Решение от 2 декабря 2021 г. по делу № А56-80936/2021



Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-80936/2021
02 декабря 2021 года
г.Санкт-Петербург



Решение принято путем подписания резолютивной части 09 ноября 2021 года.

Мотивированное решение изготовлено 02 декабря 2021 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе судьи Сергеевой О.Н.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по иску:

истец: закрытое акционерное общество со 100% иностранным капиталом «Балтик Меркур» (адрес: 198097, г. Санкт-Петербург, пр. Стачек, 47, ОГРН: 1027802760248),

ответчик: акционерное общество «Морской порт Санкт-Петербург» (адрес: 198035, г. Санкт-Петербург, ул. Межевой канал, д. 5, лит. А – А1, оф. 203, ОГРН: 1027802712585)

о взыскании денежных средств,

установил:

Закрытое акционерное общество со 100% иностранным капиталом «Балтик Меркур» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к акционерному обществу «Морской порт Санкт-Петербург» о взыскании 313 926 руб. 37 коп. убытков, 200 540 руб. 59 коп. платы за хранение (технологическое накопление) труб по договору от 12.01.2016 № ГК16-04-00/МП.

Ответчик возражает против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзыве, ссылается на пропуск истцом срока исковой давности; указывает на то, что разрыв стропа, повлекший повреждение груза, произошел в результате его скрытого недостатка, который невозможно было установить при обычной приемке груза в рамках договора перевалки и правил перевалки, что в соответствии с условиями договора стороны отнесли к рискам, освобождающим ответчика от ответственности.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства на основании статей 226 – 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Суд установил, что между закрытым акционерным обществом со 100% иностранным капиталом «Балтик Меркур» и акционерным обществом «Морской порт Санкт-Петербург» заключен договор на перевалку и хранение экспортных/импортных грузов № ГК16-04-00/МП от 12.01.2016 (далее - Договор на перевалку грузов).

Истец является морским агентом судоходной компании Atlantic Ro-Ro Carriers, Inc. (далее - ARRC).

Права и обязанности истца и ARRC определяются агентским договором от 01.01.2010 (далее – Агентский договор).

Согласно Агентскому договору истец принял на себя обязанности морского агента ARRC в порту Санкт-Петербурга, в том числе:

- организовать обслуживание (обработку) грузов организациями, осуществляющими стивидорные, экспедиторские и иные услуги (пункт 2.4.1.);

- организовать доставку, прием, консолидацию и ответственное хранение грузов «Линии» (пункт 2.4.2.);

- организовать в портах погрузку-выгрузку груза с борта судна в железнодорожный состав/на автомашины и в обратном порядке (пункт 2.4.3.);

- контролировать поступление в порт экспортных грузов, перевозимых «Линией» (2.4.16).

Договор на перевалку грузов был заключен истцом в целях исполнения им обязанностей морского агента ARRC.

При осуществлении ответчиком погрузочных работ 04.01.2020 в 17.20 МСК в результате обрыва текстильного пакетирующего стропа произошло падение пакета стальных труб производства Акционерного общества «Выксунский металлургический завод» (далее - АО «ВМЗ») в трюм № 4 судна «Atlantic Action II» (левый борт). Указанный факт подтверждается судовым актом, составленным капитаном судна «Atlantic Action II» от 04.01.2020, а также актом, составленным ответчиком при участии администрации судна «Atlantic Action II» и независимого сюрвейера ООО «Балтра», и ответчиком не оспаривается. В результате падения были повреждены упавшие, а также ранее уже погруженные в трюм судна трубы в 6 других пакетах.

Вследствие падения были повреждены 9 труб АО «ВМЗ» под номерами 19602870, 19602809, 19602863, 19603180, 19603175, 19603150, 19603184, 19602759, 19603467 (далее – трубы).

Погрузка труб была организована истцом в рамках исполнения обязанностей морского агента ARRC, предусмотренных агентским договором от 01.01.2010. Трубы подлежали экспортной морской перевозке из порта погрузки – Санкт-Петербург (Россия) до порта Хьюстона (США) на основании перевозочных документов ARRC в соответствии с контрактом № 13/0011 от 01.06.2013 и дополнением к нему № 39 от 19.11.2021, которые были заключены между ARRC и АО «ВМЗ».

Морская перевозка труб не состоялась в связи с их повреждением.

