Постановление от 15 августа 2023 г. по делу № А56-87223/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


15 августа 2023 года

Дело №

А56-87223/2016

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Мирошниченко В.В., Яковца А.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 25.05.2021), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 12.03.2022), от акционерного общества «Таврический банк» ФИО5 (доверенность от 06.12.2022), от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Юпитер» ФИО6 представителя ФИО7 (доверенность от 18.05.2023),

рассмотрев 09.08.2023 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023 по делу № А56-87223/2016,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2016 принято к производству заявление Санкт-Петербургского Коммерческого Банка «Таврический» (открытого акционерного общества; далее - Банк) о признании общества с ограниченной ответственностью «Юпитер», адрес: 195220, Санкт-Петербург, пр. Непокоренных, д. 49, лит. А, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 21.12.2016 заявление кредитора принято к производству, возбуждено производство по делу о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением от 12.04.2017 признано обоснованным заявление Банка о признании Общества несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО8. Требование Банка в размере 348 888 079,81 руб. признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества.

Решением от 09.12.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим Обществом утверждена ФИО8

Определением от 09.10.2019 ФИО8 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом, конкурсным управляющим утверждена ФИО9.

Определением от 03.12.2020 ФИО9 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Обществом, конкурсным управляющим утверждена ФИО10.

Постановлением апелляционного суда от 17.10.2021 ФИО3 и ФИО1 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества и с них солидарно взыскано 364 561 458,80 руб. в конкурсную массу Общества.

ФИО3 и ФИО1 как лица, привлеченные к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, обжаловали определение от 12.04.2017 в апелляционном порядке. В апелляционных жалобах их податели просили названное определение отменить, признать требование Банка установленным и определить, что оно подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Одновременно подателями апелляционных жалоб было заявлено ходатайство о восстановлении процессуального срока на обжалование определения суда первой инстанции от 12.04.2017.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2022 определение от 12.04.2017 в обжалуемой части оставлено без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.11.2022 (с учетом определения Арбитражного суда Северо-Западного округа от 28.12.2022 об исправлении опечатки в судебном акте) определение от 12.04.2017 и постановление от 21.07.2022 отменены в части включения требования Банка в реестр требований кредиторов должника; дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Определением арбитражного суда первой инстанции от 07.02.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023, ходатайства об истребовании, о назначении судебных экспертиз отклонены. Приняты уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). Признаны обоснованными требования Банка к Обществу в сумме 312 810 879 руб., требование включено в реестр требований кредиторов с очередностью удовлетворения в третью очередь.

В кассационных жалобах ФИО3 и ФИО1 , ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просят отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда и принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении требования Банка.

Податели кассационных жалоб указывают, что судами первой и апелляционной инстанций не выполнены указания суда округа, содержащиеся в постановлении от 15.11.2022. Податели жалоб ссылаются на транзитное перечисление денег по кредитному договору. По мнению подателей жалоб, судами не правильно применены положения статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В судебном заседании представители ФИО1 и ФИО3 поддержал доводы, приведенные в кассационных жалобах, а представитель Банка и конкурсного управляющего должником возражали против удовлетворения жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ФИО3 с 06.11.2012 по 14.10.2013, а также с 10.02.2014 до 12.03.2015 являлась генеральным директором Общества, ФИО1 с 13.09.2011 до 15.04.2014, а также с 04.03.2015 до 19.06.2015 - участником Общества.

Банком и Обществом 18.09.2013 заключен кредитный договор от 18.09.2013 № <***> о предоставлении кредита в размере 305 000 000 руб.

В соответствии с разделом 1 договора кредит предоставляется до 19.09.2014 под 8,5% годовых путем перечисления денежных средств на банковский счет заемщика. Заемщик обязуется возвратить кредит, уплатить проценты за пользование им, а также исполнить иные обязательства в порядке, размерах и сроки, установленные в кредитном договоре (раздел 2 договора).

Впоследствии стороны заключали дополнительные соглашения от 01.04.2014 № 1, от 19.09.2014 № 2, от 23.09.2014 № 3, изменяющие порядок уплаты процентов по кредиту и срок его возврата (до 19.09.2015).

На момент заключения кредитного договора супруг единственного участника должника ФИО11 являлся членом совета директоров Банка.

Обязательство по предоставлению Обществу кредита было исполнено Банком 30.09.2013, что подтверждается выпиской по счету № 45206810600007707955 и платежным поручением от 30.09.2013 № 17845; заемщику выдан кредит на общую сумму 305 000 000 руб.

