Решение от 11 августа 2023 г. по делу № А74-200/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ХАКАСИЯ


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

11 августа 2023 г. Дело № А74-200/2023


Резолютивная часть решения объявлена 08 августа 2023 г.

Решение в полном объёме изготовлено 11 августа 2023 г.


Арбитражный суд Республики Хакасия в составе судьи М.А. Лукиной, при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Атомэнергосбыт Бизнес» (ИНН <***>, ОГРН <***>) об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора энергоснабжения от 01.09.2022 №1911222127,


при участии в судебном заседании представителей:

истца – ФИО3 на основании доверенности от 10.01.2023 ФИО4 по доверенности от 10.01.2023,

ответчика – ФИО5 на основании доверенности от 05.04.2023.


Индивидуальный предприниматель ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Республики Хакасия с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Региональная энергосбытовая компания» об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора энергоснабжения от 01.09.2022 №1911222127.

До рассмотрения спора по существу стороны заключили соглашение по фактическим обстоятельствам, заключенное в порядке статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым сторонами признаны факты, не требующие доказывания по изложению спорных пунктов договора, а именно: абз. 3 пункта 5.7, пункта 6.2., пункта 7.10, пункта 7.12 договора.

Соглашение подписано истцом, со стороны ответчика – директором филиала «Атомэнергосбыт» Хакасия ФИО6.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации достигнутое в судебном заседании или вне судебного заседания соглашение сторон по обстоятельствам удостоверяется их заявлениями в письменной форме и заносится в протокол судебного заседания.

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме, просил суд урегулировать разногласия, возникшие при заключении договора энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022, а именно: положения договора изложить в следующей редакции:

Пункт договора

Редакция истца

пункт 3.1.3

Исключить

абз. 2 пункта 3.1.13

Исключить

абз. 1 пункта 3.1.15

Исключить

абз. 2 пункта 3.1.22

Уведомлять Гарантирующего поставщика и Сетевую организацию о выходе из строя, утрате расчетного прибора учета (измерительного комплекса, измерительных трансформаторов), принадлежащего Потребителю и (или) находящегося в границах балансовой принадлежности энергопринимающих устройств Потребителя, в течение одних суток.

абз. 5 пункта 3.1.22

Уведомлять Гарантирующего поставщика и Сетевую организацию: незамедлительно обо всех явных, видимых неисправностях оборудования, принадлежащего Гарантирующему поставщику или Сетевой организации.

абз. 3 пункта 5.9

Исключить

пункт 7.6

Исключить

Ответчик направил отзыв на иск, в котором указал, что потребитель получил письмо поставщика об отклонении протокола разногласий 22.11.2022, в связи с чем, тридцатидневный срок, установленный статьей 445 Гражданского кодекса Российской Федерации для передачи протокола разногласий рассмотрение суда, истек 22.12.2022. Исковое заявление подано 18.01.2023, то есть за пределами вышеуказанного срока и поскольку указанный срок по существу является сроком исковой давности, к нему, по мнению ответчика, применим абз. 3 и. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», согласно которому срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска. На основании изложенного, по причине пропуска истцом установленного срока просит суд отказать удовлетворении исковых требований.

Возражая доводам ответчика, истец указал, что сторонами спора не отрицается факт поставки электрической энергии на объекты истца в период с 01.09.2022 по настоящее время. То есть, считает истец, договор исполняется, и доводы ответчика о пропуске срока на подачу разногласий не могут быть приняты судом, поскольку имеется необходимость в устранении правовой неопределенности в отношениях сторон, имеющих фактические договорные отношения. Истец просил суд обратить внимание на то, что стороны не прекращали отношения по поставке электроэнергии в период проведения переговоров, в связи с чем, правовых оснований для применения последствий несоблюдения истцом сроков, на которые ссылается ответчик, не имеется.

Изучив представленные сторонами доказательства, выслушав доводы сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Согласно приказу Министерства энергетики РФ от 17.08.2022 № 823 с 01.09.2022 функции гарантирующего поставщика электрической энергии на территории Республики Хакасия выполняет ООО «Региональная Энергосбытовая Компания» (с 05.04.2023 переименовано в ООО «АтомЭнергоСбыт Бизнес») в лице Филиала «АтомЭнергоСбыт» Хакасия (гарантирующий поставщик).

