Решение от 13 июля 2023 г. по делу № А32-8044/2022

Дело № А32-8044/2022
г. Краснодар
13 июля 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 24 мая 2023 года

Полный текст судебного акта изготовлен 13 июля 2023 года


Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Чурикова В.С., при ведении протокола помощником судьи Новошитской К.А., после перерыва секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ООО «Трансойл», г. Санкт-Петербург (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 13.08.2003, ИНН: <***>) к АО «Транснефть-терминал», г. Новороссийск (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.04.2008, ИНН: <***>) о взыскании суммы задолженности в размере 512666,15 руб.

при участии:

от истца: ФИО2 – доверенность от 16.01.2023 г.,

от ответчика: ФИО3, доверенность от 13.09.2022г.



установил:

ООО «Трансойл», г. Санкт-Петербург (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 13.08.2003, ИНН: <***>) обратилось в арбитражный суд к АО «Транснефть-терминал», г. Новороссийск (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.04.2008, ИНН: <***>) о взыскании суммы задолженности в размере 512666,15 руб.

Определением заместителя председателя суда Крыловой М.В. от 01 августа 2022 года, в связи с уходом в почетную отставку судьи Кондратова К.Н., дело № А32-8044/2022 передано для дальнейшего рассмотрения судье Арбитражного суда Краснодарского края Чурикову В.С.

Представитель истца в судебное заседание явился, требования поддержал в полном объеме; представитель ответчика в судебное заседание явился, требования не признал.

В судебном заседании согласно ст. 156 АПК РФ объявлялся перерыв до 17-00 час 24.05.2023. После перерыва судебное заседание было продолжено.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, в порядке статьи 71 АПК РФ суд пришел к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, по железнодорожным транспортным накладным (согласно расчету исковых требований) в адрес ответчика прибыли груженые вагоны, собственником которых является ООО «Трансойл».

Ответчик самостоятельно произвел выгрузку груза из цистерн на станции назначения. После выгрузки вагоны в порожнем состоянии возвращены по железнодорожным накладным на станцию погрузки с исправными запорно- пломбировочными устройствами (далее также ЗПУ) ответчика.

На станции назначения после снятия исправных ЗПУ и внутреннего осмотра котла цистерн в вагонах выявлено: наличие механической примеси, посторонний предмет (ржавчина), неисправен внутренний клапан (сливается в общей подаче), отсутствует герметичность донного клапана, брак внутреннего клапана, неисправен винт-барашек загрузочного люка, оборван донный клапан, неисправен внутренний клапан нижнего сливного прибора, неполный слив груза, что зафиксировано в актах общей формы ГУ-23 и актах о недосливе цистерн формы ГУ-7а.

Для приведения вагонов-цистерн в надлежащее техническое состояние под следующий налив, они были направлены ООО «Трансойл» на подготовку (промывку, пропарку).

Стоимость работ по подготовке вагонов согласно представленным актам формы ВУ-20 о годности вагона под налив, актам выполненных работ (подготовка), счетам-фактурам, платежным поручениям об оплате подготовки составила 344 291,78 руб.

Расходы ООО «Трансойл» в виде вынужденной оплаты стоимости работ по подготовке вагонов в размере 512 666,15 руб. являются внедоговорными убытками истца, возникшими вследствие причинения имущественного вреда ответчиком (деликтное обязательство).

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик указал на отсутствие состава убытков, на намеренное направление вагонов на промывку, на возникновение механической примеси, нефтешлама, льда под клапаном, разрыва уплотнительного кольца в силу объективных обстоятельств.

Согласно пункту 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также Гражданский кодекс) должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Статьей 15 Гражданского кодекса установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса). Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса).

В силу статьи 44 Федерального закона от 10.01.2003 № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации» (далее также УЖТ РФ) после выгрузки грузов, грузобагажа вагоны, контейнеры в соответствии с правилами перевозок грузов железнодорожным транспортом должны быть очищены внутри и снаружи, с них должны быть сняты приспособления для крепления, за исключением несъемных приспособлений для крепления, а также должны быть приведены в исправное техническое состояние несъемные инвентарные приспособления для крепления (в том числе турникеты) или грузополучателем (получателем), или перевозчиком – в зависимости от того, кем обеспечивалась выгрузка грузов, грузобагажа.

