Решение от 15 февраля 2023 г. по делу № А33-34139/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


15 февраля 2023 года


Дело № А33-34139/2020

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 08.02.2023 года.

В полном объёме решение изготовлено 15.02.2023 года.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Сибуголь» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Инвесттрансстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>) и обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании убытков;

при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО2, ФИО6, акционерного общества «АльфаСтрахование» (ИНН <***>, ОГРН <***>);

в присутствии в судебном заседании:

- от общества с ограниченной ответственностью «Сибуголь»: ФИО3., полномочия подтверждаются доверенностью № 5 от 26.12.2022;

- от общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие»: ФИО4, полномочия подтверждаются доверенностью № 268/Д от 01.02.2023;

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО5,



установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Сибуголь» и к обществу с ограниченной ответственностью «Инвесттрансстрой» (далее – ответчики) о солидарном взыскании убытков в размере 3 785 481 руб. (стоимость ремонта транспортного средства) и убытков в размере 91 458,97 руб. (стоимость ремонта полуприцепа). Также в качестве убытков истцом заявлены расходы за организацию двух экспертиз (14 000 руб. и 4 500 руб.), по оплате государственной пошлины (42 385 руб.), услуг юриста (20 000 руб.), оформления доверенности (1 500 руб.), направления телеграммы (1 731,10 руб.).

Определением от 15.01.2021 возбуждено производство по делу. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО6 и общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Надежда» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Определением от 25.10.2021 в качестве соответчика привлечено общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Определением от 28.10.2021 судом произведено процессуальное правопреемство, общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Надежда» заменено на акционерное общество «АльфаСтрахование» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 08.02.2023. Лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного разбирательства. Сведения о дате и месте слушания размещены на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет. Процессуальных препятствий для проведения заседания и рассмотрения спора по существу не установлено.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

19.12.2019 произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) на 27 км. (+200 м.) автодороги по направлению Бирюса-Зеледеево-Ибрюль Емельяновского района Красноярского края с участием транспортного средства Volvo FН 12 г/н <***> с полуприцепом Shhmitz г/н <***> (принадлежат истцу) под управлением ФИО6 и транспортного средства Man г/н <***> с полуприцепом Schmitz-Cargobull Ski г/н <***> (принадлежат обществу «Сибуголь») под управлением ФИО2

На дату ДТП автомобиль Man г/н <***> находился во владении общества «Инвесттрансстрой» на основании договора аренды транспортных средств без экипажа № 50 от 01.12.2018. ФИО2 являлся работником общества «Инвесттрансстрой» в соответствии с трудовым договором № 171 от 01.12.2018.

На момент ДТП автогражданская ответственность водителя ФИО6 была застрахована обществом «Страховая компания «Надежда», а ответственность ФИО2 была застрахована обществом «Страховая компания «Согласие».

Происшествие было зафиксировано в справке о ДТП от 19.12.2019. Сотрудниками полиции были получены письменные объяснения водителей – участников ДТП. Сотрудником полиции совместно с водителями – участниками ДТП была составлена схема ДТП, подписанная ФИО6 и ФИО2

На месте ДТП производился осмотр, по результатам чего составлен протокол ДТ № 057195. Из административного материала следует, что участок автодороги, где произошло ДТП, имеет две противоположных друг другу полосы движения, дорожное покрытие асфальтобетонное, ширина проезжей части составляет 7,5 м. (левая – 2,5 м., правая – 3 м.), имеется горизонтальная дорожная разметка – сплошная линия, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений (пункт 1.1 приложения № 2 Правил дорожного движения РФ, утв. постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090, далее – Правила дорожного движения), имеется снежный накат, местами гололед, дорожный участок не освещен, место происшествия находится в зоне действия дорожного знака № 3.20 приложения № 1 Правил дорожного движения.

