Решение от 26 января 2019 г. по делу № А82-19160/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯРОСЛАВСКОЙ ОБЛАСТИ

150999, г. Ярославль, пр. Ленина, 28 http://yaroslavl.arbitr.ru


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А82-19160/2018
г. Ярославль
26 января 2019 года
Резолютивная часть решения оглашена 15.01.2019.

Арбитражный суд Ярославской области в составе судьи Кашириной Н.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ФИО2

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Ярославской области (ИНН <***>, ОГРН <***>), индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН <***>, ОГРН <***>), общество с ограниченной ответственностью "Дружба - Уют"

3-и лица: общество с ограниченной ответственностью "Нефера", ФИО4, ФИО5, общество с ограниченной ответственностью "Приборы"

о признании недействительными решений ООО "Дружба - Уют" от 27.12.2017, от 29.01.2018,

о признании недействительными записей о внесении в ЕГРЮЛ изменений в сведения о юридическом лице ООО "Дружба - Уют" от 15.01.2018 ГРН № 2187627046286, от 27.02.2018 ГРН № 2187627122989, о признании недействительным решения налогового органа о государственной регистрации указанных изменений,

о признании недействительными договоров уступки прав (требований) от 26.02.2018 № 1 и № 2,

при участии:

от истца – ФИО6, представитель по доверенности от 04.06.2018

от ответчика 1 – не присутствовал

от ответчика 2 - ФИО7, представитель по доверенности от 04.01.2019

от ответчика 3 – ФИО7, представитель по доверенности от 04.01.2019

от третьих лиц - ФИО6, представитель по доверенностям от 20.04.2018, 26.06.2018, 10.07.2017, 26.06.2018



установил:

ФИО2 обратилась в арбитражный суд с иском к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 7 по Ярославской области, индивидуальному предпринимателю ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «Дружба-Уют» о признании недействительным решения единственного участника ООО «Дружба – Уют» от 27.12.2017 о назначении директором ООО «Дружба – Уют» ФИО3, о признании недействительным решения единственного участника ООО «Дружба – Уют» от 29.01.2018 о включении ФИО3 в состав участников ООО «Дружба – Уют», о признании недействительными записей о внесении в ЕГРЮЛ изменений в сведения о юридическом лице ООО «Дружба – Уют» от 15.01.2018 ГРН № 2187627046286, от 27.02.2018 ГРН № 2187627122989, а также о признании недействительным решения налогового органа о государственной регистрации указанных изменений, о признании недействительными договоров уступки прав (требований) от 26.02.2018 № 1 и № 2.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Нефера», ФИО4, ФИО5, общество с ограниченной ответственностью «Приборы».

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования.

Ответчик 1 - межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 7 по Ярославской области надлежащим образом извещена о времени и месте рассмотрения спора, в суд явку своего представителя не обеспечила. В письменном отзыве на иск от 19.11.2018 требования не признала. Пояснила, что заявителем на государственную регистрацию в регистрирующий орган были представлены все необходимые документы, которые проверке регистрирующим органом не подлежали. Основания для отказа в государственной регистрации изменений отсутствовали. Полагает, что истцом пропущен срок на обжалование решений регистрирующего органа.

Ответчики 2 и 3 – ФИО3 и ООО «Дружба-Уют» исковые требования не признали. Пояснили, что утверждения ФИО2 о том, что она под влиянием заблуждения и обмана со стороны ФИО3 подписала решения единственного участника ООО «Дружба-Уют» от 27.12.2017 и 29.01.2018, являются голословными. Договоры уступки права требования №1 и №2 от 26.02.2018, заключенные между ООО «Дружба-Уют» и ИП ФИО3, не нарушают права и законные интересы ФИО2, поскольку ООО «Нефера» и ООО «Приборы» неплатежеспособны. Кроме того, указанные договоры уступки расторгнуты 29.10.2018 по соглашению сторон. Судом задолженность с ООО «Нефера» и ООО «Приборы» взыскивается в пользу ООО «Дружба-Уют».

Представитель третьих лиц (ООО «Нефера», ООО «Приборы», ФИО5, ФИО4) поддержал позицию истца.

В соответствии со ст.156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено без участия ответчика 1 – МРИ ФНС №7 по Ярославской области, надлежащим образом извещенного о времени и месте рассмотрения спора.

