Решение от 24 марта 2025 г. по делу № А40-308980/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-308980/24-12-2564
г. Москва
25 марта 2025 года.
Резолютивная часть решения объявлена 11 марта 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 25 марта 2025 года


Арбитражный суд в составе:

Председательствующего судьи Чадова А.С.

протокол судебного заседания составлен помощником судьи Кузнецовой Н.А.

рассмотрел в судебном разбирательстве дело по заявлению:

ООО «ВСК» (ИНН <***>)

к ответчику: АО «ГУОВ» (ИНН <***>)

о взыскании упущенной выгоды и убытков в размере 225.925.820 рублей,

в заседании приняли участие: согласно протоколу.

УСТАНОВИЛ:

С учетом уточнения заявленных требований ООО «ВСК» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к Ф АО «ГУОВ»  (далее – ответчик) о взыскании убытков в размере 131.632.026 рублей и расходов на оплату услуг специалиста в сумме 258.000 рублей.

Представитель истца требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика против удовлетворения требований возражал по доводам отзыва.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон, оценив в совокупности представленные доказательства, суд посчитал требование истца не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В обосновании исковых требований истец указывал на то, что в соответствии с условиями договора от 23.12.2016 № 1415187385292090942000000/2016/2-1484 осуществлял поставку, монтаж и пуско-наладку оборудования на объекте в целях выполнения государственного оборонного заказа для нужд Минобороны России.

Вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по обеспечению готовности объекта к поставке и монтажу оборудования, договор был расторгнут на основании вступившего в законную силу решения суда от 09.12.2023 по делу № А40-164459/2023.

Приложением № 1 к Договору № 1415187385292090942000000/2016/2-1484 на поставку, монтаж и пуско-наладку тенто-мобильных укрытий на объект «Зона парка техники и вооружения, казарменная, хозяйственно-складская, учебно-тренировочная зоны военного городка отдельной мотострелковой бригады (горной) и путевого железнодорожного батальона 5 ождбр» Республика Тыва, г. Кызыл, (шифр ВГ-17-БрБ/2) от 23.12.2016 (далее по тексту - Договор) «Спецификация» сторонами согласована поставка, монтаж и пуско-наладка тенто-мобильных укрытий (ТМУ) тип 4 СВ размерами 24x200,96м в количестве 4 штук.

Сторонами стоимость одной единицы ТМУ в Спецификации к Договору определена в размере 86 365 250 рублей (в том числе НДС). Цена Договора согласована Сторонами и составила 345 461 000 рублей (в том числе НДС).

Стоимость двух ТМУ в полной готовности, согласно Спецификации, составляет: 86 365 250 рублей х 2 = 172 730 500 рублей.

Пунктом 3.3. Договора установлено, что цена Договора является твердой и не может изменяться в ходе его исполнения за исключением случаев, установленных Договором.

На момент расторжения Договора истцом переданы ответчику в городе Кызыл на объекте поставки два тенто-мобильных укрытия (ТМУ) с заводскими номерами: №ВСК В24 200,96 0271 и №ВСК В24 200,96 0272, в составе следующих видов работ и оборудования: поставка и монтаж металлоконструкций, поставка и монтаж тентового покрытия с утеплителем, поставка и монтаж воротных систем, поставка и монтаж внутренних инженерных систем без установки части оборудования внутренних инженерных систем и без проведения пуско-наладочных работ внутреннего инженерного оборудования этих двух ТМУ.

Не выполнение истцом пуско-наладочных работ внутреннего инженерного оборудования по Договору по двум поставленным и смонтированным ТМУ обусловлено исключительно виновными действиями ответчика по неисполнению своих встречных обязательств по Договору (отсутствие возможности подключения к системам инженерных коммуникаций по постоянной схеме), что подтверждено вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда города Москвы: от 20.01.2023 по делу №А40-135060/22 и от 09.12.2023 по делу №А40-164459/23.

Заключением специалиста ФИО1 №3/24-025 от 21.10.2024 по определению величины упущенной выгоды и фактических убытков в связи с нарушением заказчиком обязанностей по Договору установлено, что разница между стоимостью затрат, указанных поставщиком и ценой Договора по одной единице ТМУ составляет: 86 365 250 - 83 644 998 = 2 720 252 рублей (абз. 5 стр. 46 Заключения). По двум ТМУ указанный параметр составит сумму 5 440 504 рубля.

