Решение от 28 октября 2024 г. по делу № А64-1561/2024

Арбитражный суд Тамбовской области

392020, г. Тамбов, ул. Пензенская, д. 67/12

http://tambov.arbitr.ru


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


г. Тамбов

«28» октября 2024 г. Дело № А64-1561/2024


Резолютивная часть решения объявлена 22.10.2024г.

Решение в полном объеме изготовлено 28.10.2024г.


Арбитражный суд Тамбовской области в составе судьи А.В. Прохоровской

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи и системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) помощником судьи Ю.В. Яниной,

рассмотрел в судебном заседании дело по иску

общества c ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ», г. Омск (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ», г. Тамбов (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третьи лица:

1) Управление Федеральной налоговой службы по Тамбовской области, г Тамбов (ОГРН <***>, ИНН <***>),

2) Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент), г.Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>).

об обязании прекратить использование фирменного наименования, схожего до степени смешения с охраняемым товарным знаком, взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак

при участии в судебном заседании

от истца: ФИО1, доверенность от 01.03.2023, диплом;

от ответчика: ФИО2, доверенность от 28.02.2024, диплом.

от третьих лиц: не явились, извещены.

Отводов составу суда не заявлено.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд



УСТАНОВИЛ:

Общество c ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ», г. Омск, обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ», г. Тамбов, с требованиями:

- об обязании прекратить использование фирменного наименования ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ», схожего до степени смешения с охраняемым товарным знаком «АЛМАЗ», в отношении следующих видов экономической деятельности: 86.23 стоматологическая практика;

- об обязании ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» прекратить использование обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком «АЛМАЗ», при оказании стоматологических услуг, удалить обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком «АЛМАЗ», с материалов, которыми сопровождается выполнение работ, оказание стоматологических услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок, интернетресурсов;

- о взыскании с ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» в пользу общества c ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак «АЛМАЗ» в размере 1 500 000 руб., расходов по уплате государственной пошлины в размере 40 000 руб., нотариальных расходов в размере 13 920 руб.

Определением суда от 22.02.2024 исковое заявление общества c ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ», принято к производству Арбитражного суда Тамбовской области, возбуждено производство по делу.

Определением суда от 28.05.2024 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной налоговой службы по Тамбовской области, Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент).

В процессе рассмотрения дела истцом заявлено ходатайство об уточнении исковых требований (письменное заявление от 23.05.2024), согласно которому истец просит:

- обязать ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» прекратить использование фирменного наименования ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ», схожего до степени смешения с охраняемым товарным знаком «АЛМАЗ», в отношении следующих вида экономической деятельности: 86.23 стоматологическая практика;

- обязать ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» прекратить использование обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком «АЛМАЗ», при оказании стоматологических услуг, удалить обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком «АЛМАЗ», с материалов, которыми сопровождается выполнение работ, оказание стоматологических услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок, интернетресурсов;

- взыскать с ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» в пользу ООО «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак «АЛМАЗ» в размере 663984,00 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 28280,00 руб., нотариальных расходов в размере 13920 руб., расходы по оплате оценки в размере 35000,00 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 49 АПК РФ истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Заявленное истцом уточнение исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ судом рассмотрено и принято.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования в уточненном объеме поддержал.

Представитель ответчика исковые требования отклонил.

Третьи лица в заседание суда не явились, о месте и времени его проведения извещены надлежащим образом.

Третьим лицом – Федеральной службой по интеллектуальной собственности (Роспатент) в материалы дела представлен отзыв на иск от 28.06.2024 №30-3264/8, содержащий пояснение относительно регистрации словесного товарного знака «АЛМАЗ» и соответствующих изменений регистрации. Также в представленном отзыве на иск третьим лицом изложено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Третьим лицом - Управлением Федеральной налоговой службы по Тамбовской области в материалы дела представлены пояснения по делу от 27.06.2024 №08-08/29884, в которых изложено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

В соответствии со ст. 123, ст. 156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей третьих лиц.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 19.05.2014 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись №<***> о государственной регистрации юридического лица ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз». Основным видом деятельности истца является стоматологическая практика (код ОКВЭД 86.23).

23.01.2015 Министерством здравоохранения Омской области истцу выдана лицензия №ЛО-55-01-001595 на медицинскую деятельность по оказанию первичной, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной, медико-санитарной помощи по стоматологии в объеме, установленном лицензией. Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения сведения о лицензии внесены в Единый государственный реестр лицензий, регистрационный номер лицензии: ЛО41-01165-55/00296872.

Согласно сведениям из Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации на имя «Бюро-Дизайн «Бона Деа» по заявке №2000727702 с приоритетом от 31.10.2000 Роспатентом 04.11.2002 был зарегистрирован словесный товарный знак «АЛМАЗ» за №226823 в отношении услуг 42 класса МКТУ. Впоследствии на основании заявления правообладателя об изменении наименования в Госреестр и в свидетельство на товарный знак 15.06.2011 были внесены изменения, в соответствии с которыми наименование правообладателя товарного знака по свидетельству №226823 было изменено на ИП ФИО3 (отзыв Роспатента от 28.06.2024 №30-3264/8).

