Решение от 16 ноября 2020 г. по делу № А75-7088/2020

Арбитражный суд

Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

ул. Мира, д. 27, г. Ханты-Мансийск, 628011, тел. (3467) 95-88-71, сайт http://www.hmao.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А75-7088/2020
16 ноября 2020 г.
г. Ханты-Мансийск


Резолютивная часть решения объявлена 10 ноября 2020 г.

Полный текст решения изготовлен 16 ноября 2020 г.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе судьи Горобчук Н.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Галта» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 350019, <...>, этаж 2) к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 117997, <...>) о взыскании 5 109 574 рублей 74 копеек,

третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, публичное акционерное общество «Нефтяная компания «Роснефть»,

от истца - ФИО2 по доверенности от 27.06.2019,

от ответчика - ФИО3 по доверенности № 7335264-748/20 от 09.01.2020,

от третьего лица - ФИО4 по доверенности от 314.01.2020,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Галта» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с исковым заявлением к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» (далее - ответчик) о взыскании 5 109 574 рублей 74 копеек страхового возмещения по договору страхования № 427-748-014340/18 от 07.03.2018.

Определением от 21.07.2020 арбитражный суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, публичное акционерное общество «Нефтяная компания «Роснефть», судебное заседание было отложено на 01 октября 2020 года в 09 часов 00 минут.

Определением арбитражного суда от 01.10.2020 дата и время судебного заседания изменены на 10 ноября 2020 года в 15 часов 00 минут.

Представители сторон, третьего лица для участия в судебном заседании явились.

В ходе судебного заседания представитель истца доводы и требования искового заявления поддержал.

Представитель ответчика исковые требования не признал по мотивам, изложенным в отзыве на иск.

Третье лицо считает требования истца обоснованными.

Суд, заслушав представителей сторон, третьего лица, исследовав материалы дела, находит исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 07.03.2018 между истцом (страхователь) и ответчиком (страховщик) заключен договор строительно-монтажного страхования и страхования ответственности перед третьими лицами (л.д. 13-19 т. 1, далее - договор страхования).

Наименование объекта: Строительство «Высоконапорный водовод. КНС-6-т.4-к.304», расположенный по адресу: ХМАО-Югра, Правдинское месторождение в соответствии с договором подряда № 100017/0790Д от 11.12.2017, заключенным между страхователем и заказчиком (третье лицо) (пункт 5 договора страхования).

Согласно пункту 6 договора страхования объектом страхования являются имущественные интересы страхователя, связанные с проведением строительно-монтажных и других работ, предусмотренных контрактом, включая строительные материалы, конструкции, установки и монтируемое оборудование, а также материалы и услуги, если таковые предоставляются заказчиком подрядчиком для целей выполнения контрактов в объеме указанном выше и иные расходы, предусмотренные настоящим полисом (раздел 1, материальный ущерб), а также имущественные интересы страхователя и застрахованных лиц, связанные с их обязанностью возместить ущерб, причиненный жизни, здоровью и/или имуществу третьих лиц в связи с осуществлением контрактных работ (раздел 2, ответственность перед третьими лицами).

Общая страховая сумма по разделу 1 (материальный ущерб) 50 525 994 рубля 23 копейки (пункт 8 договора страхования).

Период страхования с 07 марта 2018 года по 30 апреля 2018 года, включая обе даты (пункт 10 договора страхования).

Страховая премия по договору была оплачена истцом ответчику в полном объеме, данное обстоятельство ответчиком не оспаривается.

Как указывает истец, в период действия договора страхования, а именно 11.03.2018 с территории БКПС-6 ЦПД-4 Правдинского месторождения в Нефтеюганском районе совершено хищение труб бесшовных горячедеформированных нефтегазопроводных марки 325*26-1 ЗХФА весом 66 тонн, на общую сумму 5109574,14 рублей.

19.07.2018 истец обратился к страховщику с заявлением о наступлении страхового случая и возмещении ущерба в сумме 5 109 574 рублей 74 копеек (л.д. 26 т. 1).

В связи с тем, что ответчиком страховая выплата не произведена, истец, предварительно направив в адрес страховщика претензию от 21.04.2020, обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить страхователю причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу пункта 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение, в том числе о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

Согласно статье 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю (пункт 2), а страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование (пункт 1).

Пунктами 1 и 2 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком.

Принцип свободы договора закреплен в статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации. Договор может быть заключен на любых, не противоречащих закону условиях.

Пунктом 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

По смыслу приведенных норм права при заключении договора страхования стороны действуют свободно и вправе определить в его условиях либо в правилах страхования события, которые являются страховыми случаями, а также те, которые не являются ими.

Суд полагает, что условия договора страхования на момент наступления страхового случая были регламентированы договором страхования, а также Общими условиями строительно-монтажного страхования, утвержденными приказом ответчика от 26.05.2016 № 186 (далее - Общие условия страхования, л.д. 67-75 т. 1 ).

