Решение от 7 декабря 2022 г. по делу № А24-4472/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-4472/2022
г. Петропавловск-Камчатский
07 декабря 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 05 декабря 2022 года.

Полный текст решения изготовлен 07 декабря 2022 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Камчатский мостоотряд» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания Главстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 8 398 147,31 руб.,

при участии:

от истца: ФИО2 – представитель по доверенности от 17.12.2021 (сроком до 31.12.2022), диплом № 112-787,

от ответчика (посредством веб-конференции): ФИО3 – представитель по доверенности от 14.03.2022 (сроком на 1 год), диплом № 1499,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Камчатский мостоотряд» (далее – истец, ООО «Камчатский мостоотряд», адрес: 684016, Камчатский край, п. Новый, Елизовский район, ул. Молодежная, д. 1, кв. 3) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания Главстрой» (далее – ответчик, ООО «ИК «Главстрой», адрес: 115114, <...>) о взыскании 8 398 147,31 руб., включающих 7 740 227,94 руб. долга и 657 919,37 руб. неустойки за период с 01.10.2022 по 17.10.2022 (с учетом принятого уменьшения размера исковых требований протокольным определением от 17.10.2022).

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору на оказание услуг по предоставлению автотранспортных средств с экипажем от 18.01.2022 № 1001/888-ГС.

Ответчик согласно представленному отзыву на иск требования истца не признает, полагая, что в связи с невыполнением исполнителем встречных обязательств по договору в части предоставления документов на технику у заказчика не возникла обязанность по оплате оказанных услуг. Дополнительно ответчик ссылается на необоснованное начисление неустойки за 01.10.2022 с учетом действовавшего моратория на применение штрафных санкций, а также просит применить положения статьи 333 ГК РФ, полагая начисленный размер неустойки с учетом периода, за который производилось начисление, несоразмерным последствиям нарушения обязательства.

В судебном заседании стороны поддержали правовые позиции, изложенные в иске и отзыве на него.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Как следует из материалов дела, 18.01.2022 между ответчиком (заказчик) и истцом (исполнитель) заключен договор на оказание услуг по предоставлению автотранспортных средств с экипажем № 1001/888-ГС с протоколом разногласий от 18.01.2022, по условиям которого исполнитель оказывает услуги по предоставлению на объекты заказчика автотранспорта, машин и механизмов с экипажем, а заказчик обязуется при отсутствии замечаний принять оказанные услуги и произвести их оплату.

Заказчик осуществляет руководство работой машинистов и водителей, находящихся в оперативном подчинении у производителя работ, устанавливает им производственные задания и контролирует их выполнение в рамках своей компетенции (пункт 2.1.1). Исполнитель, в свою очередь, предоставляет для управления автотранспортом и его технической эксплуатации квалифицированный экипаж, обеспечивает нормальную и безопасную эксплуатацию предоставленного автотранспорта в соответствии с ее назначением, несет ответственность перед третьими лицами за причиненный техникой вред, несет ответственность за правильное и безопасное использование машин (пункты 2.2.1-2.2.3, 2.2.10).

Согласно пункту 1.4 договора исполнитель помимо документов, указанных в пункте 1.3 договора, предоставляет заказчику копию паспорта на транспортное средство и (или) свидетельства о регистрации транспортного средства. Если исполнитель не является собственником транспортного средства, предоставляется копия договора, подтверждающего правомерность использования автотранспорта.

В силу пункта 3.3 договора оплата услуг заказчиком производится независимо от использования (неиспользования) арендуемой техники (за исключением обстоятельств, указанных в пункте 4.11 в редакции протокола разногласий от 18.01.2022) в следующем порядке:

– заказчик оставляет за собой право произвести авансирование до 90 % от стоимости соответствующей услуги за период до 6 месяцев на основании счета полученного от исполнителя (пункт 3.3.1);

– окончательная оплата производится после оказания услуги по выставленным исполнителем счетам в течение 7 банковских дней с момента подписания сторонами актов оказания услуг с приложенными копиями первичных учетных документов по виду техники. Акты оказания услуг передаются исполнителем заказчику не позднее 3 рабочих дней с даты оказания услуг (пункт 3.3.2).