АО «ВМЗ» предъявило ARRC претензию от 01.09.2020 с требованием о возмещении убытков в размере 6754,20 долларов США.

АО «ВМЗ» и ARRC заключили соглашение № 1 от 11.09.2020 об урегулировании претензии АО «ВМЗ» (далее - Соглашение об урегулировании), в соответствии с которым ARRC приняло на себя обязательство возместить АО «ВМЗ» убытки в размере 510 127,17 рублей (далее - Сумма урегулирования), что эквивалентно 6754,20 доллара США по курсу ЦБ РФ на дату заключения соглашения № 1 от 11.09.2020, а АО «ВМЗ» обязалось передать ARRC право собственности на поврежденные трубы. Сумма урегулирования была определена как стоимость труб согласно контракту международной купли-продажи № 7Т1/14-13 от 24.12.2012 между АО «ВМЗ» и OMK TUBE, Inc., который предусматривает поставку стальных труб на условиях DAP Хьюстон, США, за вычетом стоимости морской перевозки (фрахта) от порта Санкт-Петербург (Россия) до порта Хьюстон (США) и с учетом передачи права собственности на поврежденные трубы ARRC.

Обязательство ARRC по выплате АО «ВМЗ» Суммы урегулирования 30.12.2020 было исполнено истцом платежным поручением № 1408 от 30.12.2020, что было предусмотрено условиями Соглашения об урегулировании между АО «ВМЗ» и ARRC.

В соответствии с пунктом 5 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 ГК РФ.

С учетом данных положений законодательства и произведенной истцом выплаты Суммы урегулирования в отношениях с ARRC истец занял место предыдущего кредитора – АО «ВМЗ». К истцу в силу закона перешло требование к ARRC в размере Суммы урегулирования – 510 127,17 руб.

В соответствии с пунктом 13 Соглашения об урегулировании право собственности на трубы перешло к ARRC с даты поступления Суммы урегулирования на расчётный счет АО «ВМЗ», то есть с 30.12.2020.

ARRC и истец заключили договор комиссии № 1 от 30.03.2021, в соответствии с которым ARRC (Комитент) поручило, а истец (Комиссионер) обязался от своего имени, но за счет ARRC за вознаграждение осуществить сделку(и) по продаже в качестве стального лома принадлежащих ARRC стальных труб производства АО «ВМЗ», имеющих механические повреждения.

Во исполнение поручения по договору комиссии истец заключил с ООО «Уни-Блок» договор купли-продажи № ПВ-1655/09/20 от 19.04.2021, на основании которого ООО «Уни-Блок» приобрело трубы в качестве стального лома по согласованной сторонами стоимости в размере 20 400 рублей за тонну. Стоимость труб в указанном качестве составила 219 055,2 руб. (10,738 т. х 20400 рублей).

ООО «Уни-Блок» 27.05.2021 в полном объеме перечислило истцу стоимость приобретенного лома (поврежденных труб), что подтверждается платежным поручением № 7283 от 27.05.2021.

Согласно условиям Соглашения об урегулировании ARRC приняло на себя обязательство возместить АО «ВМЗ» убытки в размере 510 127,17 рублей. За вычетом стоимости труб в размере 219 055,2 рублей, по которой они были реализованы истцом в качестве лома, убытки ARRC составили 291 071,97 рублей (510 127,17 - 219 055,2).

С учетом наличия между истцом и ARRC обязательств по агентскому договору от 01.01.2010 б/н, договору комиссии № 1 от 30.03.2021 и в связи с исполнением истцом обязательства ARRC по выплате АО «ВМЗ» Суммы урегулирования в соответствии с Соглашением об урегулировании, между истцом и ARRC возникли следующие встречные однородные денежные требования:

Встречные требования ARRC и истца Требования ARRC к истцу Требования истца к ARRC

- 291 071,97 рублей – убытки, подлежащие возмещению истцом в соответствии с агентским договором от 01.01.2010 б/н;

- 212 483,54 рублей – подлежащая перечислению истцом стоимость труб, полученных истцом при их продаже в качестве лома по поручению ARRC на основании договора комиссии, за вычетом комиссионного вознаграждения. - 510 127,17 рублей – Сумма урегулирования, уплаченная истцом за ARRC по Соглашению об урегулировании, право требование которой к ARRC перешло к истцу.