В соответствии с пунктом 3.3 Общих условий страхования строительно-монтажному страхованию подлежат объекты строительных, монтажных, пуско-наладочных, других работ и услуг в соответствии с заключенными договорами подряда или контрактами, включая строительные материалы, конструкции и монтируемое оборудование.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что похищенные трубы приобретены истцом для производства работ в рамках исполнения договора подряда № 100017/0790Д от 11.12.2017 (пункт 5,6 договора страхования), следовательно, данные материалы включены в состав застрахованного имущества по спорному договору страхования. Данное обстоятельство ответчиком не опровергнуто.

Согласно пункту 4.1. договора страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого заключается договор страхования.

Страховым случаем в соответствии с настоящими Общими условиями страхования является свершившиеся в период действия договора страхования внезапное и непредвиденное событие, не исключенное настоящими Общими условиями или договором страхования, приведшее к гибели, утрате или повреждению указанных в договоре страхования объектов контрактных работ и (или) иного застрахованного имущества, либо приведшее к причинению ущерба иным застрахованным имущественным интересам и повлекшее за собой обязанность Ингосстраха выплатить страховое возмещение.

Из условий договора страхования следует и подтверждено представителем ответчика в судебном заседании, что имущество застраховано страховщиком и на случай кражи имущества.

Факт кражи застрахованного имущества подтверждается материалами уголовного дела и не оспаривается сторонами.

Однако ответчик со ссылкой на статью 1 Аддендума № 1 не считает рассматриваемый случай страховым, поскольку истцом не представлено доказательств, что застрахованное имущество в момент кражи находилось на огороженной территории и под охраной.

Правовая позиция ответчика не может быть принята судом в силу следующего.

Действительно, согласно статье 1 Аддендума № 1, являющегося составной и неотъемлемой частью полиса № 427-748-014340/18, страховщик возместит ущерб от кражи только в том случае, если территория вахтовых поселков и площадок складирования материалов, конструкций и оборудования должным образом огорожена и круглосуточно охраняется, а строительные материалы, оборудование и конструкции, которые в соответствии с рекомендациями приятий-изготовителей должны хранится в закрытых помещениях, в нерабочее время складированы в предназначенных для временного хранения и закрытых на ключ помещениях.

Как уже отмечалось судом, договор страхования заключен истцом относительно работ по строительству объекта: «Высоконапорный водовод. КНС-6-т.4-к.304», расположенный по адресу: ХМАО-Югра, Правдинское месторождение в соответствии с договором подряда № 100017/0790Д от 11.12.2017, заключенным между страхователем и заказчиком (пункт 5 договора страхования).

В соответствии с пунктом 7 договора страхования территория страхования - в пределах территории, отведенной для производства контрактных работ, расположенной по адресу: ХМАО-Югра, Правдинское месторождение.

Застрахованное имущество украдено с территории БКНС-6 ЦППД-4 (цех поддержания пластового давления) Правдинского месторождения в Нефтеюганском районе.

Как пояснили представители истца и третьего лица, указанная территория относится к месту производству работ по договору подряда № 100017/0790Д от 11.12.2017.

Следовательно, застрахованное имущество находилось на территории страхования. Иного из материалов дела не следует и ответчиком не доказано.

В силу пункта 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Данная норма права предоставляет страховщику возможность самостоятельно определить дополнительный по отношению к установленным в пункте 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень существенных условий договора в зависимости от степени их значимости для вероятности наступления страхового случая.

Разработанный страховщиком стандартный бланк заявления на страхование применительно к правилам статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет такое же значение, как и письменный запрос.

При заполнении заявления-опросного листа на строительно-монтажное страхование истец указал, что площадка ограждена и охраняется, охрана застрахованного имущества осуществляется сотрудниками страхователя (пункт 6 л.д. 62-64 т. 1).

Вместе с тем, по мнению суда, согласованное сторонами местонахождение застрахованного имущества в период производства работ (ХМАО-Югра, Правдинское месторождение), принимая во внимание характер производимых работ (строительство высоконапорного водовода), изначально исключало возможность ограждения застрахованной территории.

При этом, как пояснил представитель третьего лица в судебном заседании, территория производства работ представляет собой открытую площадку, не является закрытой территорией, силами собственника не охраняется, по договору подряда истец самостоятельно обязан осуществлять охрану объекта.

Согласно статье 945 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования имущества страховщик вправе произвести осмотр страхуемого имущества, а при необходимости назначить экспертизу в целях установления его действительной стоимости.

В заседании арбитражного суда представитель страховщика сообщил, что при заключении договора страхования осмотр территории не производился, договор охраны застрахованной территории истцом не представлялся и страховщиком не запрашивался.

