Определение от 23 декабря 2025 г. АС Сахалинской области

Арбитражный суд Сахалинской области

Коммунистический проспект, 28, <...>

http://kad.arbitr.ru, http://sakhalin.arbitr.ru, тел. <***>, факс <***>,

электронная почта info@sakhalin.arbitr.ru


О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

город Южно-Сахалинск Дело № А59-3762-6/2021 24 декабря 2025 года Резолютивная часть от 10.12.2025.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи Кублицкой Н.В. при ведении протокола судебного заседания секретарем Горбуновой К.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление финансового управляющего ФИО1 о признании недействительной сделки – договора дарения от 03.08.2016, заключенного должником с ФИО2 в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>, применении последствий недействительности сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН <***>),

при участии: до перерыва должника ФИО3, в отсутствие иных участвующих в деле лиц,

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице Управления Федеральной налоговой службы по Сахалинской области обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО3 (далее – должник) несостоятельным (банкротом) и введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина.

Определением суда от 10.09.2021 заявление принято к производству.

Определением суда от 04.12.2021 (резолютивная часть от 24.11.2021) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком до 11 марта 2021 года, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4, член Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство».

Решением суда от 29.04.2022 (резолютивная часть) должник признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации имущества гражданина сроком на четыре месяца - до 29 августа 2022 года. Утвержден финансовым управляющим ФИО4.

Финансовый управляющий ФИО4 обратился с заявлением, в котором просит признать недействительной сделку по отчуждению объектов

недвижимости: жилого помещения, расположенного по адресу: <...> а, кв. 5, площадь 34,7 кв. м, кадастровый номер: 65:05:0000017:164; жилого помещения, расположенного по адресу: <...> а, кв. 10, площадь 74,5 кв. м, кадастровый номер: 65:05:0000017:115;, применить последствия недействительности сделки, возвратив имущество в конкурсную массу; принять обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области совершить регистрационные действия в отношении указанного недвижимого имущества.

Определением суда от 28.11.2022 заявление оставлено без движения.

От финансового управляющего поступило ходатайство, в котором просит признать недействительными сделки:

- договор дарения от 03.08.2016, заключенный должником с ФИО2 по отчуждению жилого помещения, расположенного по адресу: <...>, площадь 74,50 кв. м, кадастровый номер: 65:05:0000017:115;

- договор купли-продажи от 14.04.2017, заключенный должником с ФИО5 по отчуждению жилого помещения, расположенного по адресу: <...>, площадь 37,4 кв. м, кадастровый номер: 65:05:0000017:164;

применить последствия недействительности сделок, возвратив жилые помещения в конкурсную массу.

Определением суда от 26.06.2023 года заявление финансового управляющего ФИО4 об оспаривании сделки должника - договора дарения квартиры от 03.08.2016, заключенного должником с ФИО2, принято к производству суда и назначено к рассмотрению в судебном заседании.

От финансового управляющего поступило ходатайство с пояснениями во исполнение определения суда.

Определением суда от 19.04.2024 судебное разбирательство отложено на 21.05.2024. В порядке статьи 40 АПК РФ с учетом характера спорных правоотношений привлечена к участию в рассмотрении спора в качестве заинтересованного лица супруга должника ФИО6

Определением суда от 30.07.2024 (резолютивная часть по делу, рассматриваемому в упрощенном порядке) ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 13.08.2024 утверждена финансовым управляющим ФИО1, член Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство.

От финансового управляющего поступило ходатайство об уточнении требований, в котором просит признать единой притворной сделкой совокупность сделок: договор дарения от 03.08.2016 между ФИО3 и ФИО2, договор дарения от 22.07.2017 между ФИО2 и ФИО6, применить

последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу жилого помещения, расположенного по адресу: <...>.

От финансового управляющего поступило ходатайство о рассмотрении заявления в ее отсутствие.

Определением суда от 17.09.2025 отложено судебное разбирательство в судебном заседании на 13.11.2025. В порядке статьи 163 АПК РФ в судебном заседании были объявлены перерывы до 10.12.2025.

В судебном заседании до перерыва должник дал объяснения, ответил на вопросы суда, представил для приобщения в материалы дела документы.

Согласно пояснениям должника, бывшей супруги должника спорная квартира была приобретена в 2007 году. Примерно в 2016 году между супругами начались семейные и бытовые проблемы, бывшей супругой было принято решение передать квартиру дочери должника - Шеховской (впоследствии ФИО2) А.С., поскольку денежные средства на ее приобретение были переданы супругой ФИО6, в случае развода должник не мог претендовать на спорную квартиру. На момент передачи квартиры дочери, должник располагал недвижимостью по адресу: <...>. После дарения спорной квартиры должник в квартире не проживал, в 2017 году брак с ФИО6 был расторгнут. В настоящее время спорная квартира является единственной пригодной для проживания бывшей супруги. Должник не имеет в собственности недвижимого имущества, фактически проживает с отцом ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в квартире по адресу: <...>.

После перерыва от должника поступили дополнительные сведения.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заведение не обеспечили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела.

Из материалов дела судом установлено следующее.

Между ФИО3 и ФИО2 заключен договор дарения от 03.08.2016 квартиры, расположенной по адресу: <...>.

Согласно Выписке из ЕГРН в отношении правообладателя ФИО3, 16.08.2016 прекращено право собственности квартиры, расположенной по адресу: <...>.

Между ФИО2 и ФИО6 заключен договор от 22.07.2017 дарения указанной квартиры.

Согласно Выписке из ЕГРН в отношении правообладателя ФИО6, 02.08.2017 зарегистрировано право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <...> (основание договор дарения квартиры 22.07.2017).

Согласно материалам дела адресом регистрации по месту жительства должника и бывшей супруги должника является: <...>.

