Решение от 2 сентября 2018 г. по делу № А03-814/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Россия, Алтайский край, г. Барнаул, проспект Ленина,76, тел.: (385-2) 61-92-78, факс: (385-2) 61-92-93;

http://www.altai-krai.arbitr.ru; е-mail: a03.info@arbitr.ru


Именем  Российской  Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А03-814/2016
г. Барнаул
03 сентября 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 30 августа 2018г.

            Полный текст решения изготовлен 03 сентября 2018г.   


Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Пашковой Е.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

-по иску Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю, г. Барнаул (ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Селф», с. Богашево Томской области (ОГРН <***>) о признании недействительным дополнительного соглашения № 8 от 28 марта 2014г., применении последствий недействительности в виде взыскания 3 157 995 руб. 35 коп., взыскании 9 180 418 руб. 90 коп. неосновательного обогащения,

-по встречному иску общества с ограниченной ответственностью «Селф», с. Богашево Томской области (ОГРН <***>) к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю, г. Барнаул (ОГРН <***>) о взыскании 6 791 256 руб. 17 коп. долга (л.д.69 т.25),

при участии представителей сторон:

от истца по первоначальному иску: ФИО2 (доверенность, удостоверение), ФИО3 (доверенность, удостоверение), ФИО4 (доверенность, удостоверение),

от ответчика по встречному иску: ФИО5 (доверенность, паспорт),

от третьего лица – не явились, извещены,


                                     У С Т А Н О В И Л:

Главное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю (далее – ГУ МВД РФ по Алтайскому краю, истец) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, к обществу с ограниченной ответственностью «Селф» (далее – ООО «Селф», ответчик) о признании недействительным дополнительного соглашения № 8 от 28 марта 2014г., применении последствий недействительности в виде взыскания 3 157 995 руб. 35 коп., взыскании 9 180 418 руб. 90 коп. неосновательного обогащения (л.д. 63 – 68 т.23).

Исковые требования мотивированы тем, что в ходе исполнения государственного контракта № 2012.86756 от 26 июля 2012г. сторонами было заключено дополнительное соглашение № 8 от 28 марта 2014г., которым установлены повышающие коэффициенты, отличающиеся от коэффициентов, указанных в аукционной документации, что повлекло необоснованную выплату подрядчику денежной суммы в размере 3 157 995 руб. 35 коп. Кроме того, установлено завышение объемов работ, указанных в актах о приемке выполненных работ, что подтверждается двумя актами контрольного обмера, а также применение подрядчиком в актах о приемке выполненных работ стоимости материалов, отличающейся от цен, согласованных в локальной смете к контракту. Помимо этого, подрядчиком необоснованно применен повышающий коэффициент на возведение титульных временных зданий и сооружений, в то время как таковые объекты построены не были.

Ответчик исковые требования не признал, указав на то, что все изменения в видах поставленного оборудования и его стоимости были согласованы с заказчиком и произведены по инициативе последнего. Кроме того, работы, указанные в актах контрольного обмера, фактически были выполнены, что подтверждается актами КС-2, подписанными ГУ МВД РФ по Алтайскому краю.

В ходе рассмотрения дела ООО «Селф» предъявило встречный иск, уточненный в порядке статьи 49 АПК РФ, к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю о взыскании 6 791 256 руб. 17 коп. убытков в виде недополученной стоимости выполненных работ, складывающейся из – за разницы индексов – дефляторов (л.д. 69 т.25). Исковые требования мотивированы тем, что согласно заключению судебной строительно – технической экспертизы стоимость выполненных работ составила 241 044 140 руб., в то время как подрядчиком оплачено 234 252 883 руб. 83 коп.

Встречный иск принят для совместного рассмотрения с первоначальными требованиями.

Третье лицо в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежаще, в связи с чем суд рассматривает дело в его отсутствие.

В судебном заседании объявлялся перерыв, о чем делалось сообщение на сайте суда в сети «Интернет».

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

26 июля 2012г. между ГУ МВД РФ по Алтайскому краю (заказчик) и ООО «Селф» (подрядчик) заключен государственный контракт № 2012.86756, по условиям которого подрядчик обязался выполнить работы по строительству объекта «ИВС г. Бийск» и осуществить ввод объекта в эксплуатацию.

В соответствии с пунктом 2.1 контракта цена контракта составляет 234 252 883 руб. 83 коп., в том числе НДС – 18% - 35 733 490 руб. 75 коп.

Согласно пункту 3.1 контракта генеральный подрядчик обязуется выполнить работы (этапы работ) по контракту в соответствии с графиком производства работ (этапов работ) (приложение № 2), который согласуется ежегодно по мере выделения лимитов бюджетных средств.

Дата окончания работ – 25 декабря 2014г.

