Решение от 25 июня 2020 г. по делу № А56-136928/2019

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-136928/2019
25 июня 2020 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 23 июня 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 25 июня 2020 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Бойковой Е.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: Федеральное государственное бюджетное учреждение «Петербургский институт ядерной физики им. Б.П. Константинова Национального исследовательского центра «Курчатовский институт» (188300, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.01.2003, ИНН: <***>)

ответчик: Общество с ограниченной ответственностью «СпецЭнергоАтом» (107143, Москва, ш. Открытое, д. 17, корп. 1, этаж 1, пом. II, ком. 10, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.07.2016, ИНН: <***>),

о взыскании 1 277 413 руб. 49 коп.,

при участии

- от истца: ФИО2 (доверенность от 30.06.2019),

- от ответчика: ФИО3 (доверенность от 22.06.2020), ФИО4 (доверенность от 04.02.2020),

установил:

Федеральное государственное бюджетное учреждение «Петербургский институт ядерной физики им. Б.П. Константинова Национального исследовательского центра «Курчатовский институт» (далее – истец, Учреждение) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СпецЭнергоАтом» (далее – ответчик, ООО «СЭА», Общество) о взыскании 1 277 413 руб. 49 коп. неустойки по договору от 22.11.2017 № 0767.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме; заявил ходатайство о приобщении к материалам дела письменных дополнительных пояснений по иску.

Представители ответчика возражали против удовлетворения предъявленных к ООО «СЭА» требований по основаниям, изложенным в отзыве.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, арбитражный суд установил следующее.

Между истцом (заказчиком) и ответчиком (поставщиком) 22.11.2017 заключен договор № 0767 поставки (далее – договор), по условиям которого поставщик обязался поставить и передать заказчику контрольно-измерительные приборы систем важных для обеспечения безопасной эксплуатации РК ПИК НИЦ «Курчатовский институт» - ПИЯФ (далее – товар, приборы) в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

В соответствии с пунктом 1.3 договора приборы, поставляемые в рамках предмета настоящего договора, их наименование, цена и количество, технические и функциональные характеристики (потребительские свойства) и иные требования к приборам установлены в Спецификации на товар (Приложение № 1 договора) и в Техническом задании.

Общая стоимость товара по договору (в редакции дополнительного соглашения от 28.04.2018 № 2 и приложения к нему) составляет 144 590 712 руб. 50 коп.

Во исполнение принятых за себя обязательств Учреждение перечислило ООО «СЭА» денежные средства за поставку товара, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями.

Ссылаясь на неоднократное нарушение ответчиком сроков поставки товара, истец направил в адрес Общества претензию от 24.10.2019 № 500/1-10/5022 с требованием об уплате 1 277 413 руб. 49 коп. неустойки, начисленной за период с 01.05.2018 по 23.12.2018.

Поскольку данное требование осталось ответчиком без удовлетворения, истец обратился в арбитражным суд с настоящим иском.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд считает заявленные требования истца подлежащими частичному удовлетворению в связи со следующим.

В силу статей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В соответствии со статьей 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 2.1 договора поставки срок (период) поставки оборудования по договору: с 01.03.2018 по 30.04.2018 включительно.

Согласно пункту 2.2 договора поставки оборудования осуществляется партиями, определяемыми поставщиком и согласованными заказчиком.

Факт нарушения ООО «СЭА» сроков поставки товара подтверждается представленными в материалы дела передаточными документами, актами приемки товаров и ответчиком не оспаривается.

В пункте 1 статьи 329 ГК РФ установлено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии с пунктом 5.3 договора установлено, что в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных договором, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Пунктом 5.4 договоры стороны установили, что пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного договором, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного договором срока исполнения обязательства, и устанавливается в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от цены договора, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных договором и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем).

Согласно представленному истцом расчету, сумма неустойки составила 1 277 413 руб. 49 коп.

Возражая против удовлетворения предъявленных к Обществу требований, ответчик ссылался на отсутствие вины ООО «СЭА» в нарушении сроков поставки части товара.

