Решение от 18 июня 2021 г. по делу № А51-14680/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-14680/2020
г. Владивосток
18 июня 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 10 июня 2021 года.

Полный текст решения изготовлен 18 июня 2021 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Власенко Т.Б.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Приморский кондитер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО2 о взыскании 3 438 013,83 рублей убытков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица ООО «Виком» (ИНН <***>),

третьи лица – Межрайонная ИФНС России №14 по Приморскому краю (ранее ИФНС России по Фрунзенскому району г.Владивостока), Межрайонная ИФНС России №15 по Приморскому краю (ранее ИФНС России по Ленинскому району г. Владивостока),

при участии в судебном заседании: от истца – ФИО3, по доверенности № 14.08-01/13-221 от 09.11.2020 (сроком действия 1 год), паспорт, диплом; от ответчика - не явился, извещен; от третьих лиц - не явились, извещены,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Приморский кондитер» (далее – истец) обратилось с иском к ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании 3 438 013,83 рублей убытков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам исключенного из ЕГРЮЛ недействующего юридического лица общества с ограниченной ответственностью «Виком».

Иные лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени проведения судебного заседания, в суд не явились, МИФНС России №15 по ПК заявило о возможности рассмотрения дела в отсутствие представителя. Суд, руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проводит судебное заседание в их отсутствие.

Истец полагает, что противоправные действия ответчика по предоставлению недостоверных счетов-фактур, недобросовестное создание ООО «Виком» с последующей имитацией финансово-хозяйственной деятельности привели к невозможности получения истцом налогового вычета по НДС, уменьшили расходы истца для целей определения налогооблагаемой базы по налогу на прибыль и привело к тому, что в ходе налоговой проверки истцу доначислены значительные суммы НДС и налогу на прибыль, штрафы и пени, в связи с чем генеральный директор и единственный участник подлежат привлечению к субсидиарной ответственности на основании части 3.1 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ).

Ответчик отзыв на иск не представил, требования не оспорил.

МИФНС России № 15 по Приморскому краю в письменном отзыве указывает, что инспекцией 16.07.2018 принято решение № 3869 о предстоящем исключении из ЕГРЮЛ ООО «Виком» в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице в отношении которого внесена запись о недостоверности, с момента внесения которой прошло более шести месяцев, сведения о предстоящем исключении ООО «Виком» в соответствии с требованиями п.3 ст. 21 Закона № 129-ФЗ опубликовано сообщение о предстоящем исключении ООО «Виком» в журнале Вестник государственной регистрации часть 2 № 28 (693) от 18.07.2018/1758. В связи с отсутствием поступления заявлений в срок, предусмотренный п.4 с. 21.1 Закона № 129-ФЗ, по истечении трехмесячного срока, 09.11.2018 Инспекцией в ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 2182536894472 о прекращении деятельности ООО «Виком» в связи с исключением на основании п.2 ст.21.1 Закона № 129-ФЗ. При этом регистрирующий орган не вправе проверять и устанавливать иные обстоятельства при рассмотрении вопроса об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ.

МИФНС России № 14 по Приморскому краю против иска возражает, в письменном отзыве указывает, что ООО «Приморский кондитер» путем имитации хозяйственных связей с проблемным контрагентом ООО «Виком» создан фиктивный документооборот, направленный на необоснованное получение налоговой выгоды. Налоговой проверкой установлено, что реальное перемещение товара происходило напрямую от ИП ФИО4 до склада ООО «Приморский кондитер», минуя ООО «Виком», движение товара оформлялось только документально, при прохождении документов через ООО «Виком» происходило наращивание цены товара.

К судебному заседанию поступили дополнительные документы.

Истец поддержал исковые требования в полном объеме, дал пояснения.

Истец представил дополнительные документы. Документы приобщены к материалам дела. Иных заявлений, ходатайств нет.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела, на основе представленных доказательств (статья 64 АПК РФ).

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу части 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Исследовав материалы дела, изучив доводы лиц, участвующих в деле, заслушав пояснения истца, проверив исковые требования на предмет обоснованности, суд установил следующие обстоятельства.