Постановлением № 18810024180000115383 от 15.04.2020 в отношении ФИО6 производство по делу об административном правонарушении (по части 2 статьи 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях) прекращено в связи с отсутствием состава правонарушения.

Общество «Сибуголь» обратилось к обществу «Страховая компания «Надежда» с заявлением о страховом возмещении по правилам Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств". Между ними было заключено соглашение о размере страховой выплаты от 24.03.2021, платежным поручением № 3048 от 25.03.2021 указанный страховщик выплатил обществу «Сибуголь» страховое возмещение в размере 400 000 руб.

В тоже время 23.04.2020 истец обратился к обществу «Страховая компания «Согласие» с заявлением о страховом возмещении. Однако письмами от 13.05.2020 и 23.07.20202 в удовлетворении заявления отказано со ссылкой на то, что водитель ФИО6 является виновным в произошедшем ДТП.

По заказу истца общество с ограниченной ответственностью «Стандарт-Эксперт» подготовило заключение № 01/22-092020 от 22.09.2020, согласно которому стоимость ремонта полуприцепа Shhmitz г/н <***> с учетом износа составила 91 458,97 руб., а без износа – 259 941,07 руб.

Считая, что в вышеуказанном ДТП виновен водитель ФИО2, истец обратился в суд с заявленным иском.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В рассматриваемом случае суть спора сводилась к тому, что истец полагал виновным в ДТП водителя ФИО2 и ответственных за причинение ущерба арендодателя и арендатора транспортного средства Man г/н <***>. Также по той же причине правопритязание предъявлено к страховщику обществу «Страховая компания «Согласие», которое отказало истцу в страховом возмещении.

В целях условий для объективного и всестороннего разрешения вопроса о виновности водителей в произошедшем ДТП суд определением от 18.08.2022 назначил судебную экспертизу, проведение которой поручил обществу с ограниченной ответственностью Центр независимых автотехнических экспертиз «Авто-Мобил» (далее общество «Авто-Мобил»). На разрешение поставлены следующие вопросы:

- определить расположение транспортных средств относительно друг друга на момент столкновения;

- определить вероятный механизм ДТП с технической точки зрения, в том числе указать причину заноса прицепа транспортного средства Man г/н <***> с учётом дорожной обстановки и административного материала.

Эксперту для исследования переданы фотоматериалы, видеосъемка расположения дорожных знаков и состояния разметки на месте ДТП, копии проектов организации дорожного движения по автомобильной дороге км 24+000 – км 30+000 а/д Верхняя Бирюса – Ибрюль, копия административного материала и другие материалы.

Проведение судебной экспертизы было осуществлено с целью проверки обоснованности доводов истца. По результатам проведения исследования подготовлено заключение № 164 от 28.12.2022.

Эксперт указал, что автомобиль Volvo двигался по встречной полосе, совершая обгон легкового автомобиля, а автомобиль Man двигался по своей полосе движения, водитель этого транспортного средства совершал экстренное торможение. После данного торможения полуприцеп автомобиля Man занесло в сторону встречной полосы движения. Эксперт установил, что контактное взаимодействие в ДТП было между полуприцепом и автомобилем Volvo под углом 155 градусов относительно их продольных осей, что схематично отражено в исследовательской части заключения. Для полуприцепа столкновение является левым боковым, а для автомобиля Volvo левым передним угловым. После столкновения автопоезд автомобиль Man продвинулся вперед со смещением от места столкновения вправо, а автопоезд Man после столкновения продвинулся вперед без смещения в какую-либо сторону. Определить конкретную причину заноса полуприцепа эксперт не смог, перечислив лишь возможные варианты ввиду отсутствия достаточных сведений для ответа на поставленный вопрос.