Пунктом 3.3.3 договора установлено, что в случае неполучения заказчиком каких-либо из перечисленных в настоящем разделе документов, а также документов, указанных в пункте 1.4. договора или представления документов, оформленных с нарушением законодательства и требований договора, услуги исполнителю не оплачиваются до устранения недостатков.

В соответствии с пунктом 4.4 договора за несвоевременную окончательную оплату после оказания услуг по выставленным счетам заказчиком оплачивается неустойка в размере 0,5 % от стоимости окончательной оплаты за каждый день просрочки.

Приложением № 1 к договору стороны согласовали виды предоставляемой техники и стоимость ее использования, исходя из часов работы.

Во исполнение принятых на себя обязательств истец в период с января по февраль 2022 года предоставил ответчику специализированные транспортные средства и оказал услуги по управлению ими. Общая стоимость пользования транспортными средствами, исходя из количества часов ее работы, составила 7 740 227,94 руб. По факту предоставления техники и оказания услуг по управлению ею сторонами без возражений и замечаний составлены и подписаны следующие документы:

акт от 31.01.2022 № УЗ и универсальный передаточный документ (далее – УПД) от 31.01.2022 № 3 на сумму 1 742 952,99 руб.;

акт от 15.02.2022 № 00000004 и УПД от 16.02.2022 № 00000004 на сумму 4 270 003,84 руб.;

акт от 28.02.2022 № 00000005 и УПД от 28.02.2022 № 00000005 на сумму 1 727 199,99 руб.

На оплату оказанных услуг исполнителем заказчику выставлены счета на общую сумму 7 740 227,94 руб., в том числе: от 31.01.2022 № 2 на сумму 1 742 952,99 руб., от 16.02.2022 № 4 на сумму 4 270 003,84 руб. и от 28.02.2022 № 5 на сумму 1 727 199,99 руб.

Поскольку ответчик не произвел оплату счетов, истец направил ему претензию от 24.03.2022 № 15 с требованием о погашении образовавшейся задолженности.

Письмом от 28.03.2022 ответчик указал на отсутствие возможности произвести оплату по причине неисполнения истцом встречных обязательств, а именно: непредставления документов, подтверждающих право собственности (или право пользования) на бульдозер KOMATSU D 475 A-3, бульдозер KOMATSU D 355 A, экскаватор KOMATSU PC 300-7 и автогрейдер ДЗ-98Б. Этим же письмом ООО «ИК «Главстрой» запросило у ООО «Камчатский мостоотряд» копии правоустанавливающих документов на перечисленную технику.

Письмом от 29.03.2022 истец направил в адрес ответчика запрошенные документы, однако ответчик задолженность не погасил, работу техники не оплатил, в связи с чем истец повторно направил заказчику претензию от 28.04.2022, а не получив ответа на нее, обратился с рассматриваемым иском в суд.

Оценивая возникшие между сторонами правоотношения, суд исходит из того, что по смыслу статьи 6, части 1 статьи 168, части 4 статьи 170 АПК РФ суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать требование по существу, исходя из фактических правоотношений, определив при этом, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление № 49) разъяснено, что при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо, прежде всего, учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п. Если из содержания договора невозможно установить, к какому из предусмотренных законом или иными правовыми актами типу (виду) относится договор или его отдельные элементы (непоименованный договор), права и обязанности сторон по такому договору устанавливаются исходя из толкования его условий. При этом к отношениям сторон по такому договору с учетом его существа по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) могут применяться правила об отдельных видах обязательств и договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (пункт 2 статьи 421 ГК РФ) (пункт 49 Постановления № 49).

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 43 Постановления № 49, условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ). Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Представленный в материалы дела договор от 18.01.2022 № 1001/888-ГС назван сторонами как договор на оказание услуг по предоставлению автотранспортных средств с экипажем. Из предмета и содержания договора (исполнитель оказывает услуги по предоставлению на объекты заказчика автотранспорта и услуги по управлению им) и представленных в материалы дела документов следует, что оказываемые истцом услуги, по сути, сводились к аренде транспортных средств с предоставлением услуг экипажа. Объем оказанных услуг указывался в актах, исходя из количества часов использования техники. Руководство работой техники осуществлял заказчик, а исполнитель обеспечивал ее надлежащую эксплуатацию и предоставление квалифицированного персонала.