Соответственно, определив разницу между стоимостью двух ТМУ по Спецификации к Договору и размером фактических затрат по поставленным и смонтированным двум ТМУ, получим: 172 730 500 - 5 440 504 = 167 289 996 рублей

Определяя размер фактического ущерба, специалист ФИО1 в своем заключении №3/24-025 от 21.10.2024 (абз. 13 стр. 46 Заключения) определил, с учетом полученного аванса в размере 90 000 000 рублей следующую сумму ущерба: 167 289 996 - 90 000 000 = 77 289 996 рублей.

Разрешением на ввод объекта в эксплуатацию № 17-17302000-1789-2020-153 от 16.01.2020, выданным Департаментом строительства Министерства обороны РФ, указанные два отапливаемых хранилища техники введены в эксплуатацию.

Право собственности Российской Федерации на указанные хранилища техники зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимость 10 февраля 2020 года з а№ 17:18:0102012:1029-17/057/2020-1 и№ 17:18:0102012:1031-17/057/2020-1.

Следовательно, поставленные истцом ответчику два тенто-мобильных укрытия (ТМУ) с заводскими номерами №ВСК В24 200,96 0271 и №ВСК В24 200,96 0272 представляют для ответчика потребительскую ценность.

Таким образом, прекращение Договора порождает необходимость соотнесения взаимных предоставлений сторон по этому Договору и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой.

Заключением специалиста ФИО1 №3/24-025 от 21.10.2024 по определению величины упущенной выгоды и фактических убытков в связи с нарушением заказчиком обязанностей по Договору установлено, что размер упущенной выгоды составляет сумму 54 342 030 рублей.

Истец с учетом оснований, изложенных в иске, полагает подлежащими взысканию с ответчика 77 289 996 рублей фактических произведенных истцом расходов до расторжения Договора и 54 342 030 рублей упущенной выгоды, а общая сумма исковых требований составит: 77 289 996 + 54 342 030 = 131 632 026 рублей фактических убытков и упущенной выгоды.

Также истец заявляет к взысканию расходы на оплату услуги специалиста ФИО1 в сумме 258.000 рублей.

В связи с изложенным, истец обратился в суд с требованием о взыскании убытков.

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением/ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

Согласно разъяснениям, данным в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.п.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания гл. 59 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что общим условием деликтной ответственности является наличие состава правонарушения, включающего в себя: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами, вину причинителя вреда, размер причиненного вреда.

Удовлетворение исковых требований возможно при доказанности всей совокупности вышеуказанных условий деликтной ответственности.

Таким образом, из указанных выше норм права следует, что на истце лежало бремя доказывания факта совершения противоправного действия (бездействия), возникновения у потерпевшего убытков (в том числе возникновение убытков в заявленном размере), а также наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими последствиями в виде возникновения убытков.

Возражая по существу заявленных требований, ответчик указал на то, что сумма которая в данном случае квалифицируется истцом как реальный ущерб в размере 77.289.996 рублей, уже была предметом рассмотрения в судебном порядке – вступившим в законную силу решением суда от 30.11.2020 года по делу № А40-87317/2020 в удовлетворении требований истца о взыскании указанной суммы в качестве задолженности за поставленное оборудование было отказано.

Суд в указанном деле установил, что истец поставил ответчику только 2 (два) из 4 (четырех) ТМУ. Пуско-наладочные работы истцом не производились, а ТМУ не были доукомплектованы баллонами пожаротушения, аккумуляторами блоков питания системы пожарно-охранной сигнализации. Кроме того, актом контрольного обмера подтверждена невозможность проведения индивидуальных испытаний инженерных систем. Поскольку пуско-наладочные работы в отношении оборудования не произведены, акт содержит сведения, не соответствующие действительности, и не может подтверждать надлежащее исполнение истцом обязательств по Договору.

Приемо-сдаточная документация на ТМУ, акт от 24.01.2019 и выписки из ЕГРН не являются предусмотренным Договором способом подтверждения исполнения обязанности истца по поставке, монтажу и пуско-наладке оборудования. Кроме того, выписки из ЕГРН не позволяют однозначным образом идентифицировать ТМУ как объекты, в отношении которых был заключен Договор.

Ответчик письмом от 22.05.2020 № 1170/ЦВО уведомил истца об отказе в приемке оборудования по причине невыполнения истцом пуско-наладки оборудования, инструктажа, не предоставления заказчику надлежащим образом оформленных документов на оборудование. Письмом от 16.10.2020 № 2318/ЦВО ответчик уведомил истца о невозможности использовать оборудование по назначению. Также, ответчик направлял в адрес истца иные уведомления об отсутствии оснований для приемки ТМУ (от 09.10.2020 № 2267/ЦВО, от 21.10.2020 № 2351/ЦВО, от 22.10.2020 № 2365/ЦВО).

