Постановление от 21 января 2019 г. по делу № А47-4154/2016

/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5789/17

Екатеринбург

21 января 2019 г.


Дело № А47-4154/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 января 2019 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Сушковой С.А., Плетневой В.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Гришаенко Таисии Владимировны на определение Арбитражного суда Оренбургской областиот 30.07.2018 по делу № А47-4154/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 12.12.2018 рассмотрение кассационной жалобы в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отложено на 15.01.2018.

В судебное заседание 15.01.2018 никто из лиц, участвующих в деле,не явился, явку представителей не обеспечил.


Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.12.2016 Самигулина Татьяна Николаевна признана несостоятельной (банкротом),открыта процедура реализации её имущества, финансовым управляющим имуществом должника утвержден Коновалов Валерий Алексеевич.

Впоследствии, в связи со смертью должника, арбитражный суд определением от 20.10.2017 перешёл к рассмотрению настоящего делао банкротстве по правилам параграфа 4 главы X Федерального законаот 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Законо банкротстве).

Самигулин Даян Рауфович обратился 14.03.2018 в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением об исключении из конкурсной массы должника жилого дома с подвалом литеры АА1А2 с полезной площадью362 кв. м, жилой площадью 147,6 кв. м., расположенного по адресу: Оренбургская область, Оренбургский район, пос. Пригородный, ул. Школьная, дом № 7, и земельного участка площадью 1111,1 кв. м. с назначением:земли поселений, местоположение которого установлено относительно расположенного в границах участка ориентира – жилого дома, расположенного по адресу: Оренбургская область, Оренбургский район, с/с Пригородный,п. Пригородный, ул. Школьная, д.7.

К участию в рассмотрении спора в качестве третьего лица,не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Жданова Анастасия Владимировна.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 30.07.2018 (судья Невдахо Н.П.), оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2018(судьи Хоронеко М.Н., Румянцев А.А., Тихоновский Ф.И.), заявление Самигулина Д.Р. удовлетворено, указанное выше имущество исключеноиз конкурсной массы должника.

В кассационной жалобе конкурсный кредитор Гришаенко Т.В. просит указанные судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт.Как отмечает заявитель жалобы, на момент смерти Самигулиной Т.Н. Самигулин Д.Р. состоял с ней в браке, последнему как пережившему супругу нотариусом г. Оренбурга Каширской В.В. были выданы свидетельства о праве собственности на 1/2 доли в общем совместном имуществе супругов, а именно: помимо спорных объектов, на 6 квартир, два земельных участкаи незавершенный строительством жилой дом, находящиеся в г. Оренбурге; соответственно, у Самигулина Д.Р. в долевой собственности с должником находилось шесть квартир, отвечающих критериям пригодного для проживания жилья, что свидетельствует о необоснованности выводов судов первойи апелляционной инстанций о том, что исключённый из конкурсной массы спорный жилой дом с земельным участком являлся единственным пригодным для постоянного проживания Самигулина Д.Р. помещением. Заявитель указывает, что согласно имеющейся в материалах дела справке о регистрации должника по месту жительства супруги Самигулины зарегистрированы и проживали в разных жилых помещениях: должник в квартире по адресу г. Оренбург, ул. Кирова, д. 52 «В», кв. 1, а Самигулин Д.Р. – в спорном жилом доме, что опровергает вывод апелляционного суда о совместном проживании должника и членов его семьи в исключённом из конкурсной массы жилом помещении. Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводами апелляционного суда о том, что механизм обращения взысканияна единственное жилье должника, не отвечающее критериям разумности,в настоящее время не разработан, спорный дом и земельный участок признакам избыточности и роскоши не отвечает, а также о том, что действияСамигулина Д.Р. не могут быть признаны недобросовестными, поскольку направлены на защиту его права на жилое помещение как наследника должника, акцентируя внимание на том, что упомянутый апелляционным судом механизм касается помещений, являющихся единственными пригоднымидля проживания, тогда как из обстоятельств настоящего дела следует,что спорное помещение таковым не является, поскольку в долевой собственности Самигулина Д.Р. имеются иные пригодные для проживания жилые помещения, а кроме того, спорные объекты недвижимости являются наиболее дорогостоящими и ликвидными из всех объектов недвижимости, включённых в конкурсную массу должника. В этой связи заявитель полагает применимыми при разрешении настоящего спора правовые позиции, изложенные в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – постановление Пленума от 13.10.2015 № 45),а также в постановлении Конституционного Суда Российской Федерацииот 14.05.2012 № 11-П и определении названного суда от 04.12.2003 № 456-О, считая, что поведение Самигулина Д.Р. в спорной ситуации свидетельствуето его злоупотреблении своими правами. Заявитель указывает,что апелляционным судом признан установленным факт проживания в спорном жилом доме дочери должника – Ждановой А.В., которая после принятия апелляционным судом постановления также обратилась в суд первой инстанции с требованием об исключении из конкурсной массы должника второго по ценности объекта – трехкомнатной квартиры по улице Терешковой в г. Оренбурге, д. 8 «А», кв. 10, что, по мнению заявителя, свидетельствуето санкционировании негативной практики, позволяющей недобросовестным лицам, включая наследников должника, исключать из конкурсной массы по своему усмотрению неограниченное количество объектов без учёта их стоимости, ликвидности, в отсутствие признака совместного проживания с должником и безотносительно иных имеющихся в собственности таких лиц жилых объектов, что ведет к нарушению справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника и членов его семьи.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материальногои процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положенийстатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, решением от 20.12.2016 Самигулина Т.Н. признана несостоятельной (банкротом) с открытием процедуры реализацииеё имущества.