ARRC и истец заключили соглашение № 1 от 19.07.2021 о зачете указанных требований на сумму 503 555,51 рублей (291 071,97 + 212 483,54), в результате чего обязательство истца по возмещению ARRC убытков в связи с повреждением труб в размере 291 071,97 рублей было исполнено.

В связи с нахождением поврежденных труб на морском терминале ответчика до момента их вывоза покупателем (ООО «Уни-Блок») ответчик выставил истцу счет-фактуру № 8110102965 от 20.04.2021 на оплату стоимости услуг по хранению в размере 200 540,59 руб., а также погрузочно-разгрузочных работ на сумму 22 854,40 руб., произведенных ответчиком для целей вывоза труб с терминала.

Платежным поручением № 580 от 11.05.2021 указанные услуги и работы были полностью оплачены истцом для исключения возможности приостановления ответчиком исполнения обязательств по перевалке грузов в связи с наличием спорной задолженности за хранение и погрузочно-разгрузочные работы.

Истец направил ответчику претензию от 26.07.2021 исх. № 07/21-1, в которой просил возместить убытки истца в размере 313 926,37 руб. и возвратить истцу ранее полученную ответчиком плату за хранение (технологическое накопление) труб в размере 200 540,59 руб.

Ответчик в письме от 06.08.2021 № 09-01/ОКиПР-75/К отклонил претензию истца в полном объеме ввиду отсутствия, по мнению ответчика, оснований для признания ответственности за повреждение труб. В ответе на претензию ответчик также сослался на другое ранее направленное истцу письмо от 06.02.2020 № 09-03/ОКиПР-4, в котором содержалось более подробное обоснование отсутствия вины ответчика в повреждении труб.

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения с настоящим иском в суд.

В отзыве на исковое заявление ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности, установленного пунктом 6 статьи 25 Федерального закона от 08.11.2007 № 261-ФЗ «О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон о морских портах) для исков, вытекающих из договора перевалки груза.

Иски, вытекающие из договора перевалки груза, могут быть предъявлены в течение года со дня наступления событий, послуживших основаниями для предъявления таких исков (пункт 6 статьи 25 Закона о морских портах).

По мнению ответчика, началом указанного срока является 04.01.2020, когда истец узнал о повреждении груза. При этом истец обратился в суд с исковым заявлением 07.09.2021.

Довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности отклоняется судом, как основанный на неправильном толковании норм права.

Применительно к рассматриваемым исковым требованиям событиями, послужившими основаниями для предъявления иска, является совокупность событий, включающая в себя повреждение труб 04.01.2020, предъявление АО «ВМЗ» претензии от 01.09.2020 к ARRC с требованием о возмещении убытков и заявление аналогичных требований ARRC к истцу. Истец собственником груза не является.

В отсутствие любого из названных событий у истца не возникли бы убытки, а, следовательно, отсутствовали бы основания для предъявления требований к ответчику.

В результате зачета, произведенного истцом и ARRC в соглашении № 1 от 19.07.2021, обязательство истца по возмещению ARRC убытков в связи с повреждением труб было исполнено. Право требования возмещения убытков в размере 291 071,97 руб. перешло к истцу. Датой возникновения данного права является дата заключения вышеуказанного соглашения о зачете, то есть 19.07.2021.

Таким образом, датой начала годичного срока исковой давности для предъявления требований к ответчику является 19.07.2021. Истец обратился в суд с иском 27.08.2021, то есть в пределах установленного законом срока исковой давности.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности условий: факт наступления вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными для истца последствиями, а также размер ущерба. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, приведенным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Деятельность ответчика регулируется нормами Федерального закона от 08.11.2007 № 261-ФЗ «О морских портах в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В соответствии со статьей 4 Закона о морских портах ответчик является оператором морского терминала, то есть транспортной организацией, осуществляющей эксплуатацию морского терминала, операции с грузами, в том числе их перевалку, обслуживание судов, иных транспортных средств.

В силу статьи 20 Закона о морских портах услуги по перевалке грузов оказываются операторами морских терминалов на основании договора перевалки груза. По договору перевалки груза одна сторона (оператор морского терминала) обязуется осуществить за вознаграждение перевалку груза и выполнить другие определенные договором перевалки груза услуги и работы, а другая сторона (заказчик) обязуется обеспечить своевременное предъявление груза для его перевалки в соответствующем объеме и (или) своевременное получение груза и его вывоз. По договору перевалки груза заказчиком может выступать грузоотправитель (отправитель), грузополучатель (получатель), перевозчик, экспедитор либо иное физическое или юридическое лицо.