Проанализировав по правилам статьи 431 ГК РФ представленные в материалы дела документы, исходя из буквального значения содержащихся в них слов и выражений, в совокупности с данными суду пояснениями, суд пришел к выводу, что заключенный сторонами договор является договором аренды транспортного средства с экипажем, регулируемый по правилам главы 34 ГК РФ, а также общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре.

Согласно статье 632 ГК РФ по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование и оказывает своими силами услуги по управлению им и по его технической эксплуатации.

В силу пункта 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями договора и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается.

Факт предоставления истцом ответчику техники и услуг по эксплуатации ею подтвержден представленными в материалы дела актами об оказании услуг и УПД, подписанными сторонами без возражений и замечаний.

Однако ответчик выставленные истцом счета за период пользования техникой не оплатил, в том числе и после обращения истца с иском в суд.

Не оспаривая и не опровергая относимыми и допустимыми доказательствами в порядке статьи 65 АПК РФ сам факт предоставления истцом техники, услуг по управлению техникой, сведений, отраженных в актах об оказании услуг, факт подписания актов и УПД уполномоченными лицами, ответчик, тем не менее, полагает, что обязанность по оплате пользования техникой у него не возникла в связи с неисполнением истцом встречных обязательств по договору в части предоставления документов, подтверждающих права на предоставленную в пользование технику.

По смыслу статьи 328 ГК РФ встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств.

Согласно пункту 2 приведенной правовой нормы в случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков. Если предусмотренное договором исполнение обязательства произведено не в полном объеме, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения в части, соответствующей непредоставленному исполнению.

Ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне (пункт 3 статьи 328 ГК РФ).

Правила, предусмотренные пунктами 2 и 3 статьи 328 ГК РФ, применяются, если законом или договором не предусмотрено иное (пункт 4 статьи 328 ГК РФ).

Исходя из условий заключенного сторонами договора обязанность заказчика (ответчика) по оплате пользования техникой обусловлена исполнением встречной обязанности исполнителя (истца) по предоставлению документов, перечисленных в разделе 3 и пункте 1.4 договора, в частности: документов, подтверждающих право собственности на технику либо правомерность пользования техникой.

Причем пунктом 3.3.3 договора заказчику предоставлено право не оплачивать услуги до получения перечисленных в пункте 1.4 договора документов либо их составления с нарушениями. По смыслу достигнутой сторонами договоренности, услуги в этом случае не оплачиваются до устранения исполнителем недостатков в документации.

Как видно из представленной в материалы дела переписки сторон, об отсутствии документов на технику ответчик сообщил истцу в письме от 28.03.2022, а истец, в свою очередь, направил запрошенные документы ответчику с письмом от 29.03.2022.

Доводы ответчика о неполучении указанного письма опровергаются представленной в материалы дела описью вложения в письмо, накладной № 99-6239507 и сведениями с сайта московской службы доставки «Новый партнер», осуществлявшей доставку корреспонденции, об отслеживании почтового отправления, в соответствии с которыми истец передал запрошенные ответчиком документы в службу доставки 01.04.2022, а ответчик их получил 04.04.2022.

Ссылка ответчика на то обстоятельство, что в письме от 29.03.2022 отсутствуют сведения о направлении документов на самосвал, который также предоставлялся в спорный период ответчику согласно актам и УПД, подлежит отклонению, поскольку, как справедливо отмечает истец, в письме от 28.03.2022 указало на отсутствие документов в отношении конкретного перечня техники (бульдозер KOMATSU D 475 A-3, бульдозер KOMATSU D 355 A, экскаватор KOMATSU PC 300-7, автогрейдер ДЗ-98Б) и именно в запрошенные заказчиком документы направлены в его адрес исполнителем.

Содержание письма ответчика от 28.03.2022 в совокупности с толкованием пункта 3.3.3 договора позволяет прийти к выводу, что замечания у заказчика в момент получения претензии истца от 24.03.2022 с приложенными к ней документами на оплату пользования техникой возникли исключительно в отношении отсутствия документов на конкретную технику, перечисленную в ответном письме от 28.03.2022, в числе которой самосвал IVECO не указан. Следовательно, документы на данную технику у заказчика уже имелись.

Более того, данный вывод согласуется с тем обстоятельством, что ранее письмом от 25.01.2022 ООО «Камчатский мостоотряд» предоставило ООО «ИК «Главстрой» ряд правоустанавливающих документов на транспортные средства, в том числе и на самосвалы IVECO с госномерами, идентичными указанным в актах и УПД.