Между тем, риск последствий заключения договора без соответствующей проверки состояния и условий хранения предмета страхования лежит на страховом обществе. Страховое общество, являющееся в силу статьи 938 Гражданского кодекса Российской Федерации профессиональным участником рынка страховых услуг, имело возможность при получении от страхователя информации об условиях и территории хранения имущества, подлежащего страхованию, выяснить соответствие полученных данных, воспользоваться правом, предусмотренным статьей 945 Кодекса на осмотр условий хранения имущества или на назначение экспертизы. Страховщик, считая себя добросовестным контрагентом при заключении договора страхования с ответчиком, должен был осознавать правовые последствия сделки.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица. Случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договору имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя или выгодоприобретателя могут быть предусмотрены только законом.

Кража является объективно наступившим событием, соответствующим как общему определению страхового случая, данному в названном выше законе, так и определению этого события в качестве страхового в заключенном сторонами договоре.

В рассмотренной ситуации ответчик в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательств, свидетельствующих о совершении страхователем умышленных действий, направленных на наступление страхового случая, и доказательств, подтверждающих наличие оснований, влекущих отказ в выплате страхового возмещения при наступлении страхового случая.

Изменение страхователем условий договора не свидетельствует о ненаступлении страхового случая, а может в силу положений статьи 959 Гражданского кодекса Российской Федерации явиться основанием увеличения страхового риска в период действия договора страхования.

При этом, как следует из статьи 959 Гражданского кодекса Российской Федерации, неисполнение страхователем обязанности в период действия договора имущественного страхования незамедлительно сообщать страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенного повлиять на увеличение страхового риска, не является обстоятельством, исключающим наступление страхового случая либо освобождающим страховщика от выплаты страхового возмещения.

В этом случае страховщик вправе потребовать расторжения договора страхования и возмещения убытков (пункт 3 статьи 959 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Встречный иск о расторжении договора ответчик не предъявлял.

Учитывая вышеизложенное, приведенные ответчиком обстоятельства, указывающие на несоблюдение истца условий заключенного договора относительно охраны застрахованного имущества, не могут служить основанием для отказа в удовлетворении иска.

Кроме того, несвоевременное уведомление страховщика о наступлении страхового случая не является критерием для определения факта наступления страхового случая (установление обстоятельств и причины наступления события) и определения размера страхового возмещения, поскольку в силу пункта 2 статьи 961 Гражданского кодекса Российской Федерации неисполнение страхователем обязанности по своевременному уведомлению страховщика о наступлении страхового случая дает страховщику право отказать в выплате страхового возмещения, если не будет доказано, что отсутствие у страховщика сведений о наступлении страхового случая не могло сказаться на его обязанности выплатить страховое возмещение. Однако таких доказательств в рамках рассматриваемого дела ответчик не представил, в связи с чем основания для отказа в выплате страхового возмещения в силу статьи 961 Гражданского кодекса Российской Федерации у суда отсутствовали.

Оценив представленные в дело доказательства, суд установил факт наступления страхового случая, что является основанием для возмещения страхователю убытков, причиненных ему вследствие наступления данного страхового случая.

Размер ущерба подтвержден представленными в материалы дела товарными накладными, а также материалами уголовного дела по факту кражи, ответчиком посредством представления иных доказательств не оспорен.

Факт предъявления гражданского иска в уголовном деле, возбужденном по факту наступления страхового случая, не имеет правового значения при рассмотрении настоящего спора, поскольку указанные действия страхователя направлены на обеспечение интересов страхователя в случае отказа страховщика от выплаты страхового возмещения. Страхователь не отказывался от своих прав к лицу, ответственному за убытки. Между тем, запрета на переход права требования к лицу, ответственному за убытки, в рамках уголовного дела, законодательство не содержит, а процессуальное правопреемство осуществляется в порядке гражданского судопроизводства. Таким образом, предъявление гражданского иска с целью ускорения взыскания ущерба с последующей заменой взыскателя направлено на обеспечение интересов как страхователя, так и выгодоприобретателя, что исключает квалификацию гражданского иска как делающего невозможным осуществления страховщиком своих прав после перехода к нему прав к лицу, ответственному за убытки (суброгации).

Учитывая, что ответчик размер страхового возмещения не оспорил, не представил доказательств выплаты страхового возмещения либо обстоятельств, освобождающих его от исполнения обязательства по выплате страхового возмещения, суд считает, что требование истца о взыскании с ответчика страхового возмещения в сумме 5 109 574 рублей 74 копеек подлежит удовлетворению.

В соответствии со статьями 101, 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы истца по уплате государственной пошлины относятся судом на ответчика.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 9, 16, 64, 65, 71, 167, 168, 169, 170, 171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

РЕШИЛ:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Галта» удовлетворить.

Взыскать с страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Галта» 5 109 574 рубля 74 копейки - сумму страхового возмещения, а также 48 548 рублей - судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Настоящее решение может быть обжаловано в Восьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в суд кассационной инстанции при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения, вынесенного в виде отдельного судебного акта, на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

СудьяН.А. Горобчук