Решение от 1 октября 2021 г. по делу № А62-1053/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СМОЛЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Большая Советская, д. 30/11, г.Смоленск, 214001

http:// www.smolensk.arbitr.ru; e-mail: info@smolensk.arbitr.ru

тел.8(4812)61-04-16; 64-37-45; факс 8(4812)61-04-16

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

город Смоленск

01.10.2021Дело № А62-1053/2021

Резолютивная часть решения оглашена 24.09.2021

Полный текст решения изготовлен 01.10.2021

Арбитражный суд Смоленской области в составе судьи Яковлева Д.Е.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ивановой А.А., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

ФИО1

к обществу с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» (ОГРН <***>; ИНН <***>),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, ФИО3,

о взыскании действительной стоимости доли,

встречному иску

ФИО2, ФИО3

к ФИО1,

обществу с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» (ОГРН <***>; ИНН <***>),

Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Смоленской области (ОГРН <***>; ИНН <***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4

о признании недействительным протокола и изменений в устав, связанных с принятием ФИО1 в состав участников общества,

при участии в судебном заседании:

от истца по первоначальному иску: ФИО5, представителя по доверенности от 15.09.2021, паспорт;

от ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра»: ФИО6, представителя по доверенности от 29.07.2020, паспорт;

ФИО4 – генерального директора (выписка из ЕГРЮЛ паспорт);

от ФИО2: ФИО3, представителя по доверенности от 03.12.2019, паспорт;

ФИО3: лично, паспорт,

от других лиц: не явились, извещены надлежащим образом;

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 (далее – истец по первоначальному иску, ФИО1) обратился в Арбитражный суд Смоленской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» (далее – ответчик по первоначальному иску, ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра», общество) о взыскании действительной стоимости доли в уставном капитале в размере 2225791,00 руб. (с учетом уточнений требований, принятых судом к рассмотрению по результатам оценочной экспертизы).

Заявленные требования основаны на статьях 23 и 26 Федерального закона от 08.02.98 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и мотивированы неисполнением ответчиком обязанности по выплате участнику общества, вышедшему из него, действительной стоимости доли.

Общество, ФИО2 и ФИО3 возражали относительно удовлетворения иска по основаниям, изложенным в отзывах, указали на то, что ФИО1 не являлся участником общества (общее собрание по вопросу принятия его в состав участников ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» не проводилось, протокол о принятии ФИО1 в состав участников общества сфальсифицирован), в связи с чем отсутствуют основания для выплаты действительной стоимости доли.

ФИО2 и ФИО3 (далее также совместно именуемые истцы по встречному иску, ФИО2, ФИО3) обратились в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1, ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» и Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Смоленской области, просили признать недействительными (в связи с фальсификацией):

- протокол № 39 внеочередного общего собрания учредителей (участников) общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» от 15.09.2011;

- изменения в Устав общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра», утвержденные решением внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» 15.09.2021.

Также просили аннулировать запись о внесении сведений в ЕГРЮЛ о регистрации налоговым органом от 23.09.2011; признать недействительным принятие ФИО1 в состав учредителей общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» и выделение ему в доли в размере 1/3 уставного капитала.

Указанный встречный иск фактически направлен на оспаривание оснований возникновения у ФИО1 права на долю.

ФИО1 (далее также – ответчик по встречному иску) возражал относительно удовлетворения встречного иска по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях, указал на представление данного протокола участником общества, заявил о пропуске срока исковой давности.

ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» возражало относительно удовлетворения первоначального иска; признало встречный иск, вместе с тем данное признание по данной категории корпоративных споров и с учетом фактических обстоятельств дела не принимается судом, так как признанием нарушаются права другого лица - ФИО1 В данном споре правовая позиция ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра», ФИО2 и ФИО3 – истцов по встречному иску является единой.

Ссылка общества на то, что оно не может являться ответчиком по встречному иску, так как не нарушало прав участников, отклоняется судом, так как по делам об оспаривании решений общего собрания общество должно привлекаться в качестве ответчика.