Статьей 9 АПК РФ предусмотрено, что судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

По общему правилу, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Однако такая обязанность не является безграничной. Таким образом, если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик документального подтверждения своей позиции не представляет, то возложение на истца дополнительного бремени опровержения документально неподтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статьи 8, 9 АПК РФ).

Учитывая вышеприведенные нормы, суд приходит к выводу о том, что ответчик, являясь участником арбитражного процесса и неся риск совершения или несовершения им процессуальных действий, в том числе по представлению доказательств в материалы дела, не опроверг вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ как факт пользования техникой в спорный период, так и обоснованности заявленных исковых требований, а истец, напротив, представил в подтверждение своей правовой позиции достаточный объём доказательств.

Каких-либо документов, отвечающих требованиям статей 67, 68 АПК РФ и опровергающих вышеизложенные выводы, ответчиком в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено, а его доводы, по сути, сводятся к поиску недостатков в представленных истцом доказательствах.

Проанализировав материалы дела и оценив представленные доказательства, суд признает факт оказания истцом ответчику услуг по предоставлению техники и управлению ею в спорный период доказанным, обязанность ответчика по оплате пользования техникой по вышеперечисленным актам и УПД – наступившей, и поскольку доказательств оплаты услуг, как и наличия обстоятельств, перечисленных в пункте 4.11 договора, суду не представлено, заявленное истцом требование о взыскании основного долга в сумме 7 740 227,94 руб. признается нормативно обоснованными, документально подтвержденными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Рассмотрев требование истца о взыскании с ответчика договорной неустойки, начисленной за период с 01.10.2022 по 17.10.2022 в сумме 657 919,37 руб., суд пришел к следующему выводу.

В соответствии со статьей 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, которая по своей правовой природе является мерой имущественной ответственности.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). При этом в силу статьи 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Следовательно, для привлечения лица к ответственности в виде неустойки необходимо установить факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения им принятых на себя обязательств, а также, с учетом положений статьи 331 ГК РФ, установить, что за нарушение данного обязательства договором либо законом установлена неустойка.

Поскольку наличие на стороне ответчика непогашенной задолженности по внесению платы за пользование техникой в сумме 7 740 227,94 руб. судом установлено, а соглашение о неустойке сторонами достигнуто (пункт 4.4 договора), требование о взыскании с ответчика договорной неустойки заявлено истцом правомерно.

Проверив произведенный истцом расчет неустойки, суд установил, что он произведен без учета моратория на применение штрафных санкций, введенного Постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 сроком на 6 месяцев, а именно: на период с 01.04.2022 по 01.10.2022 включительно.

Исходя из того, что недостатки в части предоставления документов на технику, на которые ответчиком указано в письме от 28.03.2022, устранены истцом путем направления заказчику запрошенных документов письмом от 29.03.2022, которое вручено последнему 04.04.2022, а срок на окончательную оплату в соответствии с пунктом 3.3.2 договора составляет 7 банковских дней, то есть истек 11.04.2022, но в период по 01.10.2022 включительно действовал мораторий на применение штрафных санкций за неисполнение денежных обязательств, право на взыскание с ответчика неустойки возникло у истца лишь с 02.10.2022.

В этой части возражения ответчика суд признает обоснованными.

Произведя самостоятельный расчет неустойки, суд установил, что за период с 02.10.2022 по указанную истцом дату 17.10.2022 общая сумма неустойки, исходя из ее размера, установленного договором (0,5 % от стоимости услуг), составляет 619 218,24 руб.

В связи с чем требование истца о взыскании договорной неустойки признаются обоснованными в части суммы 619 218,24 руб.

Рассмотрев заявление ответчика об уменьшении начисленной истцом неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, суд приходит к следующему выводу.

Рассмотрев заявление ответчика о снижении размера неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, суд не находит оснований для его удовлетворения в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер.

Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды (пункт 2 статьи 333 ГК РФ). Аналогичное положение содержится в пункте 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 22.04.2004 № 154-О, от 21.12.2000 № 263-О, от 14.10.2004 №293-О при применении статьи 333 ГК РФ суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. Возложив решение вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства на суды, законодатель исходил из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года).