28 марта 2014г. между ГУ МВД РФ по Алтайскому краю и ООО «Селф» заключено дополнительное соглашение № 8, по условиям которого пункт 2.5 контракта дополнен следующим абзацем: «Стоимость выполненных работ рассчитывается по сметам, составленным в базисных ценах 2001г. с переводом в текущий уровень цен индексами изменения стоимости по отдельным элементам прямых затрат в составе стоимости соответствующих видов работ, рассчитываемых ежеквартально КАУ «АлтайРЦЦС», на момент фактического выполнения работ и с учетом понижающего коэффициента К=0,995 в пределах твердой цены контракта, определенной по итогам открытого аукциона в электронной форме».

ООО «Селф» составлены акты КС-2 на твердую цену контракта 234 252 883 руб. 83 коп., которые подписаны обеими сторонами без возражений.

Платежными поручениями ГУ МВД РФ по Алтайскому краю произвело оплату по контракту на сумму 234  252 883, 83 руб. (л.д. 58 – 83 т.1).

Полагая, что дополнительное соглашение № 8 противоречит закону и подрядчиком излишне были получены бюджетные средства, истец обратился в суд с настоящим иском.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные  с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как следует из материалов дела, при составлении аукционной документации для торгов начальная максимальная цена контракта составляла 235 430 034 руб. При расчете указанной цены заказчик исходил из лимитов финансирования в 2012г. – 116 207,5 тыс. руб.; в 2013г.- 49 146,5 тыс. руб.; в 2014г. – 65614,264 тыс. руб. и индексов – дефляторов (по справке КАУ «Алтайский региональный центр ценообразования в строительстве» - на 2012г. – 107,2%, на 2013г. – 107,1%, на 2014г. – 106.8% (л.д. 84 т1).

В ходе исполнения контракта стороны заключили дополнительное соглашение № 8 от 28 марта 2014г., в котором установили, что с момента его подписания стоимость работ будет рассчитана в ценах 2001г. с переводом в текущий уровень цен индексами изменения стоимости по отдельным элементам прямых затрат в составе стоимости соответствующих видов работ, рассчитываемых ежеквартально КАУ «АлтайРЦЦС», на момент фактического выполнения работ и с учетом понижающего коэффициента К=0,995 в пределах твердой цены контракта, определенной по итогам открытого аукциона в электронной форме.

В исковом заявлении ГУ МВД РФ по Алтайскому краю указало на то, что в результате заключения данного соглашения произошло изменение существенных условий контракта, что противоречит положениям статьи 95 ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Сохранение условий государственных и муниципальных контрактов в том виде, в котором они были изложены в извещении о проведении открытого аукциона в электронной форме и в документации об аукционе, невозможность ведения переговоров между заказчиком и участниками закупок и исполнение контракта на условиях, указанных в документации, направлены на обеспечение равенства участников размещения заказов, создание условий для свободной конкуренции, обеспечение в связи с этим эффективного использования средств бюджетов и внебюджетных источников финансирования, на предотвращение коррупции и других злоупотреблений в сфере размещения заказов с тем, чтобы исключить случаи обхода закона – искусственного ограничения конкуренции при проведении аукциона и последующего создания для его победителя более выгодных условий исполнения контракта.

В данном случае замена индексов – дефляторов (годовых) на ежеквартальные индексы изменения стоимости по отдельным элементам прямых затрат в составе стоимости соответствующих видов работ не привела к ограничению конкуренции, поскольку при обоих вариантах расчета окончательная стоимость выполненных работ не могла превышать твердую цену контракта, о чем прямо было указано в дополнительном соглашении № 8.

Кроме того, согласно заключению проведенной по делу судебной строительно – технической экспертизы стоимость выполненных работ исходя из индексов – дефляторов составляет 241 044 140 руб., а исходя из условий дополнительного соглашения № 8 от 28 марта 2014г. – 236 459 895 руб. (л.д. 121 т.23), в связи с чем в результате заключения указанного дополнительного соглашения не было нарушено законодательство о конкуренции, и как следствие права третьих лиц.

Более того, согласно пункту 5 статьи 166 Гражданского кодекса РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Как следует из материалов дела, обе стороны контракта после заключения дополнительного соглашения сдавали и принимали работы исходя из индексов, указанных в дополнительном соглашении № 8, не выйдя при этом за твердую цену контракта.

С учетом действий ГУ МВД Российской Федерации по Алтайскому краю по подписанию актов о приемке работ (КС-2) с индексами, указанными в дополнительном соглашении № 8, суд полагает, что поведение заказчика по контракту после подписания дополнительного соглашения № 8 давало основание ООО «Селф» полагаться на действительность сделки, в связи с чем заявление ГУ МВД Российской Федерации по Алтайскому краю о недействительности дополнительного соглашения № 8 не имеет правового значения в силу пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, суд не находит оснований для признании недействительным дополнительного соглашения № 8 от 28 марта 2014г. и применения последствий недействительности в виде возврата денежных средств в сумме 3 157 995 руб. 35 коп., в связи с чем отказывает в указанной части иска.