В судебном заседании в порядке ст.163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв с 10.01.2019 до 09-30 час 15.01.2019. Информация о перерыве размещена на официальном сайте суда в сети Интернет.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

ООО «Дружба-Уют» зарегистрировано межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №7 по Ярославской области 13.09.2011. Согласно Выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (ЕГРЮЛ) по состоянию на 06.09.2018 участниками общества являются ФИО2 (0,51% доли уставного капитала общества) и ФИО3 (99,49% доли в уставном капитале общества). Единоличным исполнительным органом общества является ФИО3 (дата внесения записи 15.01.2018).

До 2018 года ФИО2 являлась директором и единственным участником ООО «Дружба-Уют».

27.12.2017 единственный участник ООО «Дружба-Уют» ФИО2, которой принадлежит 0,51% доли в уставном капитале общества, приняла решение освободить от занимаемой должности директора ФИО2 и назначить на должность директора ФИО3

Соответствующие изменения зарегистрированы в ЕГРЮЛ 15.01.2018 (ГРН 2187627046286) на основании представленных в регистрирующий орган подлинников документов (решения единственного участника ООО «Дружба-Уют» от 27.12.2017, заявления по форме Р14001 от 29.12.2017).

29.01.2018 единственный участник ООО «Дружба-Уют» ФИО2 приняла решение об отмене решения о реорганизации ООО «Дружба-Уют», расторжении договора о присоединении, поручении директору общества ФИО3 предоставить уведомление (сообщение) об отмене процедуры реорганизации и прилагаемые к нему документы в регистрирующий орган.

Соответствующие изменения зарегистрированы в ЕГРЮЛ 02.02.2018 (ГРН 2187627077867) на основании представленных в регистрирующий орган подлинников документов (решения единственного участника ООО «Дружба-Уют» от 29.01.2018, уведомления по форме Р12003 от 30.01.2018).

29.01.2018 единственный участник ООО «Дружба-Уют» ФИО2 приняла решение продать принадлежащую обществу долю в размере 99,49% уставного капитала, номинальной стоимостью 500 000 руб., ФИО3 за 5 000 руб., поручить директору общества ФИО3 заключить договор продажи доли, принадлежащей обществу, внести соответствующие изменения в сведения об обществе, содержащиеся в ЕГРЮЛ.

29.01.2018 ООО «Дружба-Уют», в лице директора ФИО3, (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Дружба-Уют», размером 99,49% за 5 000 руб.

Соответствующие изменения зарегистрированы в ЕГРЮЛ 27.02.2018 (ГРН 2187627122989) на основании представленных в регистрирующий орган подлинников документов (решения единственного участника ООО «Дружба-Уют» от 29.01.2018, договора купли-продажи от 29.01.2018, заявления по форме Р14001 от 19.02.2018).

26.02.2018 ООО «Дружба-Уют», в лице директора ФИО3, (цедент) и индивидуальный предприниматель ФИО3 (цессионарий) заключили договор уступки права (требования) №1, согласно которому ООО «Дружба-Уют» за 5 000 руб. уступило ИП ФИО3 право (требование) к ООО «Приборы» по договорам денежного займа, согласно которым 21.08.2013 ООО «Дружба-Уют» предоставило должнику заем на сумму 4 000 000 руб., 23.10.2013 – на сумму 8 000 000 руб., 08.04.2014 – на сумму 1 700 000 руб., в сумме основного долга в размере 13 700 000 руб., суммы процентов на сумму займа в соответствии с п.1 ст.809 Гражданского кодекса Российской Федерации за весь период пользования указанными суммами займа, а также суммы процентов на сумму займа в соответствии с п.1 ст.811 Гражданского кодекса Российской Федерации, в размере, предусмотренном ст.395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