04.03.2015 ИП ФИО3 и ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз» заключили договор об отчуждении права на товарный знак «АЛМАЗ» по свидетельству №226823 в отношении части товаров и услуг, указанных в свидетельстве, а именно услуг 42 класса МКТУ «медицинский, гигиенический и косметический уход, больницы». Федеральной службой по интеллектуальным правам 18.05.2015 в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации внесена запись о выдаче ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз» свидетельства №542276 на товарный знак «АЛМАЗ» приоритет: 31.10.2000, срок действия до 31.10.2020.

12.10.2020 в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации к свидетельству № 542276 внесена запись о продлении срока действия исключительного права на товарный знак, срок действия до 31.10.2030.

Как указано истцом, по результатам мониторинга конкурентного рынка стоматологических услуг на территории Российской Федерации истцу стало известно о нарушении ответчиком исключительного права на товарный знак «АЛМАЗ», принадлежащего истцу.

Ответчик – ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» в качестве юридического лица зарегистрировано 21.02.2014 за ОГРН <***>. Ранее наименованием ответчика являлось – ООО «АЛМАЗ», 23.08.2023 ответчик изменил свое наименование на ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ».

Основным видом деятельности ответчика является стоматологическая практика (код ОКВЭД 86.23).

28.03.2016 Министерством здравоохранения Тамбовской области ответчику выдана лицензия №ЛО-68-01-000909 на осуществление медицинской деятельности, в том числе по оказанию первичной специализированной медико-санитарной помощи в амбулаторных условиях по: организации здравоохранения и общественному здоровью, ортодонтии, стоматологии детской, стоматологии общей практики, стоматологии ортопедической, стоматологии терапевтической, стоматологии хирургической. Сведения о лицензии внесены в Единый государственный реестр лицензий, регистрационный номер лицензии: Л041-01196-68/00304998.

В подтверждение осуществления ответчиком указанного вида деятельности истцом предоставлена финансовая отчетность ответчика об осуществлении экономической деятельности по ОКВЭД2 – 86.23 за период 2019 – 2022 годы, полученная с официального сайта ФНС России, размещенного в сети «Интернет» (Государственный информационный ресурс бухгалтерской (финансовой) отчетности).

Как указано истцом, обозначение «АЛМАZstom», сходное до степени смешения с товарным знаком истца, размещено ответчиком по месту своего нахождения, используется ответчиком при оказании стоматологических услуг.

В подтверждение нарушения исключительных прав истцом представлены: протокол осмотра доказательств от 31.01.2024 (зарегистрирован в реестре нотариуса за №55/247-н/55-2024-1-159), скриншоты страниц сети Интернет по адресам http://www.almaz68.ru/, http://2gis.ru/tambov, http://prodoctorov.ru/tambov, http:// meddoclab.ru/zapis-na-priem/almazstom/35164, https://vk.com/almazstom, https://yandex.ru /maps/-/CPGDaoc.

Расходы истца в связи с осмотром доказательств, проведенным нотариусом, составили 13920,00 руб., что подтверждается справкой нотариуса от 31.01.2024.

24.07.2023 истцом в адрес ответчика направлена досудебная претензия (что подтверждается почтовым чеком от 24.07.2023) с требованиями прекратить незаконное использование товарного знака «АЛМАЗ», выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак «АЛМАЗ», предложение заключить лицензионный договор на неисключительное использование товарного знака, с приложением проекта лицензионного договора.

Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 64409985038523 указанная претензия получена ответчиком 31.07.2023.

После получения претензии 23.08.2023 ответчик - ООО «АЛМАЗ» изменил свое наименование на ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ».

Поскольку направленная ответчику претензия в добровольном порядке в полном объеме не была удовлетворена, ООО «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ» обратилось в суд с рассматриваемым иском (в уточненном объеме).

Ответчик против требований истца возражал по мотивам, изложенным в отзыве и в возражениях на иск, указал, что истцом нарушено исключительное право ответчика на фирменное наименование, поскольку ответчик – ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» (до 23.08.2023 – ООО «Алмаз») зарегистрирован в качестве юридического лица 21.02.2014 и с этой даты приобрел исключительное право на использование своего фирменного наименования, тогда как истец зарегистрирован 19.05.2014, а исключительное право на товарный знак приобретено им только 04.03.2015. Фирменное наименование ответчика определяется его Уставом и пишется: «ООО Стоматология «АлмаЗСтом».

Кроме того ответчик отметил, что истец не может использовать товарный знак «АЛМАЗ», поскольку это слово является общепринятым наименованием. Обозначение ответчика, размещенное на вывеске, визитках, дисконтных картах и других рекламных материалах, представляет собой определенную комбинацию прописных (заглавных), строчных букв русского и латинского алфавитов, выполненных другим шрифтом, с применением наклонов и подчеркиваний, что свидетельствует о наличии различительной способности с товарным знаком истца.

По мнению ответчика, довод истца о сходстве словесных обозначений по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам является необоснованным. Фирменное наименование ответчика содержит не только слова, но и словосочетание «Стоматология «АлмаЗСтом», при этом акцент происходит именно на восприятии слова «стоматология», с которого словосочетание начинается, и в конце словосочетания имеется повторение «Стом».

Также в процессе рассмотрения дела ответчик отметил, что товарный знак истца зарегистрирован в отношении товаров и услуг 42 класса МКТУ «медицинский, гигиенический и косметический уход, больницы», а не 44 класса МКТУ, включающего стоматологические услуги.