При этом требования о признании дополнительного соглашения недействительным рассмотрены судом по существу, поскольку суд пришел к выводу, что срок исковой давности ГУ МВД РФ по АК пропущен не был, так как указанная сделка оспаривалась как совершенная в нарушение прямого запрета, установленного законом, т.е. как ничтожная, для оспаривания которой установлен трехлетний срок исковой давности.


Помимо этого, ГУ МВД РФ по Алтайскому краю были заявлены требования о взыскании неосновательного обогащения в сумме 9 180 418 руб. 90 коп., складывающегося из следующих сумм:

-4 141 995 руб. 98 коп. - затраты на временные здания и сооружения;

-407 173 руб. – по акту контрольного обмера № 2;

-424 477 руб. 92 коп. – разница, возникшая в результате использования утеплителя чердачных помещений ИВС, КПП, гаража П -125 вместо П-175;

-1 038 014 руб. – разница, возникшая в связи с использованием при выполнении теплоизоляции воздуховодов вместо «Энергофлекс» вспененного полиэтилена, толщиной 5мм.;

-705 066 руб. – разница, возникшая в связи с поставкой электростанции по завышенной цене;

-427 411 руб. – разница, возникшая в связи с поставкой резервуара накопительного по завышенной цене;

-39 924 руб. – разница, возникшая в связи с поставкой урн для мусора, БУМа для собак, барьера и штакетника по завышенной цене;

-642 057 руб. – разница, возникшая в связи с поставкой мебели по завышенной цене;

-1 354 300 руб. – завышение объемов работ по устройству асфальтобетонного покрытия (л.д. 63 – 68 т.23).

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределения бремени доказывания, на истце лежит обязанность доказать то, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено либо сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца (истец понес или должен будет понести расходы в силу обязанностей по договору или в силу закона или иного нормативного правового акта); размер неосновательного обогащения; невозможность возврата неосновательно полученного или сбереженного в натуре.

В судебном заседании судом неоднократно истцу и ответчику разъяснялось, что юридически значимым обстоятельством по настоящему делу является объем и стоимость фактически выполненных работ подрядчиком во исполнение государственного контракта, а также объем и стоимость не выполненных ответчиком работ.

От проведения судебной строительно – технической экспертизы с постановкой указанных вопросов, стороны отказались, сославшись на большую стоимость подобного исследования.

В связи с этим при ответе на вопросы об объеме всех выполненных работ по контракту и об объеме не выполненных по контракту работ эксперты исходили из проектной документации и актов КС-2 без исследования фактического объема выполненных и невыполненных работ, о чем пояснили в судебном заседании. При этом под невыполненными работами эксперты понимали работы, которые имеются в проектной документации, но отсутствуют в актах КС-2 без учета замены по соглашению сторон одних видов работ на другие с внесением соответствующих изменений в проектную документацию.

Как следует из заключения эксперта, стоимость работ выполненных и принятых по актам КС-2 по контракту после пересчета в соответствии с порядком определения стоимости работ (цены контракта) составляет 241 044 140 руб.

Стоимость работ исходя из цен, установленных условиями аукционной документации в информационной карте аукциона с применением индексов – дефляторов до 28 марта 2014г., а затем исходя из условий, установленных дополнительным соглашением № 8 от 28 марта 2014г., составляет 236 459 895 руб. (л.д. 121 т.23).

Таким образом, при расчете как по аукционной документации, так и с учетом коэффициентов, установленных дополнительным соглашением № 8, стоимость выполненных подрядчиком работ превышает твердую цену контракта.

При этом эксперт производил расчеты без проверки всего объема фактически выполненных работ на объекте.

Анализируя причины превышения твердой цены контракта, эксперт указал, что информационной картой открытого аукциона в электронной форме был предусмотрен лимит на 2013 год в размере 49 146 500 руб., из них 76 575 197 руб. должны быть выполнены в 2012 году (при перерасчете исходя из лимита), следовательно, выполненные работы за 2013 год, к которым применяется индекс – дефлятор на 2013 год (по информационной карте открытого аукциона), составили 26 157 393 рублей. Остаток не выполненных работ за 2013 год составит 22 989 107 рублей, стоимость этих работ, как фактически выполненных в 2014 году, рассчитана уже с учетом как индекса – дефлятора на 2013 год так и индекса – дефлятора на 2014 год. Исходя из этого, в случае выполнения этих работ в 2013 году, как это было предусмотрено лимитом, их стоимость была бы меньше на 1 463 726 рублей (л.д. 137  - 138 т.21).

Также эксперт отметил, что в ряде актов КС-2 не учитываются затраты, предусмотренные сводным сметным расчетом: добровольное страхование – 1% от СМР, строительный контроль – 1,93%, авторский надзор – 0.2% и непредвиденные затраты в размере 2%. Данный объем затрат компенсирован выполнением дополнительных видов работ (акты исключить – добавить). Пересчет этих дополнительных работ с учетом индексов – дефляторов мог повлиять на изменение общей стоимости работ (л.д. 138 т.21).

