Решение от 9 июня 2023 г. по делу № А43-19288/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ



Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А43-19288/2022


г. Нижний Новгород 09 июня 2023 года


Резолютивная часть решения объявлена 11 мая 2023 года

Решение изготовлено в полном объеме 09 июня 2023 года


Арбитражный суд Нижегородской области в составе

судьи Алмаевой Елены Николаевны (шифр 23-410),

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело

по иску Wenger S.A. (Венгер С.А.), г. Делемон, Швейцария,

к ответчикам: 1) индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), г.Городец, Нижегородская область, 2) индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), г.Заволжье, Нижегородская область,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Мединтек» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), г. Нижний Новгород,

о взыскании 20 000 руб. 00 коп.,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

установил:

в Арбитражный суд Нижегородской области обратилось Wenger S.A. (Венгер С.А.), г.Делемон, Швейцария, с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО3, индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании 20 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам № 682020, № 1368334, а также 1200 руб. 00 коп. стоимости спорного товара, 121 руб. 00 коп. почтовых расходов, 200 руб. 00 коп. расходов за получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, 5 000 руб. 00 коп. расходов на фиксацию правонарушения.

Определением от 08.07.2022 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, исходя из части 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, усмотрел процессуальные основания для рассмотрения дела по общим правилам искового производства, в связи с чем 01.09.2022 вынес определение о рассмотрении дела по общим правилам искового производства.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения дела в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку своих представителей не обеспечили.

В отзыве ответчик – ФИО3 указала, что считает себя ненадлежащим ответчиком, поскольку ИП ФИО3 не предлагала к продаже и не реализовывала спорный товар.

Ответчик – ИП ФИО2 в отзыве на иск пояснила, что совместно с ИП ФИО3 арендует помещение в ТЦ «Китеж» по адресу: <...>, пом. 115а. Указанное помещение не содержит перегородок, разделено условно. ИП ФИО3 осуществляет реализацию белья и чулочно-носочных изделий, ИП ФИО2 осуществляет розничную торговлю кожгалантереи, сумок, кошельков. При отсутствии работника в выходной день ответчики продают товар друг друга. Ответчик указал на злоупотребление истцом права, поскольку действия истца представляют недобросовестное извлечение прибыли. Ответчик также обратил внимание на Указ Президента РФ от 28.02.2022 № 79, в соответствии с которым государство, в котором зарегистрирован правообладатель входит в перечень государств, поддерживающих санкционную политику. Истцом не представлено доказательств того, что на спорный товар не выдавалось разрешение на производство третьими лицами. Кроме того, ответчиком указано на несоразмерность заявленного требования нарушенному обязательству, в связи с чем просил снизить размер компенсации до 2000 руб. – 2500 руб.

По правилам статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей сторон.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем следующих товарных знаков, зарегистрированных, в том числе в отношении товаров 18 класса МКТУ - рюкзаки, сумки:

- товарный знак «Swissgear», зарегистрированный Федеральной службой по интеллектуальной собственности, о чем представлено свидетельство № 682020, дата регистрации – 14.11.2018, дата истечения срока действия исключительного права – 31.05.2027;

- товарный знак, зарегистрированный Всемирной организацией интеллектуальной собственности (ВОИС), о чем представлено свидетельство № 1368334 (дата регистрации 11.08.2017, срок следующего платежа – 11.08.2027).

В целях защиты своих исключительных прав истцом был произведен комплекс мероприятий, в результате которых 06.10.2021 выявлен факт продажи продукции, нарушающей исключительные права истца. В торговом помещении, расположенном по адресу: <...> предлагался к продаже и был реализован товар - рюкзак.

На данном товаре размещено изображение, сходное до степени смешения с товарными знаками № 682020, № 1368334.

Истец не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца.

В связи с выявленным фактом нарушения исключительных прав истцом в порядке досудебного урегулирования спора была направлена ответчику претензия с предложением выплатить компенсацию.

Ответа на претензию от ответчика не поступило.

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения с настоящим иском в суд.

Изучив материалы дела, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 указанной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (п. 2 ст. 1484 ГК РФ).