Исследовав материалы настоящего дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с ч. 1 ст. 11 ГК РФ арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с рассматриваемым требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права потребовать исполнения определенного обязательства от ответчика, наличия у ответчика обязанности исполнить это обязательство и факта его неисполнения последним.

В соответствии с п. 1 ст. 1225 Гражданского кодекса РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно ст. 1226 Гражданского кодекса РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Согласно ч. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности, средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

На территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (статья 1479 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст. 1481 ГК РФ на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В соответствии со ст. 1482 ГК РФ в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно ч. 1 ст. 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со ст. 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 Кодекса).

В силу ч. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно статье 54 ГК РФ юридическое лицо имеет свое наименование, содержащее указание на организационно-правовую форму, а в случаях, когда законом предусмотрена возможность создания вида юридического лица, указание только на такой вид, требования, к которому устанавливаются названным Кодексом и другими законами. Права на фирменное наименование определяются в соответствии с правилами раздела VII того же Кодекса (пункт 4 статьи 54 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1473 ГК РФ юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица.

Фирменное наименование юридического лица должно содержать указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности (пункт 2 статьи 1473 ГК РФ)

В силу пункта 1 статьи 1474 Кодекса юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети Интернет

Исключительное право на фирменное наименование возникает со дня государственной регистрации юридического лица и прекращается в момент исключения фирменного наименования из ЕГРЮЛ в связи с прекращением юридического лица либо изменением его фирменного наименования.

По смыслу пункта 146 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» фирменное наименование подлежит охране со дня государственной регистрации юридического лица.

В пункте 3 статьи 1474 ГК РФ указано, что не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

Таким образом, в приведенной норме сформулировано три признака противоправности использования другим лицом фирменного наименования правообладателя: во-первых, тождественность используемого другим лицом фирменного наименования фирменному наименованию правообладателя или сходство этих наименований до степени смешения; во-вторых, осуществление данными юридическими лицами аналогичной деятельности; в-третьих, более позднее включение в ЕГРЮЛ фирменного наименования другого лица.

Право на фирменное наименование подлежит защите при установлении совокупности признаков противоправности использования другим лицом фирменного наименования правообладателя.

Согласно абзацу 1 пункта 6 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного или выставочного приоритета средство индивидуализации, которое имеет более ранний приоритет.

Обладатель права на средство индивидуализации с более ранним приоритетом может требовать полного или частичного запрета использования фирменного наименования (пункт 6 статьи 1252 ГК РФ). Под частичным запретом на использование в отношении фирменного наименования понимается запрет на его использование в определенных видах деятельности.

Таким образом, указанная правовая норма предоставляет преимущество возникшему ранее средству индивидуализации, однако, предусматривает исследование вопроса о сходстве двух средств индивидуализации, и возможности введения в заблуждение потребителя и (или) контрагента.

Исходя из приведенных норм права, а также из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на фирменное наименование, товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования фирменного наименования, товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров/услуг для индивидуализации которых, товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров/услуг, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (в том числе и потенциальная возможность введения в заблуждение потребителей либо контрагентов).

В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании товарного знака или сходного с ним обозначения в противном случае он признается нарушителем исключительного права на данное средство индивидуализации и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Принадлежность истцу исключительных прав на товарный знак «АЛМАЗ» по свидетельству на товарный знак №542276, в защиту которых предъявлен настоящий иск, подтверждается материалами дела. Как указано истцом и следует из материалов дела, данный товарный знак активно используется истцом при оказании стоматологических услуг: размещен на вывесках по месту нахождения организации, на материалах и предметах, которыми сопровождается оказание стоматологических услуг, на сайте ООО «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ» (https://zubalmaz.ru).

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» (до 23.08.2023 - ООО «АЛМАЗ») на территории Российской Федерации в качестве юридического лица зарегистрировано 21.02.2014. Между тем спорный товарный знак по свидетельству №542276 имеет дату приоритета – 31.10.2000.

Таким образом, исключительное право истца на товарный знак возникло ранее даты приоритета фирменного наименования ответчика (в том числе с учетом того, что изменения в фирменное наименование ответчика были внесены уже 23.08.2023).

В силу статьи 49 Гражданского кодекса РФ коммерческие организации, за исключением унитарных предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом (кредитных организаций, страховых организаций и общества взаимного страхования, инвестиционных фондов), наделены общей правоспособностью и могут осуществлять любые виды предпринимательской деятельности, не запрещенные законом, в том случае, если в их учредительных документах не содержится исчерпывающий перечень видов деятельности, которыми они вправе заниматься.

Сведения о кодах по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности (ОКВЭД; с 01.01.2016 – ОКВЭД 2), то есть сведения о видах деятельности, которые юридическое лицо предполагает осуществлять, включаются в ЕГРЮЛ (подпункт «п» пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).

Пока не доказано иное, деятельность двух юридических лиц, охватываемая одним подклассом видов экономической деятельности по ОКВЭД, считается аналогичной.

В данном случае ответчик не оспаривает, что ведет деятельность согласно ОКВЭД 86.23 стоматологическая практика, то есть деятельность аналогичную деятельности истца.

Как следует из материалов дела спорный товарный знак зарегистрирован в отношении части услуг 42 класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (медицинский, гигиенический и косметический уход, больницы), в то время как к видам деятельности, в отношении которых в качестве юридического лица зарегистрирован и осуществляет деятельность ответчик, относятся: 86.23 стоматологическая практика, 86.10 деятельность больничных организаций, 86.21 общая врачебная практика, 86.90.9 деятельность в области медицины прочая, не включенная в другие группировки.