Оценив указанное заключение, суд приходит к выводу, что оно является обоснованным и пригодным доказательством для разрешения поставленных судом вопросов. К заключению приложены документы, подтверждающие квалификацию эксперта и право на проведение указанной экспертизы. Доказательств, позволяющих усомниться в компетентности и квалификации эксперта, составившего заключение, в обоснованности содержащихся в заключении выводов, не представлено. Стороны не представили доказательств, свидетельствующих о неправильности применения экспертом методик по поставленным на разрешение вопросам. Основания для критической оценки заключения отсутствуют. В исследовательской части экспертного заключения последовательно и подробно отражается ход исследования. Исследовательская часть заключения позволяет проверить достоверность и объективность проведенного исследования. Выводы эксперта основаны на предоставленных ему для исследования материалах с учетом специфики объекта исследования.

У непосредственного причинителя вреда возникает обязательство по возмещению ущерба на основании положений статьи 1064, 1079 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ). Согласно пункту 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064), то есть на основании вины.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъясняется, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факт причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице причинившем вред. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Основным и определяющим вопросом, который требует разрешения в рамках рассматриваемого спора, это установление вины водителей – участников ДТП.

Принимая во внимание правовые позиции, изложенные в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 14.06.2016 по делу N 309-ЭС16-1553, N А50-4727/2012, Постановлении Верховного Суда РФ от 21.07.2015 N 310-АД15-7716 по делу N А14-9102/2014, Постановлении Президиума ВАС РФ от 03.04.2007 N 13988/06 по делу N А63-6407/2006-С7, следует учитывать, что правовая оценка действий лица, в отношении которого рассматривалось дело о привлечении к административной ответственности, и примененные положения закона, на которых основан вывод о наличии состава административного правонарушения или о его отсутствии, не может рассматриваться в качестве обстоятельства, имеющего преюдициальное значение для арбитражного суда, рассматривающего дело. Тем более такой вывод актуален в случае, если правовую оценку таким действиям дают иные органы власти, не относящиеся к органам судебной системы, осуществляющим правосудие. Наличие гражданско-правовой вины устанавливается судом самостоятельно с использованием всех необходимых доказательств. Административный материал может учитываться судом для установления факта совершения определенных действий определенным лицом.

При этом в Определении Конституционного Суда РФ от 04.10.2012 N 1833-О обращается внимание на то, что нарушение Правил дорожного движения образует основание административной, а не гражданской ответственности, и установление такого нарушения в деле об административном правонарушении само по себе не предрешает вывода о виновности лица в совершении гражданского деликта.

Из пояснений ФИО6 следует, что он двигался на автомобиле Volvo г/н <***> по направлению Красноярск-Абакан, на 28 километре начал обгон автомобиля ВАЗ 2107 белого цвета, который двигался со скоростью 40 км/ч. Водитель автомобиля ВАЗ 2107, увидев, что ФИО6 начал совершать обгон, стал препятствовать этому. ФИО6 увидев дорожный знак, начала тормозить, и водитель ВАЗ 2107 тоже начал тормозить, не пуская ФИО6 в полосу. Далее ФИО6 указывает, что он начал разгон, так как было очень скользко и он не мог остановить управляемое им транспортное средство Volvo, а также начал сигналить водителю ВАЗ 2107, однако последний игнорировал сигналы. В этот момент появился автомобиль, двигавшийся по встречной полосе движения, после чего ФИО6 начал тормозить и уходить, поджимая автомобиль ВАЗ 2107. Встречный автомобиль начал торможение и у него прицеп выехал на встречную встречу автомобилю, управляемому ФИО6 В результате произошло ДТП с прицепом автомобиля Man. ФИО6 в своих пояснениях отмечал, что он двигался со скоростью 70-80 км/ч. ФИО6 в качестве места работы в своих объяснениях указал на истца (служебное положение – водитель). О своей виновности или второго водителя – участника ДТП ФИО6 не высказывался.

