Решение от 15 марта 2021 г. по делу № А49-7956/2020

Арбитражный суд Пензенской области

Кирова ул., д. 35/39, Пенза г., 440000,

тел.: +78412-52-99-97, факс: +78412-55-36-96, http://www.penza.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

город Пенза

«15» марта 2021 года Дело № А49-7956/2020

Резолютивная часть решения объявлена 10 марта 2021 г.

Решение изготовлено в полном объеме 15 марта 2021 г.

Арбитражный суд Пензенской области в составе судьи Каденковой Е.Г. при ведении протокола помощником судьи Колдомасовой К.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» (адрес регистрации: ул. Мира, д. 23, оф. 1, г. Электросталь, Московская обл., 144007; почтовый адрес: ул. Карла Маркса, д. 1, а/я № 7651, г. Омск, Омская обл., 644024 (ФИО1); ОГРН <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 304583516300105, ИНН <***>) о взыскании 100000 руб. 00 коп.,

в отсутствие лиц, участвующих в деле,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» (далее также – ООО «РУСМАШ», истец) обратилось в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее также – ИП ФИО2, ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 473042, в размере 50000 руб. 00 коп., а также судебных издержек в общей сумме 942 руб. 00 коп., в т.ч. 200 руб. 00 коп. – расходов на получение выписки из ЕГРЮЛ/ЕГРИП, 650 руб. 00 коп. – расходов на приобретение спорного товара, 92 руб. 00 коп. – расходов на оплату почтовых услуг, понесенных в связи с направлением ответчику претензии и иска.

Исковые требования заявлены на основании ст.ст. 12, 14, 1225, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ).

Определением от 21.08.2020 исковое заявление принято к производству Арбитражного суда Пензенской области, дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ).

Определением от 14.09.2020 арбитражный суд на основании ст. 49 АПК РФ удовлетворил ходатайство истца об изменении исковых требований, иск признан заявленным о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 473042, в размере 100000 руб. 00 коп., а также судебных издержек в общей сумме 942 руб. 00 коп., в т.ч. 200 руб. 00 коп. – расходов на получение выписки из ЕГРЮЛ/ЕГРИП, 650 руб. 00 коп. – расходов на приобретение спорного товара, 92 руб. 00 коп. – расходов на оплату почтовых услуг, понесенных в связи с направлением ответчику претензии и иска.

Ответчик в письменных возражениях на исковое заявление (л.д. 65-66) просил в удовлетворении заявленных исковых требований отказать. В обоснование своей позиции ответчик указал на то, что не получал от истца претензии с какими-либо требованиями, а также исковое заявление с подтверждающими его позицию документами, о возникновении судебного спора узнал лишь после получения корреспонденции из арбитражного суда. Доверенность на представление интересов ООО «РУСМАШ» выдана ФИО1 31.12.2019 сроком на 1 год, в то время как претензия и иск были направлены ответчику за подписью ФИО1 в 2018 году. Доказательства того, что автоматический натяжитель цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ является контрафактным, а также того, что товарный знак на него не был нанесен непосредственно самим правообладателем, в материалы дела не представлены. Как и не представлены доказательства наличия запрета использования ответчиком данного товарного знака и/или нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак № 474042. Согласно статье 1487 ГК РФ не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации им самим либо с его согласия, то есть он не может осуществлять свое право дважды в отношении одних и тех же товаров, поставляемых на товарный рынок. При таких обстоятельствах ответчик полагал, что основания для удовлетворения исковых требований ООО «РУСМАШ» о взыскании компенсации отсутствуют.

16 октября 2020 года арбитражный суд, учитывая специфику спора, наличие спорных вопросов, требующих проведения судебного заседания и вызова сторон, необходимость выяснения дополнительных обстоятельств и исследования дополнительных доказательств, перешел к рассмотрению настоящего дела по общим правилам искового производства (определение от 16.10.2020 о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства и назначении предварительного судебного заседания).

В судебное заседание 10 марта 2021 года стороны не явились, извещены о начавшемся судебном процессе, а также времени и месте проведения настоящего судебного заседания надлежащим образом в соответствии со статьями 121-123 АПК РФ, что подтверждается, в т.ч. уведомлениями о вручении истцу почтовых отправлений, содержащих определения Арбитражного суда Пензенской области по настоящему делу (л.д. 36, 37, 71).

Определение от 21.08.2020 о принятии искового заявления к производству и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства получено ответчиком 28 августа 2020 года (уведомление о вручении – л.д. 38).