При этом, как следует из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 162 постановления Пленума №10, однородность товаров/услуг устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара/услуги представления о принадлежности этих товаров/услуг одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Таким образом, принадлежность услуг, в отношении которых зарегистрирован спорный товарный знак, и услуг, в отношении которого фактически используется тождественное или сходное обозначение, к одному и тому же классу Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков не является определяющим критерием при разрешении вопроса об их однородности.

Принимая же во внимание единство назначения и общность круга потребителей услуг истца и ответчика, суд приходит к выводу об однородности услуг, в отношении которых зарегистрирован спорный товарный знак, и услуг, фактически оказываемых ответчиком.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 23.06.2020 по делу №А12-43505/2018.

Кроме того в представленном в материалы дела дополнении к возражениям на отзыв от 18.10.2024 истец пояснил, что классификация товаров и услуг (МКТУ), предназначенная для целей регистрации знаков, официально признана Соглашением, заключенным 15.06.1957 года странами – участницами Ниццкой дипломатической конференции. МКТУ неоднократно пересматривалась и изменялась.

Согласно статье 2 Соглашения о Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков от 15.06.1957, вступившего в силу для СССР с 26.06.1971 года, факт включения любого наименования в алфавитный перечень никоим образом не затрагивает прав, которые могут существовать на это наименование.

Указанное означает, что принятая классификация не влияет на оценку однородности товаров и услуг. Однородные по своей сути товары могут находиться в разных классах, равно как неоднородные товары могут быть размещены в одном классе. Вывод же об однородности либо неоднородности товаров делается по результатам анализа товаров по признакам их однородности.

Указание в Государственном реестре товарных знаков на 42 класс МКТУ для товарного знака № 542276, принадлежащего истцу, обусловлено следующим.

До 2001 года в МКТУ было 42 класса (действовала седьмая редакция). Согласно данной редакции 42 класс – обеспечение временного проживания; медицинский, гигиенический и косметический уход; ветеринарная и сельскохозяйственная службы; юридическая служба; бани общественные; больницы; бюро похоронные; гостиницы; пансионаты; парикмахерские; уничтожение мусора; ясли детские.

На дату подачи заявки на регистрацию товарного знака (дата приоритета: 31.10.2000) действовала седьмая редакция МКТУ, по которой произведена регистрация товарного знака. В 2015 году, на дату приобретения товарного знака истцом, действовала десятая редакция МКТУ, в которой медицинские услуги были отнесены к другому классу. При этом обязанность при приобретении права на товарный знак внести изменения в свидетельство на товарный знак по причине несоответствия классов МКТУ действующим законодательством Российской Федерации не установлена.

С учетом изложенного соответствующий довод ответчика в обоснование своих возражений (о том, что товарный знак истца зарегистрирован в отношении товаров и услуг 42 класса МКТУ «медицинский, гигиенический и косметический уход, больницы», а не 44 класса МКТУ, включающего стоматологические услуги) подлежит отклонению.

Методические правила, которыми следует руководствоваться при оценке вероятности смешения, закреплены в Приказе Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный институт промышленной собственности» от 20.01.2020 №12 «Об утверждении руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов» (далее – Руководство).

В соответствии с п. 7 Руководства обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При этом необходимо учитывать, что обозначения являются сходными до степени смешения, если одно обозначение воспринимается потребителем за другое или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же обозначении, но полагает, что оба обозначения принадлежат одному и тому же изготовителю.

Вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления, формируемого, в том числе с учетом неохраняемых элементов, которые могут присутствовать в составе заявленного обозначения. При этом формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений, в том числе доминирующих словесных или графических элементов, их композиционного и цветового решения.

Исходя из того, что обозначения могут быть представлены в виде слова, сочетания слов, звуков и т.д., общее впечатление может быть зрительным и/или слуховым. Степень возможного смешения потребителями сравниваемых товарных знаков и обозначений оценивается экспертом при анализе совокупности всех факторов и обстоятельств. Речь может идти о степени сходства товарного знака и обозначений, степени однородности товаров и услуг, известности и репутации товарного знака на рынке, наличии серии товарных знаков (т.е. группы вариантов товарных знаков, объединенных сильным элементом), в соответствующем круге потребителей.

В зависимости от конкретных обстоятельств каждой из факторов или их совокупность могут оказать влияние на вывод о наличии угрозы смешения сравниваемых товарных знаков (обозначений). Например, степень визуального сходства может иметь больший вес в связи с товарами, которые изучаются визуально, в то время как степень фонетического сходства может быть более значимой применительно к товарам и услугам, обычно заказываемым устно.

В выводе о сходстве сравниваемых товарных знаков (заявленного обозначения или товарного знака) до степени смешения также должен учитываться факт наличия однородности товаров и/или услуг, в отношении которых товарные знаки зарегистрированы (заявлены) (см. п. 7.2 главы 2 раздела IV настоящего Руководства).

