Решение от 26 апреля 2021 г. по делу № А65-29401/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 294-60-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-29401/2020

Дата принятия решения – 26 апреля 2021 года.

Дата объявления резолютивной части – 19 апреля 2021 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан

в составе:

председательствующий – судья Минапов А.Р.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Венковой Л.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "МИДКАМ", г. Набережные Челны (ОГРН <***>, ИНН <***>), к Инспекции Федеральной налоговой службы по <...> (ОГРН <***>, ИНН <***>), о признании решения Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Набережные Челны Республики Татарстан 2.18-0-13/7А от 20.08.2020г. незаконным,

с участием:

заявителя – представитель Благодарный А.В. по доверенности от 27.05.2019г.,

ответчика – представитель ФИО1 по доверенности от 14.01.2021г., ФИО2 по доверенности от 27.05.2020г.;

Управления ФНС по РТ – представитель ФИО1 по доверенности от 11.06.2020г.,

У С Т А Н О В И Л:

первоначально общество с ограниченной ответственностью "МИДКАМ", г. Набережные Челны (ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее по тексту – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «МИДКАМ»), обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по <...> (ОГРН <***>, ИНН <***>) (далее по тексту – ответчик, налоговый орган), к Управлению Федеральной налоговой службы по Республике Татарстан, г.Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>), (далее по тексту – Управление ФНС по РТ), о признании решения Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Набережные Челны Республики Татарстан 2.18-0-13/7А от 20.08.2020г. и решения Управления Федеральной налоговой службы по Республике Татарстан №2.8-18/032955@ от 03.12.2020г. незаконными.

В судебном заседании 3 марта 2021г. представитель заявителя ходатайствовал об уточнении заявления, просил признать незаконным только решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Набережные Челны Республики Татарстан 2.18-0-13/7А от 20.08.2020г.

Арбитражный суд Республики Татарстан вынес и огласил протокольное определение об удовлетворении ходатайства представителя заявителя об уточнении заявленных требований.

Судом рассматривается заявление к Инспекции Федеральной налоговой службы по <...> о признании решения Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Набережные Челны Республики Татарстан 2.18-0-13/7А от 20.08.2020г. незаконным.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленном статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель заявителя огласил заявление.

В судебном заседании 13.04.2021г. объявлен перерыв до 09 часов 15 минут 19.04.2021г. Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан в сети Интернет по адресу: www.tatarstan.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

После перерыва судебное заседание продолжено в прежнем составе суда.

В судебном заседании представитель ответчика просил отказать в удовлетворении заявления по основаниям, изложенным в отзыве.

Представитель Управления ФНС по РТ поддержал доводы ответчика.

Представитель заявителя ходатайствовал об уточнении заявления, просил не рассматривать в качестве основания для признания оспариваемого решения незаконным вопрос о несоблюдении налоговым органом процедуры (сроков) проведения налоговой проверки.

Арбитражный суд Республики Татарстан выносит и оглашает протокольное определение об удовлетворении ходатайства представителя заявителя об уточнении заявленных требований.

При исследовании доказательств арбитражным судом установлено следующее.

Как следует из материалов дела, налоговым органом была проведена выездная налоговая проверка заявителя по всем налогам и сборам за период с 01.01.2015г. по 31.12.2016г.

По результатам проведенной выездной налоговой проверки составлен акт от 23.01.2019г. №2.18-0-13/1А.

По результатам проверки вынесено решение от 20.08.2020 №2.18-0-13/7А о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым налогоплательщику доначислены к уплате налог на добавленную стоимость за 3 и 4 кварталы 2016 года в размере 24 561 789руб., налог на прибыль организаций за 2016 год в размере 101 330руб., пени в связи с несвоевременной уплатой налогов на момент вынесения решения в размере 7 692 252руб. 99коп., также налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, в виде взыскания штрафных санкций, с учетом установленного смягчающего ответственность обстоятельства, в размере 20 266руб.

Не согласившись с принятым налоговым органом решением, заявитель в порядке, предусмотренном ст.139 Налогового кодекса Российской Федерации, обратился в Управление ФНС по РТ с апелляционной жалобой. Решением Управления ФНС по РТ от 03.12.2020 № 2.8-18/032955@ апелляционная жалоба заявителя оставлена без удовлетворения.

Заявитель, не согласившись с указанным решением налогового органа, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, заслушав представителей сторон, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Ненормативный акт, действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, могут быть признаны недействительными (незаконными) при наличии одновременно двух условий: в случае, если данные ненормативный акт, действия (бездействие) не соответствуют закону и нарушают права и охраняемые законом интересы заявителя.

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В статье 172 Налогового кодекса Российской Федерации определен порядок применения налоговых вычетов. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании соответствующих требованиям статьи 169 Кодекса счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), после принятия на учет этих товаров (работ, услуг) при наличии соответствующих первичных документов.

Применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость правомерно при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции. Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией, оформленной в соответствии с требованиями статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» и статьи 169 Кодекса, и достоверно подтверждающей факт совершения хозяйственной операции, лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг).

В соответствии с п.2 ст.169 НК РФ в целях принятия НДС к вычету счет-фактура должен соответствовать требованиям п.5 и 6 данной статьи.

В силу положений статей 146, 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации. Таким образом, для реализации права на применение вычетов по НДС необходимо, чтобы сделки носили реальный характер, а документы, подтверждающие правомерность применения налоговых вычетов, содержали достоверную информацию.

Исходя из ст.247 Налогового кодекса Российской Федерации, объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Под прибылью для российских организаций понимаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

В соответствии с п.1 ст.252 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в ст.270 НК РФ).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст.265 НК РФ, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В пунктах 1 и 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее по тексту – Постановление Пленума ВАС РФ № 53) разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ № 53 указано, что налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать, в том числе, невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций (пункт 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 53).