По результатам проведенной в отношении ООО «Приморский кондитер» выездной налоговой проверки ИФНС России по Фрунзенскому району г.Владивостока принято решение от 15.02.2018 № 12/19 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения», в соответствии с которым обществу дополнительно начислено 3 470 084,34 рублей (налоги, штрафы и пени), в том числе:

- налогов в сумме 2 492 220 руб., в том числе НДС в сумме 1 604 499 рублей, налог на прибыль в сумме 887 721,00 рублей;

- пени в общей сумме 504 239,34 рублей, в том числе по НДС в размере 340 605,14 руб., по налогу на прибыть в размере 154 085,69 рублей, по НДФЛ в сумме 9 548,51 руб.;

- штрафные санкции по п. 1 ст. 122 и ст. 123 НК РФ в обшей сумме 473 625,00 рублей, в том числе по п. 1 ст. 122 НК РФ в сумме 451 103,00 рублей, по ст. 123 НК РФ в сумме 22 522 рублей.

Не согласившись с указанным решением, ООО «Приморский кондитер» обратилось в Управление ФНС России по Приморскому краю с апелляционной жалобой. Решением УФНС России по Приморскому краю от 28.05.2018 г. №13- 09/19059@ апелляционная жалоба заявителя была оставлена без удовлетворения, решение инспекции - без изменения.

Общество, полагая, что решение Инспекции федеральной налоговой службы России по Фрунзенскому району г.Владивостока от 15.02.2018г. №12/19 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» не отвечает требованиям закона и нарушают его права, обратилось с соответствующим заявлением в арбитражный суд.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 17.12.2018 по делу № А51-17928/2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2019 решение Арбитражного суда Приморского края от 17.12.2018 по делу №А51-17928/2018 оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Дальневосточного округа от 14.08.2019 решение от 17.12.2018, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2019 по делу № А51-17928/2018 Арбитражного суда Приморского края оставлены без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Истец в обоснование настоящего иска указал, что Решением № 12/19 установлено, что поставщик арахиса ООО «Виком» является «фирмой-однодневкой», учредитель и директор ООО «Виком» ФИО2 на протяжении всего времени работы организации находился в Краснодарском крае, оттуда не выезжал, подписи на первичных документах учинены не им, а выполнены неустановленным лицом с подражанием подписи директора (экспертное заключение № 72/01-5 от 01.02.2018). По месту нахождения ООО «Виком» отсутствует, в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности адреса юридического лица, штат 1 человек в лице ответчика, отсутствуют транспортные средства и арендованные помещения.

Согласно протоколам допроса ответчика ФИО2 (№ 000004 от 19.01.2018) и его сестры ФИО5 (№ 000003 от 19.01.2018) от 19.01.2018, ФИО2 за пределы Краснодарского края в спорный период не выезжал, финансово-хозяйственной деятельностью не занимался, регистрацию юридического лица осуществил за вознаграждение 5 000,00 рублей, не намереваясь породить соответствующие правовые и экономические последствия.

Обосновывая правомерность учета при налогообложении прибыли спорных расходов и применения вычетов по НДС по взаимоотношениям с ООО «Виком», ООО «Приморский кондитер» представило в материалы дела №А51-17928/2018 договор поставки ореха арахиса от 01.07.2013 № 8, заключенный с ООО «Виком», счета-фактуры от 06.03.2014 № 8, от 06.05.2014 № 10, от 25.06.2014 № 14, от 28.08.2014 № 24, от 06.10.2014 № 27, от 20.10.2014 № 30, от 30.10.2014 № 32, от 12.11.2014 № 33, от 25.11.2014 № 35, от 03.12.2014 № 37, от 16.12.2014 № 38, от 26.12.2014 № 40, от 09.04.2015 № 5, от 26.05.2015 № 10, от 13.07.2015 № 12, от 21.09.2015 № 19, от 06.10.2015 № 22, от 12.10.2015 № 23, от 22.10.2015 № 26, от 11.11.2015 № 30, от 18.11.2015 № 32, от 19.11.2015 № 33, 02.12.2015 № 35, от 25.12.2015 № 40.