В соответствии с пунктами 14, 21, 25 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 (далее - Основные положения № 442), гарантирующий поставщик направил в адрес индивидуального предпринимателя ФИО2 (потребитель) договор энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022.

Потребитель подписал договор с протоколом разногласий от 28.10.2022.

18.11.2022 гарантирующий поставщик в ответ на поступивший протокол разногласий направил потребителю протокол согласования разногласий от 11.11.2022.

Таким образом, предметом спора является требование об урегулировании разногласий, возникших между истцом и ответчиком при заключении договора энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022.

Истец, не согласившись с протоколом урегулирования разногласий по договору энергоснабжения, обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, и представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд пришёл к следующим выводам.

В случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда на основании статьи 445 настоящего Кодекса либо по соглашению сторон условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда (пункт 1 статьи 446 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если при рассмотрении искового заявления о понуждении заключить договор или об урегулировании разногласий по условиям договора суд установит, что стороны не сослались на необходимость согласования какого-либо существенного условия и соглашение сторон по нему отсутствует, вопрос о таком условии выносится судом на обсуждение сторон (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Равным образом в случае, когда между сторонами отсутствует спор по части условий, суд может вынести на обсуждение сторон вопрос о соотношении таких условий со спорными условиями.

По итогам обсуждения суд, учитывая, в частности, мнения сторон по названным вопросам, обычную договорную практику, особенности конкретного договора и иные обстоятельства дела, принимает решение о редакции условий договора, в том числе отличной от предложенных сторонами (пункт 4 статьи 445, пункт 1 статьи 446 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 422 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 445 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами для стороны, которой направлена оферта (проект договора), заключение договора обязательно, эта сторона должна направить другой стороне извещение об акцепте, либо об отказе от акцепта, либо об акцепте оферты на иных условиях (протокол разногласий к проекту договора) в течение тридцати дней со дня получения оферты.

Как следует из абзаца 2 пункта 1 статьи 445 ГК РФ сторона, направившая оферту и получившая от стороны, для которой заключение договора обязательно, извещение о ее акцепте на иных условиях (протокол разногласий к проекту договора), вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда в течение тридцати дней со дня получения такого извещения либо истечения срока для акцепта.

При отклонении протокола разногласий либо неполучении извещения о результатах его рассмотрения в указанный срок сторона, направившая протокол разногласий, вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда (пункт 2 статьи 445 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 446 ГК РФ в случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда на основании статьи 445 настоящего Кодекса либо по соглашению сторон условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда.

Суд не может отказать истцу в иске и в том случае, когда предложенные им редакции условий договора не соответствуют требованиям действующего законодательства. В этом случае при урегулировании спорного условия суд исходит из императивной либо диспозитивной нормы законодательства, регулирующего правоотношения сторон (статьи 421 и 422 ГК РФ).

Исходя из принципа свободы договора, при урегулировании разногласий, возникших при заключении публичного договора, арбитражный суд не вправе включать в договор условие, хотя и предложенное для включения в него, но не согласованное сторонами, за исключением случая, когда содержание этого условия предусмотрено законом или иным правовым актам.

При принятии решения о возложении обязанности заключить договор на условиях проекта договора, судом проверяется соответствие этих условий закону, иным правовым актам. Если предложенная стороной редакция договора противоречит законодательству, судом определяются условия, на которых должен быть заключен договор (Определение Верховного Суда РФ от 27.09.2016 № 78-КГ16-40).

Истец просит исключить из договора пункт 3.1.3 следующего содержания: «Потребитель обязан «Обеспечить сохранность и целостность прибора учета и (или) иного оборудования, используемых для обеспечения коммерческого учета электрической энергии (мощности), а также пломб и (или) знаков визуального контроля, установленных в границах балансовой принадлежности Потребителя».

Суд пришел к выводу о правомерности требования истца в данной части в связи со следующим.