На грузополучателя возложены обязанности по полному сливу груза, по опломбированию, очистке котла цистерн, и другое, что подтверждается: Общими требованиями к применяемыми на железнодорожном транспорте для опломбирования вагонов, контейнеров запорно-пломбировочным устройствами, утвержденных Приказом Минтранса России от 29.05.2019 № 155; Правил перевозок железнодорожным транспортом грузов наливом в вагонах-цистернах и вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума, утвержденных Приказом Минтранса России от 29.07.2019 № 245; Правил перевозок жидких грузов наливом в вагонах-цистернах и вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума, утвержденных 22.05.2009 на 50-м заседании Совета по железнодорожному транспорту.

Согласно статье 20 Устава железнодорожного транспорта Российской Федерации, пункта 3.1.3 Правил перевозок железнодорожным транспортом грузов наливом в вагонах-цистернах и вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума (утверждены Приказом МПС России от 18.06.2003 № 25), перед наливом цистерн грузоотправители проверяют техническое состояние вагонов - цистерн, в том числе исправность котлов, арматуры, и универсальных сливных приборов цистерны. Ответственность за техническое состояние не принадлежащей перевозчику вагона - цистерны несет грузоотправитель.

Статьей 19 Устава железнодорожного транспорта Российской Федерации предусмотрено, что грузоотправители несут ответственность за убытки, возникшие в процессе перевозки в связи с произошедшими по их вине аварийными ситуациями, включая перевозку грузов, грузобагажа с соблюдением особых условий перевозки, загрязнение окружающей среды, перерывы в движении поездов, в том числе возмещают в соответствии с законодательством Российской Федерации расходы на ликвидацию таких ситуаций.

Статьей 20 Устава железнодорожного транспорта Российской Федерации также определено, что подготовка вагонов, контейнеров, не принадлежащих перевозчику, в том числе специализированных вагонов, контейнеров, проводится грузоотправителями. Грузоотправитель отвечает за исправность котла, арматуры, универсального сливного прибора, включая рабочее и конструктивное оборудование, и, следовательно, перевозчик при приеме цистерны к перевозке не должен проверять именно эти исправности, т.к. не имеет технической возможности.

При этом грузоотправитель, производящий погрузку и крепление груза, несет ответственность за несоблюдение технических условий погрузки.

Судом установлено, что во всех представленных железнодорожных накладных на перевозку порожних вагонов в графе «наименование груза» указан номер накладной на груженый рейс.

В графе «особые отметки» дополнительно указано, что грузополучателем было АО «Транснефть-Терминал».

Ответчиком не оспаривается тот факт, что он являлся грузополучателем спорных вагонов-цистерн по спорным железнодорожным накладным.

Согласно статье 119 Федерального закона от 10.01.2003 N 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации» обстоятельства, являющиеся основанием для возникновения ответственности перевозчика, грузоотправителя (отправителя), грузополучателя (получателя), других юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, а также пассажира при осуществлении перевозок пассажиров, грузов, багажа, грузобагажа железнодорожным транспортом, удостоверяются коммерческими актами, актами общей формы и иными актами.

На основании пункта 31 Приказа Минтранса России от 29.07.2019 № 245 «Об утверждении Правил перевозок железнодорожным транспортом грузов наливом в вагонах-цистернах и вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума» (далее также Приказ № 245) грузополучатели обязаны обеспечивать слив груза.

Пунктом 34 Приказа № 245 установлено что, слив грузов из вагонов-цистерн и вагонов бункерного типа должен производиться полностью с удалением вязких продуктов с внутренней поверхности котла и бункера. Нефть и нефтепродукты считаются полностью слитыми из вагонов-цистерн с верхним сливом при наличии остатка не более 10 мм (по замеру под колпаком), а в вагонах бункерного типа допускается остаток не более 30 мм (по замеру в средней части бункера), если документами национальной системы стандартизации не предусмотрено иное.