Таким образом, превышение твердой цены контракта могло произойти вследствие нарушения подрядчиком графика выполнения работ с учетом заложенных на каждый год лимитов финансирования.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд полагает, что увеличение стоимости работ по актам КС-2 произошло вследствие более позднего выполнения работ по контракту и увеличения в связи с этим подлежащих применению индексов, что следует из заключения экспертов (л.д. 138 т.21) и пояснений экспертов, данных в судебном заседании.  Доказательств выполнения дополнительных работ сверх стоимости контракта ООО «Селф» суду не представило.

С учетом изложенного суд полагает, что подрядчиком выполнены работы, предусмотренные контрактом, на сумму, не превышающую твердую цену контракта, составляющую в силу пункта 2.1 контракта 234 252 883 руб. 83 коп.

В уточненном исковом заявлении ГУ МВД РФ по АК просило взыскать неосновательное обогащение в виде разницы между стоимостью работ, указанных в актах КС-2 и актах контрольного обмера № 1 и №2, разницы между стоимостью утеплителя по актам и стоимостью фактически уложенного утеплителя, а также разницу между стоимостью работ по укладке асфальтобетонного покрытия по актам КС-2 и стоимостью фактически уложенного объема асфальта.

Для определения объема фактически выполненных работ в указанной части судом была назначена строительно – техническая экспертиза. По данным вопросам эксперт выезжал на объект и осуществлял проверку фактического выполнения только данного объема работ.


Согласно заключению эксперта разница в стоимости работ, перечисленных в актах контрольного обмера № 1 и № 2 от 19 июня 2015г., и фактически не выполненных подрядчиком, с учетом работ, выполненных в ходе рассмотрения дела, исходя из цен установленных дополнительным соглашением № 8 от 28 марта 2014г., с учетом дополнительного расчета, выполненного экспертом в связи с арифметической ошибкой, составила 17 360 руб. (расчет представлен 30 августа 2018г., т.25).

При этом эксперт уточнил выводы, исключив из числа невыполненных работы по посеву газона, пояснив, что на момент проведения экспертизы невозможно было определить выполнение работ по посеву газона, так как при неосуществлении ухода за газоном факт посева визуально не установить в связи с вытеснением посеянного газона сорняками.

Вместе с тем, с учетом представленного подрядчиком акта, подтверждающего фактическое выполнение работ по посеву газона, подписанного со стороны ответчика начальником ИВС МУ МВД России «Бийское» ФИО6 (л.д.46 т.3), эксперт осуществил перерасчет, согласно которому стоимость не выполненных подрядчиком работ, перечисленных в актах контрольного обмера № 1 и № 2, за минусом работ по посеву газона составила 17 360 руб.


Также истец просил взыскать неосновательное обогащение в сумме 1 038 014 руб., возникшее в связи с применением вместо теплоизоляции воздуховодов «Энергофлекс Блэк Стар» вспененного полиэтилена с покрытием из алюминиевой фольги, толщиной 5 мм.

Согласно заключению экспертов разница между стоимостью материалов и работ по теплоизоляции воздуховодов приточно – вытяжной вентиляции в здании ИВС, которая отражена в актах приемки выполненных работ (КС-2), и стоимостью материалов и работ по теплоизоляции воздуховодов приточно – вытяжной вентиляции в здании ИВС, фактически выполненных на объекте на дату приемки работ по КС-2 составляет 494 138 руб. (л.д. 133 т.23). При этом согласно развернутому расчету, представленному 30 августа 2018г., при расчете учтены коэффициенты, предусмотренные контрактом.

В судебном заседании ООО «Селф» указало на то, что указанная разница возникла вследствие изменения работ по теплоизоляции воздуховодов, так как сторонами было согласовано изменение материалов, но не согласовано изменение работ, необходимых при использовании данных материалов.

Так, в заключении эксперт указал на то, что основным отличием примененного подрядчиком материала от материала, предусмотренного проектной документацией, является отсутствие клеящего состава и цвет изделия. Отсутствие клеящего состава влияет непосредственно на производство работ по утеплению поверхности воздуховодов. Теплоизоляция воздуховодов вспененным полиэтиленом без клеящего слоя осуществляется менее трудозатратным способом. Учитывая схожие характеристики по теплопроводности предусмотренного проектной документацией и примененного материала, показатели объекта капитального строительства «ИВС г. Бийск», не изменились (л.д. 152 т.21).

Вместе с тем, экономия подрядчика имеет место при удешевлении работ за счет усилий подрядчика по использованию более эффективных методов выполнения работы, либо изменения на рынке цен на материалы и оборудование, которые учитывались при определении цены.

