Постановление от 25 декабря 2018 г. по делу № А40-12417/2016

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

26.12.2018

Дело № А40-12417/2016


Резолютивная часть постановления объявлена  19.12.2018

Полный текст постановления изготовлен  26.12.2018


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Голобородько В.Я., Каменецкого Д.В.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего ООО КБ «Эргобанк» в лице ГК «АСВ» - ФИО1, по доверенности от 24 апреля 2018 года;

от АО «ЦКТИА» - ФИО2, по доверенности от 18 июля 2017 года;

рассмотрев 19.12.2018 в судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего ООО КБ «Эргобанк» в лице ГК «АСВ» и АО «ЦКТИА»

на определение от 28 июня 2018 года

Арбитражного суда города Москвы,

принятое судьей Марасановым В.М.,

на постановление от 03 сентября 2018 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Сафроновой М.С., Шведко О.И., Порывкиным П.А.,

по заявлению конкурсного управляющего ООО КБ «Эргобанк» в лице ГК «АСВ» о признании недействительными сделками банковские операции по списанию денежных средств в общем размере 27 445 863 руб. 82 коп. с расчетного счета ЗАО «ЦКТИА», открытого в ООО КБ «Эргобанк», в счет погашения задолженности ЗАО «ЦКТИА» перед ООО КБ «Эргобанк» по кредитным договорам, и применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО КБ «Эргобанк»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 29 февраля 2016 года общество с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Эргобанк» (далее ООО КБ «Эргобанк» или Банк) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную компанию «Агентство по страхованию вкладов» (ГК «АСВ»).

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными сделками  банковские операции по списанию денежных средств в общем размере 27 445 863 руб. 82 коп. с расчетного счета ЗАО «Центральный конструкторско-технологический институт арматуростроения» (ЗАО «ЦКТИА»), открытого в ООО КБ «Эргобанк», в счет погашения задолженности ЗАО «ЦКТИА» перед ООО КБ «Эргобанк» по кредитным договорам, а также о применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 28  июня 2018 года  конкурсному управляющему ООО КБ «Эргобанк» отказано в удовлетворении заявленных требований.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 сентября 2018 года определение Арбитражного суда города Москвы от 28 июня 2018 года изменено, заявление конкурсного управляющего КБ «Эргобанк» (ООО) частично удовлетворено, признаны недействительными сделками банковские операции, совершенные ООО КБ «Эргобанк» с ЗАО «ЦКТИА» по погашению задолженности по кредитным договорам от 19.10.2012 № 92/12-К, от 31.01.2014 № 22/14-К, от 05.02.2014 № <***>, от 17.03.2015 № 19/15-К, от 17.07.2015 № 41/15-К, а именно:

- от 23.12.2015 в размере 108 484, 38 руб. (проценты) по кредитному договору от 17.03.2015 № 19/15-К,

- от 23.12.2015 в размере 72 087, 67 руб. (проценты) по кредитному договору от 05.02.2014 № <***>,

- от 23.12.2015 в размере 7 150 000 руб. (основной долг) по кредитному договору от 05.02.2014 № <***>,

- от 23.12.2015 в размере 10 760 000 руб. (основной долг) по кредитному договору от 17.03.2015 № 19/15-К,

- от 24.12.2015 в размере 69 225, 21 руб. (основной долг) по кредитному договору от 19.10.2012 № 92/12-К

- от 24.12.2015 в размере 1 896 000 руб. (основной долг) по кредитному договору от 17.07.2015 № 41/15-К,

- от 24.12.2015 в размере 6 580 000 руб. (основной долг) по кредитному договору от 19.10.2012 № 92/12-К

- от 30.12.2015 в размере 21 063, 01 руб. (проценты) по кредитному договору от 31.01.2014 № 22/14-К,

- от 11.01.2016 в размере 7 453, 55 руб. (проценты) по кредитному договору от 31.01.2014 № 22/14-К,

- от 11.01.2016 в размере 677 550 руб. (основной долг) по кредитному договору от 31.01.2014 № 22/14-К.