В соответствии с пунктом 36 Приказа № 245 после слива (выгрузки) груза из вагона-цистерны, вагона бункерного типа грузополучатель обязан: очистить котел (бункер) вагона-цистерны (вагона бункерного типа) от остатков груза, грязи, льда, шлама. Установить в транспортное положение детали сливоналивной, запорно-предохранительной арматуры вагона-цистерны, плотно закрыть клапаны и заглушки сливного прибора. Установить на место уплотнительную прокладку загрузочного люка и закрыть крышку загрузочного люка вагона-цистерны. Опломбировать порожний вагон-цистерну в порядке, установленном Общими требованиями к запорно-пломбировочным устройствам. Восстановить транспортную маркировку об опасности (знаки опасности, таблички оранжевого цвета) ранее перевозимого груза, если после выгрузки опасного груза очистка, промывка вагона-цистерны не производились.

В соответствии с разъяснениями Минтранса России от 03.08.2009 с 01.07.2009 на территории Российской Федерации применяются Правила перевозок жидких грузов наливом в вагонах-цистернах и вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума (утв. на 50-м заседании Совета по железнодорожному транспорту государств-участников Содружества, 21-22.05.2009, далее также международные правила перевозок грузов наливом).

Пунктом 3.3.9 международных правил перевозок грузов наливом предусмотрено, что грузополучатель после выгрузки (слива) груза из вагона – цистерны, вагона бункерного типа грузополучатель обязан: установить в транспортное положение детали сливоналивной, запорно-предохранительной арматуры, другого оборудования вагона-цистерны, плотно закрыть клапаны и заглушки сливного прибора; опломбировать порожний вагон-цистерну, если он в соответствии с настоящими Правилами должен возвращаться по полным перевозочным документам.

Согласно алфавитному указателю опасных грузов, допущенных к перевозке железнодорожным транспортом (приложение № 2 к Правилам перевозок опасных грузов по железным дорогам) и алфавитному указателю грузов, перевозимых наливом в вагонах-цистернах и в вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума (кроме скоропортящихся) (приложение № 1 к Правилам перевозок железнодорожным транспортом грузов наливом в вагонах-цистернах и вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума), перевозимый ответчиком груз относится к категории наливного, опасного груза, допущенного к перевозке железнодорожным транспортом.

Из содержания приведенных норм гражданского законодательства в их взаимосвязи следует обязанность грузополучателя (ответчика) после выгрузки полностью очистить вагон от остатков всех грузов, привести в транспортное положение детали сливоналивной, запорно-предохранительной арматуры, другого оборудования вагона-цистерны, плотно закрыть клапаны и заглушки сливного прибора и опломбировать вагон. Кроме того, ответственность за очистку вагонов от остатков всех грузов лежит именно на грузополучателе, если выгрузка груза осуществлялась его средствами.

Как установлено судом, вышеперечисленные обязанности грузополучателя в нарушение требований Федерального закона от 10.01.2003 № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации» и вышеуказанных правил, ответчиком надлежащим образом не были исполнены.

Судом рассмотрены убытки на примере нескольких вагонов и установлено следующее.

Так, вагон №50018233 (пункт 1 расчета), гружёный газойлем, проследовал по накладной №ЭФ895771 в адрес ответчика (грузополучателя).

После выгрузки на станции назначения порожний вагон №50018233 проследовал на станцию Комбинатская по накладной №ЭФ965729 для промывки, очистки и дезинфекции.

Актом №4438/2 от 15.02.2021 формы ГУ-7а установлено, что в результате неполного слива указанного вагона, остаток груза с механическими примесями (лёд) по замеру составил 3 см или 15 л.

Представитель перевозчика от подписи акта формы ГУ-7а отказался, в связи с чем, составлен акт формы ГУ-23 №4438/2 от 15.02.2021, который зафиксировал указанно, обстоятельство.

В рамках договора ДЦ/ИП-779/13 от 01.12.2013 между ООО «ТрансоЙл» Новосибирским филиалом ПАО «ПГК», последнее осуществило промывку вагона, о чем между сторонами подписан акт сдачи-приёмки выполненных работ №1009/150221/0023 от

Платежными поручениями №7445 от 18.02.2021 и №5398 от 09.02.2021 истец оплатил ПАО «ПГК», выполненные по акту №1009/150221/0023 от 15.02.2021 работы ПАО «ПГК» выставило в адрес ООО «Трансойл» счёт-фактуру №1009/150221/0023 от

К акту сдачи-приёмки выполненных работ №1009/150221/0023 от 15.02.2021 приложен перечень промытых вагонов, среди которых (позиция 2295 на 28 листе) указан вагон №50018233.