Указанный подход изложен в постановлении ФАС Западно – Сибирского округа от 06 июля 2011г. по делу №А45-2921/2010, постановлении ФАС Западно – Сибирского округа от 03 октября 2012г. по делу №А75-9299/2011.

В данном случае подрядчиком были выполнены работы по теплоизоляции иным способом, по сравнению с предусмотренным контрактом, в связи с чем на стороне подрядчика имеет место неосновательное обогащение в виде необоснованно полученной стоимости работ, учитывающих наклейку утеплителя, которые фактически не производились.


Помимо этого, ГУ МВД России по АК просило взыскать неосновательное обогащение в размере 1 354 300 руб., возникшее в связи с завышением стоимости выполненных работ в актах КС-2 при устройстве асфальтобетонного покрытия.

Согласно заключению экспертов разница между стоимостью материалов и работ по устройству асфальтобетонного покрытия на объекте, отраженных в актах приемки выполненных работ (КС-2) и фактически выполненных на объекте на дату приемки КС-2 составляет 1 354 300 руб.  Указанная разница образовалась вследствие несоответствия толщины асфальтобетонного покрытия, указанной в актах КС-2, и определенной экспертом по факту путем осуществления вырубок (л.д. 17 т.22).


Таким образом, общий размер неосновательно полученных подрядчиком денежных сумм составит 1 865 798 руб., исходя из следующего расчета: 17 360 руб. (завышение по актам контрольного обмера) + 494 138 руб. (завышение работ по утеплителю воздуховодов) +1 354 300 руб. (завышение работ по устройству асфальтобетонного покрытия).


В оставшейся части суд не находит оснований для взыскания неосновательного обогащения по следующим основаниям.


Так, в исковом заявлении ГУ МВД РФ по АК просило взыскать в качестве неосновательного обогащения денежную сумму в размере 4 141 995 руб. 98 коп., возникшую в связи с применением подрядчиком при расчете стоимости работ коэффициента на временные здания и сооружения 1,8%.

 Согласно главе 8 сводного сметного расчета стоимости строительства  при расчете твердой цены контракта была заложена стоимость временных зданий и сооружений по ГСН 81-05-01-2001 п. 4.2. в размере 1,8 %.

Для целей настоящего контракта стороны определили под временными сооружениями понимать все временные сооружения любого типа, устанавливаемые подрядчиком на строительной площадке и необходимые для выполнения и завершения работ.

Согласно техническому заданию (пункт 6.3) на объекте предусмотрено обустройство временной дороги с щебеночным покрытием или из сборных железобетонных плит, выполнение разворотных площадок. В качестве временных зданий и сооружений приняты инвентарные контейнерные и передвижные. На объекте предусмотрена установка временных туалетов и пожарного щита. Площадка строительства ограждается сплошным временным забором из профлиста, высотой 2 м.

Все указанные объекты относятся к временным зданиям и сооружениям, что следует из приложений к ГСН-2001 «Сборник сметных норм затрат на строительство временных зданий и сооружений. ГСН 81-05-01-2001».

Затраты на возведение временных зданий и сооружений являются одним из расчетных показателей (индексом), учитываемых при определении стоимости работ, и включены в общую стоимость работ, подлежащих оплате по договору.

При этом из буквального толкования условий договора, его дополнительных соглашений и приложений к ним следует, что включение в стоимость (цену) работ расчетного показателя «затраты на возведение временных зданий и сооружений» осуществляется без предоставления подтверждающих документов, то есть условиями договора не предусмотрена обязанность подрядчика предоставлять какие – либо документы, подтверждающие возведение временных зданий и сооружений. Следовательно, в предмет доказывания по настоящему делу не входит установление фактического возведения временных зданий и сооружений.

Указанный подход изложен в Определении Верховного Суда РФ от 14 февраля 2017г. №306-ЭС16-12787 по делу №А55-8347/2015, постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29 марта 2017г. по делу №А55-23355/2016.

Более того, выполнение строительных работ по возведению нового объекта без ограждающего забора, временных дорог, бытовок и туалетов фактически невозможно.

При таких обстоятельствах подрядчик правомерно при указании стоимости выполненных работ применил согласованный в контракте коэффициент на временные здания и сооружения, в связи с чем оснований для взыскания неосновательного обогащения в виде оплаченных работ с учетом коэффициента на временные здания и сооружения (1,8% от стоимости работ), суд не находит.


Кроме того, ГУ МВД РФ по Алтайскому краю просило взыскать в качестве неосновательного обогащения разницу в стоимости утеплителя в сумме 424 477 руб. 92 коп.

