Постановление от 12 июня 2024 г. по делу № А33-32935/2021

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-2776/2024

Дело № А33-32935/2021
13 июня 2024 года
город Иркутск




Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего  Первушиной М. А.,

судей:   Бронниковой И.А., Парской Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Томашевской Т.Н.,

при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в помещении Арбитражного суда Красноярского края представителей Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 27 по Красноярскому краю ФИО1 (доверенность от 12.12.2023, паспорт), ФИО2 (доверенность от 06.06.2024, паспорт),

в помещении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа директор  общества с ограниченной ответственностью «Глобус»  ФИО3 (выписка из единого государственного реестра юридических лиц от 11.06.2024, паспорт) и представителя общества ФИО4 (доверенность от 11.03.2024, удостоверение адвоката),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Глобус» на определение Арбитражного суда Красноярского края от 19 октября 2023 года по делу № А33-32935/2021, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 10 апреля 2024 года по тому же делу, 



установил:

ООО «Глобус» (далее - кредитор, ООО «Глобус») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Сибирь-К» (далее - должник, ООО «Сибирь-К») несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 05 апреля 2022 года ООО «Сибирь-К» признано банкротом как ликвидируемый должник, в отношении него открыта процедура конкурсного производства сроком до 16.08.2022. Конкурсным управляющим должником утвержден ФИО5.

В арбитражный суд от конкурсного управляющего должником поступило заявление о признании недействительными договора подряда от 20.11.2017, заключенного между ООО «Метелица» и ООО «Сибирь-К» и произведенных на его основании платежей в адрес ООО «Оптимум» в период с 18.01.2021 по 05.07.2021 (всего 22 платежа) на общую сумму 8 369 155 рублей; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Оптимум» (правопреемника ООО «Метелица» по договору) 26 905 435 рублей.

Определениями Арбитражного суда Красноярского края от 04.07.2022 и от 14.09.2023 к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне конкурсного управляющего привлечена Федеральная налоговая служба в лице Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 27 по Красноярскому краю, на стороне ответчика привлечен ФИО6.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 19 октября 2023 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 10 апреля 2024 года, заявленные требования удовлетворены.

ООО «Глобус», не согласившись с принятыми по делу судебными актами, обратилось в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 19 октября 2023 года и постановление суда апелляционной инстанции от 10 апреля 2024 года отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм материального и процессуального права, и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином судебном составе.

По мнению заявителя кассационной жалобы, в данному случае  не представлены доказательства того, что при вынесении решения от 15 июля 2019 года по делу                  № А19-10674/2019 Арбитражным судом Иркутской области устанавливалось наличие у ООО «Метелица» фактической возможности исполнения обязательств по договору подряда. Отсутствуют доказательства и того, что при вынесении решения сделка проверена судом на признаки мнимости. Суды не приняли во внимание доводы стороны спора о фактических обстоятельствах непреодолимой силы 2019 года, сложившихся на территории исполнения договора от 20.11.2017 и действий должника.

В отзыве на кассационную жалобу уполномоченный орган считает доводы, изложенные  в ней несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов Арбитражного суда Красноярского края и Третьего арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о необоснованности  доводов  кассационной жалобы и отсутствии оснований для ее удовлетворения.

Как следует из материалов дела, заявляя настоящие требования, конкурсный управляющий указывает, что оспариваемая сделка отвечает признакам недействительности, поскольку  была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В качестве правовых оснований для признания сделки недействительной указаны пункт 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации.