Согласно пункту 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №10) установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Аналогичная позиция отражена в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, в котором отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения обозначения с товарным знаком учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, Требований к документам, содержащимся в заявке на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака, и прилагаемым к ней документам и их форм, Порядка преобразования заявки на государственную регистрацию коллективного знака в заявку на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания и наоборот, Перечня сведений, указываемых в форме свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), форме свидетельства на коллективный знак, формы свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), формы свидетельства на коллективный знак (утверждены Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 №482) (далее – Правила) обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании наличия близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близости звуков, составляющих обозначения; расположения близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличия совпадающих слогов и их расположения; числа слогов в обозначениях; места совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близости состава гласных; близости состава согласных; характера совпадающих частей обозначений; вхождения одного обозначения в другое; ударения;

2) графическое сходство определяется на основании общего зрительного впечатления; вида шрифта; графического написания с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположения букв по отношению друг к другу; алфавита, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании подобия заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадения одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположности заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в изложенном пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

При определении сходства комбинированных обозначений используются признаки, указанные в пунктах 42 и 43 этих Правил, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

В силу пункта 45 Правил при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки. Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

В пункте 162 Постановления №10 и пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров.

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров. При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака.

При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей, в том числе, от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Обстоятельства, связанные с определением сходства товарных знаков, в защиту исключительных прав на которые обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

Приведенные разъяснения применимы и при установлении вероятности смешения фирменных наименований.

Как установлено судом и не оспаривается лицами, участвующими в деле, полное собственно наименование истца - общество с ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника «Алмаз».

В свою очередь, полное собственно наименование ответчика в настоящее время - общество с ограниченной ответственностью «Стоматология «АлмаЗСтом» (до 23.08.2023 - ООО «АЛМАЗ»). При осуществлении своей экономической деятельности - стоматологическая практика (код ОКВЭД 86.23) ответчик использует обозначение «АЛМАZstom» («АлмаZstom»). Так, указанное обозначение размещено ответчиком по месту своего нахождения (вывеска), используется при оформлении подарочных сертификатов, дисконтных карт, на сайтах в сети Интернет (по адресам http://www.almaz68.ru/, http://2gis.ru/tambov, http://prodoctorov.ru/tambov, http:// meddoclab.ru/zapis-na-priem/almazstom/35164, https://vk.com/almazstom, https://yandex.ru /maps/-/CPGDaoc).

Суд учитывает, что подлежат запрету все действия, способные каким бы ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента (статья 10bis Конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883, участником которой Российская Федерация является с 01.07.1995).

То есть, использование другими лицами тождественного фирменного наименования неправомерно, так как данная степень сходства затрудняет их индивидуализацию при участии в хозяйственном обороте по аналогичным видам деятельности.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Вопрос о сходстве до степени смешения двух словесных обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя.

Полное фирменное наименование ответчика: общество с ограниченной ответственностью «Стоматология «АлмаЗСтом», сокращенное фирменное наименование ответчика на русском языке «ООО «Стоматология «АлмаЗСтом»», где слово «ООО» - обязательная часть фирменного наименования, обозначающая организационно-правовую форму ответчика как юридического лица; слова «Стоматология» и «АлмаЗСтом» произвольная часть фирменного наименования (выполнена на русском языке заглавными и строчными буквами).

Обозначения ответчика «АЛМАZstom», «АлмаZstom» представляют собой обозначения, выполненные из словесных элементов «АЛМАZ» («АлмаZ») и «stom», выполненных шрифтом одновременно в латинице и кириллице (русская транслитерация «АЛМАЗ» и «стом»).

В Методических правилах, закрепленных в Приказе ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 №12, отмечено, что в состав словесных обозначений могут входить как сильные так и слабые элементы. Сильные элементы оригинальны, не носят описательного характера, а к слабым элементам относятся, в частности, неохраняемые обозначения. При экспертизе словесных обозначений необходимо учитывать сходство именно сильных элементов.

Оценив товарный знак «АЛМАЗ» и сокращенное фирменное наименование ответчика - «ООО «Стоматология «АлмаЗСтом», а также обозначения, используемые ответчиком в своей деятельности - «АЛМАZstom», «АлмаZstom», суд приходит к выводу, что словесные элементы произвольной части сокращенного наименования ответчика, а также указанных обозначения, а именно «АлмаЗ», «АЛМАZ», «АлмаZ» полностью совпадают со словесным товарным знаком истца «АЛМАЗ» по звуковым (фонетическим) и смысловым (семантическим) признакам, а также в отношении фирменного наименования ответчика и по графическому признаку.

Слово «АЛМАЗ» («АЛМАZ», «АлмаZ») в словесном элементе «АлмаЗСтом» («АЛМАZstom», «АлмаZstom») занимает начальное положение и полностью воспроизводит товарный знак истца, является наиболее значимым и доминирующим, поскольку занимает главное положение как в слове «АлмаЗСтом», так и в словосочетании «Стоматология «АлмаЗСтом». Иные элементы сокращенного фирменного наименования ответчика, а именно слова «Стоматология» и «stom» являются второстепенными и не оказывают влияния на установление доминирующего значения в произвольной части фирменного наименования ответчика, так как они не обладают различительной способностью и не способны вызвать ассоциации у потребителей с конкретным субъектом. Размещение словесного элемента «АЛМАZ» («АлмаZ), выполненного в слове «АЛМАZstom» («АлмаZstom») более крупным шрифтом в первой части обозначения, поддерживает акцент именно на указанном словесном элементе, вызывает сходные смысловые ассоциации с товарным знаком истца.