По результатам выполнения работ составлен акт формы ВУ-20 №1255 от 15.02.2021 в котором указано, что вагон №50018233 обработан и признан годным под налив.

Вступая в правоотношения на основании Федерального закона от 10.01.2003 № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации», ответчик должен был не только знать о существовании обязанностей и прав, предусмотренных Уставом, но и обеспечить их выполнение, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для строгого соблюдения требований законодательства Российской Федерации.

Заявленные ООО «Трансойл» требования основаны на фактах выявления неисправностей и наличием остатка груза в ходе осмотра вагонов по их прибытию на станцию назначения, зафиксированы актами общей формы ГУ-23/ГУ-7а, составленными в момент окончания перевозки.

Вагоны прибыли с исправными ЗПУ, при снятии пломбы и открытии верхнего загрузочного люка произведен внутренний осмотр котла и запорной арматуры, в результате чего выявлены неисправности/непригодности, которые по своему характеру являются следствием нарушения технологии выгрузки груза и нарушении технологии приведения в транспортное положение оборудования вагона-цистерны.

После передачи спорных вагонов перевозчику грузоотправителем порожнего рейса и до окончания перевозки (при отсутствии доступа третьих лиц к вагонам и целостности пломбы грузоотправителя) обнаружить неисправности невозможно, неисправности не носят аварийный характер, могли образоваться только ввиду нарушения технологии выгрузки, что не требовало отцепки вагонов в текущий отцепочный ремонт, неисправности устранялись в пункте технического обслуживания на промывочно-пропарочных станциях, т.е. в месте обнаружения неисправности.

Обстоятельства, являющиеся основанием для возникновения ответственности перевозчика, грузоотправителя (отправителя), грузополучателя (получателя), других юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, а также пассажира при осуществлении перевозок пассажиров, грузов, багажа, грузобагажа железнодорожным транспортом, удостоверяются коммерческими актами, актами общей формы и иными актами (статья 119 УЖТ РФ).

Актами общей формы ГУ-23 и актами о недосливе цистерн формы ГУ-7а, представленными истцом в материалы дела, удостоверены факты прибытия вагонов после перевозки грузов ответчика с остатками ранее перевозимого груза, наличием остатка; на вагонах установлены исправные ЗПУ, исключающие доступ внутрь котла третьих лиц. Характер выявленных неисправностей и (или) повреждений свидетельствует о том, что они могли возникнуть только в процессе слива цистерны (нарушении технологии выгрузки) либо при нарушении технологии закрытия порожней цистерны и опломбирования.

Доказательств, свидетельствующих о том, что выявленные неисправности и (или) повреждения имели место в пути следования в процессе перевозки, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также АПК РФ, Кодекс) ответчиком в материалы дела не представлено.

Цистерна является крытым типом вагона и при отправке перевозчиком производится только визуальный (внешний) осмотр состояния вагона, наличие повреждений внутри котла при отправлении вагонов не производится (пункт 81 Правил приема грузов, порожних грузовых вагонов к перевозке железнодорожным транспортом, утвержденных приказом Минтранса России от 07.12.2016 № 374).

В рассматриваемом случае перевозчик (ОАО «РЖД») принял спорные вагоны без замечаний относительно оценки коммерческих или технических неисправностей. Факт причинения истцу убытков по вине ответчика в результате ненадлежащего исполнения им обязательств грузополучателя документально подтвержден актами общей формы, документами, подтверждающими оплату подготовки вагонов, в соответствии с Правилами, утвержденными Приказом Минтранса России от 27.07.2020 № 256 (далее также Приказ № 256).

В соответствии с пунктом 64 Приказа № 256 акт общей формы составляется и подписывается одним уполномоченным представителем перевозчика, который его составил, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 65 настоящих Правил, в день обнаружения обстоятельств, подлежащих оформлению актом общей формы, если иное не предусмотрено настоящей главой. Акт общей формы составляется перевозчиком, владельцем инфраструктуры на станциях для удостоверения фактов и обстоятельств, предусмотренных Уставом.