На основании пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

При этом товарный знак может быть использован как при его нанесении на товар (п.п. 1 п. 2 ст. 1484 ГК РФ), так и при изготовлении самого товара в виде товарного знака.

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Суд установил, что Wenger S.A. (Венгер С.А.), г.Делемон, Швейцария, обладает исключительным правом на товарные знаки № 682020, № 1368334, что подтверждается соответствующими свидетельствами на товарные знаки.

06.10.2021 в магазине, расположенном по адресу: <...> реализован товар – «рюкзак» по цене 1 200 руб. 00 коп.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление № 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

В рассматриваемом случае, сравнив обозначения, зарегистрированные истцом товарные знаки, размещенные на приобретенном у ответчика товаре, судом установлено их сходство до степени смешения с товарными знаками № 682020, № 1368334, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Истец не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. Основания для внедоговорного использования товарных знаков у ответчика отсутствуют.

Факт продажи спорного товара ответчиком подтверждается товарным чеком от 06.10.2021 на сумму 1 200 руб. 00 коп., содержащими сведения о дате приобретения и стоимости товара; а также фотографией товара, приобщенной к материалам дела в качестве вещественного доказательства, и видеозаписью его приобретения.

Вместе с тем, ответчик – ИП ФИО3, возражая против предъявленных требований, указала, что по адресу, где был реализован спорный товар, предпринимательскую деятельность осуществляют ИП ФИО3 и ИП ФИО2 на основании договора аренды с ООО «Мединтек». ИП ФИО3 считает себя ненадлежащим ответчиком, поскольку не предлагала к продаже и не реализовывала спорный товар.

Возражения судом рассмотрены и признаны обоснованными в силу следующего.

В силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Из видеозаписи покупки спорного товара, просмотр которой производился в ходе рассмотрения дела, судом установлено, что от имени ИП ФИО3 был продан товар – рюкзак.

В торговой точке, где был реализован спорный товар, предпринимательскую деятельность осуществляют как ИП ФИО2, так и ИП ФИО3, что следует из договоров аренды нежилого помещения от 01.04.2022 № 15, № 15/1.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ИП ФИО3 является - Торговля розничная одеждой в нестационарных торговых объектах текстилем, одеждой и обувью (ОКВЭД 47.82.1).

В связи с этим представленный истцом товарный чек от 06.10.2021 на сумму 1200 руб., содержащие сведения о наименовании продавца - ИП ФИО3 не подтверждает факт продажи спорного товара самим ответчиком ИП ФИО3

Таким образом, ИП ФИО3 является ненадлежащим ответчиком, поскольку не продавала и не предлагала к продаже товар с изображением сходным до степени смешения с товарными знаками № 682020, № 1368334, в связи с чем она не несет ответственности за возможное нарушение исключительного права на товарные знаки.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ИП ФИО3 является ненадлежащим ответчиком, в связи с чем в удовлетворении исковых требований к ИП ФИО3 истцу следует отказать.

Факт неправомерного распространения контрафактных товаров в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления документа, подтверждающего оплату товара, но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи (абзац 3 пункт 55 постановления Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Исходя из анализа положений статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, видеосъемка при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

О фальсификации доказательств (видеозаписи) ответчиком не заявлено.

Таким образом, факт реализации ответчиком - ИП ФИО2 спорного товара подтвержден надлежащими доказательствами.

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Истец определил компенсацию за незаконное использование товарного знака в размере 20 000 руб. 00 коп. из расчета 10000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных авторских прав за каждый товарный знак, исходя из минимально установленной Гражданским кодексом Российской Федерации.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации.

Определяя размер подлежащей взысканию компенсации, суд руководствуется следующим.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем 2 статьи 1301, абзацем 2 статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, суд, при определенных условиях, может снизить размер компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1515 ГК РФ, однако, такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика, и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Поэтому следует учитывать, что в соответствии с приведенными правовыми позициями снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев. При этом обязанность доказывания обстоятельств, соответствующих этим критериям, возлагается именно на ответчика.