Суд соглашается с доводом истца о том, что основную индивидуализирующую функцию в используемом ответчиком обозначении выполняет словесный элемент «AJIMAZ» (АлмаЗ). Именно на нем акцентируется внимание потребителей и именно с него начинается прочтение обозначения, что увеличивает его сильный характер. Размещение словесного элемента «AJIMAZ», выполненного крупным шрифтом, в центральной части обозначения поддерживает акцент именно на указанном словесном элементе, вызывает сходные смысловые ассоциации, что и при восприятии товарного знака истца. Указанный словесный элемент по смысловому (семантическому) и звуковому (фонетическому) признакам схож до степени смешения со словесным товарным знаком истца, состоящим из одного словесного элемента - слова «АЛМАЗ», выполненным заглавными буквами русского алфавита.

Используемое ответчиком обозначение и товарный знак истца включают фонетически и семантически тождественные словесные элементы «AJIMAZ» (АлмаЗ) / «АЛМАЗ». Звуковое (фонетическое) сходство противопоставляемых обозначений обусловлено близостью звуков, составляющих обозначения. Смысловое (семантическое) сходство противопоставляемых обозначений определяется тождественностью значений слов «AJIMAZ» и «АЛМАЗ». Подобие заложенных идей в словесных обозначениях обуславливает их сходство также и по смысловому (семантическому) критерию.

Добавление в обозначении, используемом ответчиком, после словесного элемента «AJIMAZ» («АлмаЗ») части «stom» («Стом») не приводит к образованию иного образа, отличного от образа, формирующегося при восприятии сильных элементов - «AJIMAZ» / «АлмазЗ» сопоставляемых обозначений. Элемент «stom» («Стом») не является устоявшимся выражением; не формирует какой-либо образ при его восприятии; выполнен уменьшенным шрифтом в сравнении со словесным элементом «AJIMAZ», в связи с чем не имеет определяющего значения при восприятии и запоминании обозначения в целом.

Сопоставив произвольную часть фирменного наименования ответчика и обозначения, используемые ответчиком в своей деятельности, с товарным знаком истца в соответствии с фонетическими, семантическими и графическими критериями, учитывая общее впечатление, которое производят сравниваемые обозначения, аналогичность видов деятельности, осуществляемых истцом и ответчиком, суд приходит к выводу о том, что имеется высокая вероятность смешения потребителями этих фирменного наименования и обозначений ответчика с товарным знаком истца, поскольку ассоциируются с ним в целом, несмотря на отдельные отличия.

При этом суд отмечает, что истец и ответчик имеют одинаковую организационно-правовую форму – общество с ограниченной ответственностью, осуществляют идентичный лицензируемый вид деятельности: медицинская деятельность. Основные виды деятельности истца и ответчика аналогичны – стоматологическая практика (код ОКВЭД 86.23). И истец, и ответчик осуществляют указанный вид деятельности на едином товарном рынке России. Оказываемые истцом и ответчиком услуги являются однородными, имеют единое назначение и общность круга потребителей.

При вышеуказанных обстоятельствах суд соглашается с тем, что имеется смешение/угроза смешения товарного знака истца и обозначений, используемых ответчиком.

Доказательств получения от правообладателя (истца) разрешения на использование товарного знака и обозначений, сходных с принадлежащим истцу товарным знаком, ответчиком не представлено.

При этом суд отклоняет довод ответчика о том, что обозначение «алмаз» является общепринятым наименованием и по этой причине не может считаться использованием товарного знака, в силу того, что концепция регистрационной системы товарных знаков подразумевает, что подлежат защите и регистрации только те товарные знаки, которые наделены различительной способностью.

В порядке п.1 ст.1483 ГК РФ, регистрирующий орган проверяет, не является ли заявленное обозначение вошедшим во всеобщее употребление для обозначения товаров определенного вида или общепринятым термином - именем нарицательным.

Принимая во внимание то, что правовая охрана товарного знака истца является действующей, довод о том, что слово «алмаз» является общепринятым термином, общеупотребимым и не подлежит регистрации в качестве товарного знака, признается несостоятельным.

Согласно положениям статьи 1479 ГК РФ на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации, однако это не означает, что правовая охрана товарного знака не распространяется на всю территорию Российской Федерации.

Положения действующего законодательства не ставят в зависимость правомерность защиты интеллектуальных прав и взыскания компенсации за их нарушение от территории использования обозначения, зарегистрированного в качестве фирменного наименования, действие исключительного права распространяется на всю территорию Российской Федерации безоговорочно.

Для признания требования об изменении фирменного наименования обоснованным не нужно определять географические границы.

Факт того, что стороны осуществляют предпринимательскую деятельность на территории разных субъектов Российской Федерации, не свидетельствует о невозможности пересечения интересов сторон в сфере их предпринимательской деятельности.

С учетом изложенного соответствующий довод ответчика суд находит ошибочным и подлежащим отклонению.

Ввиду изложенного судом установлено, что как на момент составления представленного истцом протокола осмотра доказательств от 31.01.2024, так и в настоящее время имеет место нарушение ответчиком исключительных прав истца на товарный знак.

Доказательств, подтверждающих устранение нарушений, указанных истцом и зафиксированных проколом осмотра от 31.01.2024, ответчиком в материалы дела не представлено.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Учитывая факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак, применительно к статьям 12, 1229 и 1252 ГК РФ могут применяться различные способы защиты прав на товарный знак, одним из которых является предъявление требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, в том числе в виде запрета другим лицам использовать товарный знак.

