Постановление от 23 мая 2023 г. по делу № А56-54229/2019

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-54229/2019
23 мая 2023 года
г. Санкт-Петербург
/з.4

Резолютивная часть постановления объявлена 15 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 мая 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Слоневской А.Ю.,

судей Сотова И.В., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности о 17.12.2022;

от ФИО4: ФИО5 по доверенности от 07.09.2022;

от конкурсного управляющего: ФИО6 по доверенности от 18.08.2020;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-9554/2023, 13АП-9556/2023) ФИО2 и ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.03.2023 по делу № А56-54229/2019/з.4, принятое


по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Базис-Энерго»

к ФИО2, ФИО4

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Базис-Энерго»,



установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.08.2020 общество с ограниченной ответственностью «Базис-Энерго» (ОГРН <***>, ИНН <***>; Санкт-Петербург, ул.Уральская, д.17, корп.3, лит.Е; далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

Определением суда от 12.02.2021 в отношении Общества применены правила параграфа 6 «Банкротство субъектов естественных монополий» главы XI Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Конкурсный управляющий Обществом обратился с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц – ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением суда от 06.03.2023 ФИО2 и ФИО4 солидарно привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с определением суда от 06.03.2023, ФИО2 и ФИО4 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение, принять новый судебный акт, отказать в удовлетворении заявления.

ФИО2 в жалобе ссылается на то, что после введения процедуры наблюдения временному управляющему переданы копии документов, содержащие данные об активах, безотчетности, кредиторской и дебиторской задолженности Общества. По мнению подателя жалобы, даты возникновения требования конкурсным управляющим определены не верно; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим не установлен. Ответчик указывает на то, что предпринял меры для расчетов с кредиторами и дальнейшей работы предприятия.

ФИО4 в жалобе ссылается на то, что не является контролирующим лицом должника; доказательств того, что Общество, перестало расплачиваться с кредиторами с декабря 2016 года, не представлено. Податель жалобы указывает на то, что отсутствуют установленные обязательства и требования должника, возникшие после 22.03.2018.

В отзыве конкурсный управляющий Обществом просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В судебном заседании представители ответчиков поддержали доводы жалоб, представитель конкурсного управляющего отклонил их.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, согласно Единому государственному реестру юридических лиц уставный капитал должника составляет 10 000 руб. и с 11.07.2012 распределен между двумя физическими лицами: 75% уставного капитала, номинальной стоимостью 7 500 руб. принадлежит ФИО2; 25% уставного капитала, номинальной стоимостью 2 500 руб. принадлежит ФИО4.

Конкурсный управляющий обратился с заявлениями об истребовании у контролирующих должника лиц ФИО2 и ФИО4 документации и сведений в отношении Общества.

Определениями от 03.07.2020, от 09.11.2020 суд обязал контролирующих должника лиц ФИО2 и ФИО4 предоставить временному управляющему копии документов о деятельности Общества.

Факт непередачи документов конкурсному управляющему, а также факт нахождения этих документов именно у ФИО2 и ФИО4 подтверждается вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.07.2020, от 09.11.2020 по делу № А56-54229/2019.

В силу подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника или управляющей организацией должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 этой статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: 1) организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; 2) ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Основание для освобождения от ответственности контролирующего должника лица в этом случае предусмотрено лишь пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в силу которого контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Представленными ФИО2 документами подтверждается, что ФИО4 являлся не только участников Общества, но и корпоративным директором Общества, заключал договоры (сделки).

ФИО2 являлся генеральным директором должника. ФИО8 выполнял функции корпоративного (коммерческого) директора, который осуществлял оперативное управление деятельностью должника, оказывал влияние на текущую деятельность должника путем заключения финансово-хозяйственных сделок с контрагентами. Данное обстоятельство не опровергнуто ответчиком.

ФИО2 и ФИО4 согласно протоколам общего собрания участников совместно принимались решения на заключение сделок продажи имущества для погашения задолженности, привлечения заемных средств для осуществления хозяйственной деятельности Общества. Как учредитель ФИО4 принимал непосредственное участие в делах должника, а именно, участвовал в собраниях по вопросам продления полномочий генерального директора, об одобрении сделок должника, покупки, продажи имущества, заключению кредитных договоров, договора залога. В рамках строительства котельной в Пыталово ФИО4 занимался вопросом согласования тарифов.