На основании пункта 80 Приказа № 256 в случае отказа пользователя услугами железнодорожного транспорта от подписания акта общей формы лицо, составляющее акт общей формы, в акте общей формы делает отметку об отказе пользователя услугами железнодорожного транспорта от подписания данного акта.

Судом установлено, что в представленных ООО «Трансойл» актах общей формы ГУ-23 содержится информация о том, где именно составлены данные акты, когда и кем составлены, в отношении каких именно вагонов-цистерн; в актах также указаны обстоятельства, вызвавшие их составление. Указанных сведений достаточно для установления обстоятельств, в целях фиксации которых они составлены. Ответчик документально не опроверг факты возвращения спорных вагонов-цистерн с неисправностями.

Согласно статье 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Суд признает, что акт общей формы является допустимым доказательством факта коммерческой непригодности цистерны без составления других актов. Обязанность по составлению актов о повреждении вагона формы ВУ-25 и ГУ-23, прежде всего, возложена на перевозчика, в связи с чем, отсутствие акта о повреждении вагона не лишает истца как собственника вагонов права требовать возмещения стоимости ремонта при наличии актов общей формы, в которых также содержатся сведения о технических повреждениях вагонов. Вызов представителей ответчика и/или грузополучателей на составление актов общей формы нормативно не предусмотрен.

Таким образом, представленные истцом в материалы дела акты общей формы составлены в соответствии с разделом III Приказа № 256. Содержание указанных актов ответчиком не оспорено; доказательств обратного в материалы дела не представлено, а доводы ответчика об обратном, суд признает несостоятельными.

В соответствии с пунктом 108 Приказа № 256 в случае обнаружения на принадлежащих перевозчику или владельцу инфраструктуры промывочно-пропарочных станциях цистерны (бункерного полувагона) с остатком груза более нормы, установленной Правилами очистки и промывки вагонов и контейнеров после выгрузки грузов, утвержденными приказом Минтранса России от 10.04.2013 № 119 (далее также Правила очистки и промывки), перевозчиком составляется акт о недосливе цистерны (бункерного полувагона), обнаруженном на промывочно-пропарочной станции.

Акт о недосливе цистерн (бункерных полувагонов), обнаруженном на промывочно-пропарочной станции, принадлежащей перевозчику или владельцу инфраструктуры, подписывается двумя уполномоченными представителями перевозчика или владельца инфраструктуры.

Акт о недосливе по форме ГУ- 7а (с составлением дополнительного акта общей формы об отказе от подписи перевозчика) оформляется на ППС путем визуального осмотр работниками ППС и визуализация песка/посторонних предметов/ржавчины/камней/парафинов/воды и т.д. не носит характер анализа, тем более визуальный осмотр цистерн производится не при получении груженной цистерны, а именно порожней (нормами транспортного законодательства, содержание посторонних предметов, льда, воды и остатков груза, других коммерческих неисправностей – не допускается). Более того, ГОСТ 33196-2014 допускает определение свободной воды и механических примесей визуальным методом.

С 2009 ОАО «РЖД» передало весь имущественный комплекс промыво-пропарочных станций в аренду сторонним организациям с одновременным переводом обслуживающих ее работников в штат, таким образом, перевозчик, лишил себя технологической возможности осуществлять осмотр прибывших из-под выгрузки вагонов и составлять соответствующие акты. Указанная позиция перевозчика изложена в телеграмме ОАО «РЖД» № ЦФТОПР 18/128 от 16.03.2011, из которой следует, что акты общей формы составляются при участии ОАО «РЖД» только на промывочно-пропарочных станциях (ППС), находящихся в распоряжении ОАО «РЖД. При передаче ППС в аренду сторонним организациям акты ГУ-7а и ГУ-23 перевозчиком не составляются.

