Решение от 14 июля 2022 г. по делу № А67-337/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А67-337/2022
г. Томск
14 июля 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 07 июля 2022 года


Арбитражный суд Томской области

в составе судьи А.В. Кузьмина,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ю.Ю. Томм,

при участии:

от истца: без участия (извещен),

от ответчика: без участия (извещен),

рассмотрев в судебном заседании дело № А67-337/2022

по иску Компании «MGA Entertainment Inc.» («МГА Энтертеймент, Инк.») (проспект Уиннетка, 9220, Чатсворт, Калифорния, 91311, Соединенные Штаты Америки)

к обществу с ограниченной ответственностью «Изюминка» (634021, <...>, П01-П10, ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 90 000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Компания «MGA Entertainment Inc.» (далее – Компания) обратилась в Арбитражный суд Томской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Изюминка» (далее – ООО «Изюминка») о взыскании 90 000 рублей, в том числе 15 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 638367, 75 000 рублей компенсации за нарушение авторских прав на произведения изобразительного искусства – изображения 1-003 QUEEN BEE, 2-028 TROUBLEMAKER, G-003 FANCY, G-011 CENTER STAGE, P-013 M.C. HAMMY, а также 88,50 рублей расходов на приобретение контрафактного товара, 507,32 рублей почтовых расходов.

Исковые требования обоснованы статьями 1252, 1259, 1301, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав на зарегистрированный товарный знак и авторских прав на произведения изобразительного искусства.

ООО «Изюминка» представило в соответствии со статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на исковое заявление и дополнения к нему, в которых считало исковые требования Компании не подлежащими удовлетворению. По мнению ответчика, действия истца являются злоупотреблением правом с учетом введения ограничительных мер в отношении Российской Федерации и статуса истца в качестве иностранного юридического лица. Отсутствие в материалах дела доверенности или иного документа, подтверждающего полномочия ФИО1 на подписание претензии от имени истца, в период ее направления в адрес ответчика (в 2019 году), стоит рассматривать как несоблюдение истцом претензионного порядка урегулирования спора. С даты истечения срока действия доверенности, подтверждающей полномочия ФИО1 на подписание претензии от имени истца (с 01.04.2022 года), все документы, направляемые в адрес ФИО1 либо АНО «Красноярск против пиратства» как представителей истца, не могут рассматриваться в качестве подтверждения надлежащего извещения истца о начале судебного разбирательства.

До начала судебного заседания от ответчика поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное невозможностью явки представителя по причине участия его в другом судебном заседании и неизвещением истца о дате судебного заседания.

Ходатайство рассмотрено судом в порядке статей 158, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в его удовлетворении отказано в связи с отсутствием препятствий для продолжения рассмотрения дела по существу, отсутствия доказательств невозможности обеспечения явки другого представителя ответчика, в том числе руководителя организации, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица. Судом установлено, что Компания надлежащим образом извещена о начале судебного разбирательства через своих представителей, находящихся на территории Российской Федерации, которые сообщили суду о возможности рассмотрения дела без участия истца (т. 1, л.д. 140).

Арбитражный суд считает возможным на основании частей 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей сторон, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, доводы искового заявления, отзыва на него и дополнений к ним, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что исковые требования Компании подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, Компания является правообладателем товарного знака № 638367, правовая охрана которому предоставлена в отношении товаров 28 класса МКТУ – игрушки, что подтверждается сведениями из Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (т.1, л.д. 13).

Истцу также принадлежат исключительные авторские права на произведения изобразительного искусства – изображения 1-003 QUEEN BEE, 2-028 TROUBLEMAKER, G-003 FANCY, G-011 CENTER STAGE, P-013 M.C. HAMMY, что подтверждается аффидевитом старшего вице-президента и главного юрисконсульта ФИО2, с проставленным апостилем и нотариально заверенным переводом, а также свидетельством о регистрации авторских прав США № VA 2-049-586, и ответчиком не оспорено (т.1, л.д. 44-75).

26.03.2019 в торговой точке ответчика, расположенной по адресу: <...>, осуществлена реализация товара – игрушки.