Применены последствия недействительности сделок в виде восстановления права требования КБ «Эргобанк» к ЗАО «ЦКТИА» по обязательствам по кредитным договорам от 19.10.2012 № 92/12-К, от 31.01.2014 № 22/14-К, от 05.02.2014 № <***>, от 17.03.2015 № 19/15-К, от 17.06.2015 № 41/15-К, а также в виде восстановления задолженности КБ «Эргобанк» перед ЗАО «ЦКТИА» в размере 27 445 863 руб. 82 коп.

Кроме того, суд восстановил права ООО КБ «Эргобанк» по следующим обеспечительным сделкам:

- по кредитному договору от 19.10.2012 № 92/12-К по договору поручительства от 16.10.2012 № 92/12-П, заключенному между КБ «Эргобанк» (ООО) и ФИО3,

- по кредитному договору от 31.01.2014 № 22/14-К по договору поручительства от 31.01.2014 № 22/14-П, заключенному между КБ «Эргобанк» (ООО) и ФИО3,

- по кредитному договору от 05.02.2014 № <***> по договору поручительства от 05.02.2014 № 23/14-П, заключенному между КБ «Эргобанк» (ООО) и ООО «ЭнергомашКапитал»,

- по кредитному договору от 17.03.2015 № 19/15-К по договору поручительства от 17.03.2015 № 19/15-П, заключенному между КБ «Эргобанк» (ООО) и ФИО3,

- по кредитному договору от 17.07.2015 № 41/15-К по договору поручительства от 17.07.2015 № 41/15-П, заключенному между КБ «Эргобанк» (ООО) и ФИО3

В части отказа судом первой инстанции в признании недействительной сделки от 18.12.2015 на сумму 104 000 руб. определение оставлено без изменения.

Не согласившись с вышеуказанными судебными актами, конкурсный управляющий должника и АО «ЦКТИА» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых просили определение Арбитражного суда города Москвы от 28 июня 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 декабря 2015 года отменить.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

13 декабря 2018 года в адрес суда от конкурсного управляющего должника поступил отзыв на кассационную жалобу АО «ЦКТИА», который судебной коллегией приобщен к материалам дела в порядке ст. 279 АПК РФ.

Как установлено судами, ООО «КБ «Эргобанк» совершены банковские операции по списанию денежных средств в общем размере 27 445 863 руб. 82 коп. с расчетного счета ЗАО «ЦКТИА» № 40702810400000012293, открытого в ООО КБ «Эргобанк», в счет погашения задолженности ЗАО «ЦКТИА» перед ООО КБ «Эргобанк» по кредитным договорам № <***> от 05.02.2014, № 19 15-К от 17.03.2015, № 41/15-К от 17.06.2015, № 92/12-К от 19.12.2012 и № 22/14-К от 31.01.2014, а именно:

- от 18.12.2015 в размере 104 000 рублей (основной долг) по кредитному договору от 17.06.2015 № 41/15-К,

- от 23.12.2015 в размере 72 087, 67 руб. (проценты) по кредитному договору от 05.02.2014 № <***>,

- от 23.12.2015 в размере 7 150 000 руб. (основной долг) по кредитному договору от 05.02.2014 № <***>,

- от 23.12.2015 в размере 10 760 000 руб. (основной долг) по кредитному договору от 17.03.2015 № 19/15-К,

- от 24.12.2015 в размере 69 225, 21 руб. (основной долг) по кредитному договору от 19.10.2012 № 92/12-К,

- от 24.12.2015 в размере 1 896 000 руб. (основной долг) по кредитному договору от 17.07.2015 № 41/15-К,

- от 24.12.2015 в размере 6 580 000 руб. (основной долг) по кредитному договору от 19.10.2012 № 92/12-К,

- от 30.12.2015 в размере 21 063, 01 руб. (проценты) по кредитному договору от 31.01.2014 № 22/14-К,

- от 11.01.2016 в размере 7 453, 55 руб. (проценты) по кредитному договору от 31.01.2014 № 22/14-К,

- от 11.01.2016 в размере 677 550 руб. (основной долг) по кредитному договору от 31.01.2014 № 22/14-К.