Согласно статье 24 Закона о морских портах оператор морского терминала несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение грузов со дня их принятия на склад до дня их выдачи или предоставления грузов в распоряжение заказчика либо управомоченного им лица.

Аналогичные положения предусмотрены пунктом 15.3. Договора на перевалку грузов.

В соответствии с пунктами 2, 4 статьи 24 Закона о морских портах оператор морского терминала несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение грузов, произошедшие по его вине, в следующих размерах:

- в размере стоимости утраченных или недостающих грузов - за утрату или недостачу грузов;

- в размере суммы, на которую снизилась стоимость грузов, и в размере стоимости поврежденных грузов при невозможности их восстановления - за повреждение грузов;

- в размере объявленной стоимости грузов - за утрату, недостачу или повреждение грузов, сданных оператору морского терминала с объявлением их стоимости.

Стоимость утраченных, недостающих или поврежденных грузов определяется исходя из цены грузов, подтвержденной документами об оплате их стоимости или указанной в документах, сопровождающих груз. При отсутствии указания цены в документах, сопровождающих груз, стоимость грузов определяется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за аналогичные товары, или на основании экспертной оценки (пункт 4 статьи 24).

Ответчик полагает, что повреждение груза произошло в результате разрыва одного синтетического стропа, прибывшего с грузом в полувагонах, поврежденного об острые грани-кромки, которые имелись на упаковочных стальных лентах на грузе. Зафиксированное слабое натяжение упаковочных лент привело к смещению связок груза, что спровоцировало разрез синтетических стропов об острые кромки стальных лент. Разрыв стропа произошел в результате его скрытого недостатка, который невозможно было установить при обычной приемке груза в рамках договора перевалки (пункты 10.1.1.,10.3.3.) и правил перевалки.

В силу пункта 15.1. Договора перевалки ущерб, возникший в результате скрытых недостатков, особой природы и/или свойств груза, а также недостаточности упаковки, и/или скрытых недостатков, которые нельзя обнаружить при проявлении разумной заботливости, стороны договора перевалки отнесли к рискам, освобождающих ответчика от ответственности.

Однако в подтверждение приведенных доводов ответчик не представил доказательств в порядке статьи 65 АПК РФ.

Как следует из представленного истцом в материалы дела протокола комиссионного осмотра места инцидента по падению пакета труб, осуществленного 16-17 января 2020 года на территории морского терминала ответчика комиссией в составе представителей АО «ВМЗ», ООО «МАЙНА-ВИРА» и истца, при осмотре оборвавшегося стропа текстильного транспортного MB СТТСк 3.6/800 производства ООО «МАЙНА-ВИРА», номер стропа 1230870 на сепарационном чехле и ленте стропа был обнаружен поперечный след от разреза. Отмечено, что чехол имеет повреждения, характерные для контакта с предметом(-ами), имеющим(-ими) острые грани. Разрез ленты стропа произошел после повреждения сепарационного чехла, так как лента располагается внутри чехла. При совмещении ленты стропа и его чехла места повреждений полностью совпали (пункты 3.1.-3.3. протокола).

То обстоятельство, что наиболее вероятной причиной разрыва стропа № 1230870 и падения труб послужил поперечный разрез стропа, имевшийся до начала погрузки труб на судно, признается также ответчиком в его письме от 06.02.2020 № 09-03/ОКиПР-4.

Однако перед применением стропа для целей последующей погрузки труб на судно 04.01.2020 ответчик осмотр стропа не производил, тем самым нарушил обязательные для соблюдения им требования, установленные Правилами по охране труда в морских и речных портах (утверждены Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 21 января 2019 г. № 30н) и Федеральными нормами и правилами в области промышленной безопасности «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъемные сооружения», утвержденными Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 12 ноября 2013 г. № 533.

Данные обстоятельства ответчиком не оспаривались, доказательств обратного суду представлено не было.

Порез стропа не является скрытым недостатком, мог быть обнаружен ответчиком при визуальном осмотре стропа в случае соблюдения указанных требований, что предотвратило бы падение и повреждение труб.