В ходе осуществления мероприятий налогового контроля установлено, что ООО «Виком» не имело контактов с иностранными компаниями, не являлось импортером спорного товара, расходы по доставке ореха до склада ООО «Приморский кондитер» в соответствии с условиями договора контрагент не осуществлял. Собственником товара, осуществившим ввоз товара на территорию Российской Федерации, являлся ИП ФИО4 Фактическое перемещение товара производилось напрямую от ИП ФИО4 до склада ООО «Приморский кондитер», минуя ООО «Виком». Исследуя наличие деловой цели и реальность хозяйственных операций налогоплательщика с ООО «Виком», суды трех инстанций при рассмотрении дела №А51-17928/2018 выявили у контрагента общие признаки характерные для организаций, вовлеченных в формальный документооборот, свидетельствующие о получении обществом необоснованной налоговой выгоды.

Истец полагает, что, несмотря на то, что сделка была совершена ненадлежащим лицом, ответчик, являясь директором ООО «ВИКОМ», знал об исполнении договора, выполнил поставку товара и принял встречное предоставление – денежные средства от истца.

В обоснование заявленных требований истец сослался на то, что им были перечислены в пользу налогового органа денежные средства в размере 3 438 013,83 рублей во исполнение решения № 12/19 от 15.02.2018 платежными поручениями № 3004 от 18.06.2018, № 2998 от 18.06.2018, № 3001 от 18.06.2018, № 3007 от 18.06.2018, № 3003 от 18.06.2018, № 2997 от 18.06.2018, № 3000 от 18.06.2018, № 3006 от 18.06.2018, № 3005 от 18.06.2018, № 2999 от 18.06.2018, № 3002 от 18.06.2018, № 3008 от 18.06.2018.

По мнению истца, указанная сумма является убытками ООО «Приморский кондитер», подлежащими взысканию с ответчика как единственного учредителя и руководителя исключенного из ЕГРЮЛ общества в порядке субсидиарной ответственности, поскольку действия последнего привели к доначислению значительных сумм НДС и налогу на прибыль с начислением штрафа и пени.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителя истца, изучив доводы лиц, участвующих в деле, суд не находит оснований для удовлетворения требований в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Пунктами 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 399 ГК РФ, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Пунктом 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Пункт 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, на которую ссылается истец в обоснование заявленных требований, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Как указано в разъяснениях, изложенных в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения органов управления и участников общества следует применять по аналогии разъяснения, изложенные в пунктах 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) в отношении действий (бездействия) директора, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 ГК РФ). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя или участника перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать наличие деликта.

Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчиков на опровержение заявленных истцом доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчика к ответственности.

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя или участника к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества) суд должен исследовать и давать оценку на только заявленным требованиям и приведенным в обоснование требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу всю совокупность обстоятельств дела и доказательственную базу.

Истец считает, что существует прямая причинно-следственная связь между недобросовестными действиями руководителя и единственного участника ООО «Виком» и наличием нарушения договорных обязательств, повлекшее причинение истцу убытков.

Возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности. При этом ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) причинную связь между наступившим вредом и противоправностью поведения; г) вину причинителя вреда.

При требовании о возмещении убытков следует доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Как указано в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Таким образом, при предсказуемости негативных последствий противоправного поведения должника в виде возникновения у кредитора убытков, которые нарушитель обязательства как профессиональный участник оборота мог и должен был предвидеть, причинная связь не подлежит доказыванию лицом, потерпевшим от нарушения, а презюмируется. Не подлежит и точному доказыванию и размер убытков, причиненных нарушением.

Вина же должника, в нарушении обязательства в предпринимательских отношениях для привлечения его к ответственности по общему правилу, не является юридически значимым обстоятельством (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

В то же время при наличии вины кредитора в нарушении обязательства, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника по правилам пункта 1 статьи 404 ГК РФ.