Обществом и Банком 30.09.2013 также был заключен договор уступки прав требования № 49, согласно которому Общество приобрело у Банка права требования к обществу с ограниченной ответственностью «Котласская птицефабрика» (далее - Птицефабрика), в размере 305 000 000 руб. основного долга, 35 118 044,43 руб. процентов, по цене 305 000 000 руб.

От имени Общества договор от 30.09.2013 № 49 подписан генеральным директором ФИО3, его заключение одобрено решением участника должника ФИО1 от 16.09.2013.

Согласно условиям названного договора передаваемые права требования включены в реестр требований кредиторов Птицефабрики, которая признана банкротом решением Арбитражного суда Архангельской области от 26.09.2013 по делу № А05-663/2013.

Передаваемые права требования обеспечены залогом имущества Птицефабрики.

Денежные средства, необходимые для оплаты уступленных прав, привлечены Обществом путем заключения кредитного договора от 18.09.2013 № <***> с Банком, получены Обществом и направлены на оплату договора уступки прав требования от 30.09.2013 № 49.

В обеспечение кредитного договора от 18.09.2013 № <***> Банк заключил с обществом с ограниченной ответственностью «Барион», договор ипотеки от 18.09.2013 № 770/1.

После опубликования отчета об оценке имущества Птицефабрики Общество заключило с Банком еще один договор уступки прав требования от 28.08.2014 № 82, в соответствии с которым приобрело права требования к Птицефабрике в размере 171 000 000 руб.

Неисполнение Обществом обязательств по кредитному договору от 18.09.2013 № <***> явилось основанием для обращения Банка в суд с заявлением о признании Общества банкротом, которое признано судом обоснованным.

Суд первой инстанции пришел к выводам, что материалами дела подтверждено, и заинтересованными лицами не оспаривается, что денежные средства по кредитному договору № <***> от 18.09.2013 были фактически предоставлены Банком Обществу. Совокупность установленных по делу обстоятельств не позволила суду первой инстанции прийти к выводу о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленного требования, либо к понижению его очередности. Суд установил, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что Банк давал какие-либо обязательные указания должнику или его руководителям о заключении каких-либо сделок, из чего следует, что сложившиеся между сторонами правоотношения не могут быть признаны компенсационным финансированием. С учетом погашения части требований за счет реализации предмета залога, суд признал обоснованным требование заявителя в сумме 312 810 879 руб. с очередностью его включения в третью очередь.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 15.11.2022 судебные акты в части включения требования Банка в реестр требований кредиторов должника были отменены. Направив дело в суд первой инстанции на новое рассмотрение, суд округа указал на необходимость проверить доводы привлеченных к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 об аффилированности кредитора-заявителя (Банка) и должника на момент заключения кредитного договора и предоставления должнику кредита, о транзитном характере перечисления денежных средств, о мнимости кредитного договора и о компенсационном финансировании Банком должника.

Вопреки доводам кассационных жалоб, все указания суда округа были исполнены судами первой и апелляционной инстанции при повторном рассмотрении спора.

Судом установлена аффилированность Банка и должника на момент возникновения кредитных отношений.

Между тем, факт аффилированности сам по себе не может являться основанием для отказа в установлении требований кредиторов и самостоятельным основанием для вывода о злоупотреблении правом и применении статьи 10 ГК РФ.

В подтверждение заявленного требования Банком представлены относимые и допустимые доказательства, достаточные для подтверждения исполнения обязательств, вытекающих из заключенного кредитного договора.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Материалами дела подтверждено, и заинтересованными лицами не оспаривается, что денежные средства по кредитному договору от 18.09.2013 № <***> были фактически предоставлены: в материалы дела представлено платежное поручение от 30.09.2013 № 17845, подтверждающее предоставление кредита должнику, а также выписки по счету Общества за период с 30.09.2013 по 28.11.2016 года.

Должник в период с 30.09.2013 по 31.12.2014 исполнял обязательства, принятые на себя по кредитному договору и дополнительным соглашениям, в полном объеме, оплачивал проценты по кредиту.

В материалы дела представлены доказательства заключения кредитного договора, истечения срока кредита, нарушения обязательства вернуть кредит и оплатить проценты, расчет задолженности.

Указанные обстоятельства были также предметом оценки судами трех инстанции при рассмотрении обособленного спора о привлечении ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам Общества перед кредиторами.

ФИО3 и ФИО1, возражая против включения требования Банка в реестр требований кредиторов, сослались на мнимый характер кредитного договора от 18.09.2013 № <***>, в результате заключения которого Банк, под видом выдачи займа перечислил на счет должника, подконтрольного Банку, денежные средства, которые последним не расходовались в собственных предпринимательских целях, а возвратились Банку в счет оплаты по договору уступки права требования неликвидной задолженности Банка.