26.02.2018 ООО «Дружба-Уют», в лице директора ФИО3, (цедент) и индивидуальный предприниматель ФИО3 (цессионарий) заключили договор уступки права (требования) №2, согласно которому ООО «Дружба-Уют» за 5 000 руб. уступило ИП ФИО3 право (требование) к ООО «Нефера» по договорам денежного займа, согласно которым 25.09.2013 ООО «Дружба-Уют» предоставило должнику беспроцентный заем на сумму 1 420 000 руб., 22.10.2013 – на сумму 780 000 руб., 23.10.2013 – на сумму 50 000 руб., 25.10.2013 – на сумму 450 000 руб., 29.10.2013 – на сумму 1 000 000 руб., 22.04.2014 – на сумму 2 500 000 руб., 25.04.2014 – на сумму 750 000 руб., в сумме основного долга в размере 6 950 000 руб., а также суммы процентов на сумму займа в соответствии с п.1 ст.811 Гражданского кодекса Российской Федерации, в размере, предусмотренном ст.395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

29.10.2018 ООО «Дружба-Уют» (цедент) и ИП ФИО3 (цессионарий) на основании соглашения сторон расторгли договоры уступки права (требования) №1 и №2 от 26.02.2018, уступленные права (требования) возвращены ИП ФИО3 в пользу ООО «Дружба-Уют». В связи с тем, что ИП ФИО3 выбыл из спорных правоотношений, Арбитражный суд Ярославской области определением от 13.11.2018 осуществил замену истца с ИП Литовского К.Э на ООО «Дружба-Уют» в деле №А82-7375/2018 (по иску ИП ФИО3 к ООО «Нефера» о взыскании задолженности по договорам займа на сумму 6 950 000 руб.) и в деле №А82-10863/2018 (по иску ИП ФИО3 к ООО «Приборы» о взыскании задолженности по договорам займа на сумму 8 000 000 руб.).

Истец считает, что решения единственного участника ООО «Дружба-Уют» ФИО2 от 27.12.2017 и 29.01.2018 являются недействительными, поскольку приняты под влиянием заблуждения и обмана со стороны ФИО3 Подписывая указанные решения, ФИО2 полагала, что подписывает документы, связанные с реорганизацией общества. Экономическая целесообразность сделки по продаже ФИО3 доли в размере 99,49% уставного капитала за 5 000 руб. отсутствует, поскольку номинальная стоимость доли составляет 500 000 руб. Действительной стоимости доли данная цена также не соответствует. Принимая решение о продаже доли, принадлежащей обществу, ФИО2 действовала под влиянием заблуждения как относительно самой природы сделки, так и относительно существенных качественных (стоимостных) характеристик предмета сделки. Действуя разумно и объективно оценивая ситуацию, ФИО2 не дала бы разрешения на ее совершение по указанной договорной цене. На представленных в материалы дела документах имеется оттиск печати общества, которая изготовлена ФИО3 самостоятельно. Настоящая печать общества до настоящего времени находится у ФИО2 Указанное обстоятельство, по мнению истца, напрямую свидетельствует о том, что ФИО2 действовала под влиянием обмана. Кроме того, ФИО3, приобретая долю, не имел намерения по осуществлению какой-либо деятельности обществом, поскольку у него отсутствуют уставная и бухгалтерская документация. Какие-либо действия по осуществлению полномочий руководителя обществом ФИО3 не осуществлялись. В настоящее время все банковские счета общества закрыты, налоговая (бухгалтерская) отчетность за 2017 год не сдавалась, коммерческой деятельности общество не ведет.

Заявляя требование о признании недействительными договоров уступки прав (требований) №1 и №2 от 26.02.2018 в соответствии с п.2 ст.170, п.2 ст.168 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец указывает на неравноценное встречное обеспечение, а также на возможность признания расторгнутых договоров недействительными.

Исковые требования основаны на положениях статей 51, 153, 154, 168, 170, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 39, 40, 43 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности по правилам ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав правовые позиции лиц, участвующих в деле, суд исходит из следующего.

На основании пункта 2 статьи 7 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество может быть учреждено одним лицом, которое становится его единственным участником. Общество может впоследствии стать обществом с одним участником.

В статье 39 указанного Закона в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно.

При этом положения статей 34, 35, 36, 37, 38 и 43 указанного Федерального закона не применяются, за исключением положений, касающихся сроков проведения годового общего собрания участников общества.

Таким образом, из смысла данной нормы следует, что в обществе, состоящем из одного участника, общие собрания не проводятся, а вопросы, относящиеся к компетенции общего собрания, решаются одним участником.