В материалы дела от должника поступило свидетельство о расторжении брака между ФИО3 и ФИО6 от 17.10.2017.

Финансовым управляющим, с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 АПК РФ, принятого судом к рассмотрению, заявлено о признании недействительной единой притворной сделки (как цепочки взаимосвязанных сделок: договора дарения между должником ФИО3 и дочерью должника ФИО2, между дочерью должника ФИО2 и бывшей супругой должника ФИО6), прикрывающей сделку по отчуждению должником спорной квартиры в пользу бывшей супруги ФИО6

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2022 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В силу пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

Заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

Как предусмотрено в пункте 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве, оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным кодексом.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

В упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12-24106/2014).

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 09.07.2018 № 307-ЭС18-1843 и определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721(4), при оспаривании сделки по отчуждению недвижимого имущества, право собственности на которое подлежит государственной регистрации, датой совершения сделки, которая имеет значение для соотнесения ее с периодом предпочтительности, является момент государственной регистрации.

Дело о банкротстве возбуждено 10.09.2021, оспариваемые сделки совершены 16.08.2016, 02.08.2017, следовательно, за пределами периодов подозрительности, предусмотренных статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При этом наличие либо отсутствие у должника на момент совершения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества не имеет правового значения для признания сделки недействительной в силу ее ничтожности по основаниям, предусмотренным в статье 10 ГК РФ.

Применение статей 10, 170 ГК РФ должно носить резервный и субсидиарный характер. Этот состав недействительности должен применяться только в тех случаях, когда у суда не обнаруживается того или иного специального механизма для защиты от злоупотреблений гражданскими правами.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного статьей 10 ГК РФ, в связи с чем такая сделка должна быть признана недействительной в соответствии со статьями 10 и 168 ГК РФ как нарушающая требования закона.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должен быть установлен умысел обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

Наиболее высокий стандарт доказывания (достоверность за пределами разумных сомнений) применим в ситуациях, когда общие основания для отступления от начального стандарта доказывания дополняется еще и тем, что кредитор аффилирован (формально-юридически или фактически) с должником, а противостоящий им в правоотношении субъект оборота в связи с этим не просто слаб в сборе доказательств, а практически бессилен.

Данный подход согласуется с правовой позицией о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 ГК РФ, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки.

Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику. Согласно пункту 3 названной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Оспариваемая сделка (цепочка сделок) совершена в отношении заинтересованных по отношению к должнику лиц: дочери должника и супруги.

Пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве установлено, что имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным настоящей статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Согласно пункту 2 статьи 244 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) имущество может находиться в общей собственности с определением

доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность). При этом статьями 33, 34 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) установлен законный режим имущества супругов, который состоит в том, что на совместно нажитое ими имущество возникает их совместная собственность. Имущество супругов является общим независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено (пункт 2 статьи 34 СК РФ).

В силу статьи 37 СК РФ имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).

В соответствии с пунктом 1 статьи 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце четвертом пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования, а также вещи индивидуального пользования, за исключением драгоценностей и других предметов роскоши.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Наличие или отсутствие фактических отношений по сделке является юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по делу. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение гражданских прав и обязанностей является достаточным для квалификации сделки как мнимой.

Норма, изложенная в пункте 1 статьи 170 ГК РФ, применяется также в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять фактически или требовать исполнения, а совершают формальные действия, свидетельствующие о порочности воли обеих сторон сделки.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда от 18.10.2012 № 7204/12 по делу № А70-5326/2011, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Действующее законодательство исходит из того, что прикрываемая сделка также может быть признана недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Согласно разъяснениям пунктов 87, 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны

действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворная сделка, в отличие от мнимой, как правило, исполняется реально, но это исполнение отличается по своему содержанию от того, что внешне «прописано» условиями фиктивной сделки: сделка либо имеет иную природу, либо условия сделки на самом деле другие. Условием признания сделки притворной является установление иной природы сделки, направленности воли сторон на достижение иного правового результата, чем кажется из внешнего содержания сделки, или того же правового результата, но на других условиях.

Положения гражданского законодательства о недействительности притворных сделок могут применяться как в связи с притворностью условий сделки (цепочки из нескольких сделок), так и в связи с притворностью субъектного состава участников. В последнем случае правовые последствия, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 ГК РФ, наступают для подлинных участников сделки исходя из действительно сложившихся между ними отношений. Таким образом, притворность субъектного состава сделки, по общему правилу, не отменяет действительность ее условий, не противоречащих существу подлинных отношений сторон и требованиям закона. Это означает, что обязательства по сделке, имеющей притворный субъектный состав, по общему правилу, продолжают подлежать исполнению на тех условиях, которые закреплены в договоре.

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Судебная практика допускает оспаривание цепочки сделок, прикрывающей прямой вывод активов должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве). Так, в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.07.2017 № 305-ЭС15-11230 по делу № А40-125977/2013 сделан вывод, что цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Само по себе осуществление государственной

регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании п. 2 ст. 170 ГК РФ.

При признании судом цепочки сделок притворной как прикрывающей сделку между первым продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием реституционного механизма.

В предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

Законом в отношении притворных сделок предусмотрены последствия в виде применения к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

Наличие родственных связей между дарителем и одаряемым само по себе не свидетельствует о недобросовестности сторон сделки и ее притворности.

При этом из материалов дела не следует, что действительная воля сторон сделки (взаимосвязанных сделок) была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

Кроме того, не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если по результатам применения реституции оно будет защищено исполнительским иммунитетом (пункт 20 Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025).

С учетом изложенного, суд не находит оснований для удовлетворения требований.

Руководствуясь статьями 61.1, 61.8, 61.9, 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 184-187, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛ:

в удовлетворении заявления отказать.

Определение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в течение месяца со дня вынесения.

Судья Н.В. Кублицкая