В настоящее время регистрирующим органом является Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 5 по Смоленской области, которая в письменной правовой позиции указала на регистрацию изменений в ЕГРЮЛ в соответствии с представленными документами, отсутствие оснований для отказа в государственной регистрации изменений в сведения о юридическом лице, которыми были внесены сведения об увеличении уставного капитала, принятии ФИО1 в состав учредителей общества и изменении сведений о размере доли ФИО2 и ФИО3

Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 5 по Смоленской области заявила письменное ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Согласно части 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления к производству и возбуждении производства по делу, а иные лица - после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассматривает дело без участия представителей неявившихся участников процесса, извещенных надлежащим образом, по имеющимся в деле доказательствам.

Суд ознакомился с доказательствами и исследовал их в порядке, установленном статьей 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оценив в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из искового заявления и материалов дела, ФИО1 05.12.2019 уведомил общество о выходе из состава участников общества путем вручения нотариально удостоверенного заявления (т.д. 1, л.д. 14, т.д. 2, л.д. 98). Указанное обстоятельство обществом не оспаривалось.

Изменения в части состава участников общества в связи с выходом ФИО1 зарегистрированы 18.12.2019 (т.д. 2, л.д. 95-106).

В соответствии с пунктом 1 статьи 94 Гражданского кодекса Российской Федерации участник общества с ограниченной ответственностью вправе выйти из общества путем отчуждения обществу своей доли в его уставном капитале независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Пунктом 5.1 устава ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра», действующего на дату выхода (т.д. 2, л.д. 157, 160), установлено, что участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества.

Согласно пункту 2 статьи 94 Гражданского кодекса Российской Федерации при выходе участника общества с ограниченной ответственностью из общества ему должна быть выплачена действительная стоимость его доли в уставном капитале или с его согласия должно быть выдано в натуре имущество такой же стоимости в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены законом об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества.

В соответствии с пунктом 5.2 устава общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, в течение трех месяцев со дня получения обществом заявления о выходе.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

Таким образом, при исчислении срока, в течение которого общество обязано было выплатить ФИО1 действительную стоимость доли, необходимо руководствоваться вышеуказанной нормой Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Аналогичная правовая позиция содержится также в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 26.02.2013 № 13295/12.

Право на выход из общества и предъявление требований о выплате действительной стоимости доли реализовано с учетом положений федерального законодательства и устава общества.

Как указали истцы по встречному иску, ФИО1 на момент исполнения обязанностей генерального директора ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» самостоятельно, без согласия и уведомления участников общества (ФИО3, ФИО2) принял решение о вступлении в состав участников общества путем фальсификации протокола № 39 от 15.09.2011 с последующим внесением изменений в учредительные документы общества и в сведения ЕГРЮЛ.

Во исполнение определения суда Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 5 по Смоленской области предоставила заверенную копию регистрационного дела общества, в ней имеются документы, на основании которых ФИО1 был принят в состав участников общества и ему выделена доля в размере 1/3 уставного капитала, также на основании данных документов уставный капитал общества был увеличен с 10000,00 руб. до 15000,00 руб. и внесены изменения в устав общества, данные документы были зарегистрированы в налоговом органе.

ФИО2 и ФИО3 заявили о фальсификации их подписей в документах (т.д. 3, л.д. 136, 166): изменениях в устав ООО «Производственно-коммерческого предприятия «Искра» (утверждены решением внеочередного общего собрания участников ООО «Производственно-коммерческого предприятия «Искра» (протокол № 39 от 15.09.2011), протоколе № 39 внеочередного общего собрания учредителей (участников) общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» от 15.09.2011. Также ссылаются на отсутствие в обществе заявления ФИО1 по вопросу вступления в состав учредителей; созыва внеочередного общего собрания учредителей (участников) общества 15.09.2011; отсутствие 15.09.2011 учредителя ФИО2 на территории Российской Федерации, невозможность проведения собрания в данную дату и подписания названных документов.