Приказом Банка России от 15 января 2016 года №ОД-88 у ООО КБ «Эргобанк» отозвана лицензия, назначена временная администрация по управлению Банком.

Конкурсный управляющий должника в обоснование заявленных требований указал, что вышеперечисленные банковские операции являются недействительными сделками на основании статьи 61.3, статьи 189.40 Закона о банкротстве, статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку привели к предпочтительному удовлетворению требований ЗАО «ЦКТИА» перед другими кредиторами Банка.

Отказывая конкурсному управляющему в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что оспариваемые сделки совершены сторонами в процессе обычной хозяйственной деятельности, поскольку между АО «ЦКТИА» и ООО «КБ «Эргобанк» существовали длительные правоотношения по кредитным договорам, при этом задолженность по кредитным договорам была погашена ответчиком после поступления на счет денежных средств от контрагентов, как и по ранее исполненным кредитным договорам.

Также суд указал, что конкурсным управляющим должника не представлены надлежащие доказательства, подтверждающие наличие на момент совершения оспариваемых операций картотеки неисполненных платежных поручений иных клиентов Банка, а также пришел к выводу, что АО «ЦКТИА» не является заинтересованным лицом по отношению к Банку.

Суд апелляционной инстанции, изменяя определение суда первой инстанции и удовлетворяя требования конкурсного управляющего в части признания недействительными сделок, совершенных в период с 23 декабря 2015 года по 11 января 2016 года, указал, что на момент совершения оспариваемых операций в Банке имелась картотека неисполненных платежных поручений других клиентов, а также имелись неисполненные требования физических лиц, относящихся к кредиторам первой очереди, в связи с чем оспариваемые сделки не могу быть признаны совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Что касается сделки от 18 декабря 2015 года, то суд апелляционной инстанции указал, что в данной части требований заявителем пропущен срок давности на обращение в суд.


Оспаривая принятые по делу судебные акты в части отказа в признании недействительной сделки от 18 декабря 2014 года, конкурсный управляющий должника указал, что суды не приняли во внимание, что данная сделка оспаривалась, в том числе, на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ, а, следовательно, срок исковой давности в отношении данных требований не пропущен.

По мнению заявителя, суды не приняли во внимание доводы заявителя о злоупотреблении сторонами правом при совершении сделки, поскольку при наличии предписания ЦБ РФ о доформировании резервов на возможные потери по ссудам, Банк необоснованно провел оспариваемые операции, при этом генеральным директором ЗАО «ЦКТИА» являлся ФИО3, под контролем которого находился Банк.

Кроме того, конкурсный управляющий должника сослался на то, что общая сумма оспариваемых сделок составила 27 445 863, 82 руб., однако суд апелляционной инстанции, частично удовлетворяя требования заявителя, указал общий размер подлежащих признанию недействительными сделок также в сумме 27 445 863, 82, хотя требования были удовлетворены частично.

В связи с вышеизложенным конкурсный управляющий должника просил  отменить определение и постановление в части отказа в удовлетворении требований о признании недействительной сделки от 18.12.2015 и принять новый судебный акт об удовлетворении требований в указанной части.

АО «ЦКТИА» просило отменить постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 сентября 2018 года в части удовлетворения заявления конкурсного управляющего и оставить определение Арбитражного суда города Москвы от 28 июня 2018 года в силе.

В обоснование своей кассационной жалобы общество ссылалось на неправомерный вывод суда апелляционной инстанции о выходе сделок за пределы обычной хозяйственной деятельности, поскольку величина оспариваемых платежей по отношению к активам банка составляла значительно менее 1 %, при этом предшествующая практика движения денежных средств по банковскому счету АО «ЦКТИА», по мнению заявителя, свидетельствует о том, что задолженность по кредитам погашалась вскоре после поступления на счет денежных средств от контрагентов, что имеет разумные экономические причины.