Исходя из буквального толкования предусмотренного пунктом 2 части 1 статьи 1252 ГК РФ способа защиты исключительных прав - пресечение действий по использованию товарного знака, который связан с одним из перечисленных в статье 12 ГК РФ способов защиты прав, а именно - пресечение действий, нарушающих право, следует, что под реализацией этих способов защиты имеется в виду прекращение нарушения, носящего длящийся характер.

Заявленные требования направлены не только на пресечение действий, имевших место до обращения с иском в суд и на момент рассмотрения спора, но и на пресечение действий, нарушающих права правообладателя, создающих угрозу их нарушения в дальнейшем.

Из пункта 152 Постановления Пленума №10 следует, что требование прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности, аналогичных видам деятельности, осуществляемым правообладателем, или изменить фирменное наименование, а также возместить правообладателю причиненные убытки в силу пункта 4 статьи 1474 ГК РФ может заявить только правообладатель.

Требование о прекращении использования фирменного наименования может быть удовлетворено, если нарушение имеет место на момент вынесения судом решения.

При этом выбор способа прекращения нарушения исключительного права - прекращение использования фирменного наименования в отношении конкретных определенных судом видов деятельности или изменение фирменного наименования в силу пункта 4 статьи 1474 ГК РФ (в редакции Федерального закона №5-ФЗ) - принадлежит не истцу, а ответчику. В связи с этим в резолютивной части решения суда, установившего факт нарушения права на фирменное наименование истца, указывается на запрет ответчику осуществлять определенные виды деятельности под определенным фирменным наименованием. Выбор способа исполнения такого решения суда осуществляется ответчиком на стадии исполнения решения суда.

Поскольку факт использования ответчиком в отношении однородных услуг обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, в том числе использования его в фирменном наименовании ответчика, доказан, истец не давал ответчику разрешения на использование принадлежащего ему товарного знака, доказательств, подтверждающих устранение ответчиком выявленных нарушений, не представлено, требования истца об обязании ответчика прекратить использование фирменного наименования ООО «Стоматология «АлмаЗСтом», схожего до степени смешения с охраняемым товарным знаком «АЛМАЗ», в отношении вида экономической деятельности: 86.23 стоматологическая практика и обязании прекратить использование обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком «АЛМАЗ», при оказании стоматологических услуг, удалить обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком «АЛМАЗ», с материалов, которыми сопровождается выполнение работ, оказание стоматологических услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок, интернет ресурсов, подлежат удовлетворению.

Согласно статье 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб (подпункт 3 пункта 1).

В случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как отмечено в пункте 62 Постановления Пленума №10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

В данном случае истцом заявлено требование (с учетом уточнения) о взыскании компенсации в размере 663984,00 руб. на основании п.2 ч.4 ст. 1515 ГК РФ, а именно - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака.

В материалы дела представлено экспертное заключение ООО «Партнеры и консультанты» от 21.05.2024 №11-ИКУ/24, согласно которому расчетная величина лицензионного платежа при текущем использовании объекта оценки (товарный знак №542276 «АЛМАЗ») для ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» (до 23.08.2023 ООО «Алмаз») при реализации продукции (товаров, работ, услуг) за 2021 – 2023 годы составила 331992,00 руб.

Размер исковых требований рассчитан исходя из двукратной стоимости использования товарного знака, определенной по результатам указанной экспертизы.

Применительно к положениям подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ двукратная стоимость права использования товарного знака составляет 663984,00 руб. (331992,00 руб. х 2).

Ответчик возражений относительно способа расчета не представил.

Оснований сомневаться в выводах эксперта у суда не имеется.

Указанное экспертное заключение от 21.05.2024 №11-ИКУ/24 приобщено судом к материалам дела в качестве надлежащего допустимого, относимого доказательства (ст.ст.64, 75 АПК РФ).

Ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы ответчиком не заявлено.

Как следует из позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 №28-П, компенсация по своей природе является штрафной санкцией за незаконное использование исключительных прав другого лица, в связи с чем может превышать размер нанесенного ущерба.

Норма подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, будучи избранной истцом в качестве способа защиты нарушенного права, не предполагает возможности изменения суммы компенсации по усмотрению суда произвольно. Размер компенсации, даже заявленный на основании положений подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, может быть снижен судом, однако такое снижение возможно только при соответствующем обосновании. При этом требование двукратности должно быть соблюдено, поскольку этот коэффициент на законодательном уровне признан соразмерным последствиям нарушения исключительных прав.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 №40-П суды не лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения и тяжелое материальное положение ответчика, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной статьей 1301 ГК РФ величины. При этом с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое.

Документальных доказательств того, что заявленный истцом размер компенсации является чрезмерным, а также документальных доказательств наличия иных оснований для снижения предъявленного истцом к взысканию размера компенсации, ответчиком не представлено.

Ответчик представленный истцом расчет документально не опроверг, иную стоимость правомерного использования спорного товарного знака не обосновал.

В силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности. С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, Гражданский кодекс Российской Федерации предоставляет правообладателю право в случаях, предусмотренных данным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации и освобождает его от доказывания в суде размера причиненных убытков. Размер компенсации, которая подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, как следует из пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом (в том числе статьями 1301, 1311 и 1515), в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости; если же одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. Тем самым приведенное правовое регулирование позволяет взыскивать в пользу лица, чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено, компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему убытков.