Направленное же по адресу регистрации, указанному в ЕГРИП, почтовое отправление, содержащее определение от 16.10.2020 о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства и назначении предварительного судебного заседания, возвращено с отметкой почты «Истек срок хранения».

Сведения об адресе регистрации ответчика, указанные в ЕГРИП, совпадают со сведениями, предоставленными по запросу суда отделом адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Пензенской области (л.д. 40).

Принимая во внимание изложенное, а также то, что в материалах дела имеются процессуальные документы, подготовленные и представленные сторонами в суд после возбуждения производства по делу, а каждый судебный акт по данному делу размещен в картотеке арбитражных дел в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://www.penza.arbitr.ru (информационный ресурс «Картотека арбитражных дел» http://kad.arbitr.ru), арбитражный суд признал извещение сторон надлежащим.

Какие-либо заявления и/или ходатайства, в т.ч. о невозможности рассмотрения дела в их отсутствие, от сторон не поступили.

Согласно ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу части 3 статьи 156 АПК РФ при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Учитывая изложенное, а также то, что в силу части 1 статьи 6.1 АПК РФ судопроизводство в арбитражных судах и исполнение судебного акта осуществляются в разумные сроки, арбитражный суд, принимая во внимание надлежащее извещение сторон о начавшемся судебном процессе, времени и месте настоящего судебного заседания, отсутствие оснований для отложения судебного разбирательства на более поздний срок, в соответствии со ст. 156 АПК РФ считает возможным рассмотреть спор в отсутствие сторон и их представителей по имеющимся в деле доказательствам.

Изучив материалы дела, арбитражный суд приходит к следующему.

В силу пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что истцом не соблюден претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора с ответчиком, за исключением случаев, если его соблюдение не предусмотрено федеральным законом.

При решении вопроса об оставлении иска без рассмотрения суду необходимо учитывать цель претензионного порядка и перспективы досудебного урегулирования спора.

По смыслу действующего законодательства, претензионный или иной досудебный порядок урегулирования споров представляет собой закрепленное в договоре или законе условие о направлении претензии или иного письменного уведомления одной из спорящих сторон другой стороне, а также установление сроков для ответа и других условий, позволяющих разрешить спор без обращения в судебные инстанции.

При этом предусмотренная договором и/или законом необходимость соблюдения претензионного порядка урегулирования спора по своей сути является гарантией соблюдения прав обоих субъектов спора, поскольку позволяет не только определить границы между добровольным и принудительным способом защиты нарушенных прав, но и защитить интересы каждого субъекта от злоупотреблений со стороны контрагента.

Обязательный досудебный (претензионный) порядок урегулирования спора установлен Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для гражданско-правовых споров о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения.

Согласно абзацу 1 части 5 статьи 4 АПК РФ подобные споры могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Таким образом, АПК РФ связывает начало течения срока для досудебного урегулирования спора с моментом направления претензии, а не с моментом ее получения ответчиком.

В качестве доказательства соблюдения обязательного претензионного порядка ООО «РУСМАШ» в материалы дела представлены копии претензии, а также почтовой квитанции от 05.06.2018 (л.д. 8-9).

Из представленных в дело документов следует, что претензия направлялась истцом по адресу регистрации ответчика, указанному в ЕГРИП.

Исковое заявление ООО «РУСМАШ» поступило в систему «МОЙ АРБИТР» 16.08.2020 в 09:47 (зарегистрировано канцелярией Арбитражного суда Пензенской области 17.08.2020 в 16:03), т.е. по истечении установленного ч. 5 ст. 4 АПК РФ срока.

При разрешении вопроса о наличии или отсутствии оснований для оставления искового заявления ООО «РУСМАШ» без рассмотрения арбитражный суд также учитывает, что ответчик получил определение Арбитражного суда Пензенской области от 21.08.2020 о принятии искового заявления к производству и рассмотрении дела в порядке упрощенного производства 28 августа 2020 года (л.д. 38), вместе с тем по состоянию на 10 марта 2021 года задолженность в какой бы то ни было мере ответчиком не погашена.

Напротив, как следует из отзыва, ИП ФИО2 нарушение прав истца и/или наличие задолженности перед истцом не признает.

Таким образом, из материалов дела не усматривается намерения ответчика добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, поэтому оставление иска без рассмотрения может привести лишь к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора.