Заявитель считает, что оспариваемые сделки совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности как Банка, так и ЗАО «ЦКТИА», при этом, по мнению заявителя, заинтересованность общества по отношению к Банку не доказана.

Общество считает, что совершенные платежи с учетом всего вышеизложенного могли быть оспорены только на основании пункта 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве, однако суд данную норму не применил.

Кроме того, ЗАО «ЦКТИА» указало на то, что в нарушение норм процессуального права стороны обеспечительных сделок – ФИО3 и ООО «ЭнергомаКапитал» были привлечены к участию в деле не в качестве ответчиков, а в качестве третьих лиц.

Представитель конкурсного управляющего должника в судебном заседании поддержал доводы своей кассационной жалобы, против кассационной жалобы АО «ЦКТИА» возражал.

Представитель АО «ЦКТИА» в судебном заседании поддержал доводы своей кассационной жалобы, против кассационной жалобы конкурсного управляющего должника возражал.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, арбитражный суд округа пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Для признания недействительными сделок с предпочтением, заключенных в указанный месячный период подозрительности, не требуется доказывание обстоятельств, касающихся недобросовестности контрагента (пункт 11 Постановления № 63).

Как следует из материалов дела, должником по настоящему делу о банкротстве является кредитная организация.

Особенности признания недействительными сделок кредитной организации установлены статьей 189.40 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 189.40 Закона о банкротстве периоды, в течение которых совершены сделки, которые могут быть признаны недействительными, или возникли обязательства кредитной организации, указанные в статьях 61.2, 61.3 и пункте 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве, исчисляются с даты назначения Банком России временной администрации по управлению кредитной организацией.

Из материалов дела следует, что Приказом Банка России от 15.01.2016 № ОД-87 с 15.01.2016 у ООО КБ «Эргобанк» отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Приказом Банка России от 15.01.2016 № ОД-88 с 15.01.2016 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией - ООО КБ «Эргобанк».

Таким образом, оспариваемые сделки были совершены в течение месяца до отзыва у Банка лицензии, то есть совершены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.3. Закона о банкротстве, и для признания их недействительными достаточно установить факт предпочтительного удовлетворения требований общества перед другими кредиторами Банка.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, пришел к выводу, что оспариваемые платежи свершены в процессе обычной хозяйственной деятельности как Банка, так и клиента.

Согласно п. 5 ст. 189.40 Закона о банкротстве предполагается (пока не доказано иное), что сделка вышла за пределы обычной хозяйственной деятельности при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией через корреспондентский счет (субсчет) с нарушением очередности, установленной Гражданским кодексом Российской Федерации, при наличии других распоряжений клиентов, номинированных в той же валюте и не исполненных в срок из-за недостаточности денежных средств на указанном корреспондентском счете (субсчете) этой кредитной организации, либо если доказано, что клиент, осуществивший оспариваемый платеж, или получатель платежа знал о наличии других таких неисполненных распоряжений по иному корреспондентскому счету (субсчету) этой кредитной организации;

2) клиент или получатель платежа является заинтересованным либо контролирующим лицом по отношению к кредитной организации;

3) назначение либо размер оспариваемого платежа существенно отличается от ранее осуществленных клиентом платежей с учетом его предшествующих отношений с кредитной организацией, и клиент не может представить разумные убедительные обоснования этого платежа, и размер платежа или совокупность платежей клиента, совершенных в течение одного операционного дня, превысили один миллион рублей, а для платежей, совершенных в иностранной валюте, превысили сумму, эквивалентную одному миллиону рублей по курсу Центрального банка Российской Федерации, установленному на дату платежа.

В п. 35.3 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 (ред. от 30.07.2013) разъяснено, что, поскольку указанные в пунктах 35.1 и 35.2 названного постановления сделки (списание кредитной организацией денежных средств со счета клиента в этой кредитной организации в счет погашения задолженности клиента перед кредитной организацией (как на основании распоряжения клиента, так и без него), перечисление кредитной организацией денежных средств со счета клиента в этой кредитной организации на счет этого же или другого лица в другой кредитной организации (как на основании распоряжения клиента, так и без него)) в принципе относятся к обычной хозяйственной деятельности кредитной организации, в силу пункта 2 статьи 61.4 Закона при их оспаривании на основании статьи 61.3 конкурсный управляющий кредитной организации обязан доказать, что соответствующие сделки выходят за пределы такой деятельности.