Факт розничной продажи указанного товара подтверждается чеком от 26.03.2019, видеозаписью приобретения товара, а также самим товаром (т.1, л.д. 114, 117).

Ссылаясь на нарушение исключительных прав, Компания направила обществу «Изюминка» претензию с требованием выплатить компенсацию (т.1, л.д. 78-79, 80).

ООО «Изюминка» не выразило намерения добровольно урегулировать спор с правообладателем.

Неисполнение ответчиком требований претензии послужило основанием для обращения Компании в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии со статьей 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации правовая охрана предоставляется результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации (интеллектуальная собственность), в том числе произведениям науки, литературы, искусства и товарным знакам.

В силу пункта 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинства и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе, аудиовизуальные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства.

В силу статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В соответствии со статьей 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации.

Согласно пункту 1 статьи 1270, пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение и товарный знак в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительные права на произведение и товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 указанной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение и товарный знак.

Использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности: распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров (подпункт 2 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Наличие у истца исключительных прав на товарный знак № 638367 подтверждено представленными в материалы дела сведениями из Государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации; наличие исключительных авторских прав на произведения изобразительного искусства – изображения 1-003 QUEEN BEE, 2-028 TROUBLEMAKER, G-003 FANCY, G-011 CENTER STAGE, P-013 M.C. HAMMY – подтверждено аффидевитом старшего вице-президента и главного юрисконсульта ФИО2, с проставленным апостилем и нотариально заверенным переводом, а также свидетельством о регистрации авторских прав США № VA 2-049-586, и ответчиком не оспорено.

Факт реализации представленного товара подтверждается кассовым чеком от 26.03.2019, видеозаписью процесса приобретения товара, а также самим товаром, и ответчиком не оспорен.

Как разъяснено в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений, применяемых на товарах истца и ответчика, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

Угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знаков принадлежат одному и тому же предприятию. Такая угроза зависит от нескольких обстоятельств: во-первых, от различительной способности знаков, от сходства противопоставляемых знаков, от оценки однородности обозначенных знаком товаров и услуг.

При сопоставлении товарных знаков с точки зрения их графического и визуального сходства должно быть учтено основное правило, согласно которому вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления). Для признания сходства товарных знаков достаточно уже самой опасности, а не реального смешения товарных знаков в глазах потребителей.

Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. При определении сходства словесных обозначений они сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. При установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному производителю. Для установления однородности товаров принимается во внимание род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товара, круг потребителей и другие признаки.

Обозначение считается тождественным с другим обозначением, если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В судебном заседании судом исследовался спорный товар. На основании представленных в материалы дела доказательств суд пришел к выводу о наличии сходства до степени смешения товарного знака истца с обозначением на реализуемом ответчиком товаре. Судом установлено также использование ответчиком изображений, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства наличия у него прав на использование товарного знака № 638367 и произведений изобразительного искусства – изображений 1-003 QUEEN BEE, 2-028 TROUBLEMAKER, G-003 FANCY, G-011 CENTER STAGE, P-013 M.C. HAMMY, – следует признать, что реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и нарушает принадлежащие ему исключительные права на товарный знак и произведения изобразительного искусства.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Статьей 1301, пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемой по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Размер компенсации в общей сумме 90 000 рублей определен истцом исходя из 15 000 рублей за каждый факт нарушения исключительных прав (за каждый размещенный на товаре объект).

Ходатайство об уменьшении размера компенсации ответчиком в ходе рассмотрения дела не заявлено. Обстоятельства дела не свидетельствуют о том, что заявленная истцом сумма компенсации в размере 90 000 рублей (по 15 000 рублей за каждое нарушение исключительных прав) является явно неразумной и несправедливой, а также что уплата данной суммы объективно невозможна или затруднительна для ответчика, в том числе исходя из его материального положения.

С учетом представленных в материалы дела доказательств, исходя из принципов разумности, справедливости, соразмерности компенсации последствиям допущенных ответчиком нарушений, учитывая характер допущенного правонарушения, вероятные убытки правообладателя, принимая во внимание степень известности товарных знаков и изображений персонажей, неоднократность нарушения ответчиком исключительных прав иных лиц, суд приходит к выводу о разумности и обоснованности заявленного истцом размера компенсации в размере 15 000 рублей за каждое нарушение.