Не нашли своего подтверждения и доводы ответчика об отсутствии у представителя ФИО1 полномочий на направление претензии и подписание иска в 2018 г., поскольку истцом в материалы дела представлена доверенность от 01.01.2018 сроком действия до 31.12.2018, которой ФИО1 предоставлены, помимо прочих, полномочия на подписание, вручение и направление претензионных писем (претензий), подписание и предъявление в суд искового заявления.

Изложенное исключает возможность оставления искового заявления без рассмотрения по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст. 148 АПК РФ.

Иные основания для оставления встречного искового заявления без рассмотрения судом в ходе рассмотрения настоящего дела не установлены.

Ввиду вышеизложенного исковое заявление подлежит рассмотрению по существу.

Согласно пункту 1 статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 ГК РФ результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе, произведения науки, литературы и искусства, товарные знаки и знаки обслуживания.

Интеллектуальная собственность охраняется законом (п. 2 ст. 1225 ГК РФ).

Согласно ст. 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных ГК РФ, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В силу п. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением) (абзац 2 п. 1 ст. 1229 ГК РФ).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами, иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии со ст. 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Согласно статье 1481 ГК РФ на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением) (абзац 2 п. 1 ст. 1229 ГК РФ).

В силу п. 3 ст. 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ (абз. 3 п. 1 ст. 1229 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

При этом, по смыслу статьи 1515 ГК РФ, нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривается, что ООО «РУСМАШ» является обладателем исключительных прав на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 473042, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания РФ 17.10.2012, приоритет товарного знака с 13.09.2001, срок действия регистрации истекает 13.09.2021.

Товарный знак представляет собой комбинированное обозначение в виде изображения силуэта лошадиной головы и передних ног и расположенного слева от него изображения шестеренки с размещенным по диаметру внутренней окружности словесным обозначением «РУСМАШ».

Согласно свидетельству № 473042 данный товарный знак зарегистрирован за истцом в отношении товаров/услуг 12 класса МКТУ – аксессуары тормозные; амортизаторы для автомобилей; амортизаторы подвесок; валы карданные; двигатели, в том числе их составные части, в частности натяжители цепи двигателя; коробки передач для наземных транспортных средств; крепления для ступиц колес; муфты сцепления для наземных транспортных средств; оси; передачи зубчатые для наземных транспортных средств; преобразователи крутящего момента для наземных транспортных средств; приспособления противоугонные для транспортных средств; пружины амортизационные; рессоры подвесок; рули; сигнализации противоугонные; сигнализация заднего хода; стеклоочистители для ветровых стекол; ступицы колес; сцепления для наземных транспортных средств; тормоза; торсионы; трансмиссии для наземных транспортных средств; цепи для автомобилей; цепи приводные для наземных транспортных средств.

Как следует из материалов дела, 17 февраля 2018 года истец приобрел в магазине «Автозапчасти», расположенном по адресу: Пензенская обл., п. Чаадаевка, а/д Москва-Самара тер. по напр. на Пензу,- товар – автоматический натяжитель цепи «Pilot», на который нанесено обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком истца.

В подтверждение указанного обстоятельства истцом в материалы дела представлены копии товарного чека и кассового чека от 17.02.2018 (оригиналы приобщены к материалам дела № А49-7466/2019 – определение от 31.07.2019 по делу № А49-7466/2019), содержащих сведения о наименовании приобретенных товаров (датчик пдз и натяжитель 21214), дате (17.02.2018), времени (10:02 – время оплаты, 10:03 – время формирования кассового чека), месте реализации товара (магазин «Автозапчасть» - п.Чаадаевка, а/д Москва-Самара тер. по напр. на Пензу), стоимости товаров (датчик пдз – 430 руб. 00 коп.; натяжитель 21214 – 650 руб. 00 коп.), а также о продавце товара – ИП ФИО2 (ИНН <***>) (л.д. 10, 58-59).

Также истцом представлены видеозапись момента приобретения товара и спорный товар.

Видеозапись закупки осуществлена истцом в порядке статей 12, 14 ГК РФ в целях защиты собственных прав и приобщена к материалам дела в порядке статьи 64 АПК РФ, как доказательство, содержащее сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Информация в представленной видеозаписи соответствует отраженным в иске обстоятельствам и подтверждена вещественными доказательствами: по внешнему виду товара, выданным чекам, уплаченной сумме, месту совершения сделки и пр.