В качестве таких доказательств могут, в частности, с учетом всех обстоятельств дела рассматриваться сведения о том, что:

а) на момент совершения оспариваемой сделки в отношении кредитной организации регулятором был введен запрет на осуществление соответствующих банковских операций;

б) на момент совершения оспариваемой сделки у кредитной организации имелась картотека неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете;

в) оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией в обход других ожидающих исполнения распоряжений клиентов, которые в это время не могли получить доступ к своим средствам, в том числе перевести их в другие кредитные организации;

г) клиент ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций;

д) клиент перевел средства со вклада досрочно до истечения его срока с потерей значительной суммы процентов при отсутствии разумных экономических причин;

е) оспариваемым платежом клиент исполнил договор поручительства, заключенный незадолго до платежа в обеспечение возникшего существенно ранее долга другого лица перед кредитной организацией.

Кроме того, при оспаривании платежей, указанных в пунктах 35.1 и 35.2 названного постановления, следует также учитывать, насколько обычными они были для клиента.

В силу вышеизложенного следует признать правильным вывод суда апелляционной инстанции о несостоятельности вывода суда первой инстанции о совершении оспариваемых сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности ООО "КБ "Эргобанк" и без нарушения очередности поступивших требований, об отсутствии предпочтительности при удовлетворении требований АО «ЦКТИА».

Суд апелляционной инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о том, что имело место наличие у банка неисполненных обязательств перед клиентами по причине недостаточности денежных средств на корреспондентском счете банка по состоянию на 15-18.12.2015, 21.12.2015 и 22.12.2015, что подтверждено письмом Банка России от 22.12.2015 N Т1-85-1-09/200290ДСП, устанавливающим наличие не исполненных расчетных документов по 246 платежным документам на общую сумму 46 699 773, 50 рублей.

Кроме того, в ходе анализа состава неоплаченных документов было выявлено, что банком не исполнены платежи клиентов, в том числе, бюджетные, с датами от 15-18.12.2015, 21.12.2015.

Перечень неисполненных платежных документов раскрыт в приложении к письму Банка России от 06.02.2018 № Т1-26-3-05/11089ДСП, из которого следует, что по состоянию на 18.12.2015 сумма неисполненных Банком распоряжений составила более 31 000 тыс. руб. При этом остаток денежных средств на корреспондентском счете Банка в Банке России по состоянию на 18 декабря 2015 на начало дня составлял 2714 тыс. руб., на конец дня - 685 тыс. руб.

Судом установлено, что 22.12.2015 в системе бухгалтерского учета банка были открыты счета № 47418 (средства, списанные со счетов клиентов, но не проведенные по корреспондентскому счету кредитной организации из-за недостаточности средств) и № 90904 (не исполненные в срок распоряжения из-за недостаточности денежных средств на корреспондентском счете кредитной организации).

В материалы дела представлен реестр требований кредиторов, подтверждающий наличие кредиторов первой очереди (т. 3, л.д. 129-165).

Из представленной конкурсным управляющим в материалы дела справки от 15.01.2018 (т. 3, л.д. 167) следует, что по состоянию на 22.12.2017 установлены и включены в реестр требований кредиторов требования 403 кредиторов на общую сумму 3 193 755, 76 тыс. руб., в том числе, 361 кредитор первой очереди на общую сумму 3 181 219, 57 тыс. руб., 42 кредитора третьей очереди на общую сумму 12 536, 19 тыс. руб.

При таких обстоятельствах вывод суда апелляционной инстанции о том, что конкурсными управляющим доказано, что на дату каждой из оспариваемых сделок у банка имелись обязательства перед кредиторами, которые не исполнялись по причине недостаточности денежных средств, следует признать правильным и обоснованным и соответствующим представленным в материалы дела доказательствам.

Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что на момент совершения сделок в отношении банка было вынесено два предписания Банка России: от 11.12.2015 Т1-85-1-09/194180ДСП (введен запрет на осуществление ряда банковских операций, в том числе, на привлечение денежных средств физических лиц и индивидуальных предпринимателей, указано на необходимость доформирования РВПС в размере 198 325 тыс. руб.), а также - от 25.12.2015 N Т1-85-1-09/202784ДСП (указано на необходимость доформирования РВПС дополнительно в размере - 499 564 тыс. руб.), однако вместо осуществления действий, которые входили в круг обязанностей добросовестного субъекта хозяйствования, банк осуществлял сделки, направленные на вывод активов кредитной организации.

Суд установил, что источником формирования средств на расчетном счете ООО «ЦКТИА» для осуществления банковских операций от 23-24.12.2015 и 11.01.2016 на счете ООО «ЦКТИА» выступили внутрибанковские операции.

На расчетный счет ООО «ЦКТИА» 23.12.2015 поступили денежные средства в размере 18 000 000 руб. с текущего счета ФИО3 внутрибанковской проводкой, при этом на счет последнего денежные средства также поступили внутрибанковскими проводками. Размер остатка на корреспондентском счете Банка в Банке России № 30102 в указанную дату при этом составлял 131 тыс. руб. на начало дня и 3 761 тыс. руб. на конец дня.

На расчетный счет ООО «ЦКТИА» поступили денежные средства в размере 8 546 000,00 руб. с расчетного счета ООО «Энергомашкапитал» внутрибанковской проводкой, при этом на счет самого ООО «Энергомашкапитал» денежные средства поступили в тот же день с текущего счета ФИО3 также внутрибанковской проводкой. Размер остатка на корреспондентском счете банка в Банке России № 30102 в указанную дату составлял 3 761 тыс. руб. на начало дня и 150 тыс. руб. на конец дня.

На расчетный счет ООО «ЦКТИА» поступили денежные средства в размере 650 000 руб. с текущего счета ФИО3 внутрибанковской проводкой, при этом на счет самого ФИО3 денежные средства также поступили внутрибанковской проводкой со счета № 47416810400000000002.

Таким образом, как правильно указал суд апелляционной инстанции, между оспариваемыми банковскими операциями и теми, на которые указывает в судебном акте суд первой инстанци, имеется значительное отличие: источником формирования средств на счете ООО «ЦКТИА» являлись денежные средства, поступившие в банк в даты, предшествующие дате погашения, из других кредитных организаций (погашение 16.03.2015 в размере 10 760 000 руб. по кредитному договору № <***> от 18.03.2013 произведено за счет денежных средств, поступивших ООО «ЦКТИА» от ООО «Энергомашкапитал» внутрибанковской проводкой, в то же время последний получил их 13.03.2015 от АО «НИАЭП» из Волго-Вятского банка Сбербанка России; погашение 16.07.2015 в размере 2 000 000 руб. по кредитному договору № <***> от 22.07.2014 произведено за счет денежных средств, поступивших ООО «ЦКТИА» также от АО «НИАЭП» также из Волго-Вятского банка Сбербанка России).

Вопреки выводам суда, банковская операция от 25.12.2015 в размере 252 000 руб. по перечислению денежных средств со счета ООО «Корпорация «Дмитровская» на счет ООО «ЦКТИА», послужившая источником формирования средств для последующего погашения кредитной задолженности ООО «ЦКТИА» перед банком, не является источником погашения кредитной задолженности ООО «ЦКТИА», поскольку практически все полученные средства (250 000 руб.) были направлены на оплату основного долга по процентному договору займа от 20.04.2015 на счет ФИО3

Учитывая изложенные обстоятельства, а также наличие картотеки неисполненных платежных поручений, наличие неисполненных требований физических лиц, наличие кредиторов первой очереди, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу, что оспариваемые сделки имеют признаки выхода за пределы обычной хозяйственной деятельности.