Согласно заключению судебной экспертизы, проведенной ООО «ЦНПЭ «Алтай – Эксперт», в экспертном учреждении отсутствует толщиномер проб. При этом определить марку плит из минеральной ваты возможно только с привлечением специализированной организации, в которой имеется соответствующее оборудование. На территории Алтайского края и в Новосибирской области организации, имеющие данное оборудование, отсутствуют. В связи с этим определить достоверно марку плит из минеральной ваты, которые были уложены при выполнении строительных работ, не представляется возможным.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО7 пояснил, что в материалы дела представлено досудебное исследование ФБУ Алтайская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции РФ (л.д. 130 т.4), в котором сделан вывод о применении утеплителя П125. Вместе с тем, при проведении данного исследования применена методика, рассчитанная на твердый утеплитель, в то время как в данном случае использована минеральная вата, для определения марки которой применение методики, рассчитанной на твердый утеплитель, недопустимо.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказана укладка ответчиком утеплителя П125 вместо утеплителя П175, в связи с чем оснований для взыскания неосновательного обогащения, возникшего в результате использования утеплителя с иными характеристиками по сравнению с заложенными в контракте суд не находит.


Также истец  просил взыскать неосновательное обогащение, возникшее в связи с установкой дизельной электростанции АД200С-Т400-2Р, стоимостью 1 638 336 руб., вместо согласованной в смете электростанции FG WISION P150E, стоимостью 933 270 руб. (л.д. 66 т.23).

Как следует из материалов дела, в проектную документацию были внесены изменения (том 11.7 доп), подписанные начальником ОООКС и КР ФИО8, в которых согласовано изменение марки дизельной электростанции и стоимость устанавливаемой взамен электростанции АД200С-Т400-2Р. По расчету эксперта стоимость электростанции АД200С-Т400-2Р с учетом индексов, указанных в дополнительном соглашении № 8 от 28 марта 2014г. составит 1 711 212 руб. (л.д. 10 т.22).

Вместе с тем, ООО «Селф» в актах о приемке работ указана стоимость дизельной электростанции в сумме 1 638 336 руб., т.е. в пределах цены, указанной в уточненной смете.

Полномочия ФИО8 (начальник отдела организации капитального строительства и капитального ремонта) на согласование изменений в проектную документацию подтверждены представленной в материалы дела доверенностью (л.д. 96 – 98 т 18) и должностной инструкцией (л.д. 99 – 104 т.18).

С учетом того, что сторонами контракта было согласовано изменение марки и стоимости дизельной электростанции, а также исходя из того, что стоимость всех работ, выполненных по актам КС-2, предъявленных к приемке и оплаченных заказчиком, не превышает твердую цену контракта, оснований для взыскания неосновательного обогащения в виде разницы в стоимости электростанции, указанной в первоначальной смете, и стоимости электростанции по акту КС-2, суд не находит.


Также истец просил взыскать разницу между стоимостью фактически установленного резервуара накопительного с емкостью 20м3 (839 212 руб.) и стоимостью резервуара накопительного с емкостью 25м3 по смете (411 801 руб.) в размере 427 411 руб. (л.д. 67 т.23).

Как следует из материалов дела, сторонами в дополнительной смете (том 11.7 (доп), была изменена стоимость накопительного резервуара, которая согласно заключению экспертов с учетом дополнительного соглашения № 8 составила 857 639 руб. (л.д. 11 т.22).

Подрядчиком в акте КС-2 предъявлена к оплате стоимость резервуара в суме 839 212 руб., т.е. в пределах согласованной стоимости резервуара.

Полномочия ФИО8 (начальник отдела организации капитального строительства и капитального ремонта) на согласование изменений в проектную документацию подтверждены представленной в материалы дела доверенностью (л.д. 96 – 98 т 18) и должностной инструкцией (л.д. 99 – 104 т.18).

С учетом того, что сторонами подписаны акты о приемке работ в пределах твердой цены контракта, а также указанная в актах стоимость резервуара не превышает стоимость, согласованную сторонами в дополнительной смете, оснований для взыскания неосновательного обогащения в виде разницы между стоимостью резервуара по первоначальной смете и стоимостью, указанной в акте КС-2, суд не находит.


Помимо этого, ГУ МВД по АК просило взыскать неосновательное обогащение в виде разницы в стоимости урн для собак из бетона, БУМ для собак, барьера и штакетника, предусмотренных в первоначальной смете и указанных в актах о приемке работ КС-2 в общей сумме 39 924 руб. (л.д. 67 т.23).

В ходе исполнения контракта сторонами с учетом изменения характеристик поставляемых товаров были согласованы стоимость урны в размере 10 091 руб. 95 коп., стоимость БУМа для собак в размере 50 000 руб., стоимость барьера в размере 19 725 руб., стоимость штакетника – 19 725 руб., что подтверждается спецификацией, подписанной начальником ООО КС и КР УОТО ГУ МВД России по АК ФИО8 (л.д. 73 -75 т.23).

В актах о приемке выполненных работ стоимость урн составляет 10 451 руб., стоимость БУМа для собак – 51 798 руб., стоимость барьера – 19 725 руб., стоимость штакетника 20 434 руб., что следует из заключения эксперта (л.д. 134 – 135 т.23).