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что на дату сделки (фактического исполнения) должник отвечал признакам неплатежеспособности, сделка совершена в пользу заинтересованного лица. Договор, заключенный ООО «Сибирь-К» и ООО «Метелица», содержит недостоверные сведения и не подтверждает наличие реальных хозяйственных отношений между должником и его контрагентом, что свидетельствуют о формальном документообороте, фиктивном заключении договора между организациями. Содействие и сопровождение ООО «Сибирь-К» действий подрядчика по договору свидетельствует о влиянии должника на действия ООО «Метелица», и о фактической подконтрольности, предопределенности и взаимосвязи совершенных действий, о подчинении таких действий единой цели. При анализе наличия у ООО «Метелица» трудовых и производственных ресурсов установлено, что лица аффилированные с ООО «Сибирь-К», являются источниками создания материально-технической базы для контрагента - ООО «Метелица», для создания видимости возможности выполнения работ, в рамках договора подряда, заключенного с ООО «Сибирь-К». Фактически договор является мнимой сделкой и является недействительным в отсутствие встречного предоставления, соответственно платежи, полученные ООО «Оптимум», подлежат возврату в конкурсную массу должника, ООО «Глобус» платежи по договору не получало.

Третий арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона                                  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В анализируемой ситуации непосредственно для целей квалификации возможности применения положений пункта 1 и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве имеет значение именно момент исполнения договора подряда от 20.11.2017.

Учитывая дату возбуждения дела о банкротстве должника (13.01.2022), момент исполнения договора подряда от 20.11.2017, арбитражные суды пришли к правильному выводу, что основания недействительности сделки подлежат рассмотрению применительно к пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 6 пункта 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

На основании правовой позиции, указанной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1  Федерального закона                                 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63)  пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что неплатежеспособностью является прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства, установив наличие на дату совершения сделки задолженности перед иными кредиторами - ФНС более 26 000 000 рублей, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов должника, аффилированность участников сделки, приняв во внимание  заключение договора с      ООО «Метелица» с целью получения необоснованной налоговый выгоды, в отсутствие реальных хозяйственных отношений между должником и его контрагентом, в отсутствие у ООО «Метелица» возможности выполнить обязательства по заготовке и переработке лесопродукции, в том числе отсутствии на дату заключения техники и механизмов, противоречивости сведений в договоре и актах выполненных работ, различие в порядке формирования цены (стоимость шпал), формальности и создания видимости заключения трудовых договоров, без намерения фактического осуществления спорных работ, отсутствие факта наличия реальной задолженности и взаимоотношений между              ООО «Метелица» и ООО «Лидер Плюс», ООО «Лидер Плюс» и ООО «Оптимум», а также экономическая обоснованность и действительная воля сторон по переуступке права требования (цессии) «сомнительной» задолженности, а также отсутствие у должника имущества в размере, достаточном для удовлетворения требований независимых кредиторов, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правомерному выводу о доказанности всех элементов состава подозрительной сделки, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При анализе наличия у ООО «Метелица» трудовых и производственных ресурсов установлено, что лица аффилированные с ООО «Сибирь-К», являются источниками создания материально-технической базы для контрагента ООО «Метелица», для создания видимости возможности выполнения работ, в рамках договора подряда, заключенного с ООО «Сибирь-К», при этом хозяйственная деятельность осуществляется сторонами сделки с использованием одних и тех же работников и иных ресурсов при тесном организационном взаимодействии данных лиц.

Должник знал, либо должен был знать на период выбора контрагента ООО «Метелица», и заключения с этой организацией договора подряда, об обстоятельствах отсутствия материально-технической базы, опыта, бизнес-истории, деловой репутации и ведения реальной экономической деятельности ООО «Метелица» (дата регистрации 30.10.2017, незадолго до заключения спорного договора от 27.11.2017), а также необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности (достаточного персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств и т.п.).

Оценка обстоятельств, характеризующих действия ООО «Сибирь-К» по выбору контрагента ООО «Метелица», а также обстоятельств заключения и исполнения сделки свидетельствует об отсутствии коммерческой привлекательности в контрагенте ООО «Метелица» и об отсутствии проявления со стороны ООО «Сибирь-К» коммерческой осторожности в выборе контрагента ООО «Метелица», более того о фактической осведомленности должника о «реальной деятельности» ООО «Метелица».

