Постановление от 12 августа 2019 г. по делу № А45-5483/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А45-5483/2015


Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2019 года.


Постановление изготовлено в полном объеме 12 августа 2019 года.



Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Ишутиной О.В.,

судей Глотова Н.Б.,

Доронина С.А. –

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Черниговой Эльвиры Иннокентьевны на определение от 21.02.2019 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Антошина А.Н.) и постановление от 19.04.2019 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Усанина Н.А., Кудряшева Е.В., Фролова Н.Н.) по делу № А45-5483/2015 о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Черемошинское» (632946, Новосибирская область, Краснозерский район село Нижнечеремошное, ИНН 5427100221, ОГРН 1025405009838, далее – ЗАО «Черемошинское», должник), принятые по заявлению внешнего управляющего должником Давыдкина Сергея Анатольевича (далее – внешний управляющий) об истребовании документов и имущества у бывших руководителей должника.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника внешний управляющий обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), об истребовании имущества и документов у исполняющего обязанности директора должника Черниговой Э.И.

Определением суда от 21.01.2019 к участию в обособленном споре в качестве соответчика привлечен Антонов Геннадий Петрович.

Определением от 21.01.2019 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 19.04.2019 Седьмого арбитражного апелляционного суда, у бывших руководителей должника истребованы документы и имущество ЗАО «Черемошинское»: отчет по животноводству за апрель 2018 (проводка № 9); отчет по ГСМ за май 2018 года (проводка № 6); книга аналитического учета животных по половозрастным группам, счет № 01-2 «Рабочий и продуктивный скот», счет № 11 «Молодняк животных и животные на откорме»; папка «Налоговые декларации за 2018 г.»; папка «Передача АОЗТ «Веселовское» в ЗАО «Черемошинское»; свидетельства о государственной регистрации прав на земельные участки: 54 АД 584189, 54 АД 584190, 54 АД 584237, 54 АГ 645138, 54 АГ 645146, 54 АГ 645007, 54 АГ645009, 54 АГ 645010, 54 АГ 645011; паспорта транспортных средств и свидетельства о государственной регистрации на автотранспортную технику; паспорта самоходных машин и свидетельства о государственной регистрации на самоходную технику; документы (договоры, счета, фактуры, товарные и товарно-транспортные накладные, акты и проч.) по контрагенту – индивидуальному предпринимателю - главе крестьянского (фермерского) хозяйства Чумичеву С.Г. за 2018 год; установлен срок исполнения определения – три дня с момента изготовления; при неисполнении судебного акта в установленный срок с бывшего руководителя, не исполнившего судебный акт, подлежит взысканию судебная неустойка в размере: за период первых 10-ти календарных дней с момента истечения срока исполнения определения - 5 000 руб.; за период следующих 10-ти календарных дней – 10 000 руб., и так далее, кратно 10-дневным периодам (15 000 руб., 20 000 руб. и т.д.), при этом судебная неустойка за каждый 10-дневный период подлежит суммированию с тем, чтобы общая сумма не превышала 75 000 руб.; в удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Выражая несогласие с актами судов первой и апелляционной инстанций, Чернигова Э.И. обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение.

По мнению Черниговой Э.И., суды не исследовали и, соответственно, не учли следующие обстоятельства: Давыдкин С.А. после назначения его внешним управляющим проник в кабинет, который занимала Чернигова Э.И., забрал печать, документы, сменил замки и запретил ей заходить на территорию ЗАО «Черемошинское», чем создал препятствия для корректной передачи документации должника; Антонов Г.П., осуществлявший руководство должником, в настоящее время работает заместителем внешнего управляющего, к нему не были предъявлены требования о передаче документации и имущества должника; после привлечения судом Антонова Г.П. к участию в обособленном споре в качестве соответчика внешний управляющий уточнил свои требования, исключив требование о передаче техники; папка с надписью «Налоговые декларации за 2018 г.» является канцелярским товаром, а не документом должника; Чернигова Э.И. не сдавала налоговые декларации, поскольку должник являлся плательщиком единого сельскохозяйственного налога и налоговая декларация за 2018 год подлежала подаче в первой квартале 2019 года; все имеющиеся документы переданы Черниговой Э.И. главному бухгалтеру должника, других документов не имеется; астрент применен с нарушением положений статьи 308.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отзыв на кассационную жалобу, представленный внешним управляющим, не приобщен к материалам дела в связи с отсутствием доказательств его заблаговременного направления лицам, участвующим в рассмотрении обособленного спора (части 1, 2 статьи 279 АПК РФ).