Водитель ФИО2 в своих пояснениях указывал, что он двигался на автомобиле Man г/н <***> (с грузом) в направлении г. Ачинск. Примерно в 17 час. 20 мин. на 28 км. автодороги он увидел, что по его полосе движения ему навстречу двигается автомобиль. В связи с чем он начал сбавлять скорость, а затем применил экстренное торможение. Так как с обеих сторон дороги имелись ограждения, он не имел возможности избежать ДТП. ФИО2 в качестве места работы указал на общество «Инвесттрансстрой» (служебное положение – водитель-экспедитор). ФИО2 указывал, что виновным в ДТП считает водителя автомобиля Volvo, поскольку он совершал обгон на участке дороги, где обгон запрещен. Отмечено, что ДТП произошло в условиях темного времени суток (глубокие сумерки), дорожное покрытие имело (асфальт) имело преимущественно снежный накат, гололёд, подсыпка отсутствовала.

В ходе рассмотрения спора ФИО2 представил в суд письменные объяснений, согласующиеся с объяснениями, данными при оформлении ДТП.

Кроме того, были получены письменные объяснения водителя ФИО7, который управлял автомобилем ВАЗ. Он пояснил, что 19.12.2019 он двигался на автомобиле из г. Красноярска в сторону г. Абакан. Примерно в 17 час. 30 мин. на 28 км. автодороги он увидел как водитель автомобиля Volvo г/н <***> при выполнении маневра обгона не справился с управлением, начал тормозить, от чего прицеп начало заносить. После этого произошло столкновение с другим грузовым автомобилем на встречной полосе. ФИО7 отмечал, что на данном участке дороги запрещен обгон, который автомобиль Volvo совершал по встречно полосе.

В ходе рассмотрения спора в материалы дела представлены заверенные нотариусом письменные пояснения понятого ФИО8, который проезжал мимо участка, где произошло ДТП в районе 21 час. 00 мин. Из указанных пояснений следует, что его остановили сотрудники полиции для подписания схемы ДТП. В этих пояснениях отмечается, что на момент составления схемы транспортное средство Volvo г/н <***> находилось на полосе встречного движения, где был расположен автомобиль Man г/н <***>.

Также в материалы дела поступили заверенные нотариусом письменные пояснения очевидца ДТП – ФИО7 Его пояснения согласуются с ранее данными при оформлении ДТП пояснениями. Он отмечал, что автомобиль Volvo г/н <***> выехал на встречную полосу движения на наличии запрещающего знака «обгон запрещен», совершая обгон автомобиля ВАЗ 2107 (которым управлял ФИО7). Водитель автомобиля Man г/н <***> начал тормозить, вследствие чего его полуприцеп занесло, аодитель Volvo г/н <***> не успел вернуться в свою полосу движения. В результате произошло ДТП.

Является очевидным, что интересы водителей в сложившейся ситуации являлись противоположными и каждый из них был заинтересован в изложении обстоятельств таким образом, чтобы исключить возможность установления вины в произошедшем ДТП в отношении себя. Это вполне естественное поведение для каждого из водителей.

К пояснениям, полученным от очевидцев, понятых и самих водителей уже в ходе самого судебного разбирательства, следует относиться критически в той части, насколько они не соответствуют первичным пояснениям, полученным при оформлении ДТП. Исходя из имеющейся совокупности доказательств именно первичные документы, оформленные после ДТП, отражают подлинную картину произошедшего. При этом имеются разумные основания полагать, что объяснения водителей – участников, данные при оформлении ДТП, менее были подвержены искажению, нежели это возможно было в последующем.

Сопоставив объяснения водителей – участников ДТП и водителя ФИО7, следует констатировать, что версии произошедшего у каждого из них совпадают по ключевым вопросам. Пояснения согласуются в части расположения транспортных средств на дороге, направлениях их движения, совершении водителем ФИО6 обгона, появлении автомобиля Man в этот момент и осуществлении водителем этого транспортного средства экстренного торможения, а также в том, что после начала торможения полуприцеп автомобиля Man занесло в сторону автомобиля Volvo.