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением (пункт 11 Постановления Пленума ВАС РФ № 53).

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Одновременно с указанной правовой нормой Законом № 163-ФЗ внесены изменения в пункт 5 статьи 82 Налогового кодекса, согласно которым доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 Налогового кодекса, производится налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля в соответствии с разделами V, V.1, V.2 настоящего Кодекса.

Как следует из материалов дела, ООО «МИДКАМ» является торгово-закупочной организацией, с 2005 года специализирующейся на реализации автокомпонентов, имеет сложившиеся хозяйственные связи с поставщиками (в том числе заводами-изготовителями) и покупателями указанной продукции, основной вид экономической деятельности – торговля оптовая автомобильными деталями, узлами и принадлежностями, кроме деятельности агентов. В 2016г. заявителем были заключены четыре агентских договора.

Налоговый орган в представленном суду отзыве на заявление, а также дополнениях к отзыву указывает, что в ходе проверки установлено создание налогоплательщиком схемы ухода из-под налогообложения и получения налоговой экономии путем привлечения взаимозависимых и подконтрольных налогоплательщику организаций ООО «МАРШ АВТО», ООО «Завод Запасных Частей» (далее по тексту - ООО «ЗЗЧ»), ООО «Камская Торговая Транспортная Компания» (далее по тексту – ООО «КТТК»), ООО «РЕАЛ ПЛЮС», отношения с которыми заявитель оформляет агентскими договорами. При этом, налогоплательщиком уплачиваются налоговые обязательства не со всей суммы выручки, полученной от реализации ТМЦ, а с суммы агентского вознаграждения. В ходе проведенного осмотра установлено, что разделение товаров на складах отсутствует. Отсутствие раздельного учета затрат по хранению и транспортировке собственного и комиссионного товара в свою очередь свидетельствует о том, что общество реализовывало комиссионный товар, как собственный. Анализ расчетных счетов ООО «МАРШ АВТО», ООО «КТТК», ООО «ЗЗЧ» показал, что указанные организации финансово подконтрольны проверяемому налогоплательщику (доля поступлений денежных средств от ООО «МИДКАМ» достигает 97%). Согласно анализа расчетных счетов ООО «МИДКАМ», остаток денежных средств на конец 2016г. составлял 3 732 155руб. 05коп. Указанный факт свидетельствует о том, что полученные от реализации ТМЦ в рамках исполнения агентских договоров денежные средства направлены налогоплательщиком на собственные нужды, что также свидетельствует о фиктивности финансово-хозяйственных взаимоотношений ООО «МИДКАМ» и ООО «МАРШ АВТО», ООО «ЗЗЧ», ООО «КТТК», ООО «РЕАЛ ПЛЮС» и несоответствии финансовых операций обычаям делового оборота (располагая денежными средствами, налогоплательщик не направляет их на погашение задолженности перед принципалами, а принципалы не предпринимают попытки по взысканию задолженности с ООО «МИДКАМ»).

Кроме того, налоговый орган указал, что действия налогоплательщика, выраженные в представлении новых документов, не представленных в ходе проведенной проверки и на стадии досудебного урегулирования спора и не могут являться доказательствами по настоящему судебному спору.

В ходе проверки у налогоплательщика были запрошены информация и документы в подтверждение вычетов по НДС и несения расходов на прибыль.

Между тем, налоговый орган не учел, что действия налогоплательщика по представлению в арбитражный суд документов не могут быть квалифицированы как злоупотребление правом ввиду следующего.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2006 года № 267-О, налогоплательщик в рамках судопроизводства в арбитражном суде, во всяком случае, не может быть лишен права представлять документы, которые являются основанием получения налогового вычета, независимо от того, были ли эти документы истребованы и исследованы налоговым органом при решении вопроса о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности и предоставлении налогового вычета, а суд обязан исследовать соответствующие документы.

В пункте 78 Постановления Пленума ВАС РФ №57 от 30 июля 2013 года «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что налогоплательщики вправе представить документы в ходе судебного разбирательства, а суд вправе их принять. Другая сторона спора при этом может обратиться к суду с ходатайством о предоставлении возможности ознакомиться с указанными документами и представить опровергающие доказательства. Более того, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации допускает, что суды могут принять дополнительные доказательства независимо от причин их непредставления налоговым органам.

В данном случае суд счел необходимым приобщить представленные налогоплательщиком документы, исходя из необходимости полного исследования обстоятельств дела в целях вынесения правильного решения, по существу заявленных налогоплательщиком требований, определения действительных налоговых обязательств налогоплательщика, предоставления заявителю возможности осуществить судебную защиту его прав и законных интересов с учетом предоставленных ему Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации процессуальных гарантий.

Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суд от 17.04.2019г. по делу №А65-19341/2018, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 06.08.2019г.

Более того, заявитель направлял данные документы по электронным каналам связи ТКС, а именно 12.03.2019 года, о чем имеются квитанции «Подтверждение даты отправки» от 12.03.2019г., «Извещение о получении электронного документа» от 12.03.2019г. и «Извещение о получении электронного документа» от 12.03.2019г.

Документы «Отчет о движении товара по агентскому договору» и «Согласование отчетов комитенту» по каждому месяцу, по каждому комитенту.

Налоговый орган ссылается на то, что указанные в агентских договорах дополнительные соглашения не были предоставлены на проверку, однако налоговый орган не выставлял требования о предоставлении конкретно данных документов в рамках выездной проверки.

Все требования налогового органа, выставленные в период проведения выездной налоговой проверки не имеют требований о предоставлении дополнительных соглашений к агентскому договору.

В требовании о предоставлении информации № 2.18-0-25/126 от 29.10.2018г. указано в п.3 предоставить агентские договора, но не указано, что необходимы дополнительные соглашения по расчету комиссионного вознаграждения.