ФИО1 в письменных пояснениях указал следующее: изначально (при создании общества) было оговорено о составе участников в количестве 3-х человек: ФИО3, ФИО2 и ФИО1 Поскольку ФИО1 на момент создания ООО «Производственно-коммерческого предприятия «Искра» еще дорабатывал на другом предприятии, которое передавало имущество на вновь создаваемое общество, было принято решение о принятии ФИО1 в состав участников в более поздний срок. В 2011 году по предшествующей договоренности участниками общества ФИО3 и ФИО2 было предложено ФИО1 вступить в состав учредителей общества. Протоколом от 15.09.2011 № 39 общего собрания принято решение о вступлении истца в состав учредителей общества; данным протоколом установлено принять и выделить 1/3 доли общества с внесением в уставный капитал вклада в размере 5 000 руб. Вышеуказанный протокол был подготовлен, а также согласован учредителями, после чего был представлен участником ФИО3 ФИО1, в котором уже стояли подписи участников ФИО3 и ФИО2 (т.д. 3, л.д. 101).

В рамках проверки в порядке статьи 161 АПК РФ заявления о фальсификации судом была назначена почерковедческая экспертиза, согласно заключению эксперта ФБУ Брянская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации от 12.07.2021 № 1225/3-3 (т.д. 4, л.д. 49) установлено, что подписи в документах, представленных на исследование, выполнены не самими ФИО3 и ФИО2, а другим лицом. Результаты экспертизы не оспорены, ходатайств о назначении дополнительной (повторной) экспертизы не представлено.

В связи с чем заявление о фальсификации признано подтвержденным.

Вместе с тем суд отклоняет доводы общества, ФИО2, ФИО3 о том, что документы сфальсифицированы именно ФИО1, так как допустимых доказательств этому в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено; вопрос относительно того, кем именно выполнены подписи от имени ФИО2, ФИО3, на экспертизу инициаторами ходатайства не ставился (т.д. 3, л.д. 188); виновность конкретного лица в установленном порядке не подтверждалась.

Никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в порядке, установленном настоящим Кодексом (статья 8 УПК РФ).

В силу принципа презумпции невиновности, как он определен в статье 49 (часть 1) Конституции Российской Федерации, виновность лица в совершении преступления, равно как и его невиновность, должна быть доказана не в произвольном, а лишь в предусмотренном федеральным законом порядке, т.е. подлежит установлению исключительно в рамках уголовно-процессуальных отношений.

Само по себе подтверждение фальсификации доказательств в рамках настоящего гражданского дела является исключительно констатацией обстоятельства, которое ставилось на исследование в рамках почерковедческой экспертизы, в связи с чем вышеуказанные доводы не могут быть приняты по настоящему гражданскому делу как установление виновности лица.

Кроме того, указанное обстоятельство не имеет существенного правового значения с учетом заявления и вывода о пропуске срока исковой давности.

ФИО1 ссылается на то, что срок исковой давности пропущен, об обстоятельствах принятия его в состав участников другие участники знали и в любом случае должны были узнать не позднее апреля 2012 года, когда должно было проводиться годовое общее собрание.

Согласно пункту 7.6 устава (в редакции на 2012 год, т.д. 2, л.д. 157, 162) очередное общее собрание, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества, должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Требование о восстановлении корпоративного контроля может быть предъявлено в пределах общего срока исковой давности, который в соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права. В области корпоративных отношений реализация данного способа защиты прав может выражаться в виде присуждения истцу соответствующей доли участия в уставном капитале общества, исходя из того, что он имеет право на такое участие в хозяйственном обществе, которое он имел бы при соблюдении требований действующего законодательства.

Вместе с тем в данном случае встречный иск не направлен на восстановление корпоративного контроля, так как в связи с выходом ФИО1 не является в настоящее время участником общества, доля после выхода перешла к обществу и в последующем продана ФИО4

В рамках встречного иска оспаривается протокол от 15.09.2011 № 39 внеочередного общего собрания участников общества и изменения в устав, утвержденные данным протоколом.