Истец в настоящем случае был заинтересован доказать наличие вины водителя ФИО2, ссылаясь на то, что он не справился с управлением транспортным средством. Однако экспертным путем это не удалось доказать. Между тем выводы эксперта также согласуются с вышеописанными объяснениями водителей – участников ДТП и водителя ФИО7 Из совокупности имеющихся в деле доказательств напротив усматривается, что более вероятной причиной произошедшего ДТП является осуществление водителем ФИО2 экстренного торможения, необходимость которого была вызвана совершением водителем ФИО6 обгона по встречной полосе движения.

При этом судом отмечается, что наличие или отсутствие дорожного знака, запрещающего совершать маневр «обгон» на определенном участке дороги не является определяющим для проверки версии истца о виновности в ДТП водителя ФИО2

Согласно пункту 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. Запрещается повреждать или загрязнять покрытие дорог, снимать, загораживать, повреждать, самовольно устанавливать дорожные знаки, светофоры и другие технические средства организации движения, оставлять на дороге предметы, создающие помехи для движения. Лицо, создавшее помеху, обязано принять все возможные меры для ее устранения, а если это невозможно, то доступными средствами обеспечить информирование участников движения об опасности и сообщить в полицию.

В пункте 10.1 Правил дорожного движения указано, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Изложенные пункты Правил дорожного движения могут быть критерием для оценки поведения водителей при управлении транспортным средством, поскольку предъявляемые требования направлены на исключение ситуаций, создающих опасность для движения и причинения вреда, являются ориентиром для поведения каждого из водителей при осуществлении маневров на дороге. Правила дорожного движения направлены на то, чтобы поведение участников дорожного движения было предсказуемым, ожидаемым с тем, чтобы каждый участник дорожного движения сообразовывал модель своего поведения с общеприменимыми правилами, предвидя его последствия. Регулирование отношений участников дорожного движения, а в рассматриваемом случае водителей, осуществляется путем закрепления законодателем в конкретных пунктах Правил дорожного движения определенных моделей поведения в виде запретов, обязанностей, а также прав, которые по существу сводятся к определению наличия преимущества движения транспортных средств в конкретных условиях относительно иных участников дорожного движения, исключая пересечение траекторий движения, которое может привести к столкновению транспортных средств.

Следует также учитывать, что поведение водителей как участников гражданских правоотношений должно оцениваться в контексте таких категорий гражданского законодательства как добросовестность, разумность, заботливость и осмотрительность (пункт 3 статьи 1, пункт 2 статьи 6, пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307, пункт 2 статьи 307.1, пункт 1 статьи 401, пункт 1 статьи 404, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

Каждый участник ДТП должен осознавать, что управление транспортным средством по смыслу статьи 1079 ГК РФ является источником повышенной опасности, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ним со стороны человека, что предполагает повышенную внимательность и осмотрительность от водителей, управляющих транспортными средствами на дороге. Поведение водителей должно быть прогнозируемым для иных участников дорожного движения. Управляя транспортным средством, водитель должен осознавать, что его действия могут стать причиной причинения вреда как третьим лицам, так и самому себе, поэтому водитель перед принятием того или иного решения при управлении транспортным средством должен избегать действий, которые могут создавать опасные ситуации, при которых иным лицам или самому водителю может быть причинен вред. Также в стандарт разумной и добросовестной модели поведения входит принятие водителями мер, максимально позволяющих избежать причинения вреда или минимизировать возможные убытки в случае неизбежности их возникновения.

В рассматриваемом случае очевидным является, что водитель ФИО6 совершал опасный маневр. Он определял траекторию, направленность, манеру и интенсивность движения. В такой ситуации при возникновении риска столкновения со встречно движущимся транспортным средством любой разумный водитель на месте ФИО2 в условиях отсутствия возможности уйти от столкновения в правую сторону со своей полосы движения предпринял бы меры торможения, что вполне очевидно могло вызвать занос полуприцепа.