ФИО4, будучи участником общества и корпоративным директором, располагал полнотой информации по всей финансово-хозяйственной деятельности должника.

В силу сложившихся взаимоотношений между должником и его аффилированным кредитором ООО «ТЭК-47» (в котором имеет место быть зеркально-противоположное распределение долей в уставном капитале, а руководителем является ФИО8) именно Общество являлось центром убыточности, что позволяет сделать вывод о непосредственном участии обоих ответчиков в управлении хозяйственной деятельностью должника.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 N 302-ЭС17-9244, согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование Закона о банкротстве обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Конкурсный управляющий 07.09.2020 обратился с заявлением об истребовании у контролирующих должника лиц ФИО2 и ФИО4 документации и сведений в отношении Общества. Определением суда от 09.11.2020 ходатайство конкурсного управляющего об истребовании у контролирующих должника лиц документов, отражающих финансово-экономическую деятельность должника, удовлетворено.

Определение суда не исполнено, документы согласно перечню из определений от 09.11.2020 не переданы.

Недобросовестные действия по не раскрытию действительного содержания активов должника, не передаче первичных документов, связанных с хозяйственной деятельностью, дебиторской задолженности и сделках должника, привели к тому, что конкурсный управляющий не смог полноценно проанализировать деятельность должника, выявить наличие либо отсутствие денежных средств, имущества, дебиторской задолженности.

Согласно анализу финансового состояния должника установлено, что сведения, предоставленные генеральным директором Общества, разнятся со сведениями, представленными Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 16 по городу Санкт-Петербургу, а именно, бухгалтерский баланс за 2017 год. Формы отчета № 1 и № 2 должник в налоговую инспекцию за 2018 и 2019 годы не представлял. Данные действия свидетельствуют об искажении ответчиками бухгалтерской отчетности.

Довод ФИО2 о том, что все документы уничтожены в связи с пожаром, не подтвержден надлежащими доказательствами. Согласно ответу Администрации Волошовского сельского поселения здание, расположенное по адресу: <...>, не эксплуатируется с 2015 года; документы Общества должны храниться по месту нахождения Общества, что в данном случае не было обеспечено ответчиками и причины хранения документов не в месте нахождения должника не раскрыты.

Общество зарегистрировано по адресу: Санкт-Петербург, ул.Уральская, д.17, корп.3, лит.Е, следовательно, местонахождение документов Общества определяется по указанному адресу. Письмо от 20.10.2017 №388, представленное ФИО2, не подтверждает факт нахождения документов по адресу: <...>, ввиду того, что в данном письме речь идет лишь о части документов, которые должны храниться до завершения работ, то есть до 31.12.2017, тогда как пожар произошел в 2020 году.

При этом, согласно справке ГУ МЧС России пожар по указанному адресу произошел 31.05.2020 и 17.06.2020, тогда как обязанность по передаче копий документов в отношении Общества временному управляющему наступила 17.12.2019, то есть в течение 15 дней с даты введения процедуры наблюдения.

Ответчики указывают, что ФИО2 в адрес конкурсного управляющего направлена бухгалтерская отчетность и оборотно-сальдовые ведомости по состоянию на 2019 год. Однако указанные документы не подписаны, не заверены и в налоговый орган не представлялись.

Апелляционный суд отклоняет доводы ФИО2 о нахождении в больнице с 07.11.2018 по 25.10.2018, поскольку сведения о возложении обязанностей руководителя Общества в указанный период на иное лицо отсутствуют, а обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает привлечение к субсидиарной ответственности (за непредставление документов и искажение отчетности) возникли в иной период.

Согласно результатам судебной экспертизы № 68/28 от 21.09.2022 предельной датой возникновения признаков банкротства (неплатежеспособности и/или недостаточности имущества) Общества можно считать 22.03.2018.