Из вышеуказанного следует, что необоснованное уменьшение неустойки с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на не рыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам. Неисполнение должником денежного обязательства позволяет ему пользоваться чужими денежными средствами, однако никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое. При этом признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Из конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности следует, что процессуальные отношения в арбитражном судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются по инициативе непосредственных участников спорного правоотношения, предусматривая свободу распоряжения лицами, участвующими в деле, принадлежащими им субъективными материальными правами и процессуальными средствами их защиты.

Как следует из пункта 73 Постановления № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Положения статьи 333 ГК РФ в системе действующего правового регулирования по смыслу, придаваемому сложившейся правоприменительной практикой, не допускают возможности решения судом вопроса о снижении размера неустойки по мотиву явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность.

Таким образом, по смыслу статьи 333 ГК РФ во взаимосвязи с приведенными разъяснениями к выводу о наличии или об отсутствии оснований для снижения суммы неустойки суд приходит в каждом конкретном случае при оценке имеющихся в деле доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании.

Заявляя ходатайство о применении статьи 333 ГК РФ, ответчик должен представить доказательства, подтверждающие явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства. Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (пункт 74 Постановления № 7).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Кроме того, необходимо учитывать, что в соответствии с положениями пункта 1 статьи 421 ГК РФ юридические лица и граждане свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ). Согласно пункту 1 статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Изучив доводы ответчика, указанные в обоснование ходатайства о снижении размера неустойки, учитывая необходимость установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не предполагаемого, размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, суд, исходя, прежде всего, из компенсационного характера неустойки, отсутствия в деле доказательств, в том числе перечисленных в пункте 74 Постановления № 7, свидетельствующих о наступлении для истца значительных неблагоприятных последствий вследствие просрочки внесения платы за пользование техникой, приходит к выводу о чрезмерности неустойки, рассчитанной в соответствии с условиями договора за 16 дней просрочки в сумме 619 218,24 руб., и наличии оснований для ее уменьшения.

В целях соблюдения баланса между применяемой мерой ответственности и последствиями ненадлежащего исполнения конкретного обязательства, суд снижает предъявленный к взысканию размер неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ до суммы 100 000 руб., что является достаточным для обеспечения восстановления нарушенных прав истца за период просрочки исполнения ответчиком обязательства по 17.10.2022, соответствует принципам добросовестности, разумности и справедливости.

Определенный судом размер ответственности направлен на выполнение неустойкой своих функций как способа обеспечения исполнения обязательства, так и меры гражданско-правовой ответственности, что не нарушает баланс интересов должника и кредитора, стимулируя должника к правомерному поведению, в то же время, не позволяя кредитору получить несоразмерное удовлетворение за нарушенное право.

При этом суд не усматривает оснований для еще большего снижения размера неустойки, равным образом учитывая необходимость соблюдения баланса интересов сторон, а значит, и истца, который в течение длительного периода времени не получал оплату за оказанные услуги, однако лишен возможности компенсировать нарушенное право за период просрочки, совпавший с периодом действия моратория, хотя, как и ответчик, является лицом, пострадавшим от обстоятельств, в связи с которыми этот мораторий вводился.

С учетом изложенного, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка в сумме 100 000 руб., а во взыскании остальной части неустойки суд отказывает по изложенным основаниям.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных расходов не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 9 Постановления № 81.

Таким образом, при снижении судом неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ ответчик не может считаться стороной, частично выигравшей арбитражный спор и имеющей право претендовать на возмещение за счет истца судебных расходов пропорционально объему требований последнего, в удовлетворении которых арбитражным судом было отказано. Соответственно, истец в данной ситуации не считается частично проигравшим спор.

В данной связи понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ подлежат возмещению ему за счет ответчика пропорционально размеру удовлетворенных требований (а в части неустойки – пропорционально сумме, признанной судом обоснованной) без учета снижения размера неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, то есть в сумме 64 692 руб.

При этом истцу надлежит возвратить из федерального бюджета 23 607 руб. государственной пошлины в связи с уменьшением размера исковых требований.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Инжиниринговая компания Главстрой» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Камчатский мостоотряд» 7 740 227,94 руб. долга, 100 000 руб. неустойки и 64 692 руб. расходов по оплате государственной пошлины; всего – 7 904 919,94 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Камчатский мостоотряд» из федерального бюджета 23 607 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья О.А. Душенкина