Согласно абзацу 4 пункта 139 Основных положений № 442 обязанность по обеспечению сохранности и целостности прибора учета и (или) иного оборудования, используемых для обеспечения коммерческого учета электрической энергии (мощности), а также пломб и (или) знаков визуального контроля в случае, если такая обязанность предусмотрена договором, возлагается на собственника (владельца) энергопринимающих устройств, объектов по производству электрической энергии (мощности), объектов электросетевого хозяйства (в отношении граждан - потребителей электрической энергии - собственника (владельца) земельного участка), в границах балансовой принадлежности которых (в отношении граждан - потребителей электрической энергии - в границах земельного участка) установлены приборы учета и (или) иное оборудование, которое используется для обеспечения коммерческого учета электрической энергии (мощности).

Указанная правовая норма является диспозитивной.

Таким образом, при заключении договора энергоснабжения и указании в нем обязанного лица, необходимо исходить из фактических обстоятельств технологического присоединения объекта потребителя к сетям сетевой организации и конкретно указывать в договоре обязанное лицо.

В рассматриваемом случае актом об осуществлении технологического присоединения от 02.08.2022 установлено, что прибор учета и все иное оборудование, используемое для обеспечения коммерческого учета электроэнергии, находится в границах ответственности и принадлежности сетевой организации.

Следовательно, сетевая организация, а не потребитель, в настоящем случае является тем обязанным лицом, на которого законом возложена обязанность по обеспечению сохранности прибора учета, пломб и знаков визуального контроля.

Потребитель не является специалистом в сфере электроэнергетики и должен однозначно и конкретно понимать свои обязанности по договору, в связи с чем возложение на потребителя указанной обязанности не обосновано, поэтому пункт 3.1.3 подлежит исключению из условий договора энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022.

Истец просит исключить из условий договора абзац 2-й пункта 3.1.13: «В случае непредставления Гарантирующему поставщику в указанный выше срок со стороны Потребителя надлежащим образом оформленного акта приема-передачи электроэнергии (мощности) и (или) разногласий к акту, электрическая энергия считается принятой Потребителем в полном объеме и по стоимости, указанным в акте, при этом акт приемапередачи электроэнергии (мощности) считается подписанным Потребителем без возражений».

Соглашаясь с доводами истца, исключая указанный абзац второй пункта 3.1.13 из договора, суд исходит из того, что обязанность истца ежемесячно подписывать акты поданной-принятой электрической энергии, или представлять мотивированные возражения, предусмотрена абзацем первым этого же пункта - 3.1.13, который истцом не оспаривается. Суд отмечает, что данная обязанность, согласованная сторонами в абзаце первом, со стороны потребителя, позволит избежать при сверке расчетов дополнительной проверки и соответствует действующему законодательству, а также вносит определенность в отношения сторон, в том числе позволяет абоненту фиксировать поставку ресурса ненадлежащего качества.

Вместе с тем, наличие в договоре условия, предусмотренного оспариваемым абз. 2 пункта 3.1.13 о последствиях непредставления Гарантирующему поставщику в указанный срок со стороны Потребителя надлежащим образом оформленного акта приема-передачи, не урегулировано нормами законодательства, регулирующего соответствующие правоотношения сторон.

Действующее законодательство не содержит условий о том, что при не подписании истцом акта поданной-принятой энергии в сроки, предусмотренные договором, либо не предоставление истцом в указанный в договоре срок возражений, количество и стоимость электрической энергии считаются принятыми и согласованными абонентом в полном объеме и подлежат оплате.

Стороны не достигли по данному абзацу соглашения, при этом суд отмечает, что данное условие договора не является существенным для договора данного вида, поскольку нормативными актами, регулирующими спорные правоотношения сторон, установлена законная неустойка за нарушение обязательства по оплате электрической энергии.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ в случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Исходя из вышеизложенного, судом принимается редакция истца относительно исключения из условий договора энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022 абзаца второго пункта 3.1.13.

Истец просит исключить из договора абзац 1 пункта 3.1.15 «Ежемесячно снимать показания приборов учета, не присоединенных к интеллектуальным системам учета электрической энергии (мощности), и передавать снятые показания приборов учета Сетевой организации и Гарантирующему поставщику».

Рассмотрев данное требование, пришел к следующему.

С 01.07.2020 сетевые организации и гарантирующие поставщики производят оснащение приборами учет точки поставки потребителей (п. 136 Основных положений № 442).

