Решение от 25 апреля 2024 г. по делу № А40-298846/2022

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-298846/22-98-2336
г. Москва
26 апреля 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 22 апреля 2024года

Полный текст решения изготовлен 26 апреля 2024 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи В.С. Каленюк, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А.И. Малыгиным, рассмотрел в судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «Главпромстрой» (ОГРН:<***>, ИНН:<***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП:<***>, ИНН:<***>)

о признании недействительным договора уступки прав (цессии) от 24.06.2021, заключенного между ООО «ГПС» и индивидуальным предпринимателем ФИО1,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, ФИО3, финансовый управляющий ИП ФИО2 ФИО4.

В соответствии со ст. 63 АПК РФ суд проверил полномочия лиц, явившихся в заседание. В судебное заседание явились:

от истца – ФИО5, доверенность от 14.06.2023;

от ответчика – ФИО6, доверенность 01.04.2024;

от третьих лиц – не явились, извещены надлежащим образом.

Процессуальные права и обязанности разъяснены. Отвода составу суда, ходатайств не заявлено (ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статьям 121, 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, извещаются арбитражным судом о времени и месте судебного заседания путем направления копии судебного акта по почте заказным письмом с уведомлением. Извещения направляются арбитражным судом по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, либо по месту нахождения организации или по месту жительства гражданина.

Лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем орган связи проинформировал арбитражный суд (п. 2 ч. 2 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Дело рассмотрено на основании ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие третьих лиц по представленным в дело документам.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

ООО «ГПС» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ИП ФИО1 о признании недействительным договор уступки прав (цессии) от 24.06.2021, заключенный между ООО «ГПС» и ИП ФИО1 и применить последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ООО «ГПС» к ФИО3 по договору займа № ГПС/3-01/21 от 03.03.2021, применить последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ООО «ГПС» к ФИО2 по договорам займа № ГПС/3-02/21 от 26.03.2021, № ГПС/3-03/21 от 29.03.2021, № ГПС/3-04/21 от 30.03.2021, № ГПС/3-05/21 от 02.04.2021, № ГПС/3-07/21 от 30.04.2021.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.06.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2023, в удовлетворении заявленных истцом требований было отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 09.11.2023 решение Арбитражного суда города Москвы от 02.06.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2023 по делу № А40- 298846/2022 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Всесторонне исследовав и оценив в соответствии со статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации документы, имеющиеся в материалах дела, суд считает требования истца подлежащими удовлетворению в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, 03.03.2021 между ООО «ГПС» (заимодавец) и ФИО3 (заемщик-1) был заключен договор займа от № ГПС/3-01/21 на сумму 750 000 руб.

Заемные средства в размере 750 000 руб. были предоставлены истцом ФИО3 в безналичном порядке путем перечисления на его банковский счет платежным поручением № 288 от 04.03.2021.

Сумма займа и процентов за пользование денежными средствами должны были быть возвращены истцу не позднее 03.05.2021. Кроме того, между ООО «ГПС» (заимодавец) и ФИО2 (заемщик-2) были заключены договоры займа № ГПС/3-02/21 от 26.03.2021, № ГПС/3-03/21 от 29.03.2021, № ГПС/3-04/21 от 30.03.2021, № ГПС/3-05/21 от 02.04.2021 и № ГПС/3-07/21 от 30.04.2021 на общую сумму 1 140 000 руб.

Как указывает истец, о наличии спорного договора стало известно при рассмотрении Черемушкинским районным судом города Москвы дела № 02-1754/2022 по иску ООО «ГПС» к ФИО3 о взыскании задолженности по договору займа, в материалы дела которого и была представлена копия договора уступки права (цессии) от 24.06.2021.

Кроме того, как указал истец, оспариваемый договор был заключен представителем ООО «ГПС» ФИО2 в отношении себя лично.

Указанный договор уступки права (цессии) от 24.06.2021 истец считает недействительным по основаниям, изложенным в пункте 2 статьи 1744 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как сделка, совершена на заведомо и значительно невыгодных для истца условиях, в ущерб интересам истца, так как встречное предоставление по сделке в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу ответчика.

Как установлено судом, спорный договор уступки права (цессии) от 24.06.2021 от имени ООО «ГПС» подписан исполнительным директором общества ФИО2 по доверенности № 0046/04-2011 от 26.04.2021, при этом, по указанному договору уступлены права (требования) к самому ФИО7, который выступал заемщиком по нескольким договорам займа (имеются в материалах дела), заключенным с ООО «ГПС» (истцом), то есть по спорному договору, представитель уступил свой же долг по заниженной цене.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ). В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором, однако, если должник не был письменно уведомлен о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим для него неблагоприятных последствий.

В этом случае исполнение 7 обязательства первоначальному кредитору признается исполнением надлежащему кредитору (части 2, 3 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Из названных норм права следует, что по договору цессии может быть уступлено принадлежащее цеденту право. Совершение сделки уступки права (требования) представляет собой исполнение цедентом возникшего из соглашения об уступке права (требования) обязательства по передаче цессионарию права требования.

По смыслу статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации только существующее право может быть предметом уступки. В силу пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации при уступке цедентом должны быть соблюдены следующие условия: уступаемое требование существует в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием.

Пунктом 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если 6 она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

В пункте 93 Постановления № 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23.06.2015 разъяснено, что пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

При этом о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента.

При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре 7 либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. То есть, в случае совершения мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки и целью сторон сделки не является возникновение правовых последствий для каждой или для одной из них в отношении как самих сторон сделки, так и третьих лиц.

Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений Раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума №25), оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Поскольку квалификация сделки как мнимой предполагает доказанность взаимной заинтересованности сторон сделки с учетом того, что мнимая сделка должна быть совершена между лицами, имеющими доверительные отношения, поскольку только в рамках взаимного доверия сторон мнимой сделки возможен сам сговор с противоправной целью и его сокрытие от иных лиц.

В связи с этим порок воли сторон подлежит доказыванию на основании всестороннего анализа представленных доказательств, исходя из того, что из обстоятельств дела должна быть установлена связь сторон сделки и реальная или наиболее вероятная противоправная взаимная цель ее совершения.

Суд исследовал и оценил по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость и достоверность указанных доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности и пришел к выводу, что они допустимы, относимы, взаимосвязаны, основания сомневаться в их достоверности отсутствуют.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются со стороны.

Расходы по государственной пошлине в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь ст.ст. 9, 65, 66, 70, 71, 110, 123, 131 , 156, 167-171, 180, 181 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным договор уступки прав (цессии) от 24.06.2021, заключенный между ООО «ГПС» и ИП ФИО1 и применить последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ООО «ГПС» к ФИО3 по договору займа № ГПС/3-01/21 от 03.03.2021, применить последствия недействительности сделки в виде восстановления прав требования ООО «ГПС» к ФИО2 по договорам займа № ГПС/3- 02/21 от 26.03.2021, № ГПС/3- 03/21 от 29.03.2021, № ГПС/3-04/21 от 30.03.2021, № ГПС/3- 05/21 от 02.04.2021, № ГПС/3-07/21 от 30.04.2021.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП:<***>, ИНН:<***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Главпромстрой» (ОГРН:<***>, ИНН:<***>) расходы по оплате государственной пошлины по иску в сумме 6 000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

В.С. Каленюк