Основанием для доначисления НДС и налога на прибыль организаций явился вывод налогового органа о необоснованном получении обществом налоговой выгоды путем предъявления к вычетам сумм НДС и учета в составе расходов затрат по операциям с ООО «Виком». Налоговый орган признал заявленные сделки нереальными, представленные документы недействительными, фактически поставку товара (ореха арахиса необжаренного, сорт «Вирджиния») осуществлял ИП ФИО4, которому подконтрольно ООО «Виком». Проверкой установлено, что реальное перемещение товара происходило напрямую от ИП ФИО4 до склада ООО «Приморский кондитер», минуя ООО «Виком». Движение товара от ООО «Виком» до ООО «Приморский кондитер» оформлялось только документально, при прохождении документов через ООО «Виком» происходило наращивание цены. При определении налогового обязательства по налогу на прибыль организаций в качестве рыночной стоимости принята стоимость ореха, реализованного предпринимателем в адрес ООО «Виком». Основанием для исчисления пеней по НДФЛ и назначения штрафа по статье 123 НК РФ послужило установленное в ходе проверки несвоевременное исполнение обществом обязанностей налогового агента. Налогоплательщик не проявил должную осмотрительность при выборе контрагента ООО «Виком», наоборот, путем имитации хозяйственных связей с проблемным контрагентом создал фиктивный документооборот, направленный на необоснованное получение налоговой выгоды.

Так, налоговым органом не подтверждена реальность хозяйственной операции между ООО «Виком» и ООО «Приморский кондитер», которая определяется не только фактическим наличием и движением товара или выполнением работ (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно данным контрагентом, то есть наличием прямой связи с поставщиком.

На фиктивность операций между ООО «Приморский кондитер» и ООО «Виком» также указывают следующие обстоятельства: формальный подход налогоплательщика к выбору поставщика ООО «Виком», заключению и составлению договора поставки ореха арахиса от 01.07.2013 № 8, в том числе отсутствие приложений, спецификаций, заявок и иных документов, устанавливающих наименование, характеристики, объем и сроки поставок; срок действия договора определен раньше даты его подписания, при том, что из показаний ФИО6 (управляющий директор ООО «Приморский кондитер» в период с 2013 по 2015 гг.) и ФИО7 (начальник отдела снабжения ООО «Приморский кондитер») следует, что договор согласовывается отделом снабжения и юридической службой, в том числе в части срока действия; отсутствие осмотрительности и осторожности в выборе контрагента: отсутствие личных контактов при заключении договора, ФИО6 с ответчиком не встречался, ФИО7, в должностные обязанности которой входит поиск поставщиков и заключение договоров, также с ФИО8 не встречалась, причину выбора ООО «Виком» в качестве поставщика, равно как и обстоятельства заключения договора при проверке налогового органа, пояснить не смогла; для подписания договор передавался через неустановленных лиц.

К аналогичным выводам пришли суды трех инстанций при рассмотрении дела № А51-17928/2018, установив, что сведения, отраженные в документах, представленных обществом в подтверждение налогового вычета и расходов, не соответствуют действительности, суды пришли к выводу об отсутствии реальности финансово-хозяйственных операций с упомянутым контрагентом, при выборе которого ООО «Приморский кондитер» не проявило должную осмотрительность и осторожность. При рассмотрении дела заявитель не обосновал выбор спорного контрагента с учетом его деловой репутации, возможностей исполнения обязательств, наличия необходимых ресурсов, полномочий лица, действовавшего от имени ООО «Виком».

По сути, доводы истца, изложенные в иске и письменном возражении на отзыв налогового органа, сводятся к переоценке обстоятельств, установленных судебными актами по делу № А51-17928/2018, в связи с чем подлежат отклонению судом, поскольку обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела.

Несогласие ответчика с установленными судебными актами обстоятельствами не может служить основанием для их переоценки.

В соответствии с п. 1 ст. 23 НК РФ налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги и выполнять законные требования налогового органа об устранении выявленных нарушений законодательства о налогах и сборах.