По смыслу пункта 1 статьи 12 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» устав общества является учредительным документом, в основе которого лежит товарищеское соглашение участников (учредителей), носящее в силу своей правовой природы гражданско-правовой характер. При этом устав является сделкой и к нему применимы нормы гражданского законодательства о сделках, в том числе о решениях собрании, и об основаниях признания их недействительными. Поскольку в данном случае изменения в устав общества (новая редакция устава) были утверждены решением собрания, оспаривание отдельных положений устава является, по существу, оспариванием указанного решения общего собрания участников общества. Положения о таком специальном виде сделок, как решения собрания, должны применяться в системной взаимосвязи с общими положениями о сделках в части, не урегулированной правилами о решениях собрании и не противоречащей их существу (соответствующая позиция изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020, п. 15).

В соответствии со статьей 181.5 ГК РФ решение собрания ничтожно в случае, если оно принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; принято при отсутствии необходимого кворума; принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; противоречит основам правопорядка или нравственности.

Срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными пунктом 5 статьи 181.4 ГК РФ (пункт 1 статьи 6 ГК РФ): решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества (пункт 112 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для иных участников общества в связи с внесением записей в ЕГРЮЛ сведения стали общедоступными уже в 2012 году.

В силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12, 15 ноября 2001 года № 15/18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Согласно разъяснениям пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Пропуск срока исковой давности в любом случае влечет отказ в удовлетворении иска вне зависимости от обстоятельств фактической правомерности требований. В связи с чем иные указанные участниками процесса доводы не имеют существенного правового значения.

Истцы по встречному иску ссылаются на ничтожность решения общего собрания и изменений в устав, указывают, что об обстоятельствах включения ФИО1 в состав участников им стало известно в ноябре 2019 года (ФИО3 узнал и сообщил ФИО2), что и послужило основанием для отстранения ФИО1 от занимаемой должности (протокол № 2 общего собрания участников ООО ПКП «Искра»).

Вместе с тем встречный иск изначально предъявлен 26.08.2021 (т.д. 5, л.д. 17) (уже в ходе рассмотрения дела о взыскании действительной стоимости доли).

При этом ФИО3 подтвердил подписание протокола № 1 от 19.04.2019 (т.д. 1, л.д. 11), в котором ФИО1 был указан в качестве участника общества (в протоколе значится, что присутствовал, помимо ФИО3 и ФИО2, также учредитель ФИО1, аналогичная ссылка об ознакомлении учредителей с указанием данного лица). О фальсификации данного протокола не заявлено.

В связи с чем истцами по встречному иску не доказана конкретная дата (с подтверждением документами), когда им стало известно об обстоятельствах, с которыми закон связывает применение срока исковой давности. В данном случае подлежит применению положение закона относительно того, когда лицо могло узнать, действуя разумно, о нарушении своего права.

ФИО3 указал, что в 2014, 2015 гг. находился по месту регистрации организации, долей в иных обществах не имеет. Кроме того, довод относительно неучастия в хозяйственной деятельности отклоняется судом, так как ФИО3 вместе с ФИО1 являлся поручителем при выдаче обществу займов в 2017 году (т.д. 3, л.д. 110-133). С учетом доверительных отношений ФИО3 и ФИО2 (о чем свидетельствуют, в частности, выдача доверенности, сообщение о юридически значимых обстоятельствах ФИО3 ФИО2, единая согласованная позиция в рамках дела) двум истцам по встречному иску могло быть известно о включении ФИО1 в состав участников.

Истцы по встречному иску указали, что с 2011 года, когда ФИО1 вошел в состав общества, не участвовали в общих собраниях общества (в том числе не инициировали их проведение), не запрашивали информацию о деятельности ООО «Производственно-коммерческого предприятия «Искра».

Согласно статье 50 ГК РФ коммерческие организации, к которым относятся общества с ограниченной ответственностью, преследуют извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности.