В соответствии с п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 3 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Таким образом, по смыслу вышеперечисленных норм права, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, является оспоримой сделкой.

Для признания недействительной сделки, совершенной под влиянием заблуждения, необходима совокупность условий, а именно, подтверждение самого факта совершения указанной сделки и наличие при ее совершении заблуждения одной из сторон, следствием чего явилась неправильно выраженная ее воля.

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

В пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Применительно к рассматриваемому спору истец, с учетом статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, должен указать, о каких обстоятельствах при принятии решений единственного участника ООО «Дружба-Уют» ФИО2 от 27.12.2017 и 29.01.2018 истец был обманут, и каким образом это нашло отражение в решениях, находятся ли эти обстоятельства в причинной связи с решением истца о наделении ФИО3 полномочиями директора общества и продаже ему 99,49% доли в уставном капитале общества.

Довод истца о том, что подписание решений от 27.12.2017 и 29.01.2018 было обусловлено исключительно целью передачи ФИО3 полномочий по возобновлению процедуры реорганизации общества, а не для передачи ФИО3 полномочий единоличного исполнительного органа общества и введения его в состав участников общества с мажоритарной долей в уставном капитале, судом отклоняется как противоречащий содержанию этих решений. Из данных решений, подписанных ФИО2 собственноручно, однозначно усматривается ее намерение освободить себя от должности директора и назначить на должность директора ФИО3, а также о намерении продать принадлежащую обществу долю в размере 99,49% ФИО3 за 5 000 руб. Каких-либо неясностей или двусмысленности формулировки решений не содержат, их невозможно истолковать иначе. ФИО2 не могла не понимать значения принимаемых ею решений, в том числе при отсутствии у нее соответствующих юридических познаний. Утверждения ФИО2 носят противоречивый характер: утверждая о том, что, принимая решения, имела намерение возобновить процедуру реорганизации общества, ФИО2 одновременно с оспариваемыми решениями принимает решение от 29.01.2018 об отмене решения о реорганизации общества и о расторжении договора присоединения. Невыгодность принятых ФИО2 решений не может сама по себе служить основанием для признания решений недействительными.

Суд полагает также необходимым отметить очевидность утраты ФИО2 интереса к деятельности общества. С 2016 года деятельность общества фактически прекращена, общество не находилось по юридическому адресу, не имело работников, денежных средств и прочего имущества, действий ко взысканию дебиторской задолженности не предпринимало. ФИО2 было принято решение о реорганизации общества путем присоединения его к иному юридическому лицу. В связи с чем действия ФИО2 по сложению с себя полномочий директора общества и продаже доли, принадлежащей обществу, ФИО3 выглядят вполне логично.

При таких обстоятельствах, судом не может быть признан доказанным факт принятия решений ФИО2 под влиянием заблуждения или обмана со стороны ФИО3

Оспаривая договоры уступки прав (требований) №1 и №2 от 26.02.2018, заключенные между ООО «Дружба-Уют» и индивидуальным предпринимателем ФИО3, истец указывает на отсутствие у ФИО3 полномочий на представление интересов общества, на несоразмерность цены договоров суммам передаваемых требований и, соответственно, на ничтожность договора в силу п.2 ст.168, п.2 ст.170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

На основании пункта 1 части 3 статьи 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

Из материалов дела следует, что договоры уступки права (требования) №1 и №2 от 26.02.2018 заключены от имени общества его законно избранным (назначенным) единоличным исполнительным органом в лице директора ФИО3, полномочия которого подтверждены записью в ЕГРЮЛ и являлись очевидными.

Сделки были исполнены, в соответствующих правоотношениях произведены замены взыскателей с ООО «Дружба-Уют» на индивидуального предпринимателя ФИО3

Впоследствии указанные договоры уступки были расторгнуты по соглашению сторон, стороны приведены в первоначальное положение, место взыскателя ФИО3 вновь заняло ООО «Дружба-Уют», о чем свидетельствуют определения Арбитражного суда Ярославской области по делам №А82-7375/2018 (иск к ООО «Нефера») и №А82-10863/2018 (иск к ООО «Приборы»).

Действительно, расторжение договора прекращает обязательства сторон только на будущее время, поэтому не является препятствием для рассмотрения требования о признании такого договора недействительной сделкой.