Как правильно указ суд, несоответствие поведения участников сделки, должностных лиц должника при выборе контрагента стандартам разумного поведения участника оборота, ожидаемого в сходных обстоятельствах, свидетельствует об умышленных действий должника, направленных на использование формального документооборота с участием «технической» организации.

Формальное, искусственное создание видимости наличия трудовых ресурсов в разрезе конкретных определенных специальностей в ООО «Метелица», именно и только для выполнения работ, в рамках договора подряда с ООО «Сибирь-К», создание материально технической базы в ООО «Метелица», в виде одновременного заключения с аффилированными лицами, договоров на аренду оборудования и транспортных средств, может свидетельствовать о влиянии должника на таких лиц, и о фактической подконтрольности ООО «Метелица» должнику, о предопределенности и взаимосвязи совершенных действий, о подчинении таких действий единой цели.

Судами правильно указано, что у ООО «Сибирь-К» отсутствовали намерения соблюдать коммерческую осторожность при выборе контрагента, и оценивать коммерческую привлекательность ООО «Метелица», поскольку только после процедуры всестороннего анализа сведений о контрагенте, подтверждение опыта в реализации подобных услуг можно составить примерное представление о потенциальном деловом партнере, о его деловой репутации. Факт выбора ООО «Сибирь-К» контрагента ООО «Метелица», следует оценивать как намерение сторон, получить от сделки иных, других результатов, нежели результатов, полученных правомерным путем.

При указанных обстоятельствах, факт выполнения спорных работ ООО «Метелица» не подтвержден.

По договору уступки права требования (цессии) от 11.11.2019 ООО «Метелица» именуемое «Цедент» переуступает право требования к ООО «Сибирь-К» ООО «ЛидерПлюс» именуемое «Цессионарий».

Задолженность ООО «Сибирь-К» перед ООО «Метелица» неоднократно была предметом договор уступки прав. Решением Арбитражного суда Иркутской области от 15.07.2019 по делу № А19-10674/2019  взыскано 54 108 173 рублей 80 копеек - основного долга, 1 011 007 рублей 52 копейки - процентов за пользование чужими денежными средствами, 200 000 рублей - расходов по уплате государственной пошлины,                 всего - 55 319 181 рубль 32 копейки.

Договором уступки права требования (цессии) от 11.11.2019 ООО «Метелица» (цедент) уступило ООО «ЛидерПлюс» (цессионарий) право требования к ООО «Сибирь-К», подтверждающееся исполнительным листом от 15.07.2019 серия ФС № 031238083 в сумме 55 319 181 рубль 32 копейки.

Договором уступки права требования от 06.07.2021 ООО «ЛидерПлюс» (цедент) уступило ООО «Глобус» (цессионарий) право требования денежной суммы в размере 25 413 743 рублей 32копеек.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 04 октября 2021 года по делу № А19-10674/2019 установлено процессуальное правопреемство, произведена замена взыскателя в части взыскания денежных средств в размере 25 413 746 рублей 32 копеек с ООО «Метелица» на ООО «Глобус».

Судом отмечено, что печатные формы договоров уступки права требования (цессии) между Цедентом ООО «Метелица» и Цессионарием ООО «Лидер Плюс» (договор от 11.12.2019) и Цедентом (ООО «Лидер Плюс») и Цессионарием (ООО «Оптимум») (договор от 17.07.2019) по переуступке права требования задолженности ООО «Сибирь-К» абсолютно идентичны по печатной форме и техническом исполнение (текст его размещение на листе, пункты, нумерация, шрифт и его размер).

При указанных обстоятельствах, как правильно указал суд, ставится под сомнение факт наличия реальной задолженности и взаимоотношений между ООО «Метелица» и ООО «Лидер Плюс», ООО «Лидер Плюс» и ООО «Оптимум», а также экономическая обоснованность и действительная воля сторон по переуступке права требования (цессии) «сомнительной» задолженности.

