Решение от 16 июля 2024 г. по делу № А33-12422/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


17 июля 2024 года


Дело № А33-12422/2024

Красноярск


Резолютивная часть решения размещена в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 25.06.2024 года.

Мотивированное решение составлено 17.07.2024 года.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Славнефть-Красноярскнефтегаз» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «ТК Сириус» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании штрафа по договору; 



установил:

общество с ограниченной ответственностью «Славнефть-Красноярскнефтегаз» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ТК Сириус» (далее – ответчик) о взыскании штрафа по договору № В041021/0548Д от 03.06.2021 (на оказание погрузо-разгрузочных услуг автомобильными кранами и складских услуг на объектах заказчика в 2020-2023) в размере 1 010 000 руб. (с учетом сделанных в ходе рассмотрения дела уточнений).

Определением от 27.04.2024 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства, 24.06.2024 судом вынесена резолютивная часть решения по настоящему делу об удовлетворении иска.

В последующем от ответчика поступило заявление о составлении мотивированного решения по делу. В таком случае в соответствии с частью 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ) решение изготавливается по правилам главы 20 АПК РФ.

При рассмотрении настоящего дела арбитражным судом установлены следующие обстоятельства.

Между сторонами заключен вышеуказанный договор, по которому истец является заказчиком, а ответчик – исполнителем услуг (погрузочно-разгрузочные услуги автомобильными кранами и складские услуги).

В рамках сложившихся договорных отношений истец путем составления актов зафиксировал нарушение ответчиком требований «Регламента бизнес-процесса» (организация пропускного и внутриобъектового режимов на объектах истца) № П3-11.01 РГБП-0006 ЮЛ-428 (далее – регламент).

Согласно акту № 4072 от 28.08.2023 выявлен факт хранения спиртосодержащей жидкости работником ответчика ФИО1 Обнаруженная жидкость была уничтожена, о чем составлен акт. С работников, принимавших участие в составлении актов, получены письменные объяснения.

Хранение спиртосодержащей жидкости запрещено пунктом 7.4.3 регламента. За нарушение данного требования пунктом 4 приложения № 3 регламента предусмотрена уплата штрафа в размере 200 000 руб. за единичный случай, 1 000 000 руб. за повторные случаи в период действия договора, но не более суммы договора.

Согласно акту № 4122 от 01.09.2023 выявлен факт отсутствия у работника ответчика ФИО2 личного пропуска, что является нарушением пунктов 6.1, 7.4.3, 8.1 регламента. За каждое такое нарушение пунктом 2 приложения № 3 регламента предусмотрена уплата штрафа в размере 10 000 руб.

Истец направил ответчику претензии по факту выявленных нарушений с требованием оплатить штрафы. Поскольку претензии оставлены без удовлетворения, истец обратился в суд с вышеуказанным иском.

Исследовав представленные доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме - штраф или в виде периодически начисляемого платежа.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (пункт 307 ГК РФ).

Именно на должнике, а не на кредиторе лежит первичная обязанность совершения необходимых действий и принятия разумных мер по исполнению обязательства. Предполагается, что в случае возникновения обстоятельств, находящихся вне контроля должника и препятствующих исполнению им обязательства, он освобождается от ответственности, если у него отсутствует возможность принять разумные меры для устранения таких обстоятельств. При этом должник должен незамедлительно сообщить кредитору о наличии таких обстоятельств после того, как ему стало о них известно (пункт 4 обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018, определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 03.04.2018 № 5-КГ18-17).

В данном случае ответчик является должником в обязательстве по оказанию услуги. Именно он обязан был совершать в пользу истца определенные активные действия, составляющие содержание услуги по договору с соблюдением требований локальных нормативных актов истца. Совершение таких действий зависело от ответчика и находилось в сфере его контроля.

В соответствии с условиями договора истец сделал все, что от него зависит по фиксации фактов нарушения требований регламента. По каждому факту нарушения истцом составлены соответствующие акты с приложением объяснений.

Между тем с доводами ответчика нельзя согласиться, поскольку они направлены на уклонение ответчика от ответственности за действия работника, допустившего хранение спиртосодержащей жидкости. Его доводы оправдывают допущенное нарушение и свидетельствуют об игнорировании ответчиком принятых на себя обязательств. Содержание требований регламента заранее были ясными и понятными для ответчика.