По мнению налогового органа ООО «МИДКАМ» неправомерно занизило налоговую базу по налогу на добавленную стоимость на сумму выручки от реализации ТМЦ в результате формального заключения агентского договора.

Однако, при выборе контрагентов налогоплательщик убедился в их деловой репутации, платежеспособности, наличии у данных контрагентов необходимых ресурсов (товаров, персонала) и соответствующего опыта, ООО «МИДКАМ» проявило должную осмотрительность при заключении договоров, что подтверждает акт, составленный работниками службой внутреннего контроля и учета рисков ООО «МИДКАМ».

У налогоплательщика нет обязанности проверять контрагентов своих поставщиков. Проявив меры должной осмотрительности, заявитель удостоверился в добросовестности своего контрагента. Возможность и обязанность проверять контрагентов второго и последующего звеньев у заявителя отсутствует. Налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут налоговую ответственность

Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в Определение Конституционного суда Российской Федерации от 16 октября 2003 г. № 329 – О.

В Постановлении Пленума ВАС РФ № 53 даны разъяснения, что нельзя признать налоговую выгоду необоснованной только на основании того, что контрагент создан незадолго до сделки.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016г. № 305-КГ16-10399 отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность.

Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19 апреля 2017г. по делу № А12-20203/2016.

Более того, контрагенты заявителя (ООО «МАРШ АВТО», ООО «ЗЗЧ», ООО «КТТК», ООО «РЕАЛ ПЛЮС») не были созданы незадолго до заключения агентских договоров.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 16.10.2003 N 329-О разъяснил, что толкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

По смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности, правоприменительные органы не могут истолковывать понятие "добросовестные налогоплательщики" как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.

Как указано в письме Федеральной налоговой службы РФ от 13 июля 2017 г. № ЕД-4-2/13650@ «О направлении методических рекомендаций по установлению в ходе налоговых и процессуальных проверок обстоятельств, свидетельствующих об умысле в действиях должностных лиц налогоплательщика, направленном на неуплату налогов (сборов)») об искусственности агентского договора свидетельствуют:

· факты перечисления комиссионером, принявшим товар на реализацию, денежных средств до фактической продажи товара (агент действует за счет принципала и не может его финансировать);

· включение в договор обязанности агента оплатить товар не позднее определенной даты или условия о перечислении оплаты за товар частями независимо от его реализации. Агент не может быть точно уверен, когда продаст товар, поэтому он не может брать на себя риски принципала и перечислять ему свои денежные средства. Такие условия характерны для договора поставки, но не агентского договора;

· отсутствие отчетов агента или их несоответствие требованиям закона и/или условиям договора;

· применение агентских договоров при фактическом отсутствии у агента или комитента трудовых, материальных и иных ресурсов для реального исполнения договора, то есть отсутствие какой-либо реальной финансово-хозяйственной деятельности одной из сторон договора.

Данные факты свидетельствуют о реальном заключении и выполнении агентских договоров заявителем с ООО «МАРШ-Авто», ООО «ЗЗЧ», ООО «КТТК», ООО «РЕАЛ ПЛЮС», т.к. перечисленные пункты данного письма не относятся к взаимоотношениям с ООО «МИДКАМ» и в рассматриваемом случае отсутствуют.

Аналогичная правовая позиция указана в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 08.07.2016г. №306-КГ16-8099 по делу № А57-13746/2015.

Налогоплательщик подтвердил реальность сделок и длительность хозяйственных операций со своими контрагентами и агентами.

Заявителю доначислены налоги в связи с выводами налогового органа о получении необоснованной налоговой экономии, посредством заключения агентских договоров которые создавали якобы лишь видимость деятельности контрагентов; при этом налоговый орган указывает, что заключение агентского договора преследовало цель создания схемы при которой денежные средства, уплаченные покупателями товаров, не поступают к принципалу на расчетный счет, в связи с чем не включен в качестве стоимости этих товаров в налогооблогаемую базу по НДС.

Налоговый орган указал на отсутствие раздельного учета на предприятии ООО «МИДКАМ», что в свою очередь свидетельствует о том, что общество реализовывало комиссионный товар, как собственный.

Однако, налоговым органом не учтено, что складской учет ведется согласно методическим указаниям, утвержденным Приказом Минфина России от 28 декабря 2001г. № 119н. В организации заявителя складской учет является «оперативным» и ведется параллельно бухгалтерскому, который обеспечивает прием, хранение, отпуск и учет материальных запасов.

ООО «МИДКАМ» применяет количественно-суммовой метод, который состоит в том, что на складах и в бухгалтерии компании организуется одновременно количественный и суммовой учет по номенклатурным номерам ценностей, при этом на складе ведется количественный учет, в карточках складского учета выводятся обороты за месяц и остатки на начало следующего периода.

На складе материальные запасы размещаются по секциям, а внутри них - по группам, типо- и сорто - размерам на стеллажах, полках, ячейках, в ящиках, контейнерах, мешках и другой таре и в штабелях. Комиссионный товар учитывается обособленно в отдельной таре.

Размещение материальных запасов обеспечивает их надлежащее хранение, быстрое отыскание, отпуск и проверку наличия.

К месту хранения материальных запасов, прикреплены ярлыки, а на ячейках (ящиках) делаются надписи (например, на приклеенных листках бумаги или бирках) с указанием наименования материала, его отличительных признаков (марка, артикул, размер, сорт и т.п.), номенклатурного номера, единицы измерения и наименованием комитента.

Первичная документация по движению материальных ценностей сдается в бухгалтерскую службу, где ведется количественно-суммовой учет данных.

Бухгалтерский учет - является основным и формирует итоговые показатели.