Сделки между контрагентами по переуступке права долга ООО «Сибирь-К», не отражение сторонами результатов их взаимодействия в отчетности, свидетельствует о формальности вышеуказанных договоров цессии и фиктивном документообороте между первоначальными и новыми кредиторами. Заключение договоров последовательной переуступки права требования задолженности ООО «Сибирь-К», создано для видимости оплаты и гашения «сомнительной» задолженности ООО «Сибирь-К» перед ООО «Метелица» и предпринято сторонами с целью придать соответствующий правовой вид «спорной» сделке, а также дальнейшего обналичивания и вывода денежных средств.

Таким образом, суды пришли к правильному выводу, что в поведении сторон ООО «Сибирь-К» и его контрагента ООО «Метелица» установлены признаки создания видимости гражданско-правового спора с ответчиком ООО «Сибирь-К», с целью получения в судебном порядке подтверждения наличия у истца ООО «Метелица» имущественных прав к нему, т.е. легализовать имеющуюся «сомнительную» задолженность путем получения исполнительного листа, исполнение которого является обязательным в силу прямого указания закона.

Все вышеперечисленные факторы свидетельствуют о согласованности и направленности действий на получение денежных средств от должника по сделке, которая реально ООО «Метелица» не совершалась.

В результате создания видимости правоотношений по договору подряда, должник лишился денежных средств в размере 50 960 535 рублей  40 копеек, которые были перечислены на счета различных третьих лиц, в адрес ООО «Оптимум» было перечислено 26 905 435 рублей, все остальные контрагенты ООО «Сибирь-К» в настоящий момент ликвидированы.

Принимая во внимание положения указанных норм права, отсутствие доказательств встречного предоставления со стороны ООО «Метелица», арбитражные суды сделали правомерный вывод о том, что у должника, равно как и у ООО «Метелица» при заключении спорного договора подряда отсутствовало намерение вступать в реальные хозяйственные отношения; наличие признаков аффилированности предполагает согласованность действий и осведомленность о целях деятельности и направленности их на определенный результат; должником совершались действия по безвозмездному перечислению денежных средств в адрес ООО «Оптимум» (правопреемнику ООО «Метелица»), а также возникновение у ООО «Глобус» несуществующего права требования, а ответчик ООО «Оптимум» принимал денежные средства, в отсутствие на то, правовых оснований, что привело к уменьшению конкурсной массы должника, за счет которой возможно было бы удовлетворить требования добросовестных кредиторов и в совокупности свидетельствует о наличии у должника и ответчиков цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов. Доказательств обратного в материалы дела заинтересованными лицами не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах, суды двух инстанций обоснованно признали недействительной сделкой договор подряда от 20.11.2017.

В подтверждение осведомленности контрагента по сделке о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий указывает на то, что сделка совершена в пользу заинтересованного лица.

Несмотря на то, что произведена замена взыскателя в части взыскания денежных средств с ООО «Метелица» на ООО «Глобус», фактически ООО «Глобус» денежных средств не получало. В связи с чем, реституционные последствия признания договора подряда от 20.11.2017 в отношении ООО «Глобус» судами правомерно не приняты.

Принимая во внимание положения статьи 61.6, Закона о банкротстве, статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенные в подпунктах 25, 29, Постановления от 23.12.2010 № 63, учитывая, что реституционное требование предполагает возврат сторон в первоначальное положение на дату оспариваемой сделки, а также учитывая, что изложенные выше выводы суда об отсутствии доказательств фактической оплаты по оспариваемому договору в рассматриваемом случае, суды сделали правомерный вывод о применении реституционных мер в виде взыскания с ООО «Оптимум» в пользу конкурсной массы ООО «Сибирь-К» 26 905 435 рублей.

Нарушение норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Красноярского края от 19 октября 2023 года по делу № А33-32935/2021 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 10 апреля 2024 года по тому же делу основаны на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, приняты с соблюдением норм материального и процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  подлежат оставлению без изменения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Красноярского края от 19 октября 2023 года по делу № А33-32935/2021, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 10 апреля 2024 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

Судьи


М.А. Первушина

И.А. Бронникова

Н.Н. Парская