Абзац 2 пункта 141 Основных положений № 442 устанавливает, что с 1 января 2022 г. для учета электрической энергии (мощности) подлежат установке приборы учета, соответствующие требованиям к приборам учета электрической энергии, которые могут быть присоединены к интеллектуальной системе учета электрической энергии (мощности), в соответствии с правилами предоставления доступа к минимальному набору функций интеллектуальных систем учета электрической энергии (мощности).

Абзац 5 пункта 140 Основных положений № 442 устанавливает, что под системой учета для целей настоящего документа понимается совокупность приборов учета, измерительных комплексов, связующих и вычислительных компонентов, устройств сбора и передачи данных, программных средств, предназначенная для измерения, хранения, удаленного сбора и передачи показаний приборов учета по одной или нескольким точкам поставки.

Прибор учета установлен на объект потребителя сетевой организацией 15.03.2022 (Акт допуска прибора учета в эксплуатацию № 08-62-152 от 15.03.2022).

В соответствии с актом № 08-62-152 от 15.03.2022 прибор учета включен в систему учета, соответственно он подключен к интеллектуальной системе учета сетевой организации для удаленного снятия его показаний.

Таким образом, лицом, ответственным за снятие показаний со спорного прибора учета, являющегося частью интеллектуальной системы учета и собственностью сетевой организации, является сама сетевая организация.

Пунктом 155 Основных положений № 442 определены лица, ответственные за снятие показаний расчетного прибора учета. Потребитель обязан снимать показания прибора учета, только в случае, если он установлен в границах его объекта и не присоединен к интеллектуальным системам учета электрической энергии (мощности).

Сетевые организации обязаны снимать показания в отношении приборов учета, присоединенных к интеллектуальным системам учета электрической энергии (мощности) соответствующей сетевой организации, а также иных расчетных приборов учета, расположенных в границах объектов электросетевого хозяйства сетевых организаций (абзац 2 пункта 155 Основных положений № 442).

Таким образом, при заключении договора энергоснабжения и указании в нем обязанного лица, необходимо исходить из фактических обстоятельств технологического присоединения объекта потребителя к сетям сетевой организации и конкретно указывать в договоре лицо, обязанное за снятие показаний.

В рассматриваемом случае актом об осуществлении технологического присоединения от 02.08.2022 установлено, что прибор учета и все иное оборудование, используемое для обеспечения коммерческого учета электроэнергии, находится в границах ответственности и принадлежности сетевой организации.

Следовательно, сетевая организация, а не потребитель, в настоящем случае является тем обязанным лицом, на которого законом возложена обязанность по снятию показаний прибора учета, независимо от присоединения/не присоединения прибора учета к интеллектуальной системе учета электрической энергии, в связи с чем пункт 3.1.15 подлежит исключению из условий договора энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022.

Истец просит изменить содержание абзаца 2-го пункта 3.1.22, изложив его в редакции истца:

«Уведомлять Гарантирующего поставщика и Сетевую организацию о выходе из строя, утрате расчетного прибора учета (измерительного комплекса, измерительных трансформаторов), принадлежащего Потребителю и (или) находящегося в границах балансовой принадлежности энергопринимающих устройств Потребителя, в течение одних суток».

Разрешая спор в указанной части, суд пришел к выводу о принятии его в редакции истца, в связи со следующим.

В силу абзацев 3, 7 пункта 5 статьи 37 ФЗ-35 «Об электроэнергетике» субъекты электроэнергетики, потребители электрической энергии (мощности) и иные владельцы приборов учета электрической энергии обязаны осуществлять информационный обмен данными, получаемыми в ходе обеспечения коммерческого учета электрической энергии (мощности) на розничных рынках и для оказания коммунальных услуг по электроснабжению, необходимыми для взаиморасчетов за поставки электрической энергии и мощности, а также за связанные с указанными поставками услуги, на безвозмездной основе в порядке, установленном правилами предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, установленными в соответствии с жилищным законодательством, правилами организации учета электрической энергии на розничных рынках.