В бухгалтерском учете товар также разделен по комитентам на забалансовом счете 004 «Товары принятые на комиссию» и ведется и в суммовых и количественных показателях.

Таким образом, раздельный учет собственных товаров и товаров, принятых на комиссию у ООО «МИДКАМ» присутствует.

При этом доказательства использования (либо неиспользования) товаров налоговым органом суду не представлены; не опровергнуты количественные данные находящегося на складе товара, данные о результатах инвентаризации.

Не может рассматриваться как нарушение закона и недобросовестное поведение осуществление того или иного порядка хранения товаров на складе. Закон передает совершение этих действий на усмотрение участников гражданского оборота, предоставляя им право выбора в установленных рамках.

Налогоплательщик осуществляет экономическую деятельность самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Что касается допроса свидетеля – заведующего склада ООО «Мидкам» ФИО3 перед тем как разгружать машину на складе, документы проверяет менеджер отдела закупок, и только после этого складские документы попадают на склад.

На основании пункта 1 статьи 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки.

Таким образом, ФИО3 просто мог не знать комитентов и поставщиков, т.к. это не входит в его обязанности.

Показания свидетелей, не принимавших участия в хозяйственных отношениях между контрагентами, являются недопустимым доказательством, что отражено в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 13 декабря 2016г. по делу № А12-8402/2016.

В силу положений ст. 89, 90, 101 Налогового кодекса Российской Федерации свидетельские показания, полученные в порядке ст. 90 Налогового кодекса, служат только источником информации о каких-либо обстоятельствах и не могут являться единственным, безусловным доказательством в деле о налоговом правонарушении, доказательства в котором подлежат оценке в совокупности.

Все первичные учетные документы по движению материальных ценностей принимаются и контролируются бухгалтерией организации, именно она принимает и проверяет первичные учетные документы с точки зрения правильности их оформления и законности совершенных операций.

Налоговый орган также указал, что дата заключения агентского договора (20.09.2016г.) ранее, чем дата открытия расчетного счета (21.09.2016г.). Между тем, налоговый орган не учел, что при подаче заявки на открытие расчетного счета, в том числе при подаче заявки онлайн, в течении 15 минут банк резервирует номер счета и предоставляет полные реквизиты еще не открытого расчетного счета, на который уже можно осуществлять даже приходные операции.

Также налоговый орган указал, что накладные на отпуск материалов на сторону (по форме М-15) датированы 12.09.2016г. и 16.09.2016г., т.е. до даты заключения агентского договора; данные документы подписаны директором ООО «Марш-Авто» до направления заявления о назначении его на должность директора.

Между тем, партии товара переданы в ходе подписания договора и объясняются обычаями делового оборота.

Директором ФИО4 назначен по решению единственного учредителя и вступил на данную должность 12.09.2020г., а не с даты внесения записи о назначении руководителя в ЕГРЮЛ.

Пунктом 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что полномочия на совершение сделки могут явствовать из обстановки.

Статья 183 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает на возможность одобрения сделки, совершенной лицом, не имеющих соответствующих полномочий. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения (пункт 2 статьи 183 Гражданского кодекса).

В материалы дела не представлены доказательства того, что в последующем ФИО4 отказался от исполнения данной сделки.

Также налоговый орган указывает, что анализом деклараций (НДС, налог на прибыль организаций) спорных принципалов установлено, что суммы налога, обозначенные к уплате в бюджет, сведены к минимуму (суммы вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль максимально приближены к суммам исчисленного налога). В частности, ООО «Марш-Авто» исчисляет и уплачивает в бюджет минимальные суммы налогов.

С учетом изложенного, налоговый орган полагает, что налогоплательщик знал о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости и полной подконтрольности, а также ввиду установления согласованных действий между указанными лицами, также направленных на неуплату налога.

Однако, указанные доводы налогового органа являются предположительными.

Суд обращает внимание, что ООО «Марш-Авто» находится на основной системе налогообложения и уплачивает, а также исчисляет исходя из финансово-хозяйственных операций, совершаемых обществом.

В оспариваемом решении налогового органа проведен анализ взаимоотношений контрагента заявителя ООО «Марш-Авто» с ООО «Альянстранс» ИНН <***>.

При этом у ООО «МИДКАМ» и ООО «Альянстранс» отсутствуют какие-либо взаимоотношения.

Как указано в абз. 6 письма ФНС России от 23 марта 2017 г. № ЕД-5-9/547@ законом не предусмотрено наступление для налогоплательщика негативных последствий в случае неправомерных действий его контрагента, в том числе по исполнению им налоговых обязательств перед бюджетом, если сам налогоплательщик в рамках гражданско-правовых отношений действует добросовестно.

В соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет по налогу на добавленную стоимость не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате налога на добавленную стоимость, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 N 41-П, определения от 16.10.2003 N 329-О, от 10.11.2016 N 2561-О, от 26.11.2018 N 3054-О и др.).

Указанный подход нашел свое закрепление в пункте 3 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации. Согласно данной норме при выполнении предусмотренного пунктом 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации требования об исполнении обязательств по сделке лицом, являющимся должником по ней, то обстоятельство, что данным лицом допущено нарушение налогового законодательства, не может рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания неправомерным уменьшения налогоплательщиком налоговой обязанности.

При применении указанных положений необходимо учитывать правовые позиции, выраженные в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 N 307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 N 305-ЭС19-16064, согласно которым вступление в отношения с хозяйствующим субъектом, обладающим экономическими ресурсами, достаточными для исполнения сделки самостоятельно либо с привлечением третьих лиц, обладающими такими ресурсами, дает разумно действующему налогоплательщику - покупателю основания ожидать, что сделка этим контрагентом будет исполнена надлежащим образом, а налоги при ее совершении - уплачены в бюджет. В подобной ситуации предполагается, что выбор контрагента отвечал условиям делового оборота, пока иное не будет доказано налоговым органом.