Вместе с тем, суд не находит оснований для признания договоров уступки права (требования) №1 и №2 от 26.02.2018 недействительными в силу следующего.

Довод истца о неравенстве передаваемых прав судом отклоняется, поскольку несоответствие размера встречного предоставления объему передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ничтожным соглашения об уступке права (требования), заключенного между коммерческими организациями (пункт 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 120 от 30.10.2007 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Заключая договор уступки прав, его стороны в силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе самостоятельно определять размер встречного предоставления, с учетом всех имеющих значение обстоятельств, в том числе, возможности реального взыскания задолженности в полном объеме, степени платежеспособности должника, степени спорности передаваемого права, в также иных обстоятельств, влияющих на действительную стоимость права (требования), являющегося предметом уступки.

При этом, судом принимаются во внимание следующие обстоятельства: ООО «Дружба-Уют» с 2016 года не осуществляет хозяйственной деятельности, в обществе отсутствуют работники, предыдущие руководители ООО «Дружба-Уют» не предпринимали никаких действий по взысканию задолженности с ООО «Нефера» и ООО «Приборы», ФИО2 было принято решении о реорганизации общества в форме присоединения общества к иному лицу.

На момент заключения договоров об уступке действительность денежных требований ООО «Дружба-Уют» к ООО «Нефера» и ООО «Приборы» не подтверждена вступившим в законную силу решением суда, не подтверждена она и на день рассмотрения настоящего дела.

На момент заключения договоров уступки у сторон договоров имелась информация о неплатежеспособности ООО «Нефера» и ООО «Приборы». Так, согласно бухгалтерской отчетности ООО «Нефера» за 2016 год стоимость чистых активов общества составляла минус 167 млн. руб., согласно бухгалтерской отчетности ООО «Приборы» за 2016 год стоимость чистых активов общества составляла минус 32 млн. руб. В 2017 году деятельность ООО «Нефера» и ООО «Приборы» также являлась убыточной.

Таким образом, ООО «Дружба-Уют» преследовало цель продать требования к ООО «Нефера» и ОО «Приборы» за любую сумму, так как у общества отсутствовала перспектива взыскания спорных денежных средств ввиду отсутствия подтверждающих требования документов (письменного договора займа), и денежных средств на оплату судебных расходов, вероятности пропуска срока исковой давности.

Согласно представленному ответчиком отчету ООО «ЯР-Оценка» №459/2018 по определению рыночной стоимости права денежного требования ООО «Дружба-Уют» к ООО «Нефера» и права денежного требования к ООО «Приборы» по состоянию на 07.11.2018 рыночная стоимость права денежного требования к ООО «Нефера» на общую сумму 6 950 000 руб. составляла 20 155 руб., рыночная стоимость права денежного требования к ООО «Приборы» на общую сумму 8 000 000 руб. составляла 23 200 руб., что также свидетельствует об отсутствии явной несоразмерности переданного права (требования) и встречного предоставления.

Кроме того, в результате расторжения сторонами договоров уступки права (требования) обществу «Дружба-Уют» не причинено каких-либо убытков, в правоотношениях с ООО «Нефера» и ООО «Приборы» по договорам займа вновь состоит ООО «Дружба-Уют».

Остальные доводы истца (об отсутствии экономической целесообразности сделки по продаже ФИО3 99,49% доли в уставном капитале общества; наличие на представленных в материалы дела документах печати, не являющейся оригинальной печатью ООО «Дружба-Уют»; отсутствие в распоряжении ФИО3 уставной и бухгалтерской документации ООО «Дружба-Уют»; отсутствие со стороны ФИО3 действий по осуществлению полномочий руководителя ООО «Дружба-Уют») судом отклоняются, поскольку основаниями для признания недействительными решений единственного участника общества и договоров об уступке прав не являются.

Учитывая установленные судом обстоятельства, основания для удовлетворения исковых требований как к ФИО3 и ООО «Дружба-Уют», так и к МРИ ФНС №7 по Ярославской области у суда отсутствуют.

В силу ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца на уплату государственной пошлины возмещению не подлежат.


Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ярославской области, в том числе посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте суда в сети «Интернет»,  через систему «Мой арбитр» (http://my.arbitr.ru).



Судья

Каширина Н.В.