Следуя п. 1 ст. 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном настоящей главой.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 настоящей статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Согласно Закону «О бухгалтерском учете», одной из основных задач бухгалтерского учета является формирование полной и достоверной информации о деятельности организации и ее имущественном положении, необходимой внутренним пользователям бухгалтерской отчетности - руководителям, учредителям, участникам и собственникам имущества организаций, а также внешним - инвесторам, кредиторам и другим пользователям бухгалтерской отчетности, поскольку гражданским законодательством не установлено иное, налогоплательщик не лишен права затребовать от контрагента по договору доказательства, подтверждающих достоверность сведений, изложенных в представленных документах.

В силу действующего законодательства обязанность подтверждать правомерность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товара, поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиком. При этом, документы, подтверждающие расходы и налоговые вычеты должны отражать достоверную информацию и быть представленными в полном объеме.

Согласно пункту 1 статьи 2 ГК РФ, предпринимательской является самостоятельная деятельность, осуществляемая на свой риск.

Следовательно, заключая договор с контрагентом, не проверив его правоспособность, приняв документы, содержащие явно недостоверную информацию, истец взял на себя риск негативных последствий в виде невозможности применить обоснованную налоговую выгоду по документам, не соответствующим требованиям норм права, содержащих недостоверную информацию.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности.

Истец не доказал, что им были предприняты все зависящие от него меры по проверке правоспособности и порядочности спорного контрагента.

Стремление налогоплательщика получить необоснованную налоговую выгоду подтверждается тем, что деятельность ООО «Приморский кондитер» была направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, с контрагентом, не исполняющим своих налоговых обязанностей, у которого отсутствовали необходимые производственные ресурсы.

Нормы действующего законодательства о налогах и сборах Российской Федерации прямо не возлагают на налогоплательщика обязанности по проверке правоспособности контрагентов по договорам. Согласно пункту 10 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Однако налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Исходя из обстоятельств дела и представленных доказательств, истец не проявил ни должной осмотрительности, ни разумной осторожности при выборе контрагента, истец при заключении спорных сделок должен был и располагал сведениями об их формальном содержании.

Налогоплательщик, использующий предоставленные ему действующим законодательством права (налоговые вычеты, льготы) в противоречии с их назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик.

Понятие необоснованной налоговой выгоды направлено именно против таких недобросовестных налогоплательщиков (постановление от 20.02.2001 № 3-П и определение от 08.04.2004 № 169-О Конституционного суда Российской Федерации).

Кроме того, следует отметить, что согласно правилу, сформулированному в п. 2 ст. 111 НК РФ, лицо не подлежит налоговой ответственности при наличии обстоятельств, исключающих его вину в совершении налогового правонарушения.

Наличие вины в действиях ООО «Приморский кондитер» в допущенных нарушениях налоговых обязательств подтверждается в привлечении его к налоговой ответственности в виде штрафа в сумме 20 % от не полностью уплаченных суммы налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, законность подтверждена по результатам решения налогового органа № 12/19 от 15.02.2018 в судебном порядке.

Налоговым органом при проведении проверки установлено, что ФИО2 работал в АО «Фирма «Агрокомплекс им. Н.И.Ткачева» в должности водителя-контролера (по основному месту работу) в Краснодарском крае с 18.08.2014 по 02.03.2015. Проверкой также установлено, что ФИО2 с 18.03.2013 (до даты заключения договора истцом 01.07.2013) проживал и работал в Краснодарском крае, вследствие чего ФИО2 не знал о наличии взаимоотношений ООО «Виком» и ООО «Приморский кондитер», физически не мог осуществлять деятельность по руководству ООО «Викон» в г.Владивостоке, в том числе заключать договоры, подписывать документы, принимать и доставлять товар.

Таким образом, отсутствуют свидетельства недобросовестного поведения ответчика и совершения последним действий, повлекших причинение убытков истцу.

Ответственность руководителя и учредителя (участника) должника, установленная указанной статьей, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

Доказательства наличия совокупности условий, необходимых для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, отсутствуют.

На основании всего изложенного, исковые требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на истца в полном объеме.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья Власенко Т.Б.