В оспариваемом решении налоговый орган, указал, что по расчетному счету ООО «Марш-Авто» движение денежных средств отсутствовало, а поступления начались с 09.12.2016г.

Между тем, материалами дела подтверждается обратное. Из представленных суду выписок по расчетному счету следует, что первые платежи совершались сразу с открытия расчетного счета, что указано в выписке банка за октябрь 2016 года.

По договорным взаимоотношениям ООО «МИДКАМ» и ООО «МАРШ-АВТО» в части оплаты по договорам, отгрузки товаров и прочим операциям налоговый орган не вправе оценивать экономическую целесообразность сделок, стороны свободны в заключении хозяйственных договоров и условии их применения.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 04.06.2007 № 320-О-П и в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 3-П указал, что в силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1, Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет экономическую деятельность самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. Оценка целесообразности экономической деятельности хозяйствующего субъекта выходит за пределы полномочий налогового органа. Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией.

Налоговым органом не доказана нереальность спорных хозяйственных операций и наличие согласованных с контрагентом умышленных действий заявителя на получение необоснованной налоговой выгоды в виде необоснованного возмещения из бюджета НДС.

Налоговым органом неверно истолкован факт не поступления денежных средств на расчетный счет, поскольку все товары были оплачены, полученные от контрагентов денежные средства за реализованный товар были направлены принципалам на расчетные счета. Данное неверное толкование было обусловлено только теми фактами, по которым были даны объяснения в ходе проверок, а именно заключение агентских договоров в конце календарного года (например, с ООО «МАРШ-АВТО» договор №1 от 20.09.2016г.) по которому был принят товар агентом на реализацию, но реализован не был в связи с чем, на конец года была сформирована задолженность на забалансовом счете только лишь по агентскому товару.

Но уже в 2017 году произведена полная оплата задолженности комитентам по агентским договорам.

Налоговым органом при проведении проверки и вынесения решения не дана оценка движению агентского товара переданного на комиссию, а также исследованию самого факта наличия товара переданного по агентским договорам на реализацию, не дана оценка самостоятельности ведения финансово-хозяйственной деятельности принципалами, которые имеют собственные склады, офисные помещения, а также достаточное количество сотрудников для ведения бизнеса. Кроме того, принципалы помимо работы по агентским договорам осуществляют самостоятельную деятельность по реализации товаров иным сторонним контрагентам.

В проверяемом периоде данные организации принципалы только начинали свою деятельность по реализации товаров в связи, с чем было взаимовыгодно принципалам получить большой оборот товаров благодаря заключенным агентским договорам, позволяющим использовать большой потенциал покупателей ООО «МИДКАМ», база которых насчитывает более 1000 контрагентов, а ООО «МИДКАМ» в свою очередь позволило нарастить объем продаж, без дополнительных привлечений денежных средств, не обращаясь к инвестиционным проектам для пополнения товарных запасов. Но уже в следующем году (2017г.) все принципалы обзавелись собственными покупателями и доля товаров, поставляемых по агентскому договору значительно снизилась.

Также у каждого комитента в 4 квартале 2016 года и до сегодняшнего дня абсолютно разные поставщики товаров для их реализации ООО «МИДКАМ». Например, ООО «МАРШ-АВТО» заключены договора с ООО «СТФК КАМАЗ», ЗАВОД ФИЛЬТРОВ СЕДАН АО, ООО «СИНТЕК», ООО «РАВИ»; ООО «ЗЗЧ» заключены договора с АО "Ирбитский механический завод "НИЦА", ООО "Шинный двор", ООО «КОНТУРКАБЕЛЬ» а также с другими контрагентами по которым на склад ООО «МИДКАМ» поступает товар на реализацию.

В оспариваемом решении налоговый орган указывает, что денежные средства от покупателей не были перечислены заявителем принципалам. Так, в проверяемом периоде (2016 год) из общей стоимости реализованного заявителем по агентским договорам товара, составившей 165 996 067руб. 20коп., перечислено принципалам лишь 57 187 496руб. соответственно. Таким образом, сумма задолженности ООО «МИДКАМ» перед принципалами составила 108 808 571руб. 20коп.

Данные доводы налогового органа ошибочны в силу следующего.

Из представленных суду выписок по расчетным счетам заявителя следует, что в 2017г. в адрес принципалов в счет погашения задолженности было перечислено 602 млн. руб., что налоговым органом не оспаривается. Кроме того, частично товар был возвращен принципалам, что подтверждается корректировочными документами за 2016г.

Учитывая дату заключения агентских договоров (3 квартал 2016г.), а также условия договоров об отсрочке оплаты товара, суд считает невозможным поиск покупателей, реализацию им товара на столь значимую сумму и перечисление денежных средств принципалам в течение одного 4 квартала 2016г.

Напротив, как указано в письме Федеральной налоговой службы РФ от 13 июля 2017 г. № ЕД-4-2/13650@ «О направлении методических рекомендаций по установлению в ходе налоговых и процессуальных проверок обстоятельств, свидетельствующих об умысле в действиях должностных лиц налогоплательщика, направленном на неуплату налогов (сборов)») об искусственности агентского договора свидетельствуют факты перечисления комиссионером, принявшим товар на реализацию, денежных средств до фактической продажи товара (агент действует за счет принципала и не может его финансировать); включение в договор обязанности агента оплатить товар не позднее определенной даты или условия о перечислении оплаты за товар частями независимо от его реализации. Агент не может быть точно уверен, когда продаст товар, поэтому он не может брать на себя риски принципала и перечислять ему свои денежные средства. Такие условия характерны для договора поставки, но не агентского договора.