Суд же не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, а также возлагать бремя доказывания указанных выше обстоятельств на истца, тогда как сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом, и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Истцом избран вид компенсации, взыскиваемой на основании статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, по 10 000 руб. 00 коп. (минимальный размер) компенсации за каждый случай нарушения ответчиком прав общества в размере 20 000 руб. 00 коп.

Однако дальнейшее снижение размера компенсации ниже минимального размера (десяти тысяч рублей за каждый факт нарушения) возможно только при наличии мотивированного заявления предпринимателя, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Данный правовой подход изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 11.07.2017 № 308-ЭС17-2988.

На указанное обстоятельство также обращено внимание в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Размер компенсации, заявленный истцом, представляет собой, по сути, минимальный размер, установленный законом, и в силу разъяснений, содержащихся в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, не подлежит большему снижению без заявления ответчика, обоснованного документально.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ИП ФИО2 не доказано наличие оснований, для снижения размера компенсации ниже установленного законом минимального размера, поскольку превышение возможных убытков истца над размером компенсации не доказано ответчиком.

Учитывая данное обстоятельство оснований для снижения компенсации у суда не имеется.

При таких обстоятельствах, требования истца о взыскании компенсации в общей сумме 20000 руб. 00 коп. заявлены обоснованно и подлежат удовлетворению.

При этом, учитывая, что по настоящему делу товар - «рюкзак» признан контрафактным, то после вступления решения суда в законную силу спорный товар подлежит уничтожению.

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Требования истца о взыскании с ответчика судебных издержек в сумме1200 руб. 00 коп., составляющих стоимость контрафактного товара, подлежат удовлетворению, поскольку в качестве доказательств произведенных расходов представлены товарный чек от 06.10.2021 и видеозапись покупки. Приобретенный товар приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Вместе с тем суд не находит оснований для удовлетворения требований о взыскании 121 руб. 00 коп. почтовых расходов, 200 руб. 00 коп. расходов за получение выписки из ЕГРИП в отношении ответчика, 5 000 руб. 00 коп. расходов на фиксацию правонарушения.

В отношении расходов на фиксацию нарушения суд пришел к выводу о недоказанности истцом необходимости несения расходов с целью сбора доказательств.

При обращении с исковым заявлением истец ссылался и представлял доказательства, что товар, обладающий признаками контрафактности, приобретен им в торговой точке, факт покупки подтвержден кассовым чеком и видеосъемкой, которые приобщены к материалам дела.

Из материалов, представленных истцом в подтверждение несения расходов на собирание доказательств, не усматривается, каким образом производилось выявление и фиксация фактов незаконного использования объектов интеллектуальной собственности, что понимается под мониторингом оптово-розничного рынка исполнителем, какие действия, способствующие выявлению фактов правонарушений, совершались исполнителем по договору с истцом.

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований для распределения расходов истца в сумме 5000 руб.

Требования о взыскании 121 руб. 00 коп. почтовых расходов, 200 руб. 00 коп. расходов на получение выписки из ЕГРИП судом отклоняются в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Поскольку в удовлетворении исковых требований к ИП ФИО3 отказано в полном объеме, то оснований для взыскания с ответчика – ИП ФИО2 121 руб. 00 коп.. почтовых расходов и 200 руб. 00 коп. расходов на получение выписки из ЕГРИП, которые были истцом понесены в отношении ответчика – ИП ФИО3 не имеется.

Расходы по государственной пошлине в порядке части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика – ИП ФИО2

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180-182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), г.Городец, Нижегородская область, в пользу Wenger S.A. (Венгер С.А.), <...> руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам № 682020, № 1368334, а также 1200 руб. 00 коп. стоимости спорного товара, 2000 руб. 00 коп. расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части требований истцу отказать.

В удовлетворении исковых требований к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>), г.Заволжье, Нижегородская область, истцу отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

После вступления решения суда в законную силу и истечения срока, установленного на кассационное обжалование контрафактный товар -«рюкзак», подлежит уничтожению.

Настоящее решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента его принятия.

Решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья Е.Н. Алмаева