ФИО6, управляя транспортным средством, должен был иметь повышенное внимание по отношению к тому, что происходит впереди на дороге. Совершая обгон, он должен был осознать сопутствующие этому риски. Его поведение потенциально создавало условия для создания аварийной ситуации. Поэтому, совершая обгон, водитель должен быть максимально уверен в успешности данного маневра. А в случае возникновения препятствий тому, действенными мерами является снижение скорости, поскольку именно этот параметр движения во многом влияет на управляемость транспортного средства (особенно в тяжелых дорожных условиях) и способность водителя своевременно отреагировать на опасные дорожные ситуации, принять правильное решение. В том числе ФИО6 должен был учитывать дорожную обстановку, погодные условия, наличие впереди движущихся транспортных средств, их количество и скорость движения, а также видимость дороги и возможность появления транспортных средств на встречной полосе движения.

В настоящем случае нельзя объяснить потерю контроля за полуприцепом автомобиля Man, иными причинами, кроме как пренебрежение водителем ФИО6 мер предосторожности при совершении обгона, спровоцировавшего экстренное торможение водителем ФИО2

На схеме отражена проезжая часть сверху вниз с направлением движения г. Красноярск – г. Абакан. Автомобиль Volvo г/н <***> обозначен как автомобиль № 1, двигающийся в направлении со стороны г. Красноярска в сторону г. Абакан (на схеме сверху вниз). Соответственно, автомобиль Man г/н <***> обозначен как автомобиль № 2, двигающийся во встречном направлении (на схеме снизу вверх).

На схеме под номером 9 обозначено наличие дорожного знака № 3.20 (обгон запрещен) приложения № 1 Правил дорожного движения. Знак расположен по правой стороне от полосы движения автомобиля Volvo г/н <***> и предшествует месту столкновения, обозначенному на схеме под номером 3. Аналогичным образом такой же знак расположен по правой стороне от полосы движения автомобиля Man г/н <***> и предшествует месту столкновения. Наличие горизонтальной разметки по пункту 1.1 приложения № 2 Правил дорожного движения (разделяет транспортные потоки противоположных направлений и обозначает границы полос движения в опасных местах на дорогах; обозначает границы проезжей части, на которые въезд запрещен) обозначено под номером 4.

Согласно нанесенным на схему обозначениям и графическим линиям место столкновения транспортных средств находится вблизи упомянутой линии разметки, разделяющей дорожную часть на две разнонаправленные полосы движения. На схеме отражено, что место столкновения для автомобиля Volvo г/н <***> приходится на его переднюю левую часть (кабину), то есть со стороны водителя. Для автомобиля Man г/н <***> столкновение приходится на заднюю левую боковую часть полуприцепа.

Причем расположение транспортных средств на схеме относительно друг друга и места столкновения указывает на то, что траектория движения автомобиля Man г/н <***> и его полуприцепа не совпадала.

Согласно пункту 1.2 Правил дорожного движения полуприцеп представляет собой транспортное средство, не оборудованное двигателем и предназначенное для движения в составе с механическим транспортным средством. В обычном положении при прямолинейном движении полуприцеп в сцепке с автомобилем находятся по отношению друг к другу на одной линии, полуприцеп следует за механическим транспортным средством в одном направлении движения. Но это положение может изменяться ввиду того, что полуприцеп как буксируемое средство оборудовано сцепным устройством, позволяющим передавать горизонтальную и вертикальную нагрузки на буксирующее транспортное средство. Соответственно, в пространстве траектории движения механического транспортного средства и полуприцепа могут изменяться относительно друг друга.

В настоящем случае из схемы усматривается, что автомобиль двигался вперед по своей полосе движения, тогда как полуприцеп изменил направление движения в сторону встречной полосы движения, стремясь развернуться перпендикулярно полосам дорожного движения и буксирующему транспортному средству. Это движение полуприцепа стало вращательным по отношению к автомобилю. Такое явление называется заносом – нарушением движения автомобиля вдоль продольной плоскости колёс из-за скольжения, при котором задняя часть автомобиля (в данном случае полуприцепа) стремится обогнать переднюю. Именно это явление пытались отразить в схеме его составители.