Доводы налогового органа о том, что в 2017г., 2018г. также имелся остаток переходящей на последующие года задолженности перед принципалами подтверждает только наличие длительных хозяйственных отношений между заявителем и «МАРШ-Авто», ООО «ЗЗЧ», ООО «КТТК», ООО «РЕАЛ ПЛЮС».

Более того, 2017-2019гг. не входят в период проверки и к оспариваемому решению отношения не имеют.

Как следует из материалов дела, основным направлением деятельности заявителя является оптовая торговля автомобильными деталями, узлами и принадлежностями. В 2016г. заявителем были заключены четыре агентских договора.

Стоимость внеоборотных активов заявителя в период 2016-2018 годов (после заключения агентских договоров) увеличилась примерно в два раза. Так, если в 2015г. выручка от реализации составила 127 423тыс. руб., то за 2016г. – 242 208тыс. руб., за 2017г. – 562 934тыс. руб., за 2018г. 900 490тыс. руб.

Увеличение выручки, стоимости оборотных (внеоборотных) активов, производственных масштабов стало следствием увеличения количества заказов покупателей, появления новых крупных покупателей.

В целях исполнения своих обязательств заявителем привлекались новые контрагенты-поставщики, в том числе и вышеназванные принципалы, с которыми реальность хозяйственных отношений налогоплательщика оспаривается налоговым органом.

Между тем, рост оборотных (внеоборотных) активов обуславливается грамотным управлением финансово-хозяйственной деятельности и складского хозяйства заявителя, в том числе благодаря заключению договоров на продажу комиссионных товаров, что создало возможность иметь постоянный пополняемый запас товаров на складе для реализации. Увеличение выручки стало следствием увеличения количества заказов покупателей и появления новых покупателей. В целях исполнения своих обязательств по агентским договорам заявителем привлекались новые покупатели.

Кроме того, налоговый орган указал на взаимозависимость лиц. Так, руководителем ООО «МАРШ АВТО» с 28.09.2016 становится – ФИО4, ООО «ЗЗЧ» с 06.10.2016 – ФИО5, ООО «КТТК» с 11.10.2016 – ФИО6, ООО «РЕАЛ ПЛЮС» с 22.11.2016 – ФИО7 Между тем, учредителем проверяемой организации, с долей участия 50%, являлся ФИО8, руководителем в проверяемый период ООО «МАРШ АВТО» - ФИО4, который приходится зятем ФИО8 Руководитель ООО «ЗЗЧ» - ФИО5, являлся в 2016г. работником ИП ФИО9, который является руководителем и учредителем проверяемой организации, с долей участия 50%. Руководитель ООО «КТТК» - ФИО6, являлся в 2016г. работником ИП ФИО10, жены учредителя ООО «МИДКАМ» ФИО8 Руководитель ООО «РЕАЛ ПЛЮС» - ФИО7, являлась работником проверяемой организации ООО «МИДКАМ», имеет общего ребенка с ФИО9 (учредитель, руководитель ООО «МИДКАМ»).

Между тем, из разъяснений Постановления Пленума ВАС РФ № 53 следует, что факт взаимозависимости участников сделки сам по себе не свидетельствует о том, что налогоплательщик получил необоснованную налоговую выгоду.

В период взаимоотношений и по настоящее время в должностном подчинении руководителя ООО «МИДКАМ» указанные налоговым органом лица не состоят.

Данный факт подтверждается также допросами указанных лиц, согласно которым причастность руководителя ФИО9 в руководстве указанных фирм и принятии управленческих решений отсутствует. Налоговая и бухгалтерская отчетность формировалась ими самостоятельно, иное в материалах дела не содержится.

Более того, ФИО5 и ФИО6 никогда не являлись работниками ООО «МИДКАМ», как указывает налоговый орган они являлись работниками третьих лиц (индивидуальных предпринимателей).

Ссылка налогового органа на то, что до заключения агентских договоров руководители принципалов являлись работниками третьих лиц и теперь имеют заинтересованность по отношению к заявителю, является предположительной.

Кроме того, выполнение трудовых обязанностей одним лицом одновременно в нескольких организациях не противоречит действующему законодательству, поскольку абзацем 1 статьи 276 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность работы лица, занимающего должность руководителя, по совместительству у другого работодателя при наличии разрешения уполномоченного органа юридического лица либо собственника имущества организации, либо уполномоченного собственником лица (органа).

По смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности, правоприменительные органы не могут истолковывать понятие "добросовестные налогоплательщики" как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.

Доказательств возврата перечисленных «МАРШ-Авто», ООО «ЗЗЧ», ООО «КТТК», ООО «РЕАЛ ПЛЮС» денежных средств напрямую заявителю или через цепочку взаимозависимых лиц материалы дела не содержат.

Налоговым органом не доказана нереальность спорных хозяйственных операций и наличие согласованных с принципалами умышленных действий заявителя на получение необоснованной налоговой выгоды в виде необоснованного возмещения из бюджета НДС.

Доказательств создания указанных юридических лиц для выведения денежных средств из легального хозяйственного оборота через цепочку организаций путем перечисления денежных средств самому заявителю или лицам, имеющим к нему отношение, материалы дела не содержат.

Более того, денежные средства были перечислены заявителем на действующие расчетные счета принципалов, что налоговым органом не оспаривается.

В письме ФНС России от 16.08.2017 N СА-4-7/16152@ "О применении норм Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации" отмечено, что налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса условий".

В данном случае ООО «МИДКАМ» выступает посредником при реализации товаров от принципала в адрес конечного покупателя.

При этом принципал не производит реализацию товара напрямую конечному покупателю, поскольку именно ООО «МИДКАМ» с учетом его деловой репутации на рынке консолидирует в себе товарные потоки со всех заводов-изготовителей для их последующей реализации от имени ООО «МИДКАМ». Именно в этом и состоит специализация ООО «МИДКАМ», для этих операций в ООО «МИДКАМ» и существует штат сотрудников.