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе.

Как следует из материалов дела, определением суда от 31.03.2015 принято заявление о признании должника банкротом, возбуждено производство по делу.

Определением суда от 22.02.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения.

Приказом от 04.04.2018 № 14-К директора Антонова Г.П., изданным на основании решения Наблюдательного совета ЗАО «Черемошинское» от 27.03.2018, Антонов Г.П. освобожден от должности директора должника с возложением исполнения соответствующих обязанностей на Чернигову Э.И.

Приказом от 01.06.2018 № 30 Чернигова Э.И. возложила на себя исполнение обязанностей главного бухгалтера.

Согласно приказу от 13.07.2018 № 39-к Чернигова Э.И. освободила себя от исполнения обязанностей главного бухгалтера в связи с выходом на работу главного бухгалтера Кулешовой Надежды Федоровны.

Определением суда от 05.07.2018 в отношении должника введена процедура внешнего управления, утвержден внешний управляющий.

В Единый государственный реестр юридических лиц сведения о назначении Черниговой Э.И. исполняющей обязанности директора должника не внесены.

На дату введения внешнего управления в Едином государственном реестре юридических лиц в качестве руководителя должника, уполномоченного действовать без доверенности, указан Антонов Г.П.

В связи с введением процедуры внешнего управления в отношении ЗАО «Черемошинское», Чернигова Э.И. приказом внешнего управляющего от 11.07.2018 освобождена от занимаемой должности, извещена о прекращении ее полномочий и необходимости передачи документов и имущества должника внешнему управляющему.

Сославшись на ненадлежащее исполнение бывшим руководителем должника Черниговой Э.И. предусмотренной пунктом 1 статьи 94 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) обязанности, внешний управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Разрешая спор и признавая заявление обоснованным в части, суды исходили из недоказанности ответчиками фактов передачи документации должника, указанной внешним управляющим.

Вместе с тем судами не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 94 Закона о банкротстве с даты введения внешнего управления:

прекращаются полномочия руководителя должника, управление делами должника возлагается на внешнего управляющего;

внешний управляющий вправе издать приказ об увольнении руководителя должника или предложить руководителю должника перейти на другую работу в порядке и на условиях, которые установлены трудовым законодательством;

прекращаются полномочия органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия, полномочия руководителя должника и иных органов управления должника переходят к внешнему управляющему, за исключением полномочий органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи. Органы управления должника, временный управляющий, административный управляющий в течение трех дней с даты утверждения внешнего управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей и штампов, материальных и иных ценностей внешнему управляющему.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя по суду исполнения в натуре обязанности по передаче документации применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

На заявление арбитражного управляющего об обязании передать документацию распространяются общие требования процессуального законодательства, предъявляемые к форме и содержанию иска.

В данном случае при обращении в суд с настоящим заявлением внешний управляющий сформулировал предмет своего требования, конкретизировав перечень и виды запрашиваемых документов.

Суды сочли, что Законом о банкротстве на руководителя возложена безусловная обязанность по передаче внешнему управляющему документов и имущества должника.

В данном случае, как установили суды, обязанности руководителя должника после 04.04.2018 и до введения внешнего управления (05.07.2018) исполняли как Чернигова Э.И., так и Антонов Г.П.

В частности, судами установлены обстоятельства подписания Антоновым Г.П., как директором должника, следующих документов: дополнительного соглашения от 21.05.2018 № 10 к договору на ведение реестра владельцев именных ценных бумаг; доверенности ЗАО «Черемошинское» от 28.04.2018, выданной Яровому В.Б.; распоряжений о подготовке списка зарегистрированных лиц, имеющих право на участие в общем собрании акционеров, датированных маем 2018 года; договора аренды земельного участка от 30.04.2018.