В связи со смертью должника определением от 20.10.2017 судпо ходатайству финансового управляющего перешел к рассмотрении настоящего дела по правилам банкротства умершего гражданина, установленным параграфом 4 Главы X Закона о банкротстве.

Согласно описи имущества гражданина от 16.07.2018, на момент смерти Самигулиной Т.Н. за ней были зарегистрированы следующие объекты недвижимого имущества:

- квартира по адресу: г. Оренбург, ул. Томилинская, 250-24 площадью43,4 кв. м;

- квартира по адресу: г. Оренбург, ул. Терешковой, д. 8 «А», № 10 площадью 54,7 кв. м;

- квартира по адресу: г. Оренбург, ул. Б. Хмельницкого, д. 1 кв. 8 площадью 54,7 кв. м;

- квартира по адресу: г. Оренбург, ул. Краснознаменная/8-го Марта,д. 41/32, кв. 1 площадью 35,4 кв. м;

- квартира по адресу: г. Оренбург, ул. Томилинская, д. 250, кв. 52 площадью 30,8 кв. м;

- квартира по адресу: г. Оренбург, проезд Мясокомбината, д. 1,кв. 53 площадью 44 кв. м;

- спорные жилой дом площадью 362 кв. м и расположенныйпод ним земельный участок площадью 1111 кв. м, находящиеся по адресу Оренбургский район, поселок Пригородный, ул. Школная, д. 7;

- объект незавершенного строительства на земельном участке № 106по адресу: Оренбургский район, поселок Пригородный, ул. Школная, д. 18, литера А (застроенная площадь 242, 1 кв. м, готовность 62%) и расположенный под данным незавершенным строительством объектом земельный участок площадью 931 кв. м.

- земельный участок № 111 по адресу: г. Оренбург, с/т «Урал-2» площадью 800 кв. м;

Согласно материалам дела Самигулин Д.Р. является супругом должника Самигулиной Т.Н.

На основании свидетельств о праве на долю в общем имуществе супругов, выданных пережившему супругу 13.02.2018 нотариусом г. Оренбурга Каширской В.В., Самигулину Д.Р. принадлежит 1/2 доля в 11 объектах недвижимого имущества (выписка из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) имущество).

В соответствии со справкой нотариуса Каширской В.В. от 23.03.2018№ 65 по состоянию на 23.03.2018 кроме супруга Самигулина Д.Р. к нотариусус заявлением о принятии наследства обратилась дочь должника - Жданова А.В.

Ссылаясь на то, что спорные жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: Оренбургская область, Оренбургский район,пос. Пригородный, ул. Школьная, дом № 7, являются единственным местом жительства Самигулина Д.Р. и членов его семьи, последний обратилсяв арбитражный суд с ныне рассматриваемым заявлением об исключении данных объектов из конкурсной массы Самигулиной Т.Н.

В ходе разрешения настоящего спора финансовый управляющий имуществом должника Коновалов В.А. и конкурсный кредитор Гришаенко Т.В. относительно удовлетворения заявленных Самигулиным Д.Р. требований возражали по мотивам, аналогичным доводам ныне рассматриваемой кассационной жалобы, в том числе указывая на то, что спорное жилое помещение не является для заявителя единственным пригодным для проживания, при этом исключение из конкурсной массы именно данных объектов (жилого дома и земельного участка) приведёт к ее значительному уменьшению и лишит кредиторов возможности наиболее полного погашения их требований.

Удовлетворяя заявление, суды руководствовались положениями статей 20, 24, 1141, 1150 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 34 и 39 Семейного кодекса Российской Федерации, пунктов 1 и 3 статьи 213.25, пункта 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве, статей 50, 78 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке), положений 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, закреплённых в постановлениях от 12.07.2012 № 10-П и от 14.05.2012 № 11-П и исходили из доказанности факта совместного проживания должника в спорном жилом доме с членами его семьи и обстоятельств того, что спорный жилой дом является единственным пригодным для постоянного проживания Самигулина Д.Р. помещения.

Доводы возражающих лиц отклонены судами с указанием на то,что в настоящее время механизм обращения взыскания на единственное жилье должника, не отвечающее критериям разумности (излишне большая площадь), законодателем не разработан, соответствующие изменения в положениястатьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерациине внесены, следовательно, заявленное к исключению из конкурсной массы жилое помещение не может быть расценено в качестве отвечающего признакам избыточности и роскоши, а обращение Самигулина Д.Р. с рассматриваемым заявлением, будучи направленным на защиту его прав как наследника должника на жилище, о его недобросовестности не свидетельствует.