Таким образом, в рассматриваемом случае основной целью привлечения посредника (ООО «МИДКАМ») не является неуплата (неполная уплата) суммы налога участниками сделки.

Налоговым органом не установлено подписание первичных документов не установленными или не уполномоченными лицами, а также не установлено нарушений прямыми контрагентами ООО «МИДКАМ» законодательства о налогах и сборах.

В соответствии со статьями 247 и 252 Налогового кодекса Российской Федерации основанием для уменьшения налоговой базы при исчислении налога на прибыль является документальное подтверждение реально произведенных налогоплательщиком расходов, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 254 Налогового кодекса Российской Федерации к материальным расходам, в частности, относятся затраты налогоплательщика на приобретение сырья и (или) материалов, используемых в производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг) и (или) образующих их основу либо являющихся необходимым компонентом при производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг).

Положения статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации требуют установления объективной связи понесенных налогоплательщиком расходов с направленностью его деятельности на получение прибыли, причем бремя доказывания необоснованности расходов налогоплательщика возлагается на налоговый орган.

Данная обязанность инспекции также установлена процессуальными нормами о распределении бремени доказывания (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), согласно которым соответствующие обстоятельства, послужившие основанием для принятия оспариваемого акта, должны быть подтверждены доказательствами, представленными этим органом.

Таким образом, именно налоговый орган должен доказать, что расходы понесены налогоплательщиком не в связи с деятельностью, направленной на получение дохода, и документально опровергнуть его доводы о несении таких расходов.

Факты поступления товаров налогоплательщику и последующей продажи им товаров конечному потребителю в ходе проверки налоговым органом не опровергнуты.

Доводы налогового органа сводятся лишь к тому, что денежные средства от реализации товаров не поступили на расчетные счета принципалам, а также в заинтересованности и подконтрольности лиц.

Между тем, как уже было отмечено выше, сам по себе факт взаимозависимости (по мнению налогового органа) лиц не может являться основанием для привлечения к ответственности, а денежные средства за реализованный в 2016г. товар поступили на расчетные счета принципалов в полном объеме в 2017г.

По сделкам в ходе агентского договора поставщиком принципалом все налоги с выручки от реализации товара уплачены, агентом также уплачены все налоги с агентского вознаграждения, что само по себе говорит об отсутствии налоговой выгоды.

Кроме того, ООО МИДКАМ начислял агентское вознаграждение по операциям в качестве агента (НДС к уплате 759 645руб.)

В случае если товар фактически был, работы и услуги были оказаны, и результат работ в дальнейшем был применен в предпринимательской деятельности или же продан, соответственно необоснованной налоговой выгоды быть не может. Вычеты и расходы произведены налогоплательщиком правомерно.

Довод о совпадении IP-адреса налоговый орган должен был использовать в совокупности с другими доказательствами нарушения, а именно:

· первичные документы от имени контрагентов подписали неустановленные лица;

· учредители и руководители контрагентов отрицают свою причастность к деятельности этих компаний;

· налогоплательщик и контрагенты имеют счета в одном банке;

· офисы контрагентов не находятся по юридическому адресу;

· у поставщиков отсутствовали необходимые ресурсы для ведения реальной деятельности;

· контрагенты не несут расходы, необходимые для реальной деятельности;

· партнеры не исполняют налоговые обязательства, представляют нулевую отчетность;

· отсутствуют документы, подтверждающие перемещение товара.

Однако, перечисленные выше нарушения со стороны заявителя отсутствуют.

Совпадение IP-адреса объясняется заключенными договорами о бухгалтерском облуживании с ООО «Янтарь», у которой на бухгалтерском обслуживании более 50 организаций.

На странице 216 оспариваемого решения налоговый орган указал, что фактического движения товара вообще не происходило.

Заявителем был сделан запрос с целью получения информации об обществах с ограниченной ответственностью через информационное агентство «СПАРК» ИНТЕРФАКС, в которых указано, что ООО «МАРШ-АВТО», ООО «КТТК», ООО «ЗЗЧ», ООО «РЕАЛ-ПЛЮС» в 2017 году действительно осуществляли активную финансово-хозяйственную деятельность, присутствуют данные по численности персонала также, имеются данные по бухгалтерской финансовой отчетности за 2017 год, и в свободном доступе на сайте nalog.ru

Кроме того, ООО «МАРШ-АВТО», ООО «КТТК», ООО «ЗЗЧ» работают по сегодняшний день. Имеется оценка рисков с данными компаниями, информационное агентство «СПАРК» ИНТЕРФАКС указывает на «Низкий» уровень рисков. Финансовые показатели имеют тенденцию роста, совокупная доля налоговой нагрузки выше рекомендуемых показателей ФНС, и также имеет тенденцию роста.

При применении положений п.3 ст.54.1 Налогового кодекса Российской Федерации недопустим формальный подход налогового органа к оценке обстоятельств занижения налогоплательщиком налоговой базы или уклонения от уплаты налогов.

В пункте 3 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации закреплены положения, исключающие из практики налоговых органов формальный подход при выявлении обстоятельств занижения налоговой базы или уклонения от уплаты налогов. В частности, предусмотрено, что такие обстоятельства, как подписание первичных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций), не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

В качестве правового обоснования непринятия расходов на оказанные услуги для целей исчисления налога на прибыль налоговый орган ссылается на положения части 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации: обязательства по спорным сделкам (доставка готовой продукции) исполнены не заявленными спорными контрагентами при том, что обязательства по исполнению сделок не переданы по договору или в силу закона иному лицу.