Таким образом, с учетом вышеуказанных обстоятельств настоящего спора, вина ответчика в возникновении неисправностей спорных вагонов презюмируется с учетом статьи 401 Гражданского кодекса, статьи 44 Федерального закона от 10.01.2003 № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации», «Общих требований к применяемым на железнодорожном транспорте для опломбирования вагонов, контейнеров запорно-пломбировочным устройствам», утвержденных Приказом Минтранса России от 29.05.2019 № 155, Приказа Минтранса России от 29.07.2019 № 245 «Об утверждении Правил перевозок железнодорожным транспортом грузов наливом в вагонах-цистернах и вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума», Правил перевозок жидких грузов наливом в вагонах-цистернах и вагонах бункерного типа для перевозки нефтебитума (утв. на 50-м заседании Совета по железнодорожному транспорту государств-участников Содружества, 21-22.05.2009).

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о возмещении убытков разъяснены в положениях пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и пункта 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Из указанных разъяснений следует, что при предсказуемости негативных последствий в виде возникновения убытков, которые нарушитель обязательства как профессиональный участник оборота мог и должен был предвидеть, причинная связь не подлежит доказыванию лицом, потерпевшим от нарушения, а презюмируется. Не обязательно и точное доказывание потерпевшим размера убытков, причиненных нарушением.

Таким образом, факт и размер расходов истца, наличие причинно-следственной связи между бездействием должника и возникшими убытками, документально подтверждены. Произведенный ООО «Трансойл» размер убытков суд первой инстанции находит верным.

Возражая на доводы истца, ответчик в нарушение требований, предусмотренных вышеуказанными нормами процессуального законодательства, доказательств, подтверждающих факт надлежащего исполнения обязательства по очистке спорных вагонов-цистерн и опровергающих доводы истца, не представил.

Размер понесенных кредитором расходов ответчиком не оспорен, контррасчет не представлен, а также не опровергнут иными доказательствами по делу.

Довод ответчика о надлежащем исполнении обязанностей по выгрузке, со ссылкой на уведомления о завершении грузовой операции формы ГУ-2б судом отклонен, поскольку информация, содержащаяся в уведомлениях ГУ-2б, опровергается актами общей формы ГУ-23 и актами о недосливе цистерн ГУ-7а.

Вывод ответчика о возникновении нарушений, перечисленных в актах общей формы, в силу объективных обстоятельств, противоречит нормам статей 64-71 АПК РФ, носит предположительный характер и не подтверждается соответствующими доказательствами.

Закон раскрывает содержание пригодности вагонов, контейнеров в коммерческом отношении как состояние грузовых отсеков вагонов, контейнеров, пригодных для перевозки конкретных грузов, а также отсутствие внутри них постороннего запаха, других неблагоприятных факторов, влияющих на состояние грузов при погрузке, выгрузке и в пути следования, особенности внутренних конструкций кузовов вагонов, контейнеров (
решение Верховного Суда Российской Федерации от 14.03.2002 № ГКПИ2002-160).

Под пригодностью подвижного состава в коммерческом отношении для перевозки груза надлежит понимать такое техническое состояние подвижного состава, от которого зависит обеспечение сохранности груза при перевозке (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.01.2013 № 11637/12 по делу № А78-9635/2011).

Расходы, понесенные истцом, вследствие выявленной коммерческой непригодности вагонов подлежат возмещению ответчиком, т.к. ответчик принял от грузоотправителя исправные (пригодные для перевозки грузов) вагоны; в таком же исправном виде вагоны подлежат возврату истцу.

Доводы истца в части недобросовестности ответчика, злоупотребление ответчиком правом судом также проверены и отклонены как необоснованные.

Иные доводы ответчика, изложенные в отзыве и письменных пояснениях, суд отклоняет, поскольку в общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600). Этот принцип предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора. При этом опровергающее лицо вправе оспорить относимость, допустимость и достоверность таких доказательств, реализовав собственное бремя доказывания.

В соответствии со статьями 65, 66 и 75 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований, представив письменные доказательства, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, раскрыть те доказательства, на которые оно ссылается.

В свою очередь, суд признает, что возражения ответчика не подтверждены документально, тем самым не могут быть приняты судом первой инстанции (аналогичный правовой подход изложен в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.12.2021 № 15АП-21318/2021 по делу № А32-22845/2021).