При таких обстоятельствах требования Компании о взыскании с ООО «Изюминка» 90 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак и за нарушение прав на изображения являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Довод ответчика о том, что действия истца по предъявлению настоящего иска являются злоупотреблением права, судом отклонен.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

В силу пункта 3 вышеуказанной статьи, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Кодексом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Кодекса), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов настоящего дела не следует и ответчиком не представлены доказательства злоупотреблением правом со стороны истца.

Тот факт, что местонахождением Компании является иностранное государство, сам по себе не свидетельствует о злоупотреблении истцом правом при подаче искового заявления в целях защиты нарушенных исключительных прав. Указ Президента Российской Федерации от 28.02.2022 № 79, ссылка на который содержится в отзыве ответчика, не содержит норм, регулирующих спорные правоотношения в сфере защиты исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности.

Доводы ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора судом также отклонены.

В направлявшейся ответчику претензии истцом сформулировано требование об уплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, в то время как в исковом заявлении предъявлены также требования об уплате компенсации за нарушение авторских прав на изображения.

Однако, как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 23.12.2015, по смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, части 7 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

ООО «Изюминка» ответ на направленную истцом претензию не представило, содержащиеся в ней требования в установленный срок не исполнило.

В целях содействия сторонам в урегулировании спора судом откладывалось судебное разбирательство для обсуждения возможности заключения мирового соглашения. Ответчиком не представлены доказательства того, что он принял меры к урегулированию спора; после отложения ответчик представил ходатайство, в котором указал на несоблюдение истцом досудебного порядка ввиду отсутствия в материалах дела доверенности, подтверждающей полномочия ФИО1 на подписание претензии, и на необходимость отложения судебного разбирательства ввиду истечения срока действия доверенности, ранее выданной Компанией своим российским представителям, в целях непосредственного извещения Компании о дате судебного заседания.

Таким образом, из поведения ответчика не усматривается намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, требования претензии об уплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак не исполнены ответчиком ни в установленный частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 30-дневный срок, ни в настоящее время, поэтому оставление иска без рассмотрения привело бы к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора и ущемлению прав одной из его сторон.

Тот факт, что в материалах дела отсутствует доверенность или иной документ, подтверждающий полномочия ФИО1 на подписание претензии от имени истца, в период ее направления в адрес ответчика (в 2019 году), не свидетельствует о подписании претензии неуполномоченным лицом.

Так, в целях установления всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения вопроса о соблюдении досудебного порядка, судом исследовались материалы дела № А67-338/2022, находящегося на рассмотрении того же арбитражного суда, материалы которого размещены в информационной базе «Картотека арбитражных дел»; в рамках данного дела судом на обсуждение выносился вопрос о наличии у ФИО1 полномочий на подписании претензии в 2019 году. При изучении данных материалов установлено, что посредством системы «Мой арбитр» юристами, ранее представлявшими интересы Компании на территории Российской Федерации, приобщена доверенность от 12.09.2019, подтверждающая полномочия ФИО1 на подписание претензии от имени Компании в период ее направления в адрес ответчика.

При изучении в судебном заседании сведений информационной системы «Картотека арбитражных дел» судом также установлено, что в 2019 году Компанией неоднократно предъявлялись исковые заявления к иным лицам, допустившим, по ее мнению, нарушение исключительных прав. Интересы Компании в данных делах представлял ФИО1, полномочия которого также подтверждались доверенностью от 12.09.2019 и признавались судами, рассматривающими поданные Компанией исковые заявления (например, дело № А33-35398/2019, электронные материалы которого исследованы в настоящем судебном заседании).

Использование судами материалов электронных дел, размещенных в информационных системах «Мой арбитр», «Картотека арбитражных дел» на официальном сайте арбитражных судов, для правильного и полного установления фактических обстоятельств при рассмотрении конкретных споров и исключения возможности принятия незаконного и необоснованного судебного акта допускается сложившейся судебной практикой (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155, определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 302-ЭС20-10525).