Допустимых причин (разумных обоснований), в связи с чем истцами по встречному иску не оспаривалось участие ФИО1 в обществе (не подавалось заявление в суд) на протяжении более 9 лет со дня принятия оспариваемого решения, а также почему не инициировались вопросы проведения общих собраний с обсуждением на них определения основных направлений деятельности общества, обязательного утверждения годовых отчетов и бухгалтерских балансов, имеется ли в обществе прибыль, если имеется - по какой причине она не распределяется между участниками, не приведено. Довод истцов по встречному иску относительно того, что они не интересовались в должной мере деятельностью общества и не контролировали генерального директора ФИО1, занимавшегося хозяйственной деятельностью единолично, не является основанием считать, что срок исковой давности должен исчисляться с указанного ими периода. Представитель ФИО1 указал, что при указанном поведении участников учреждение общества вообще лишено смысла, данное поведение не должно защищаться (противопоставляется сроком исковой давности).

Риск предъявления требований за пределами срока исковой давности возлагается на истцов по встречному иску, так как институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 3 ноября 2006 года № 445-О).

В обществе должны ежегодно проводиться общие собрания, истцы по встречному иску в нарушение статьи 65 АПК РФ не опровергли допустимыми доказательствами заявление ФИО1 о том, что они в любом случае должны были узнать об обстоятельствах изменения состава участников ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» согласно ЕГРЮЛ не позднее апреля 2012 года. Довод о том, что об изменении состава участников ООО «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» стало известно только в ноябре 2019 года и могло быть известно только в этот период отклоняется судом как неподтвержденный материалами дела, так как сведения ЕГРЮЛ являются общедоступными и учитываются фактические обстоятельства настоящего дела, указанные выше.

Также принимается во внимание, что по аналогии применения срока исковой давности о юридически значимых обстоятельствах, произошедших в обществе (совершение сделок с нарушением требований закона и т.п.), считается, что участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении юридически значимого действия более года назад, если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества.

Установленные в законе сроки исковой давности защищают потенциальных ответчиков от просроченных требований и освобождают суды от необходимости выносить решения, основанные на доказательствах, которые со временем приобрели свойства неопределенности и неполноты; право на защиту своих прав в суде было бы скомпрометировано, если бы суды выносили решения, основываясь на неполной в силу истекшего времени доказательственной базе (постановления Европейского Суда по правам человека от 22.06.2000 по делу «Коэм (Coeme) и другие против Бельгии» и от 07.07.2009 «Станьо (Stagno) против Бельгии»).

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В качестве начального момента течения указанного срока законодатель предполагает момент возникновения у лица осведомленности о факте нарушения своего права (потенциальной возможности знания об определенных обстоятельствах).

Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

Одной из разновидностей коммерческих организаций являются хозяйственные общества, которые могут создаваться, в частности, в форме общества с ограниченной ответственностью (пункт 3 статьи 66 ГК Российской Федерации) в целях ведения предпринимательской деятельности. Участники общества с ограниченной ответственностью, приобретая доли в уставном капитале общества и используя свое имущество с целью получения дохода в виде части прибыли от деятельности общества, наделяются определенными правами, позволяющими им участвовать в управлении делами общества, получать информацию о его деятельности, принимать участие в распределении прибыли, получать в случае ликвидации общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость и реализовать другие права, предусмотренные законодательством и учредительными документами общества (пункт 1 статьи 67 ГК Российской Федерации). При этом их собственная деятельность, не являясь в буквальном смысле предпринимательской, относится, тем не менее, к иной не запрещенной законом экономической деятельности, сопряженной с определенными экономическими рисками.

Судом учитывается, что истцы по встречному иску должны были осознавать, что при идентификации себя в качестве участников общества они имели не только права, но и обязанность участвовать в деятельности общества; действуя разумно, добросовестно и осмотрительно, они должны были интересоваться хозяйственной деятельностью общества.

Также суд принимает во внимание следующие противоречивые действия общества и истцов по встречному иску.