Ответчик факт продажи спорного товара по существу не оспаривает, относимость и достоверность представленных истцом доказательств (товарного и кассового чека, видеозаписи) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута (статья 161 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 23.09.2020 указанные доказательства приобщены к материалам дела.

Принимая во внимание представленные в дело доказательства, арбитражный суд приходит к выводу о том, что приобщенный к делу в качестве вещественного доказательства товар (автоматический натяжитель цепи «Pilot») был реализован именно ответчиком.

По смыслу действующего законодательства Российской Федерации предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по реализации товаров в розницу, является использованием исключительных прав.

В силу ст. 493 ГК РФ (в редакции, действовавшей на момент приобретения спорного товара) если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (ст. 428 ГК РФ), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015, отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России № 482 от 20 июля 2015 года (далее также – Правила № 482), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Из подпункта 2 пункта 42 Правил № 482 следует, что при проверке заявленных обозначений на тождество и сходство словесных обозначений определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 43 Правила № 482 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов.

Судом в соответствии с Правилами № 482, а также нормами АПК РФ произведено исследование вещественного доказательства – приобретенного у ответчика автоматического натяжителя цепи «Pilot», при этом установлено, что на товар, приобретенный у ответчика, нанесено изображение выполненное с подражанием изображению, зарегистрированного в качестве товарного знака № 473042, поскольку совпадают фонетический и графический признаки словесного обозначения, а также совпадают графические элементы.

Сходство охраняемого товарного знака и изображения, нанесенного на спорный товар (комбинированное обозначение в виде изображения силуэта лошадиной головы и передних ног и расположенного слева от него изображения шестеренки с размещенным по диаметру внутренней окружности словесным обозначением «РУСМАШ»), позволяет ассоциировать сравниваемые объекты один с другим и сделать вывод об их сходстве до степени смешения.

Кроме того, в качестве подтверждения доводов о контрафактности реализуемого ответчиком товара, истцом в материалы дела представлена сравнительная таблица, содержащая признаки, отличающие оригинальный товар от контрафактного товара (л.д. 14-15).

Возражая против удовлетворения заявленных исковых требований, ответчик указал также на отсутствие доказательств контрафактности товара, а также нанесения данного знака на спорный товар и/или введения его в оборот не самим правообладателем (истцом).

В силу части 2 статьи 9, части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а также несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий.

В нарушение ст. 65 АПК РФ ответчик каких-либо доказательств в обоснование своих возражений (в т.ч. введения спорного товара в оборот истцом или иным лицом с его согласия), несмотря на предоставленное судом время, не представил.

Как и не представил доказательств, подтверждающих наличие у ответчика прав на использование в предпринимательских целях вышеназванного объекта интеллектуальной собственности истца.

В целях проверки оригинальности товара арбитражным судом произведено удаление защитного слоя с кода проверки товара, имеющегося на приобщенном в деле вещественном доказательстве.

По результатам проверки данного кода на сайте www.3888.ru установлено, что данный товар является подделкой (контрафактным).

Исследовав реализованный ответчиком товар, сопоставив его с изображением оригинала товара, содержащегося в сравнительной таблице, арбитражный суд приходит к выводу о сходстве до степени смешения реализованного ответчиком товара с товарным знаком, зарегистрированным под № 473042.

Таким образом, проанализировав изображение оригинала товара и товар приобретенный представителем истца, суд приходит к выводу о наличии признаков контрафактности реализованного ответчиком автоматического натяжителя цепи «Pilot».

Принимая во внимание изложенное, арбитражный суд, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, приходит к выводу о нарушении ответчиком принадлежащих ООО «РУСМАШ» исключительных прав, выразившемся в использовании товарного знака путем предложения к продаже и реализации товара с нанесенным на него изображениями, сходными до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 473042.

В связи с допущенным ответчиком нарушением истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 100000 руб. 00 коп.

В силу статьи 1252 ГК РФ правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Согласно пункту 3 статьи 1250 ГК РФ предусмотренные ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено ГК РФ. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Между тем, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств (п. 3 ст. 1250 ГК РФ).

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее также – Постановление № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 14061, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Пунктом 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» установлено, что действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

В рамках настоящего дела ответчик в нарушение статьи 401 ГК РФ и статьи 65 АПК РФ доказательств в подтверждение отсутствия вины в продаже контрафактного товара (в т.ч. доказательств, свидетельствующих о том, он не знал и не мог знать о контрафактности реализованного им товара) и/или действия непреодолимой силы не представил.