Суд при этом критически относится к Заключению специалиста № З/24-025, поскольку по сути с учетом уточнения требований истец обратился за взысканием задолженности в части условий договора, регламентирующих монтаж и пуско-наладку оборудования, то есть отношений по выполнению работ, при условии, что вступившим в законную силу судебным актом установлено отсутствие доказательств выполнения таковых.

Стоимость работ, указанная подрядчиком, не соответствует проектно-сметной документации, получившей положительное заключение госэкспертизы Минобороны России и превышает сметный лимит.

В данном случае заявленная сумма в размере 77.289.996 рублей не может быть квалифицирована как убытки, так и как неосновательное обогащение, поскольку подтверждения выполнения встречных обязательств на указанную сумму истцом не представлено.

В соответствии с п. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в силу актом арбитражного суда, не подлежат повторному доказыванию.

Решением от 19.07.2021 года по делу № А40-49630/2021 по вышеуказанному договору с истца была взыскана неустойка за нарушение сроков выполнения обязательств по договору.

После расторжения договора на основании решения суда по делу № А40-164459/2023 истец повторно обратился с иском о взыскании суммы в размере 77.289.996 рублей в качестве задолженности за выполненные работы по договору. Определением от 31.05.2024 года производство по делу было прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ.

Суд принимает довод ответчика о том, что фактически уточнение требований направлено на пересмотр ранее вынесенного решения по делу № А40-87317/2020.

Суд также отмечает, что представленные истцом доказательства не подтверждают факт наличия упущенной выгоды.

Требования Истца о взыскании упущенной выгоды в размере 54.342.060 рублей также является необоснованным, поскольку Истцом не учтены положения специальных норм Закона о контрактной системе.

Требования Истца о взыскании убытков в виде упущенной выгоды - сметной прибыли, заявлены в рамках правоотношений, к которым подлежат применению специальные нормы Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», положениями части 23 статьи 95 которого предусмотрено, что при расторжении контракта в связи с односторонним отказом стороны контракта от исполнения контракта другая сторона контракта вправе потребовать возмещения только фактически понесенного ущерба, непосредственно обусловленного обстоятельствами, являющимися основанием для принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Таким образом, стороне договора исходя из положений Закона № 44-ФЗ, регулирующего спорные правоотношения, не предоставлено право требования возмещения упущенной выгоды с учетом определения понятия «убытки», содержащегося в пункте 2 статьи 15 ГК РФ, то есть неполученных доходов, Которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Рассматриваемая часть 23 статьи 95 ФЗ №44, в системе действующего правового регулирования, в частности во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 400 ГК РФ, предусматривающим, что по отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность), данная норма с учетом вытекающего из Конституции Российской Федерации принципа свободы договора, включая свободу вступления в договорные отношения, не может расцениваться как нарушающая права стороны, в процессе рассмотрения дела которого судом установлена невозможность исполнения государственного контракта в полном объеме каждой из сторон.

Таким образом, на законодательном уровне ответственность субъекта - государственного (муниципального) заказчика ограничена возмещением реального ущерба, причиненного исполнителю договора.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Для наступления ответственности, установленной правилами названной статьи, необходимо наличие состава (совокупности условий) правонарушения, включающего: факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер убытков.

Как правильно указывал ответчик, положения статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации о возмещении убытков, на которых истец основывает свои требования, не применимы к ответчику по данному иску, поскольку отсутствует факт нарушения ответчиком прав истца и, следовательно, отсутствуют причиненные ответчиком убытки (расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права).

Судом установлено, что сумма убытков, в том числе расходов на оплату услуг специалиста, заявлена без документального обоснования, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, является незаконной и необоснованной, а заявленный предмет иска и способ защиты нарушенного права не соответствует основанию иска, обстоятельствам и характеру нарушений его права, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Судом рассмотрены все доводы истца, однако они не могут служить основанием для удовлетворения иска, обратного в материалы дела истцом не представлено.

Согласно требованиям ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Государственная пошлина распределяется в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и возлагается на истца.

С учетом изложенного, на основании ст.ст. 12, 15, 309, 310, 314, 401, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, руководствуясь ст.ст. 110, 123, 167 - 171, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований ООО «ВСК» - отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Волгостальконструкция» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 1.275.503 (один миллион двести семьдесят пять тысяч пятьсот три) руб. 70 коп.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный апелляционный суд в течении одного месяца со даты его принятия.


Судья:                                                                                               А.С.Чадов