Согласно учредительному договору (т.д. 3, л.д. 69) и пункту 29 устава общества 2001 года (т.д. 3, л.д 73, 76) изначально размер уставного капитала составлял 10000,00 руб., оспариваемым решением он был увеличен до 15000,00 руб.; в дальнейшем после выхода ФИО1 из состава участников общества с долей 5000,00 руб., несмотря на то, что истцы по встречному иску и общество, как они заявляют по настоящему делу, считали незаконным увеличение уставного капитала на указанную сумму, доля, ранее принадлежавшая ФИО1, была продана ФИО4 (протокол от 14.04.2020 № 1, т.д. 2, л.д. 44, договор от 14.04.2020, т.д. 2, л.д. 57).

В настоящее время уставный капитал общества согласно ЕГРЮЛ также составляет 15000,00 руб. (то есть с учетом увеличения при принятии ФИО1 в состав участников), общество не восстановило первоначальный размер уставного капитала (10000,00 руб.), а также размеры долей ФИО3 и ФИО2 (по 5000,00 руб.), то есть до того размера, который оно считало соответствующим действительности, а наоборот, распорядилось долей ФИО1 после выхода его из состава участников общества, в результате чего в ЕГРЮЛ закреплен тот размер уставного капитала и порядок распределения долей, который учитывал наличие в обществе 3-х, а не двух участников (данное обстоятельство также подтверждено участниками общества в протоколах общих собраний от 20.12.2019 и 14.04.2020 (т.д. 2, л.д. 44 и 82) с указанием на принадлежность по 1/3 долей у ФИО2, ФИО3 и общества (после перехода доли к обществу в связи с выходом ФИО1).

Кроме того, в материалах регистрационного дела имеется доверенность № 50/213-н/50-2019-8-143, выданная ФИО2 03.12.2019 ФИО3 (т.д. 2, л.д. 81), согласно которой он уполномочивает последнего распоряжаться принадлежащей ему 1/3 долей (а не 50%) в уставном капитале общества. Указанная доверенность была выдана 03.12.2019 - до выхода ФИО1 05.12.2019 из состава участников общества.

В материалах регистрационного дела также имеется заявление ФИО1 о принятии в состав учредителей с выделением доли в размере 1/3 уставного капитала и внесением 5000,00 руб. (соразмерно доле 1/3), квитанция от 15.09.2011 № 29 о внесении данной суммы в кассу предприятия (т.д. 2, л.д. 125, 126). Указанные документы в установленном порядке не оспорены, в связи с чем отклоняются доводы общества относительно отсутствия доказательств и документов по принятию ФИО1 в состав участников общества.

Согласно другой нотариальной доверенности от 03.12.2019 № 50/213-н/50-2019-8-144 ФИО2 уполномочил ФИО3 на представление его интересов. ФИО3 пояснил, что он присутствовал при оформлении ФИО1 05.12.2019 заявления о выходе из состава общества, указанный выход производился с его согласия (а при наличии доверенности от ФИО2 от 03.12.2019 – также с согласия данного лица), так как в обществе, по пояснениям ФИО3, считали в качестве единственно возможного способа разрешения конфликта с ФИО1 его выход из состава участников общества. ФИО3 указал также, что имеет юридическое образование по квалификации «юрист-специалист», что подтверждается дипломом АВС 0255482; довод о том, что данный вариант разрешения конфликта был указан обществу другим юристом, не является основанием для вывода о непротиворечивости поведения, так как в качестве последствия выхода участника из общества пункт 2 статьи 94 ГК РФ указывает обязанность общества выплатить действительную стоимость доли, о чем обществу и его участникам должно было быть известно.

При этом отсутствует юридическое и логическое обоснование согласования выхода из состава участников общества, а не оспаривание вхождения ФИО1 в состав участников, при том, что ФИО3 и ФИО2 считали незаконным изначальное участие ФИО1 В соответствии со статьей 94 ГК РФ и статьей 26 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» выход может быть осуществлен только лицом, имеющим статус участника общества. Кроме того, ФИО3 подтвердил подписание протокола № 1 от 19.04.2019 (т.д. 1, л.д. 11), в котором ФИО1 был указан в качестве участника общества.