В обоснование своих требований истец также ссылается на то, что случай повреждения труб при погрузке на судно, послуживший основанием предъявления рассматриваемых требований, не является единственным.

При погрузке ответчиком связок труб на судно «Atlantic Navigator II» 11.09.2018 в результате обрыва пакетирующих стропов и падения 2-х связок в трюм судна получили повреждения 29 труб производства АО «ВМЗ», что подтверждается уведомлением о повреждении груза на борту судна «Atlantic Navigator II» при проведении грузовых операций от 11.09.2018, актом сюрвейрского осмотра поврежденных труб от 11.09.2018.

Истец направлял ответчику письма, в которых просил его при погрузке связок труб в трюмы судов для повышения безопасности проведения грузовых работ использовать собственные стропы ответчика с последующей перестропкой связок для перемещения внутри трюма судна.

Таким образом, у ответчика, который был осведомлен о наличии риска повреждения труб вследствие обрыва пакетирующих стропов, поступающих вместе с трубами АО «ВМЗ», а также о ранее имевшихся таких случаях повреждений, была возможность избежать повреждения труб 04.01.2020. Принимая во внимание, что ответчик является оператором морского терминала, организацией, которая профессионально и на постоянной основе осуществляет операции с грузами, в том числе их перевалку, суд приходит к выводу, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая требовалась от ответчика по характеру обязательства и условиям оборота, им не были приняты все меры для надлежащего исполнения обязательства (абзац 2 пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса РФ), в том числе для предотвращения повреждения груза (труб) при его погрузке на судно.

Оценив с соблюдением требований статей 67, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о том, что требование истца о взыскании с ответчика 313 926 руб. 37 коп. убытков, вызванных повреждением груза, подлежит удовлетворению, поскольку истцом доказаны факт нарушения ответчиком обязательств по договору, приведший к возникновению ущерба, а также его ущерб. Ответчик обоснованно доводы истца не опроверг, отсутствие вины в нарушении обязательств не доказал.

По общему правилу расходы, понесенные морским агентом (истцом) в интересах морского перевозчика (ARRC), в том числе расходы, связанные с перевалкой грузов, подлежат возмещению морским перевозчиком.

В соответствии с пунктом 3 статьи 24 Закона о морских портах наряду с возмещением стоимости утраченных, недостающих или поврежденных грузов оператор морского терминала возвращает заказчику ранее полученную плату за технологическое накопление таких грузов, если договором перевалки груза предусматривалась услуга по технологическому накоплению грузов и эта плата не входит в их стоимость.

Согласно пункту 10 статьи 4 Закона о морских портах под технологическим накоплением грузов понимается формирование партий грузов в ожидании подачи транспортных средств, осуществляемое при перевалке грузов.

Как следует из пункта 5.1. Приложения № 1 к Тарифной политике на услуги АО «Морской порт Санкт-Петербург» (утверждена приказом ответчика от 31.12.2020 № 1045), под хранением понимается технологическое хранение груза – накопление транспортных партий груза в ожидании подачи транспортных средств, осуществляемое при оказании услуг по перевалке груза.

Тарифная политика на услуги АО «Морской порт Санкт-Петербург» размещена на официальном сайте ответчика по адресу в сети Интернет: http://www.seaport.spb.ru/attachment/f3ff8ef9174018accc4a5022599c6d0f4e0c04aa.

Содержание понятия «хранение», приведенное в тарифной политике ответчика, по существу полностью соответствует содержанию понятия «технологическое накопление грузов» в соответствии с пунктом 10 статьи 4 Закона о морских портах.

Стоимость погрузочно-разгрузочных работ на сумму 22 854,40 руб., выполненных ответчиком для целей вывоза поврежденных труб с терминала, является также убытками (реальными расходами) истца, имеющими непосредственную причинно-следственную связь с ненадлежащим исполнением обязательств ответчиком.

На основании изложенного, требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме с отнесением на ответчика в порядке статьи 110 АПК РФ расходов по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с акционерного общества «Морской порт Санкт-Петербург» в пользу закрытого акционерного общества со 100% иностранным капиталом «Балтик Меркур» 313 926 руб. 37 коп. убытков, 200 540 руб. 59 коп. платы за хранение (технологическое накопление) труб по договору от 12.01.2016 № ГК16-04-00/МП и 13 289 руб. 34 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня принятия.



Судья Сергеева О.Н.