит к следующему.

Статьей 5 Федерального закона от 01.04.2020 N 98-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций" Федеральный закон от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дополнен статьей 9.1, предоставляющей Правительству Российской Федерации в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) право на введение временного моратория на возбуждение дел о банкротстве.

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 9.1 Федерального закона N 127-ФЗ на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Федерального закона.

В силу абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Исходя из буквального содержания подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 и абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве мораторий на уплату неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций предоставляется в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должниками денежных обязательств.

Постановлением Правительства Российской Федерации N 497 с 01.04.2022 на территории Российской Федерации сроком на 6 месяцев введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей (за исключением лиц, указанных в пункте 2 данного постановления).

Введенный Постановлением Правительства РФ N 497 мораторий на удовлетворение требований кредиторов как инструмент государственного регулирования экономики антикризисной направленности имеет цель минимизировать последствия санкционного режима в 2022 году, обеспечить стабильность экономики государства путем оказания поддержки хозяйствующим субъектам.

Разъяснения, касающиеся цели и направленности моратория, вводимого в определенных случаях, даны в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление Пленума N 44).

В силу пункта 7 указанного постановления в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса), неустойка (статья 330 Гражданского кодекса), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

При этом возникновение долга по причинам, не связанным с теми, в связи с которыми введен мораторий, не имеет значения. Освобождение от ответственности направлено на уменьшение финансового бремени на должника в тот период его просрочки, когда она усугубляется объективными, непредвиденными и экстраординарными обстоятельствами. Данный вывод изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2021 N 305-ЭС20-23028.

Мораторием предусмотрен запрет на начисление неустоек, иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей в период с 01.04.2022 по 01.10.2022.

По общему правилу требования к лицу, находящемуся в процедурах банкротства, устанавливаются в реестре и учитываются в денежной форме. Те имущественные требования, которые имеют неденежное выражение (например, о создании и передаче имущества, об обязании совершить предоставление в натуральной форме), подлежат для целей банкротства трансформации в денежные, чем обеспечивается равное правовое положение всех кредиторов, независимо от вида обязательства (пункте 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Поэтому положения абзаца десятого пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве о неначислении неустойки фактически носят генеральный характер и применяются ко всем реестровым имущественным требованиям кредитора (применительно к мораторию - к имущественным требованиям, возникшим до его введения).

При обратном подходе кредитор получал бы предпочтительное удовлетворение своих требований из конкурсной массы перед иными кредиторами, что противоречит принципу очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов (пункты 2 и 3 статьи 142 Закона о банкротстве).

Финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Для определения того, является ли требование текущим, необходимо установить дату его возникновения и соотнести указанную дату с моментом возбуждения дела о банкротстве (введения моратория).

В данном случае спецификация № 2 от 27.05.2027 к договору  поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 подписана 15.06.2022, то есть после введения моратория на возбуждение дел о банкротстве.

Срок исполнения обязательства по поставке товара наступил 13.10.2022, то есть после истечения срока действия моратория.

 При указанных обстоятельствах в настоящем случае на правоотношения сторон, возникшие в рамках  спецификации № 2 от 27.05.2027 к договору  поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021, не подлежит применению положения моратория в отношении гражданско-правовой ответственности ответчика.

 Рассмотрев заявленное ответчиком ходатайство о снижении неустойки, суд приходит к следующему.

Ответчик, обосновывая ходатайство о соразмерном снижении неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылается на то, что заявленная ко взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства; ответчик не использовал авансирование денежными средствами истца, неисполнение или ненадлежащее исполнение ответчиком обязательства, не возникло из неправомерного пользования чужими денежными средствами.

Истец возражал в отношении снижения неустойки.

В  соответствии с пунктом 73 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 24.03.2016 № 7  «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

  Учитывая изложенное, доводы ответчика, приведенные в обоснование ходатайства о соразмерном снижении пени, суд  находит несостоятельными.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии  очевидной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, также доказательства несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства ответчиком в материалы дела не представлено, в связи с чем у суда не имеется правовых оснований для снижения неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации ниже размера, заявленного истцом. При этом суд исходит также из разъяснений, изложенных в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 24.03.2016 № 7  «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которым при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период.

Также суд считает необходимым отметить, что согласованный сторонами процент санкции (0,1%), примененный истцом при расчете неустойки, является обычно применяемым в гражданском обороте, о чрезмерности санкции также не свидетельствует.

Исходя из положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора ответчик должен был осознавать возможность наступления негативных последствий в виде применения меры гражданско-правовой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства.

Более того, ответчик, осознавая невозможность исполнить обязательства по поставке товара, не обращался к истцу с предложением о расторжении спецификации № 2 от 27.05.2027 к договору  поставки № 1702/25-08/21 от 01.07.2021 и прекращении правоотношений в рамках спорной спецификации.

Напротив, согласно представленной истцом переписки сторон ответчик неоднократно переносил сроки поставки, в связи с проблемами на производстве.

Доказательств того, что ответчик предпринимал исчерпывающие меры для надлежащего исполнения обязательств либо надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, в материалах дела не имеется.

В данном случае, исчисленная истцом неустойка является следствием длительного неисполнения ответчиком обязательства по поставке товара, просрочка по которому составляет более полутора лет, в связи с чем, не свидетельствует о ее несоразмерности и подлежит взысканию в полном объеме.

Из изложенного следует, что требование ООО «Саханефть» о взыскании с ООО «РезервуарКомплект» пени в размере 1 809 533 руб. 04 коп. обосновано, подтверждено материалами дела и подлежит удовлетворению.      

Расходы по уплате государственной пошлины относятся ответчика согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и взыскиваются в пользу истца в размере 79 286 руб.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "РезервуарКомплект" в пользу общества с ограниченной ответственностью "Саханефть" пени в размере 1 809 533 руб. 04 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 79 286 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.


Судья:                                                                                                        А.Р. Уразаева