Принимая во внимание изложенное, доказанность факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак № 473042, арбитражный суд приходит к выводу об обоснованности предъявления требования к ответчику о выплате компенсации.

Согласно п. 4 ст. 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В рамках настоящего дела истец с учетом принятого судом 14.09.2020 изменения просит взыскать с ответчика компенсацию на основании подп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ.

В качестве обоснования обычно взимаемой за правомерное использование спорного товарного знака цены истцом представлена копия заключенного с ИП ФИО3 лицензионного договора № 2 от 01.03.2016 (л.д. 18-20).

По условиям данного договора истец (лицензиар) предоставил ИП ФИО3 (лицензиату) на срок действия лицензионного договора (до 10.09.2021) и за вознаграждение, уплачиваемое ИП ФИО3, неисключительную лицензию на территории Российской Федерации на использование товарных знаков по свидетельствам № 473042 и № 561554 (пункты 1.2, 2.1, 10.3 лицензионного договора).

Согласно пунктам 3.1 - 3.3 лицензионного договора лицензиат обязуется использовать товарный знак лицензиара на согласованных сторонами образцах товара лицензиата; лицензиат обязан обеспечить соответствие качества изготавливаемых товаров, на которых он помещает лицензионный товарный знак, требованиям к качеству, устанавливаемых Техническими регламентами на изготавливаемые товары и всем требованиям государственных органов Российской Федерации; качество товаров, изготавливаемых лицензиатом, должна быть не ниже качества товаров лицензиара.

Согласно пункту 3.9 лицензионного договора лицензиат вправе наносить товарный знак на производимые и реализуемые лицензиатом рекламные материалы и материалы информационного характера, связанные с реализуемым лицензиатом товаром.

В соответствии с пунктом 4.1 лицензионного договора лицензиат обязуется уплачивать фиксированное вознаграждение за использование товарного знака № 473042 в размере 100000 руб. за каждые 12 месяцев действия договора, за использование товарного знака № 561554 в размере 100000 руб. за каждые 12 месяцев действия договора.

Фактическая оплата ИП ФИО3 стоимости вознаграждения за использование товарных знаков подтверждается представленной в материалы дела копией платежного поручения № 112 от 29.06.2016 (л.д. 21).

Из разъяснений, содержащихся в п. 59 Постановления № 10, а также п. 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, следует, что суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Согласно п. 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Применительно к обстоятельствам данного дела расчет суммы компенсации должен быть проверен судом на основании данных о стоимости права использования товарного знака, сложившейся в период, соотносимый с моментом правонарушения.

При этом согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Какие-либо возражения по размеру предъявленной ко взысканию компенсации ответчиком не заявлены. Доказательства в обоснование возможности и необходимости применения положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и снижения размера взыскиваемой компенсации ниже низшего предела, установленного подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, наличия иных лицензионных договоров или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака истца, в материалы дела также не представлены.

При установлении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов (в том числе рассчитанной двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях (с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края») и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

Принимая во внимание изложенное, характер допущенного нарушения, факт принадлежности исключительных прав на товарный знак истцу, а также то, что формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (пункт 2 части 4 статьи 1515 ГК РФ), императивно определена законом, и добровольно снижена истцом до однократной стоимости в размере 100000 руб., арбитражный суд не находит оснований для дополнительного ее снижения и на основании статей 1225, 1252, 1484, 1515 ГК РФ признает исковые требования ООО «РУСМАШ» о взыскании с ИП ФИО2 компенсации за нарушение исключительных прав истца на товарный знак № 473042 в размере 100000 руб. 00 коп. законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В силу части 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд, в т.ч. распределяет судебные расходы и решает иные вопросы, возникшие в ходе судебного разбирательства.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно статье 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

При подаче искового заявления истцом (с учетом положений ст. 26 Налогового кодекса Российской Федерации (далее также – НК РФ), ст. 59 АПК РФ, п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» (далее также – Постановление № 46)) уплачена государственная пошлина в размере 2000 руб. 00 коп. (чек-ордер от 14.08.2020 – л.д. 62).

В соответствии с подпунктом 10 пункта 1 статьи 333.20 НК РФ при увеличении истцом размера исковых требований недостающая сумма государственной пошлины доплачивается в соответствии с увеличенной ценой иска в срок, установленный подпунктом 2 пункта 1 статьи 333.18 НК РФ.