Суд отмечает, что поскольку лицом, обязанным в соответствии с законодательством Российской Федерации об электроэнергетике осуществлять действия по обеспечению оборудования точек поставки приборами учета электрической энергии, является энергоснабжаюшая организация, таковые являются ее собственностью, соответственно, именно ответчик обладает сведениями о сроках проведения поверки, так как техническая документация на прибор учета находится у энергоснабжаюшей организации.

Выводы о необходимости замены прибора учета в связи с истечением срока межповерочного интервала, ответчик, будучи профессиональным участником отношений в сфере энергопотребления, вправе сделать самостоятельно по итогам рассмотрения полученного от потребителя сообщения о выявлении фактов неисправности или утраты расчетного прибора учета.

При этом суд отмечает, что в силу пункта 136 Основных Положений № 442, гарантирующие поставщики и сетевые организации обеспечивают коммерческий учет электрической энергии (мощности) на розничных рынках, в том числе путем приобретения, установки, замены, допуска в эксплуатацию приборов учета электрической энергии и (или) иного оборудования, а также нематериальных активов, которые необходимы для обеспечения коммерческого учета электрической энергии (мощности), и последующей их эксплуатации, в том числе посредством интеллектуальных систем учета электрической энергии (мощности): при отсутствии, выходе из строя, утрате, истечении срока эксплуатации или истечении интервала между поверками приборов учета электрической энергии и (или) иного оборудования, которые используются для коммерческого учета электрической энергии (мощности), в том числе не принадлежащих сетевой организации (гарантирующему поставщику).

В связи с тем, что законодательством императивная обязанность потребителя по уведомлению об истечении срока межповерочного интервала и необходимости замены прибора учета не предусмотрена, следовательно, суд данный пункт принял в редакции истца.

В части урегулирования разногласий по абзацу 5-му пункта 3.1.22, суд пришел к выводам о принятии его в редакции истца: «Уведомлять Гарантирующего поставщика и Сетевую организацию: незамедлительно обо всех явных, видимых неисправностях оборудования, принадлежащего Гарантирующему поставщику или Сетевой организации».

Разрешая вопрос о правильности предложенной истцом редакции данного пункта договора энергоснабжения, суд считает, что отсутствие у истца профессиональных навыков и знаний по оценке надлежащего состояния прибора учета не позволяют ему как потребителю соответствующим должным образом установить надлежащее техническое состояние установленного прибора учета.

Действительно, в соответствии с положениями статей 539 и 543 ГК РФ обязанность по обеспечению надлежащего технического состояния и безопасности эксплуатируемых приборов учета, а также обязанность немедленно сообщать энергоснабжающей организации о неисправностях приборов учета возложены на потребителя.

Вместе с тем, не любую скрытую неисправность, допущенного в эксплуатацию прибора учета, можно считать основанием для включения в условия договора положений о необходимости уведомлять Гарантирующего поставщика и Сетевую организацию незамедлительно обо всех неисправностях оборудования, поскольку потребитель может не знать о возможной скрытой неисправности прибора учета, что не отвечает критерию разумных действий, ожидаемых от потребителя при отсутствии каких-либо внешних факторов, свидетельствующих о неисправности прибора учета.

Кроме того, абзацем 1 пункта 3.1.22 договора стороны предусмотрели обязанность потребителя по уведомлению гарантирующего поставщика и сетевой организации обо всех ему известных нарушениях схемы учета и неисправности в работе средств измерений, о нарушениях защитных и пломбирующих устройств приборов учета незамедлительно по их обнаружении.

В связи с чем, суд счел возможным согласиться с предложенной истцом редакцией абз. 5 пункта 3.1.22 договор энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022.

Истец просит исключить из договора абзац 3 пункта 5.9.:

«В случае непредставления Гарантирующему поставщику в указанный выше срок со стороны Потребителя надлежащим образом оформленных корректировочного акта к акту приема-передачи электроэнергии (мощности), соглашения об изменении стоимости к акту приема-передачи электроэнергии (мощности), электрическая энергия считается принятой Потребителем в полном объеме и по стоимости, указанным в корректировочном акте к акту приема-передачи электроэнергии (мощности), соглашении об изменении стоимости к акту приема-передачи электроэнергии (мощности), при этом указанные акт и соглашение считаются подписанными Потребителем без возражений».