Учитывая характер допущенного правонарушения, необходимость сохранения баланса прав и законных интересов сторон, принимая во внимание то, что ответчик допустил нарушение исключительных прав истца, суд приходит к выводу о том, что размер заявленной к взысканию компенсации является разумным и справедливым.

Кроме того, суд учитывает, что компенсация является штрафной мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

Исходя из общих правил доказывания, коррелирующих с принципом состязательности и равноправия сторон (статьи 9, 65 АПК РФ), каждая сторона представляет доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 65 АПК РФ истец доказал факт нарушения ответчиком исключительного права на товарный знак и обоснованность заявленного требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак.

Доводов и доказательств, свидетельствующих о наличии оснований для снижения компенсации ниже низшего предела, установленного законом, ответчиком не заявлено и не представлено. Тогда как, учитывая распределение бремени доказывания обстоятельств по настоящему делу, именно на ответчика относилась обязанность по представлению соответствующих доказательств при рассмотрении спора по существу, чего им сделано не было.

При таких обстоятельствах исковое требование о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак «АЛМАЗ» в размере 663984,00 руб. подлежит удовлетворению.

При этом суд исходит из степени вины нарушителя, принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, в отсутствие доказательств обратного.

Довод о злоупотреблении истцом принадлежащими ему правами на товарный знак отклоняется как необоснованный.

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается. В силу установленной презумпции добросовестности участников гражданского оборота для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу. При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Сами по себе обстоятельства того, что истец обратился за защитой своих исключительных прав, не свидетельствует о недобросовестности лица и злоупотреблении правом. Предъявляя настоящий иск, истец реализовал свое право на судебную защиту в отношении принадлежащему ему товарного знака, который используется при оказании стоматологических услуг. Фактическое использование истцом принадлежащего ему товарного знака при оказании стоматологических услуг подтверждается материалами дела.

В силу ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В соответствии с ч. 2 ст. 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В силу ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле.

Исходя из требований ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Представленные по делу и исследованные судом доказательства и обстоятельства по спору сторон согласно заявленным основаниям, предмету иска суд находит достаточными для разрешения спора по существу.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований.

Истцом также заявлено требование о возмещении судебных расходов: по оплате нотариальных расходов в размере 13920,00 руб., по оплате оценки в размере 35000,00 руб.

В соответствии со ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.

В силу ст. 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В силу ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В соответствии с п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В п. 2 Постановления №1 разъяснено, что понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

На основании представленной истцом в материалы дела копии протокола осмотра доказательств, составленного нотариусом, установлены обстоятельства, имеющие юридическое значение для разрешения настоящего дела.

В силу изложенного, несение истцом расходов, направленных на фиксацию правонарушения в сумме 13920,00 руб., связано с предметом спора по настоящему делу, отвечает установленным статьей 106 АПК РФ критериям судебных издержек и подлежит взысканию с ответчика. Факт несения данных расходов документально подтвержден.

Истцом также заявлено требование о взыскании судебных расходов на оплату оценки в размере 35000,00 руб., результатом которой явилось экспертное заключение ООО «Партнеры и консультанты» от 21.05.2024 №11-ИКУ/24.

В качестве доказательств понесенных расходов на оплату услуг оценки по договору от 16.05.2024 №11-ИКУ истцом представлены счет от 16.05.2024 №8500, платежное поручение от 23.05.2024 №59 на сумму 35000,00 руб.

Заявленные истцом судебные издержки в сумме 35000,00 руб. с учетом особенностей настоящего дела и его фактических обстоятельств, по мнению суда, понесены в связи с рассмотрением данного дела, документально подтверждены и подлежат отнесению на ответчика.

В соответствии со статьями 110, 112 АПК РФ расходы по государственной пошлине в размере 28280,00 руб. следует отнести на ответчика (с учетом заявленного истцом уточнения исковых требований, исходя из размера и количества заявленных требований). Государственную пошлину в размере 11720,00 руб. возвратить истцу как излишне уплаченную.

Руководствуясь статьями 49, 102, 110, 112, 167-170, 174 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд


РЕШИЛ:

Обязать общество с ограниченной ответственностью «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» г. Тамбов (ОГРН <***>, ИНН <***>) прекратить использование фирменного наименования ООО «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» (ООО «Стоматология «АлмаЗСтом»), схожего до степени смешения с охраняемым товарным знаком «АЛМАЗ», в отношении следующего вида экономической деятельности: 86.23 стоматологическая практика.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» г. Тамбов (ОГРН <***>, ИНН <***>) прекратить использование обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком «АЛМАЗ», при оказании стоматологических услуг, удалить обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком «АЛМАЗ», с материалов, которыми сопровождается выполнение работ, оказание стоматологических услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок, интернет ресурсов.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СТОМАТОЛОГИЯ «АЛМАЗСТОМ» г. Тамбов (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ООО «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак «АЛМАЗ» в размере 663984,00 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 28280,00 руб., расходы на оплату услуг нотариуса размере 13920,00 руб., расходы по оплате оценки в размере 35000,00 руб.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу.

Истцу произвести из федерального бюджета возврат государственной пошлины в сумме 11720,00 руб., выдать справку.

Решение арбитражного суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы, решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд, находящийся по адресу: <...>, через Арбитражный суд Тамбовской области.



Судья А.В. Прохоровская