Согласно пункту 16 Постановления № 46 в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств: если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ; при отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ, пункта 4 Постановления № 46 государственная пошлина за рассмотрение настоящего искового заявления (с учетом произведенного истцом увеличения суммы исковых требований) составляет 4000 руб. 00 коп.

Поскольку исковые требования ООО «РУСМАШ» удовлетворены в полном объеме, постольку понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины в размере 2000 руб. 00 коп. на основании ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на ответчика, а оставшаяся часть государственной пошлины в размере 2000 руб. 00 коп. подлежит взысканию с ответчика непосредственно в доход федерального бюджета.

При решении вопроса о распределении между лицами, участвующими в деле, судебных издержек арбитражный суд исходит из следующего.

Анализ статьи 106 АПК РФ позволяет сделать вывод о том, что главным критерием для отнесения расходов, понесенных лицами, участвующими в деле, к судебным издержкам является их связь с рассмотрением дела в арбитражном суде.

К судебным издержкам относятся, в частности денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (ст. 106 АПК РФ).

Перечень судебных издержек, приведенный в статье 106 АПК РФ, не является исчерпывающим.

Из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, приведенных в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», следует, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В рамках настоящего дела ООО «РУСМАШ» просит взыскать с ответчика судебные издержки, понесенные в связи с рассмотрением дела, в общей сумме 942 руб. 00 коп., в т.ч. 200 руб. 00 коп. – расходов на получение выписки из ЕГРЮЛ/ЕГРИП, 650 руб. 00 коп. – расходов на приобретение спорного товара, 92 руб. 00 коп. – расходов на оплату почтовых услуг, понесенных в связи с направлением ответчику претензии и иска.

Факт приобретения спорного товара на сумму 650 руб. 00 коп. подтверждается товарным и кассовым чеком от 17.02.2018.

Спорный товар приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Несение почтовых расходов на сумму 92 руб. 00 коп. (46 руб. 00 коп. – в связи с направлением претензии, 46 руб. 00 коп. – в связи с направлением искового заявления) подтверждается представленными в дело почтовыми квитанциями (л.д. 9, 31).

Вместе с тем, заявленные истцом судебные издержки, связанные с получением выписки из ЕГРИП и/или ЕГРЮЛ, в сумме 200 руб. 00 коп. документально не подтверждены, оригинал выписки из ЕГРИП/ЕГРЮЛ в материалы дела не представлен.

При таких обстоятельствах арбитражный суд, руководствуясь статьями 106, 110 АПК РФ, признает требование истца о взыскании с ответчика судебных издержек подлежащим частичному удовлетворению в сумме 742 руб. 00 коп., из которой 650 руб. 00 коп. – расходы на приобретение спорного товара, 92 руб. 00 коп. – расходы на оплату почтовых услуг. В оставшейся части (расходов на получение выписки из ЕГРИП/ЕГРЮЛ) данное требование истца удовлетворению не подлежит.

В силу части 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд решает вопросы о сохранении действия мер по обеспечению иска или об отмене обеспечения иска либо об обеспечении исполнения решения; при необходимости устанавливает порядок и срок исполнения решения; определяет дальнейшую судьбу вещественных доказательств, распределяет судебные расходы, а также решает иные вопросы, возникшие в ходе судебного разбирательства.

Принимая во внимание изложенное, а также то, что представленный в дело в качестве вещественного доказательства товар – автоматический натяжитель цепи «Pilot»,- является контрафактным, арбитражный суд приходит к выводу о том, что он подлежит уничтожению после вступления в законную силу решения по настоящему делу.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

исковые требования общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» удовлетворить. Судебные расходы отнести на ответчика.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 304583516300105, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) компенсацию за нарушение исключительных прав в сумме 100000 руб. 00 коп., а также судебные расходы в общей сумме 2742 руб. 00 коп., из которых 2000 руб. 00 коп. – расходы по уплате государственной пошлины, 650 руб. 00 коп. – расходы на приобретение спорного товара, 92 руб. 00 коп. – расходы на оплату почтовых услуг.

В удовлетворении остальной части требования общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» о взыскании судебных издержек отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 304583516300105, ИНН <***>) в федеральный бюджет государственную пошлину в размере 2000 руб. 00 коп.

После вступления настоящего решения суда в законную силу представленный в качестве вещественного доказательства по делу товар (автоматический натяжитель цепи «Pilot») – уничтожить.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Пензенской области в течение одного месяца со дня его принятия.

Судья Е.Г. Каденкова