Разница между ценой, согласованной в спецификации, и указанной в актах о приемке выполненных работ, возникла в связи с тем, что в актах о приемке работ указана стоимость с учетом коэффициента на зимнее удорожание и коэффициента на возвещение временных зданий и сооружений, которые подлежат применению к стоимости, указанной в спецификации. Обоснованность применения указанных повышающих коэффициентов к стоимости материалов подтверждена пояснениями экспертов.

Полномочия ФИО8 (начальник отдела организации капитального строительства и капитального ремонта) на согласование изменений в проектную документацию подтверждены представленной в материалы дела доверенностью (л.д. 96 – 98 т 18) и должностной инструкцией (л.д. 99 – 104 т.18).

С учетом того, что изменение стоимости материалов было согласовано сторонами в спецификации и при подписании актов о приемке работ КС-2 стороны не вышли за твердую цену контракта, оснований для взыскания разницы между ценой материалов, указанной в первоначальной сметой, и ценой, указанной в актах КС-2, суд не находит.


Помимо этого, ГУ МВД России по АК просило взыскать с ответчика разницу между стоимостью оборудования и мебели по первоначальной смете и стоимостью мебели и оборудования, указанных в актах КС-2, в сумме 642 057 руб. (л.д. 67 т.23).

В судебном заседании эксперт пояснил, что им посчитана разница в стоимости мебели и оборудования по первоначальной проектно – сметной документации и по актам КС-2, составленным с учетом внесения изменений в проектно – сметную документацию.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, изменение стоимости мебели происходило в связи с изменением характеристик поставленного товара и было согласовано сторонами в смете – Раздел 11 «Сметная документация» 807-043-10-СМ том 11.7 (доп). При этом часть мебели была исключена из первоначальной сметы и добавлена другая мебель с иными расценками.

Полномочия ФИО8 (начальник отдела организации капитального строительства и капитального ремонта) на согласование изменений в проектную документацию подтверждены представленной в материалы дела доверенностью (л.д. 96 – 98 т 18) и должностной инструкцией (л.д. 99 – 104 т.18).

Указанное не свидетельствует о неосновательном обогащении ответчика, поскольку за пределы твердой цены контракта стороны при подписании актов КС-2 не вышли.

С учетом изложенного, суд не находит оснований для взыскания неосновательного обогащения, возникшего в связи с изменением стоимости мебели.


При таких обстоятельствах суд полагает, что подрядчиком выполнены работы, предусмотренные контрактом, на сумму, не превышающую твердую цену контракта, составляющую в силу пункта 2.1 контракта 234 252 883 руб. 83 коп.

При этом часть работ, предусмотренная контрактом, оказалась не выполненной, а именно:

-17 360 руб. – стоимость не выполненных работ, указанных в акте контрольного обмера № 2;

-494 138 руб. – разница между стоимостью материалов и работ по теплоизоляции воздуховодов приточно – вытяжной вентиляции в здании ИВС;

-1 354 300 руб. – завышение стоимости работ при устройстве асфальтобетонного покрытия.

Таким образом, общая сумма необоснованно полученных денежных средств составит 1 865 798 руб.

Исходя из вышеизложенного, с ООО «Селф» в пользу ГУ МВД России по Алтайскому краю подлежит взысканию неосновательное обогащение в сумме 1 865 798 руб.

В удовлетворении первоначального иска в оставшейся части суд отказывает.


В ходе рассмотрения дела ООО «Селф» подано встречное исковое заявление, уточненное в порядке статьи 49 АПК РФ, о взыскании 6 791 256 руб. 17 коп. убытков в виде недополученной стоимости выполненных работ, возникших из – за разницы в индексах –дефляторах (л.д. 69 т. 25).

Согласно пункту 1 статьи 709 Гражданского кодекса РФ в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения.

Цена работы (смета) может быть приблизительной или твердой. При отсутствии других указаний в договоре подряда цена работы считается твердой.

В силу пункта 6 статьи 709 Гражданского кодекса РФ подрядчик не вправе требовать увеличения твердой цены, а заказчик ее уменьшения, в том числе и в случае, когда в момент заключения договора подряда исключалась возможность предусмотреть полный объем подлежащих выполнению работ или необходимых для этого расходов.

Стороны в пункте 2.1 договора согласовали твердую цену контракта – 234 252 883 руб. 83 коп.

В дополнительном соглашении № 8 от 28 марта 2014г. (л.д. 44 т.1) стороны дополнили пункт 2.5 контракта абзацем о том, что стоимость выполненных работ рассчитывается по сметам, составленным в базисных ценах 2001г. с переводом в текущий уровень цен индексами изменения стоимости по отдельным элементам прямых затрат в составе стоимости соответствующих видов работ, рассчитываемых ежеквартально КАУ «АлтайРЦЦС», на момент фактического выполнения работ и с учетом понижающего коэффициента К=0,995 в пределах твердой цены контракта, определенной по итогам аукциона в электронной форме.