Вместе с тем суды не исследовали вопросы о том, какие обязанности фактически исполняла Чернигова Э.И. и в зависимости от этого, какие документы должника, указанные внешним управляющим, находились в ее ведении.

Кроме того, суды не включили в предмет исследования вопрос об обязательности ведения должником отдельных документов (в частности, отчета по животноводству за апрель 2018 года, отчета по ГСМ за май 2018 года, книги аналитического учета животных по половозрастным группам) или составления таких документов должником при осуществлении хозяйственной деятельности, о фактическом наличии таких документов у должника.

Помимо этого, внешним управляющим не конкретизированы отдельные требования, в том числе требование о передаче ему папки «Налоговые декларации за 2018 г.».

Как утверждает Чернигова Э.И., за 2018 год подлежала подаче одна декларация по единому сельскохозяйственному налогу в первом квартале 2019 года.

Таким образом, суды не установили, сохранность каких из указанных управляющим документов должника должна была обеспечить Чернигова Э.И.

Кроме того, суд округа обращает внимание на то, что принципом исполнимости судебного акта обусловлена необходимость исследования вопроса о фактическом наличии документации должника у бывшего руководителя.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» а также положений всего раздела «Ответственность за неисполнение обязательства в натуре» и позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 30.01.2017 № 305-ЭС16-14210, от 24.10.2017 № 308-ЭС17-8172, возлагаемая по суду обязанность по исполнению обязательства в натуре для ответчика должна быть объективно и субъективно исполнимой.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора для возложения обязанности по предоставлению документов ответчик должен обладать этими документами либо (при их отсутствии) иметь возможность их восстановления.

В том случае, если он не обладает необходимыми документами и не имеет возможности их восстановления, обязанность по их передаче возложена на него быть не может, что, однако, не освобождает ответчика от иных негативных последствий невыполнения обязанности по передаче документов, заключающихся в публично-правовой ответственности, а также привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по правилам главы III.2 Закона о банкротстве.

Подобный подход согласуется с пунктами 7, 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.01.2011 № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ».

При рассмотрении спора об истребовании у бывшего руководителя документации и имущества должника также следует учесть правовую позицию, содержащуюся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 308-ЭС19-4372.

Помимо изложенного, в резолютивной части определения суда первой инстанции указано на истребование не только документации должника, но и имущества. При этом конкретное имущество не названо, а в заявлении внешний управляющий просил истребовать металлолом. И в тоже время в резолютивной части определения имеется указание на отказ в удовлетворении заявления в остальной части (исходя из мотивировочной части определения, суд не усмотрел оснований для истребования металлолома).

Более того, в резолютивной части обжалуемого определения суда первой инстанции отсутствует указание конкретного лица, против которого вынесен судебный акт и на которое возлагается осуществление его исполнения.

Указание в резолютивной части определения суда об истребовании документации у бывших руководителей ЗАО «Черемошинское» и обязанности бывшего руководителя уплатить судебную неустойку в случае неисполнения судебного акта не является определенным.

Судебный пристав-исполнитель ответственен лишь за принудительное исполнение судебного решения (часть 2 статьи 318 АПК РФ, статья 2, часть 1 статьи 12 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»), которое должно отвечать принципам правовой определенности и исполнимости.

Определение суда первой инстанции не отвечает принципам правовой определенности и исполнимости.

Апелляционный суд указанные нарушения не устранил.

Поскольку судами не установлены все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения спора, допущены нарушения норм процессуального права, обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, устранить отмеченные недостатки, установить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, исходя из предмета и оснований заявленных требований, учесть все доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценить представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, после чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные отношения.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 21.02.2019 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 19.04.2019 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-5483/2015 отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.


Председательствующий О.В. Ишутина


Судьи Н.Б. Глотов


С.А. Доронин