В обоснование заявленных доводов, ФИО1 и ФИО3 ссылаются на те обстоятельства, что конечным выгодоприобретателем по сделке являлся Банк, поскольку все платежи по кредитному договору были транзитными и произведены Банком и группой его аффилированных лиц, при этом, счет Общества использовался в качестве транзитного.

Между тем, при рассмотрении обособленного спора о привлечении ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам Общества судами установлено следующее.

Банк, выдав кредит должнику, не принимал на себя риски участия в каких-либо проектах, не ставил возврат кредита в зависимость от результатов деятельности должника, который не был ограничен в расходовании кредитных средств; Банк не осуществлял и не мог по условиям договора осуществлять контроль за расходованием кредита, не претендовал на возможное получение прибыли от результатов деятельности должника.

Судом первой инстанции не были установлены обстоятельства, подтверждающие, что предоставленные по договору денежные средства были предварительно изъяты у должника, либо были использованы кредитором за счет перечислений подконтрольным лицам.

С учетом установленных по делу обстоятельств суды мотивированно отклонили доводы о мнимом характере кредитных отношений и о транзитном перечислении денежных средств.

Недобросовестность действий кредитора и(или) корпоративный характер требований так же не нашли объективного подтверждения - подателями жалоб не доказано, что спорные требования были искусственно сформированы для причинения вреда независимым кредиторам.

Из положений Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор от 29.01.2020) следует, что формой компенсационного финансирования должника являются - выдача займа, невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа.

Такое финансирование признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства, только в том случае, если компенсационное финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса.

Следовательно, основанием для субординации требований является одновременное наличие двух обстоятельств: кредитор является контролирующим должника лицом, при этом требование кредитора основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса. Однако, каких-либо доказательств наличия указанных обстоятельств в материалы дела не представлены.

При заключении кредитного договора в 2013 году должник не находился в состоянии объективной неплатежеспособности, у Банка отсутствовали основания полагать, что должник в дальнейшем будет обладать признаками неплатежеспособности, тем более с учетом обеспечения, а также учитывая что должник заключил с Банком еще один договор уступки прав требования от 28.08.2014 № 82, в соответствии с которым приобрел права требования к Птицефабрике в размере 171 000 000 руб. и исполнил указанный договор за счет собственных средств.

Поэтому требование Банка, не может быть понижено в очередности (пункт 3 Обзора от 29.01.2020), а сложившиеся между сторонами правоотношения не могут быть признаны компенсационным финансированием.

Кроме того, в силу пункта 6 статьи 134 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), очередность удовлетворения требований конкурсного кредитора, являющегося кредитной организацией, в отношении которой утвержден план участия Банка России или государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Агентство) в осуществлении мер по предупреждению банкротства банка, не может быть понижена по основаниям, которые возникли до даты утверждения такого плана.

Судом первой инстанции установлено, что в отношении Банка утвержден план участия Агентства в осуществлении мер по предупреждению банкротства Банка. В связи с изданием Приказа Центрального Банка Российской Федерации от 11.02.2015 № ОД-329, функции временной администрации Банка были возложены на Агентство сроком на шесть месяцев. Советом Директоров Банка России 13.03.2015 принято решение по предупреждению процедуры банкротства Банка и введении в отношении Банка процедуры санации. Агентством Банку выделена финансовая помощь. Решением Совета директоров Банка России от 13.03.2015 года утвержден План финансового оздоровления Банка (с учетом внесенных в него изменений, утвержденных решением Совета директоров Банка России от 07.10.2019).

Доказательств того, что санация Банка проводится не за счет средств Банка России согласно утвержденному Плану, а за счет иных источников финансирования в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правильно применил пункт 6 статьи 134 Закона о банкротстве.

Кроме того, как обоснованно заметил апелляционный суд, институт субординации требований направлен, прежде всего, на защиту интересов независимых кредиторов посредством распределения на контролирующих лиц риска банкротства должника. Таким образом, у подателей апелляционных жалоб - учредителя и директора должника, не могло быть подлежащего судебной защите материально-правового интереса в понижении очередности требования Банка. Аналогичный подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2021 № 307-ЭС21-7195(2,3).

При таких обстоятельствах, с учетом погашения части требований за счет реализации предмета залога, суд признает обоснованность требования заявителя в сумме 312 810 879,00 руб. с очередностью его включения в третью очередь.

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены судами правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.02.2023 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2023 по делу № А56-87223/2016 оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО1 и ФИО3 – без удовлетворения.


Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи


В.В. Мирошниченко

А.В. Яковец