В этом смысле схема ДТП совпадает со схемой, составленной индивидуально ФИО2 на бланке извещения, предоставленном страховщику при обращении за страховой выплатой.

В материалы дела не представлены доказательства, которые позволили бы поставить под сомнение достоверность схемы ДТП, составленной с участием сотрудника полиции. Даже если признать обоснованными сомнения истца в правильности её составления (ошибочности указания расположения транспортных средств относительно друг друга и направлений движения), это не меняет суть произошедшего. Так или иначе из согласующихся пояснений водителей ясным образом следует какие последовательно действия совершались каждым из них.

Кроме того, обозначение на схеме ДТП места столкновения посередине проезжей части обусловлено тем, что это не является конечным местом расположения транспортных средств после ДТП. После ДТП вследствие скользящего движения транспортные средства естественным образом смещались, что и объясняет расположение их на фотоматериалах у обочины со стороны направления движения автомобиля Volvo. Противоречий в этом никаких нет. Более того, не имеет принципиального значения, находился ли автомобиль Volvo на момент столкновения на своей полосе движения. Даже если водитель ФИО6 успел перед столкновением закончить обгон и перестроиться на свою полосу движения, это не меняет того, что его поведение, совершение неосмотрительного опасного поступка привело к заносу полуприцепа. Доводы истца могли бы заслуживать внимание при совершенно иной дорожной обстановке, если водитель ФИО6 не совершал бы обгона при изложенных обстоятельствах, а двигался исключительно по своей полосе движения.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что вышеуказанное ДТП произошло по вине водителя автомобиля Volvo. Указанное означает, что основания для гражданско-правовой ответственности водителя автомобиля Man отсутствовали. Таким образом, заявленный иск суд признает не обоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Поскольку поручение суда о проведении судебной экспертизы исполнило, экспертной организации (общество «Авто-Мобил») подлежит выплате вознаграждение в размере 50 000 руб. за счет средств, поступивших на депозитный счет суда (платежное поручение № 18113 от 05.08.2022 на сумму 50 000 руб., средства поступили от представителя истца). С учетом результата рассмотрения спора в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ расходы по оплате судебной экспертизы, понесенные истцом, не подлежат возмещению.

Иные расходы, не связанные с восстановительным ремонта транспортного средства и полуприцепа, заявленные в качестве убытков (в частности, оплата государственной пошлины, оплата досудебной экспертизы, оплата услуг юриста, оформление доверенности и направление телеграммы), подлежат квалификации как судебные расходы, поскольку они обусловлены не самими фактом причинения ущерба в результате ДТП, а необходимостью определить цену иска, обосновать исковые требования и инициировать судебное разбирательство с последующим активным участием в судебной процедуре в целях защиты своих прав. Поскольку в удовлетворении иска отказано, такие расходы не подлежат возмещению.

Оставшиеся на депозитном счете суда 20 000 руб. (поступили от ответчика по платежному поручению № 3976 от 18.08.2021), перечисленные для оплаты судебной экспертизы, являются невостребованными, в связи с чем подлежат возврату ответчику.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края



РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать

Выплатить обществу с ограниченной ответственностью «Авто-Мобил» (ИНН <***>) 50 000 руб. за счет денежных средств, поступивших на депозитный счет Арбитражного суда Красноярского края от ФИО9 за индивидуального предпринимателя ФИО1 по платежному поручению от 05.08.2022 № 18113 в размере 50 000 руб.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Сибуголь» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 20 000 руб. за счет денежных средств, поступивших на депозитный счет Арбитражного суда Красноярского от общества с ограниченной ответственностью «Сибуголь» по платежному поручению от 18.08.2021 № 3976 в размере 20 000 руб.


Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.



Судья

Э.А. Дранишникова