Исходя из анализа дополнительного соглашения при применении квартальных коэффициентов при расчете стоимости выполненных работ стороны не должны выйти за твердую цену контракта.

Кроме того, изменяя виды и стоимость работ путем исключения одних работ и включения других видов работ и материалов, стороны к соглашению об увеличении твердой цены контракта не пришли. Какие – либо соглашения относительно увеличения твердой цены контракта с учетом согласования сторонами одних материалов и исключения других материалов сторонами подписаны не были.

Доказательства того, что превышение твердой цены контракта произошло в связи с выполнением дополнительных работ ООО «Селф» суду не представило.

Так, согласно заключению судебной строительно – технической экспертизы увеличение цены контракта произошло, в том числе, в связи с нарушением подрядчиком графика освоение лимитов финансирования, заложенных в аукционной документации, что повлекло удорожание работ с учетом применения к выполненным работам дополнительно к коэффициенту года, в котором работы должны были быть выполнены, коэффициента следующего года, в котором работы фактически были закрыты.

Доказательства того, что работы по контракту приостанавливались по причине отсутствия лимитов финансирования, ООО «Селф» суду не представило. Само по себе заключение соглашений об изменении лимитов финансирования, не свидетельствует об отсутствии у заказчика денежных средств, поскольку данные соглашения могли быть заключены как по причине невыполнения подрядчиком работ в текущем году в целях получения заказчиком лимитов финансирования на следующий календарный год, так и в связи с отсутствием у заказчика лимитов финансирования.

С учетом представленных доказательств, суд полагает, что подрядчиком не доказан факт отсутствия у заказчика лимитов финансирования, в связи с чем предъявление требований о взыскании неосновательного обогащения, возникшего по причине нарушения подрядчиком графика освоения лимитов финансирования суд расценивает как злоупотребление правом.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для взыскания разницы между твердой ценой контракта и стоимостью работ, рассчитанной с учетом индексов, установленных КАУ «АлтайРЦЦС», в связи с чем в удовлетворении встречного иска отказывает в полном объеме.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в случае частичного удовлетворения как первоначального, так и встречного имущественного требования, по которым осуществляется пропорциональное распределение судебных расходов, судебные издержки истца по первоначальному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Судебные издержки истца по встречному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных встречных исковых требований.

При подаче первоначального иска ГУ МВД Российской Федерации по Алтайскому краю было освобождено от обязанности по оплате государственной пошлины.

В то же время за рассмотрение первоначального иска государственная пошлина должна была составить 6 000 руб. за неимущественное требование о признании недействительным дополнительного соглашения и применении последствий недействительности и 68 902 руб. за рассмотрение требования о взыскании неосновательного обогащения в сумме 9 180 418 руб. 90 коп.

Пропорционально удовлетворенным требованиям по первоначальному иску (20,32%), с ООО «Селф» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 14 001 руб.

Государственная пошлина с ГУ МВД РФ по АК не взыскивается, в связи с освобождением последнего от обязанности по оплате государственной пошлины.

За рассмотрение встречного иска ООО «Селф» оплатило государственную пошлину в сумме 62 634 руб.

Вместе с тем с учетом уточнения исковых требований государственная пошлина по встречному иску составляет 56 956 руб. (переплата 5 678 руб.).

Поскольку в удовлетворении встречного иска отказано, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 56 956 руб. подлежат отнесению на ООО «Селф».

Переплату по государственной пошлине в сумме 5 678 руб. суд полагает возможным зачесть в счет подлежащей взысканию с ООО «Селф» государственной пошлины по первоначальному иску.

С учетом зачета государственной пошлины, подлежащей взысканию в бюджет с ООО «Селф» по первоначальному иску, и государственной пошлины, подлежащей возврату из бюджета по встречному иску, с ООО «Селф» окончательно в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 8 323 руб. (14 001 – 5678).

  На основании статей 309, 702, 711 Гражданского кодекса Российской Федерации,  руководствуясь статьями 27, пунктом 3.1 статьи 70, статьями 110, пунктом 4 статьи 137, пунктом 2 части 1 статьи 148, пунктом 3 статьи 156, статьями 167-171, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд Алтайского края     

                                                    Р Е Ш И Л :

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Селф», с. Богашево Томской области (ОГРН <***>) в пользу Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю, г. Барнаул (ОГРН <***>) 1 865 798 руб. неосновательного обогащения.

В удовлетворении остальной части первоначального иска отказать.

В удовлетворении встречного иска общества с ограниченной ответственностью «Селф», с. Богашево Томской области (ОГРН <***>) к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю, г. Барнаул (ОГРН <***>) о взыскании 6 791 256 руб. 17 коп. долга отказать в полном объеме.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Селф», с. Богашево Томской области (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 8 323 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск, в течение месяца со дня принятия решения, либо в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                                                 Е.Н. Пашкова