Суждение ответчика о том, что направлявшиеся ранее в адрес российских представителей извещения не могут рассматриваться как надлежащее извещение истца о времени и месте судебного заседания, основаны на неправильном толковании ответчиком норм процессуального права.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 23 «О рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом», по смыслу положений части 2 статьи 253 АПК РФ, пункта 3 статьи 54 ГК РФ, если на территории Российской Федерации находится представитель иностранного лица, уполномоченный на получение извещения о судебном разбирательстве и иных судебных документов, последние направляются в общем порядке, предусмотренном статьями 121, 123 АПК РФ, по адресу такого представителя. В этом случае направление судебных документов по адресу стороны в иностранном государстве не требуется.

При этом согласно части 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном настоящим Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

В соответствии с частью 1 статьи 122, частью 1 статьи 177, частью 1 статьи 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации последующие судебные акты по делу, в том числе финальные, на бумажном носителе участникам арбитражного процесса не направляются, а предоставляются в форме электронного документа, подписанного электронной цифровой подписью судьи, посредством размещения этих судебных актов в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (информационная система «Картотека арбитражных дел») в режиме ограниченного доступа по указанному в определении коду.

Учитывая, что при вынесении определения о принятии искового заявления и возбуждения производства по делу доверенность, подтверждающая полномочия АНО «Красноярск против пиратства» и непосредственно ФИО1 на представление интересов Компании, являлась действующей, Компания считается надлежащим образом извещенной о возбуждении производства по делу. Извещена Компания также и переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства в период действия доверенности, выданной российским представителям. Уполномоченный представитель истца сообщил суду о возможности рассмотрения дела без участия представителей Компании (т. 1, л.д. 140). Направление истцу последующих извещений о дате судебного заседания не являлось обязательным; истец имел возможность и должен был самостоятельно следить за движением дела.

Истцом также заявлено требование о взыскании 88,50 рублей судебных расходов на получение доказательств, 507,32 рублей почтовых расходов.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Перечень судебных издержек, предусмотренный положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является исчерпывающим.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», понесенные истцом расходы в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости и допустимости.

Предметом исковых требований Компании является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которого истец имеет приоритет, и использование ответчиком изображений, исключительные права на которые принадлежат истцу. В связи с изложенным расходы Компании на приобретение представленных вещественных доказательств являются судебными издержками по смыслу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Стоимость товара составила 88,50 рублей, что подтверждается видеозаписью процесса закупки товара, товарным чеком от 26.03.2019.

В подтверждение несения расходов по оплате почтовых услуг в рамках настоящего дела истцом представлены почтовые квитанции на сумму 507,32 рублей (л.д. 116). Данные почтовые расходы признаны судом обоснованными и подлежащими распределению по правилам главы 9 АПК РФ.

В силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы на уплату государственной пошлины, получение доказательств, почтовые расходы по иску относятся на ответчика – ООО «Изюминка».

Руководствуясь статьями 104, 110, 167-171, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Изюминка» в пользу Компании «MGA Entertainment Inc.» 90 000 рублей, в том числе 15 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 638367, 75 000 рублей компенсации за нарушение авторских прав на произведения изобразительного искусства – изображения 1-003 QUEEN BEE, 2-028 TROUBLEMAKER, G-003 FANCY, G-011 CENTER STAGE, P-013 M.C. HAMMY, а также 88 рублей 50 копеек расходов на приобретение контрафактного товара, 507 рублей 32 копейки почтовых расходов, 3 600 рублей судебных расходов на уплату государственной пошлины по иску, всего: 94 195 (девяносто четыре тысячи сто девяносто пять) рублей 82 копейки.

Возвратить Компании «MGA Entertainment Inc.» из федерального бюджета 400 рублей государственной пошлины по иску, уплаченной платежным поручением от 27.01.2020 № 1135.

Вещественное доказательство уничтожить после вступления решения суда в законную силу и истечения срока, установленного для его кассационного обжалования.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.



Судья А.В. Кузьмин