Данное противоречивое, непоследовательное поведение также влечет отказ в удовлетворении иска, так как заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В связи с изложенным суд отказывает в удовлетворении требований по встречному иску (в том числе взаимосвязанных - в части аннулирования записи о внесении сведений в ЕГРЮЛ о регистрации от 23.09.2011 изменений).

Действительная стоимость доли ФИО1 в установленный срок не выплачена.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных познаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

В процессе рассмотрения дела от истца по первоначальному иску поступило ходатайство о проведении по делу судебной оценочной экспертизы. В разъяснениях, данных в подпункте «в» пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», указано: при несогласии участника с размером действительной стоимости его доли, определенным обществом, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных сторонами доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

Определением суда от 03.06.2021 по делу назначена судебная оценочная экспертиза. По результатам оценочной экспертизы (заключение экспертов № 31-Э-21-СМК АОК 04, т.д. 4, л.д. 75, оборот) был сделан вывод о действительной стоимости доли ФИО1 в размере 2225791,00 руб.

Указанный метод определения действительной стоимости доли согласуется с законодательством и существующей правоприменительной практикой (Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.10.2008 № 815/08, от 29.09.2009 № 6560/09, определение ВАС РФ от 03.03.2010 № ВАС-2388/10). Исходя из Постановления Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 06.09.2005 № 5261/05, по смыслу пункта 3 статьи 26 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» действительная стоимость доли в уставном капитале общества при выходе его участника определяется с учетом рыночной стоимости недвижимого имущества, отраженного на балансе общества.

После представления заключения по результатам экспертизы возражений относительно стоимости доли с представлением соответствующих доказательств в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено.

Результат экспертизы и действительная стоимость доли не оспариваются, подтверждены в размере 2225791,00 руб., о чем было письменно заявлено участниками процесса в судебном заседании, ходатайств о назначении дополнительной (повторной) экспертизы не представлялось.

Нарушений требований законодательства по результатам экспертизы, которые могли бы поставить под сомнение заключение экспертов, что, в свою очередь, явилось бы основанием для назначения повторной экспертизы, не представлено. Экспертами раскрыты и аргументированы примененные методы, отражена последовательность исследования. Представленное заключение является ясным и полным, принимается в качестве доказательства.

Общество и участники возражали относительно удовлетворения первоначального иска по правовым основаниям (не считая ФИО1 бывшим участником общества), данные возражения отклонены по вышеизложенным основаниям, в связи с чем требование о взыскании действительной стоимости доли в размере 2225791,00 руб. является обоснованным и подлежит удовлетворению.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины и услуг эксперта распределяются в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

50000,00 руб. расходов по оплате услуг эксперта и 5000,00 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, понесенных истцом по первоначальному иску, в том числе в части заявления об обеспечении иска, удовлетворенного судом, относятся на общество.

26129,00 руб. государственной пошлины по делу в связи с увеличением цены иска и с учетом уплаченных обществом 6000,00 руб. по платежному поручению от 26.08.2021 № 245 подлежат взысканию с общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» в доход федерального бюджета в связи с удовлетворением первоначального иска.

В остальной части расходы общества по оплате услуг почерковедческой экспертизы и государственной пошлины истцами по встречному иску подлежат отнесению на данных лиц с учетом результата разрешения спора.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» (ОГРН <***>; ИНН <***>) в пользу ФИО1 2225791,00 руб. действительной стоимости доли, а также 50000,00 руб. расходов по оплате услуг эксперта и 5000,00 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Производственно-коммерческое предприятие «Искра» (ОГРН <***>; ИНН <***>) в доход федерального бюджета 26129,00 руб. государственной пошлины по делу.

Лица, участвующие в деле, вправе обжаловать настоящее решение суда в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию – Двадцатый арбитражный апелляционный суд (г.Тула), в течение двух месяцев после вступления решения суда в законную силу в кассационную инстанцию – Арбитражный суд Центрального округа (г. Калуга) при условии, что решение суда было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Смоленской области.

Судья Д.Е. Яковлев