Исключая указанное условие из договора, суд исходит из того, что стороны не достигли по нему соглашения, а вопрос согласования корректировок объема поставленной электроэнергии не урегулирован нормами законодательства, регулирующего соответствующие правоотношения сторон.

При этом суд отмечает, что данное условие договора не является существенным для договора данного вида, поскольку нормативными актами, регулирующими спорные правоотношения сторон, установлена законная неустойка за нарушение обязательства по оплате электрической энергии.

Кроме того, данное условие договора о согласовании корректировок объема поставленной электроэнергии определяется по соглашению сторон, как не урегулированное законодательством, вместе с тем, в рассматриваемом случае такого соглашения сторон не имеется.

На основании изложенного, суд исключает из договора энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022 абзац 3 пункта 5.9.

Истец просит исключить из договора пункт 7.6., согласно которому:

«Потребитель несет ответственность за убытки, возникшие у Гарантирующего поставщика, Сетевой организации, Потребителя, третьих лиц вследствие неисполнения Потребителем предусмотренного действующим законодательством порядка введения ограничения режима потребления электрической энергии».

Исключая указанное условие из договора, суд исходит из того, что не имеется необходимости включения в договор условия об ответственности Потребителя в виде возмещения убытков, поскольку указанное условие об ответственности не предусмотрено законом и не согласовано сторонами.

Абзацем 10 пункта 40 Основных положений № 442, установлено, что к существенным условиям договора энергоснабжения относится условие об «ответственности сторон договора за нарушение порядка полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии».

Пунктом 1.2. договора энергоснабжения предусмотрено, что стороны несут ответственность за нарушение (несоблюдение) предусмотренного законодательством и Договором порядка введения ограничения режима потребления электрической энергии в порядке и размере, установленными действующим законодательством РФ.

Таким образом, условие, установленное абз. 10 п. 40 Основных положений № 442, содержится в пункте 7.2. договора.

Правовой нормы о том, что Потребитель должен нести ответственность в виде возмещения убытков за неисполнение порядка введения ограничения режима потребления электрической энергии Правила полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 Правила № 442 не содержат.

Поскольку возмещение убытков происходит по правилам, установленным действующим законодательством, отсутствие в договоре условия о возмещении сторонами убытков не лишает сторону договора требовать их возмещения, поскольку правила возмещения убытков установлены законом императивно.

На основании изложенного, суд исключает из договора энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022 пункт 7.6.

Удовлетворяя требования истца, суд также исходит из того, что с 01 июля 2020 года обязанность по обеспечению учета электрической энергии возложена на профессиональных участников рынка электроэнергии: гарантирующего поставщика и сетевую организацию (Постановление Правительства РФ № 554 от 18.04.2020 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации по вопросам совершенствования организации учета электрической энергии»).

Таким образом, до 01.07.2020 обязанность по оснащению здания приборами учета электроэнергии и обеспечению их надлежащей эксплуатации возлагалась на собственников зданий и помещений, после же установленной даты данные обязанности перешли ресурсоснабжающим организациям.

Реализация права стороны, управомоченной требовать заключения договора в судебном порядке, не может зависеть от формы уклонения обязанной стороны от его заключения на предложенных условиях (отказ от подписания договора, подписание его в суде с протоколом разногласий, утрата протокола разногласий при пересылке, подписание неуполномоченным лицом и т.п.).

Поскольку заключение договора является обязательным, суд должен обеспечить защиту прав лица, обратившегося с требованием о понуждении к заключению договора (Постановление Президиума ВАС РФ от 31.01.2012 №11657/11 по делу №А76- 15904/2010).

Довод ответчика о пропуске истцом 30-дневного срока для передачи разногласий в суд, который установлен статьей 445 ГК РФ, суд находит необоснованным.

Пунктом 2 статьи 446 ГК РФ предусмотрено, что разногласия, которые возникли при заключении договора и не были переданы на рассмотрение суда в течение шести месяцев с момента их возникновения, не подлежат урегулированию в судебном порядке.

В пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что, если разногласия возникли при заключении договора и не были переданы на рассмотрение суда в течение шести месяцев с момента их возникновения, суд отказывает в удовлетворении требования об их урегулировании, если только ответчик по такому иску прямо не выразит согласия на рассмотрение спора судом.