Между тем, по мнению суда округа, судами не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве всё имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного судао признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи, в соответствии с которымиз конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документамне может быть обращено, в частности, на принадлежащеегражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающихв принадлежащем помещении, оно является единственным пригоднымдля постоянного проживания помещением, за исключением указанногов данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце 1 пункта 2 резолютивной части постановления от 14.05.2012 № 11-П указал,что исполнительский иммунитет должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.

Согласно абзацу 4 пункта 3.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 № 11-П положение абзаца 2 части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающее запрет обращения взыскания на жилое помещение,если для гражданина-должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания, во взаимосвязи со статьей 24 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляетгражданину-должнику имущественный (исполнительский) иммунитет,с тем чтобы - исходя из общего предназначения данного правовогоинститута - гарантировать указанным лицам условия, необходимыедля их нормального существования.

Существование института исполнительского иммунитета связаноне с произвольным расширением прав должников в ущерб законным имущественным интересам их кредиторов, рассчитывающих на надлежащее исполнение обязательств, но с необходимостью государства обеспечить должникам-гражданам те минимальные гарантии, без существования которых ставится под угрозу право этих лиц на достоинство личности. Имея в виду цель подобного законодательного регулирования, недопустимо руководствоваться только основными началами частного права, а именно, принципами диспозитивности и автономии воль участников гражданских правоотношений, в том случае, когда их реализация фактически искажает смысл существования нормы права.

В соответствии с пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» при рассмотрении дел о банкротстве граждан суды должны учитывать необходимость обеспечения справедливого баланса между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника(в том числе его правами на достойную жизнь и достоинство личности).

В развитие изложенных выше правовых позиций в абзаце 2 пункта 3 постановления Пленума от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делахо банкротстве граждан» Верховный Суд Российской Федерации указал,что в ситуации наличия у должника нескольких жилых помещений, принадлежащих ему на праве собственности, помещение, в отношении которого предоставляется исполнительский иммунитет, определяется судом, рассматривающим дело о банкротстве, исходя из необходимостикак удовлетворения требований кредиторов, так и защиты конституционного права на жилище самого гражданина-должника и членов его семьи.

Как видно из материалов настоящего спора, на протяжении всего периода его рассмотрения кредитор Гришаенко Т.В. приводила доводыо том, что спорный жилой дом фактически не является единственным пригодным для постоянного проживания Самигулина Д.Р. и членов его семьи помещением ввиду наличия у последнего на праве собственности 1/2 долив праве общей долевой собственности на, как минимум, шесть квартир,что подтверждается описью имущества должника-гражданина, при этом исключение самого дорогостоящего объекта не отвечает необходимости учета интересов кредиторов должника, не получивших удовлетворения своих требований; однако данные возражения, должной правовой оценки не получили, а обстоятельства, касающиеся наличия/отсутствия правовых оснований и фактической возможности распространения исполнительского иммунитета на иное жилое помещение (в частности, с учётом особенностей, установленных законодательством об ипотеке) из числа принадлежащих Самигулову Д.Р., судами не исследовались.

Ссылка судов на занятую Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении № 11-П позицию разумной сдержанности в отсутствие разработанных законодателем механизмов обращения взыскания на единственное жилье должника, не отвечающее критериям разумности (излишне большая площадь), не является в данном случае достаточным обоснованием отклонения приведенных выше доводов возражающих лиц, поскольку, как уже указывалось, спорное жилое помещение фактически единственным возможным для проживания Самигулова Д.Р.не является.

При таких обстоятельствах суд округа считает, что вывод судов нижестоящих инстанций о наличии оснований для исключения заявленных Самигуловым Д.Р. жилого дома площадью 362 кв. м и расположенный под ним земельный участок площадью 1111 кв. м, находящихся по адресу Оренбургский район, поселок Пригородный, ул. Школная, д. 7, из конкурсной массы должника по приведённым в обжалуемых судебных актах мотивам не может быть признан обоснованным.

Поскольку судами при рассмотрении настоящего требования допущено нарушение норм материального права, определение суда первой инстанциии постановление суда апелляционной инстанции подлежат отмене(часть 2 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), обособленный спор – направлению на новое рассмотрениев Арбитражный суд Оренбургской области.

При новом рассмотрении дела суду надлежит устранить отмеченные недостатки, установить все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спорапо существу, полно и всесторонне исследовать доводы и позиции участвующих в споре лиц и представленные ими доказательства, дать им надлежащую правовую оценку, указать мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле,и принять законное и обоснованное решение в соответствии с нормами материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями с 286 по 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд




П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 30.07.2018по делу № А47-4154/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2018 по тому же делу отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Оренбургской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.




Председательствующий Н.В. Шершон


Судьи С.А. Сушкова


В.В. Плетнева