Вопреки доводам ответчика найденная у его работника спиртосодержащая жидкость свидетельствует о нарушении требований регламента, поскольку хранение такой жидкости прямо запрещено пунктом 7.4.3 регламента и штраф за нарушение данного требования также прямо предусмотрен пунктом 4 приложения № 3. При этом из упомянутых пунктов регламента не следует, что для предъявления штрафа имеет значение целевое использование работником спиртосодержащей жидкости или места и способов ее хранения. Не имеет значение и то, может ли работник ответчика непосредственно употребить эту жидкость в том виде, в каком она хранится. Сам факт хранения является нарушением и достаточным основанием для предъявления штрафа вне зависимости от концентрации спирта в обнаруженной жидкости и ее свойств. У вышеуказанного работника в принципе не должна была оказаться найденная жидкость ни в каком виде, какую бы концентрацию спирта она не имела.

Хранить спиртосодержащие жидкости запрещено вне связи с какими-либо последствиями соблюдения/несоблюдения данного запрета. Кроме того, употребление спиртосодержащей жидкости является самостоятельным нарушением. Поэтому тот факт, что у работника ответчика не выявлено алкогольного опьянения, не имеет значения.

Таким образом, основания для предъявления штрафа ответчик не опроверг. Расчет истца является верным (с учетом сделанных уточнений в ходе рассмотрения дела). Штрафы заявлены в пределах размера, установленного регламентом и в пределах объёма существующего у истца права. Истец не просил взыскать штрафы в размере большем, чем ему причитается.

При этом ответчик не доказал наличие оснований для рассмотрения дела по общим правилам искового производства. Ссылка на необходимость дополнительного исследования обстоятельств имела формальный характер. Все необходимые обстоятельства установлены. При этом истец исправил свой расчет размера штрафов, а целевое назначение штрафа определяется путем толкования условий договора. Возражения ответчика в большей степени были направлены на обоснование чрезмерности финансовых санкций. Ответчик просил применить положения статьи 333 ГК РФ и снизить размер штрафов с 1 000 000 руб. до 10 000 руб. и с 10 000 руб. до 5 000 руб.

Уменьшение неустойки на основании пункта 2 статьи 333 ГК РФ допускается, если должником будет доказано, что размер неустойки, определенный по согласованным сторонам или законом правилам, существенно превышает величину имущественных потерь, которые возникли или могут возникнуть у кредитора, в том числе, с учетом существа обязательства, в отношении которого начислена неустойка.

Судом отмечается, что гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение (информационное письмо Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 № 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 27.07.2023 № 305-ЭС23-4593, от 27.10.2022 № 305-ЭС22-13848, от 14.06.2022 № 303-ЭС21-28637, от 15.11.2021 № 305-ЭС21-18141, от 22.07.2021 № 302-ЭС21-7074, от 18.06.2021 № 305-ЭС21-980, от 19.01.2018 № 310-ЭС17-11570).

По смыслу закона неустойка направлена на восстановление нарушенного права. Выполняя компенсаторную функцию, она служит средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 13.04.2023 № 307-ЭС22-18849, от 30.07.2020 № 307-ЭС19-25881, от 04.03.2019 № 305-ЭС18-22250, от 17.11.2016 № 305-ЭС16-6006(7)).

Обеспечительная функция проявляется в том, что применение неустойки создает экономические стимулы правомерного поведения должника: разумный участник оборота будет стремиться избежать неисполнения (ненадлежащего исполнения) обязательства под угрозой применения меры ответственности, если потери, ожидаемые в случае взыскания неустойки, для него окажутся большими в сравнении с преимуществом, получаемым из нарушения условий обязательства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.11.2022 № 305-ЭС22-10240).

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 15.07.2014 № 5467/14, превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции.

При этом степень соразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией. Суд вправе определить конкретный размер неустойки в соответствии с положениями статьи 333 ГК РФ, обосновав несоразмерность меры ответственности последствиям допущенного нарушения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.08.2022 № 305-ЭС22-4949, от 20.05.2020 № 305-ЭС19-25950).

С учетом компенсационного характера гражданско-правовой ответственности под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданский кодекс РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации за потери, которая будет адекватна нарушенному интересу и соизмерима с ним. Институт неустойки необходим, чтобы находить баланс между законными интересами кредитора и должника. Кредитору нужно восстановить имущественные потери от нарушения обязательства, но он не должен получить сверх того прибыль (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15.01.2019 № 25-КГ18-8, от 24.02.2015 № 5-КГ14-131).