Если во время рассмотрения спора о заключении договора одна сторона осуществляет предоставление, а другая сторона его принимает, то пропуск сроков на обращение в суд, установленных статьями 445 и 446 ГК РФ, не является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Из материалов дела усматривается, что протокол согласования разногласий составлен ответчиком 11.11.2022, в суд с настоящим иском истец обратился 18.01.2023 (исковое заявление поступило в электронном виде через систему «Мой арбитр»), то есть в пределах предусмотренного пунктом 2 статьи 446 ГК РФ шестимесячного срока.

Более того, сторонами не оспаривается факт осуществления поставки электроэнергии на объекты истца. Следовательно, гарантирующий поставщик осуществляет предоставление по спорному договору энергоснабжения, а потребитель его принимает, в связи с чем оснований для отказа в удовлетворении иска по причине пропуска истцом срока, установленного статьями 445, 446 ГК РФ, у суда не имеется, возникшие разногласия подлежат рассмотрению судом.

Ответчик, возражая требованиям истца, указывает, что типовая форма рассматриваемого договора энергоснабжения проверена и согласована Управлением Федеральной антимонопольной службы по РХ на предмет соответствия требованиям Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденных постановлением Правительства РФ № 442 от 04.05.2012, в связи с чем, оспариваемые пункты договора энергоснабжения в редакции гарантирующего поставщика полностью соответствует нормам действующего законодательства и не противоречат им.

Данный довод ответчика судом отклоняется как не имеющий правового значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку Управлением Федеральной антимонопольной службы по РХ проверка в рамках предоставленных полномочий проводится на предмет отсутствия нарушений антимонопольного законодательства.

В соответствии с пунктом 42 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - Постановление № 49) при принятии решения об обязании заключить договор или об урегулировании разногласий, возникших при заключении договора, суд в резолютивной части решения указывает условия этого договора, который считается заключенным на этих условиях с момента вступления в законную силу решения суда (пункт 4 статьи 445 ГК РФ).

При этом дополнительных действий сторон (подписание двустороннего документа, обмен документами, содержащими оферту и ее акцепт, и т.п.) не требуется. В силу пункта 2 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о правомерности требований истца и об урегулировании разногласий, приняв пункты договора в редакции истца в полном объеме.

Государственная пошлина по делу составляет 6000 руб., уплачена истцом платежным поручением №11 от 13.01.2023, и в порядке статьи 110 АПК РФ расходы истца по государственной пошлине относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 166-171, 174, 176, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

1. Удовлетворить иск.

Урегулировать разногласия, возникшие между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «Атомэнергосбыт Бизнес» при заключении договора энергоснабжения №1911222127 от 01.09.2022.

Исключить из договора пункт 3.1.3 договора.

Исключить из договора абзац 2 пункта 3.1.13 договора.

Исключить из договора абзац 1 пункта 3.1.15 договора.

Абзац 2 пункта 3.1.22 договора изложить в следующей редакции: «Уведомлять Гарантирующего поставщика и Сетевую организацию о выходе из строя, утрате расчетного прибора учета (измерительного комплекса, измерительных трансформаторов), принадлежащего Потребителю и (или) находящегося в границах балансовой принадлежности энергопринимающих устройств Потребителя, в течение одних суток».

Абзац 5 пункта 3.1.22. договора изложить в следующей редакции: «Уведомлять Гарантирующего поставщика и Сетевую организацию: незамедлительно обо всех явных, видимых неисправностях оборудования, принадлежащего Гарантирующему поставщику или Сетевой организации».

Исключить из договора абзац 3 пункта 5.9. договора.

Исключить из договора пункт 7.6. договора.

2. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Атомэнергосбыт Бизнес» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 6000 (шесть тысяч) руб. расходов по государственной пошлине, уплаченной платежным поручением №11 от 13.01.2023.


На решение может быть подана апелляционная жалоба в Третий арбитражный апелляционный суд в течение месяца с момента его принятия.

Апелляционная жалоба подаётся через Арбитражный суд Республики Хакасия.


Судья М.А. Лукина