Согласно части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

По делам искового производства суд не обязан собирать доказательства по собственной инициативе. Риск наступления последствий несовершения процессуальных действий по представлению в суд доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которые ссылается сторона как на основание своих требований и возражений, лежит на этой стороне. Последствием непредставления в суд доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, является принятие судебного решения не в пользу этой стороны (часть 2 статьи 9, статья 65, статья 168 АПК РФ).

Таким образом, приведенные и другие собранные по делу доказательства, обосновывающие наличие или отсутствие имеющих значение для дела обстоятельств, оцененные арбитражным судом в своей совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ, принимая во внимание конкретные и фактические обстоятельства дела, достаточны для вывода об обоснованности заявленных требований.

Аналогичный правовой подход изложен в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2022 № 15АП-12226/2022 по делу № А32-50841/2021, постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 16.03.2022 № Ф08-1341/2022 по делу № А32-22845/2021. постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 19.04.2023 № Ф08-2715/2023 по делу № А32-48114/2021.

Ответчиком заявлено о пропуске исковой давности.

Судом довод ответчика относительно применения к отношениям сторон положений о перевозке судом отклоняется, по следующим основаниям.

В соответствии со статьёй 785 ГК РФ по договору перевозки груза перевозчик обязуется доставить вверенный ему отправителем груз в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (получателю), а отправитель обязуется оплатить за перевозку груза установленную плату.

ООО «Трансойл» не является ни перевозчиком, ни грузоотправителем, ни грузополучателем, и договор перевозки груза, как и любые другие договоры, с ответчиком не заключало.

В своем требовании ООО «Трансойл» ссылается на основания возмещения убытков, возникших из обязательств вследствие причинения вреда, размер которых истец определяет с учетом его фактических затрат на устранение неисправностей вагонов.

Сокращенный (годичный) срок исковой давности, установленный статьёй 797 ГК РФ, не распространяется на требования, основанные на нормах главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» ГК РФ.

Данный вывод следует из позиции, изложенной в пункте 21 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2017, а также подтверждается выводом из Определения ВС РФ № 305-ЭС21-15028 от 01.12.2021 по делу А40-12432/2020.

Если требование о возмещении убытков возникло из обязательств вследствие причинения вреда, а не основано на договоре перевозки, то к нему применяется общий трехлетний срок исковой давности (п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 01.06.2022).

В соответствии с пунктом 2 статьи 307 и подпунктом 6) пункта 1 статьи 8 ГК РФ обязательства возникают вследствие причинения вреда другому лицу.

На основании пункта 2 статьи 307.1. ГК РФ к обязательствам вследствие причинения вреда общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено соответственно правилами главы 59 настоящего Кодекса или не вытекает из существа соответствующих отношений.

Судом установлено, что в настоящем деле ответчик не исполнил обязанность, возложенную на него законом, а именно ст. 44 Федерального закона от 10.01.2003 N 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации» и вытекающими из данной статьи правилами, вследствие чего истец понёс убытки.

Согласно пункту 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Ст. 1082 ГК РФ в качестве одного из способов возмещения ущерба предусматривает возмещение причиненных убытков.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, настоящий спор возник вследствие несоблюдения ответчиком своей обязанности предусмотренной законом, в связи с чем, истцу был причинен материальный ущерб в виде убытков, за возмещением которых он обратился в арбитражный суд (25.02.2022). По требованиям о возмещении убытков применяется общий срок исковой давности, который в соответствии со ст. 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. С учетом изложенного, истцом не пропущен срок исковой давности.

Судебные расходы в данном случае в соответствии со ст. 110 АПК РФ подлежат возложению на ответчика.

Руководствуясь статьями 64-71, 106, 110, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



решил:

Взыскать с АО «Транснефть-терминал», г. Новороссийск (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.04.2008, ИНН: <***>) в пользу ООО «Трансойл», г. Санкт-Петербург (ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 13.08.2003, ИНН: <***>) сумму убытков в размере 512666,15 руб., а также расходы по уплате госпошлины в размере 13253 руб.

Настоящее решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня его изготовления в полном объеме, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Краснодарского края в течение месяца со дня его принятия, и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа через Арбитражный суд Краснодарского края в двухмесячный срок с момента вступления решения в законную силу.



Судья В.С. Чуриков