Между тем, подобное толкование положений части 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации носит сугубо формальный характер, при котором не учтено то, что данная норма не устанавливает те последствия невыполнения указанных в ней требований, которые вменены налогоплательщику в рамках настоящего дела.

В силу взаимосвязанных положений пункта 1 статьи 252, статьи 313 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) при исчислении налога на прибыль налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму расходов, произведенных им в связи с совершением хозяйственных операций, которые подлежат отражению в налоговом учете полно и достоверно.

Таким образом, условием признания понесенных организацией расходов при исчислении налога на прибыль является действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

Поскольку в силу пункта 2 статьи 171, пункта 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость связывается с приобретением товаров (работ, услуг), их принятием к учету, реальность соответствующих хозяйственных операций также является необходимым условием для использования налоговых вычетов.

При оценке соблюдения данных требований Налогового кодекса необходимо учитывать, что законодательство о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики.

Соответственно, на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Поскольку налоговый орган не опроверг представленных обществом доказательств, свидетельствующих о реальности совершенных хозяйственных операций по возмездному оказанию услуг по доставке готовой продукции и не доказал того обстоятельства, что упомянутые операции в действительности не совершались, вывод о документальной неподтвержденности спорных расходов как понесенных именно в рамках сделки с конкретными контрагентами не влечет безусловного отказа в признании таких расходов для целей исчисления налога на прибыль со ссылкой на положения пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствие с п. 1 ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При этом в Письме ФНС России от 16.08.2017 N СА-4-7/16152@ "О применении норм Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации" определённо, что указанная норма фактически определяет условия, препятствующие созданию налоговых схем, направленных на незаконное уменьшение налоговых обязательств, в том числе путем не учета объектов налогообложения, неправомерно заявляемых льгот и т.п.

В указанной связи налоговым органам при доказывании фактов неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или необоснованного получения права на их возмещение (возврат, зачет) необходимо обеспечить получение доказательств, свидетельствующих об умышленном участии проверяемого налогоплательщика, обеспеченном в том числе действиями его должностных лиц и участников (учредителей), в целенаправленном создании условий, направленных исключительно на получение налоговой выгоды.

Письмом ФНС России от 31.10.2017 N ЕД-4-9/22123@ "О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации" указанные разъяснения были дополнены.

Так, в соответствие с указанным письмом, положения следует применять в случае доказывания умышленных действий самого налогоплательщика, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога, неправильного применения налоговой ставки, налоговой льготы, налогового режима, манипулирования статусом налогоплательщика, умышленных действий налогового агента по не удержанию (неполному удержанию) сумм налога, подлежащего удержанию налоговым агентом. При отсутствии доказательств такого умысла у налогоплательщика методологическая (правовая) ошибка сама по себе не может признаваться искажением в целях применения пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, налоговые органы для целей применения пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации должны доказать совокупность следующих обстоятельств: существо искажения (то есть в чем конкретно оно выразилось); причинную связь между действиями налогоплательщика и допущенными искажениями; умышленный характер действий налогоплательщика (его должностных лиц), выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога; потери бюджета.

Однако, в оспариваемом решении налоговой проверки не содержится каких- либо доказательств искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, которые привели к уменьшению сумм налога.

Кроме того, налоговым органом не установлен умысел в действиях заявителя при осуществлении хозяйственной жизни, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В материалах дела также отсутствуют доказательства того, что применительно к спорным сделкам у заявителя отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что общество действовало совместно со спорными контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Все операции общества учтены в соответствии с действующим законодательством и обусловлены экономическим смыслом в виде получения дохода, ни один из участников не является убыточным. Контрагентами произведена уплата НДС в бюджет, начисление НДС заявителю, за те же операции является двойным налогообложением.

Представленные документы в совокупности подтверждают реальность совершенных хозяйственных операций, действительное исполнение договоров заявителем и контрагентами (фактическое поступление и использование стройматериалов, их оплату и оплату контрагентами НДС); отражение хозяйственных операций в учете налогоплательщика и контрагентов должным образом и в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Поскольку законодательство о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики, именно на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учётом времени, места нахождения имущества или объёма материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Заявителем представлены все документы и исполнены все требования, установленные Налоговым кодексом Российской Федерации, подтверждающие право на получение налоговых вычетов, данные документы подтверждают факт реального осуществления хозяйственных операций заявителя с его контрагентами; налоговый орган, в свою очередь, в нарушение стать 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не доказал, что эти документы содержат недостоверные сведения, а действия заявителя и его контрагентов были направлены на получение необоснованной налоговой выгоды или исчислении налоговой базы.

Таким образом, суд приходит к выводу, что оспариваемое решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №2.18-0-13/7А от 20.08.2020г., является незаконным, противоречащим Налоговому кодексу Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявите ля в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании не нормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В силу части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должны содержаться указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

В силу ст.110 Арбитражного процессуального кодекса РФ расходы по уплате 3 000руб. государственной пошлины возмещаются заявителю за счет ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-169, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан

Р Е Ш И Л :

признать незаконным решение Инспекции Федеральной налоговой службы по <...> № 2.18-0-13/7А от 20.08.2020г., принятое в отношении общества с ограниченной ответственностью "Мидкам", г. Набережные Челны.

Обязать Инспекцию Федеральной налоговой службы по <...> устранить нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью "Мидкам", г. Набережные Челны.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по <...> (ОГРН <***>, ИНН <***>), в пользу общества с ограниченной ответственностью "Мидкам", г. Набережные Челны (ОГРН <***>, ИНН <***>), 3 000 рублей расходов по оплате государственной пошлины.

Выдать обществу с ограниченной ответственностью "Мидкам", г. Набережные Челны (ОГРН <***>, ИНН <***>), справку на возврат государственной пошлины из федерального бюджета в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия.

СудьяА.Р. Минапов