Конституционный Суд РФ в определении от 21.12.2000 № 263-О указал, что в пункте 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В соответствии с пунктами 73-74 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки. Кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно.

В пунктах 2 и 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъясняется, что к последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки, суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и другие.

Судом учитывается тот факт, что ответчик допустил нарушение своих обязательств перед истцом. В то же время следует учитывать, что обязанность оплатить неустойку является акцессорным (дополнительным) по отношению к основному обязательству. Акцессорность обязательства по уплате неустойки проявляется в связанности возникновения: обязательство по уплате неустойки не может возникнуть без обязательства по уплате суммы основного долга. Обязательств по уплате неустойки зависит от оплаты основной задолженности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.08.2020 № 308-ЭС19-27564, от 21.03.2019 № 305-ЭС18-20107).

Само по себе право истца на взыскание неустойки в содержание обязательств, возникающих при заключении договора, не входит и не охватывается мотивом и целью заключения договора. Это означает, что в нормальных договорных отношениях интерес во взимании неустойки не должен превалировать над интересом к исполнению обеспечиваемых обязательств. Как уже отмечалось, размер неустойки должен быть соразмерным последствиям нарушения обязательства и обеспечивать выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Однако в данном случае размер заявленной неустойки не отвечает указанным критериям. Судом учитываются как интересы истца, так и интересы ответчика.

Несмотря на неисправность в исполнении обязательств со стороны ответчика следует учесть, что она была несущественной с точки зрения последствий нарушений. Сама суть выявленных нарушений, за которые начислены санкции, вызывает достаточные и очевидные для суда сомнения в том, что заявленные штрафы действительно направлены на компенсацию неблагоприятных последствий, а их взыскание в заявленном размере не приведет к нарушению баланса интересов.

Истцом начислены штрафы в размере 1 000 000 руб. и 10 000 руб. Как эти суммы коррелируют с возможными имущественными потерями для истца не ясно. С экономической точки зрения истец мог бы объяснить, почему при определении условий договора об ответственности размер неустойки был установлен в определенных значениях. В частности, какие он использовал критерии, на что ориентировался и что принимал во внимание.

Требование истца об оплате неустойки в данном случае основано на формальных основаниях, оно предъявлено вне зависимости от каких-либо неблагоприятных последствий для кредитора ввиду лишь того обстоятельства, что право на взыскание неустойки было предусмотрено договором и в силу пункта 1 статьи 333 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Выявленные нарушения  связаны с ненадлежащим исполнением обязательств неденежного характера, которые по своей сути не относятся к генеральной обязанности исполнителя в правоотношениях по оказанию услуг. Нарушения связаны с неисполнением обязанностей сопутствующего характера, которые как-либо не влияют на имущественное положение истца в договорных отношениях. Поэтому заявленные санкции по своей сути носят карательный характер.

С учетом характера нарушенных обязательств, отсутствия сведений о неблагоприятных последствиях, вызванных нарушениями, и явных предположений о таковых суд полагает разумным и справедливым уменьшить размер штрафов до 105 000 руб. Предложенный ответчиком вариант снижения штрафа за хранение спиртосодержащей жидкости предусматривает слишком мягкое наказание для него. Штраф в размере 10 000 руб. носит символический характер. Заявленные санкции должны быть применены к ответчику, в том числе в превентивных целях, поскольку в противном случае у него будут создаваться неправомерные стимулы поведения.

Таким образом, заявленный иск подлежит частичному удовлетворению в связи с уменьшением размера штрафов. С учетом результата рассмотрения спора и применения статьи 333 ГК РФ расходы истца по уплате государственной пошлины подлежат возмещению за счет ответчика в полном объёме.

Руководствуясь статьями 15, 110, 167 – 170, 177, 229 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края 



РЕШИЛ:

в удовлетворении общества с ограниченной ответственностью «ТК Сириус» о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства отказать.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТК Сириус» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Славнефть-Красноярскнефтегаз» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 105 000 руб. – штрафа (с учетом применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также 24 000 руб. – судебные расходы по оплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Настоящее решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в течение пятнадцати дней со дня изготовления решения в полном объеме путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Исполнительный лист на настоящее решение до истечения срока на обжалование в суде апелляционной инстанции выдается только по заявлению взыскателя.



Судья

Э.А. Дранишникова