Наличие требований других кредиторов достаточно для признания сделки недействительной по п. 1, 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве с учетом позиции, изложенной в п. 6 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 14.04.2009 N 128 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которой клиент является кредитором банка независимо от того, давал ли он банку какие-либо распоряжения о проведении операций по счету.

В Определении от 25.07.2001 N 138-О Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что, отношения банка и его клиента, вытекающие из договора банковского счета и основанные на принципе разумности и добросовестности действий его участников, являются гражданскими правоотношениями, в рамках которых исполнение банком обязательств по зачислению поступающих на счет клиента денежных средств и их перечислению со счета, а также распоряжение клиентом находящимися на его счет денежными средствами, зачисленными банком, в том числе при исполнении собственных обязательств перед клиентом, могут осуществляться лишь при наличии на корреспондентском счете банка необходимых денежных средств.

При таких обстоятельствах выводы суда апелляционной инстанции о признании оспариваемых сделок недействительными соответствует действующему законодательству и представленным в материалы дела доказательствам.

Ссылку заявителя кассационной жалобы на необходимость применения к сложившимся правоотношениям п. 2 ст. 61.4. суд округа не может признать состоятельной, поскольку пунктом 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве (в редакции Закона N 222-ФЗ) установлен специальный критерий недобросовестности, который применяется в отношении кредитных платежей.

Как установлено судами, по требованию о признании недействительной сделки от 18.12.2015 по списанию денежных средств в размере 104 000 руб. в погашение основного долга по кредитному договору от 17.06.2015 № 41/15-К пропущен срок исковой давности, поскольку заявление о признании ее недействительной подано 04.04.2018.

Факт пропуска срока для оспаривания сделки по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, конкурсным управляющим должника не оспаривается.

В обоснование доводов жалобы заявитель сослался на то, что данная сделка оспаривалась также на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ.

Действительно, наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.3 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 N 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 N 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886).

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника не указал,  чем в условиях конкуренции норм о недействительности выявленные пороки сделки выходили за пределы диспозиции статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Фактически квалификация сделок по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет заявителю обойти ограничения, связанные со сроком исковой давности,  поскольку в обоснование требований положены те же обстоятельства, на которые заявитель ссылался как на обстоятельства недействительности сделок на основании ст. 61.3. Закона о банкротстве.

Учитывая вышеизложенное, суд округа полагает, что суды обоснованно отказали в удовлетворении требований в данной части

Что касается довода заявителя о том, что общая сумма оспариваемых сделок составила 27 445 863, 82 руб., однако суд апелляционной инстанции, частично удовлетворяя требования заявителя, указал общий размер подлежащих признанию недействительными сделок также в сумме 27 445 863, 82, хотя требования были удовлетворены частично, то он не может быть признан основанием для отмены судебного акта.

В резолютивной части перечислены признанные недействительными  банковские операции с указанием правильной суммы операций.

То обстоятельство, что итоговая сумма операций указана судом неверно, суд округа расценивает как опечатку, которая может быть устранена в порядке ст. 179 АПК РФ.

Привлечение сторон обеспечительных сделок к участию в деле в качестве третьих лиц не является безусловным основанием для отмены судебных актов с учетом того обстоятельства, что ранее данный довод в судах первой и апелляционной инстанции не заявлялся, стороны обеспечительных сделок были привлечены к участию в деле и не были лишены права защищать свои права и законные интересы.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд апелляционной инстанций правильно определил правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства.

При рассмотрении дела суд выяснил все обстоятельства, имеющие значение для дела, и правильно применили нормы материального и процессуального права, в связи с чем оснований для удовлетворения кассационных жалоб и отмены постановления суда апелляционной инстанции и определения суда первой инстанции в неотмененной части не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд


ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 28 июня 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03 сентября 2018 года по делу № А40-12417/2016 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.


Председательствующий-судья                                     С.А. Закутская


Судьи:                                                                                 В.Я. Голобородько


Д.В. Каменецкий