Предельный срок обращения с заявлением о банкротстве должно было быть принято генеральным директором или участником общества в срок до 21.04.2018.

Генеральным директором ФИО2 заявление о банкротстве должника после 22.03.2018 не подано.

ФИО4, являясь участником и коммерческим директором Общества и генеральным директором ООО «ТЭК-47», зная о том, что перед ООО «ТЭК-47» не исполняются обязательства по оплате задолженности с 2015 года, обладая всей информацией о хозяйственной деятельности Общества, не предпринял никаких мер, направленных на инициирование процедуры банкротства.

Дело о банкротстве возбуждено 06.08.2019, то есть более чем через год после наступления признаков банкротства, по заявлению конкурсного кредитора ООО «ТК «СибирьЭнергоРесурс».

Конкурсный управляющий ссылается на то, что после 22.03.2018 у Общества возникли следующие обязательства перед кредиторами: перед обществом с ограниченной ответственностью «Торговая компания «Сибирь-Энергоресурс» по договору от 07.12.2015 № 40/12-15 (дата возникновения обязательства 12.11.2018); акционерным обществом «Тихвин» (дата возникновения обязательства 06.12.2018; 29.07.2019); индивидуальным предпринимателем ФИО9 (дата возникновения обязательства 10.04.2019).

Вместе с тем, апелляционным судом установлено, что ни один из вышеизложенных кредиторов, не отвечает требованиям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, поскольку вся указанная задолженность возникла до указанной конкурным управляющим даты обращения с заявлением о банкротстве должника.

Перед ООО «Торговая компания «Сибирь-Энергоресурс» обязательства Общества по оплате товара возникли на основании универсальных передаточных документов не позднее февраля 2018 года. Неустойка предпринимателем ФИО9 начислена должнику за неисполнение обязательства, возникшего до истечения срока, указанного в статье 9 Закона о банкротстве. Обязательства перед АО «Тихвин», подтвержденные решением суда по делу № А56-31087/2019, возникли до февраля 2018 года.

Следовательно, оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в размере 7 840 601 руб. 44 коп. за несвоевременную подачу заявления о банкротстве согласно статье 9 и пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве конкурсным управляющим не доказано. Расчет ответственности, приведенный конкурсным управляющим, является неверным.

Вместе с тем, ошибочные выводы суда первой инстанции о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в размере 7 840 601 руб. 44 коп. не привели к принятию неправильного судебного акта.

Определением суда от 28.12.2021 по делу № А56-54229/2019/сд.5 признаны недействительной сделкой перечисления со счета должника на счет ФИО4 денежных средств в размере 1 360 000 руб. Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.10.2021 по делу № А56-54229/2019/сд.1 признаны недействительной сделкой перечисления со счета должника на счет ФИО2 денежных средств в размере 2 275 000 руб. Указанные судебные акты вступили в законную силу и на настоящий момент не исполнены (денежные средства в конкурсную массу не возвращены). Признавая такие сделки недействительными, суды трех инстанций указали, что такие сделки совершены в нарушение норм статей 10,168 ГК РФ ввиду недобросовестного поведения сторон, выраженное в экономически необоснованном перечислении денежных средств со счета должника на счета контролирующих должника лиц, ввиду чего был причинен имущественный вред кредиторам.

На момент совершения спорных платежей у должника уже имелись неисполненные обязательства перед ООО «ТЭК-47» (с 2015 года), что установлено определением суда от 03.03.2023 по делу №А56-54229/2019/тр.2.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по финансовым обязательствам должника солидарно ФИО2 и ФИО10 за не передачу документов должника, искажение бухгалтерской отчетности и ФИО10 за совершение сделок, способствующих неплатежеспособности.

В соответствии с пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку формирование конкурсной массы и расчеты с кредиторами на момент рассмотрения заявления конкурсного управляющего не завершены, производство по заявлению в части определения размера субсидиарной ответственности контролирующего должника лица правомерно приостановлено.

С учетом изложенного, апелляционные жалобы удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.03.2023 по делу № А56-54229/2019/з.4 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


А.Ю. Слоневская

Судьи


И.В. Сотов

И.Ю. Тойвонен