Так, в отзыве на иск ответчик указал, что нарушение сроков поставки товара было вызвано отсутствием генерального проектировщика при завершении строительства пускового комплекса ПИК, а также неудовлетворительно разработанными исходными техническими требованиями (ИТТ), а в некоторых случаях – их полным отсутствием на некоторые виды оборудования.

Также в ходе судебного разбирательства представителями Общества было пояснено суду, что в спорный период (18.03.2018) были введены правила, устанавливающие требования к проведению оценки соответствия и формы оценки соответствия продукции на стадиях ее жизненного цикла, применяемой на атомных станциях, сооружениях и комплексах с исследовательскими ядерными реакторами, критическими и подкритическими ядерными стендами, а также систем неразрушающего контроля, комплексов инженерно-технических средств физической защиты ядерных материалов, ядерных установок, пунктов хранения ядерных материалов – НП-071 -18 «Правила оценки соответствия продукции, для которой устанавливаются требования, связанные с обеспечением безопасности в области использования атомной энергии, а также процессов ее проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации, утилизации и захоронения» (далее – Правила НП-071 -18).

Как указал ответчик, ООО «СЭА» было вынуждено уточнять и согласовывать множество технических вопросов непосредственно со специалистами НИЦ «Курчатовский институт» - ПИЯФ.

Судом установлено, что детальное описание требований к функциональным и техническим характеристикам оборудования закреплены в Спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора.

Письмом от 19.02.2018 исх. № 094-18 ООО «СЭА» обратилось к Учреждению с просьбой организовать рабочее совещание 21.02.2018 для внесения изменений в постановочную спецификацию к договору с целью разрешить вопросы, необходимые для запуска производства приборов.

Из существа отзыва также следует, что письмом от 20.04.2018 исх. № 090-04/91 ФГУП «НИИ НПО «ЛУЧ» г. Подольск – изготовитель оборудования – термопреобразователи сопротивления, также обращалось к Учреждению с требованием о согласовании технических условий (ТУ) и программы обеспечения качества на изготовление оборудования (ПОК (И) с указанием того, что направленные для согласования документы подлежат корректировке в связи с введением в действие Правил НП-071-18.

Согласно представленному в материалы дела протоколу рабочего совещания от 21.02.2018 следует, что представителями Учреждения и ООО «СЭА» были приняты следующие решения:

«1. Позиции 242, 243, 244, 245 спецификации к Договору исключить из поставки.

2. По позициям 25, 80, 97, 248, 259, 264 спецификации к Договору - снизить требование по классу безопасности до 4 по НПОЗЗ-11.

3. По позиции 97 спецификации к Договору - принять длину монтажной части датчика 100 мм.

4. По позициям 247, 257, 267 спецификации к Договору - допускается поставка: эквивалентного оборудования с характеристиками, не ниже указанных в спецификации к Договору.

5. По позиции 250 спецификации к Договору - исключить пункты 1.1, 1,2, 1.3; общих требований.

6. По позициям 74, 75, 76, 77, 78, 129, 130, 131, 133, 134, 262 спецификации к Договору - НИЦКИ-ПИЯФ передать в ООО «СЭА» дополнительные технические требования в срок до 12.03.2018.

7. Оборудование исполнения «для АЭС» класса безопасности 4 по НПО33-11, допускается поставлять в общепромышленном исполнении.

8. По результатам данного совещания ООО «СЭА» направить в НИЦ КИ – ПИЯФ дополнительное соглашение к договору».

Письмом от 24.08.2018 исх. № 25718 ответчик в связи с уточнением, корректировкой технических требований и номенклатуры поставляемого оборудования направило в адрес Учреждения проект дополнительного соглашения № 2 к договору поставки, а также уведомил истца о том, что в связи с введением в действие Правил НП-071-18, отличных от требований к оборудованию, установленных на момент заключения договора – НП-071-06, возможны задержки по срокам поставки оборудования 2, 3 классов оборудования по НП-033-11 (НП-001-15).

Из существа представленных в материалы дела доказательств следует, что указанное дополнительное соглашение было подписано Учреждением 30.04.2018.

Как указал ответчик, оборудование, которое поставлено с нарушением сроков поставки, было заново сконструировано специально под требования НИЦ «Курчатовский институт» - ПИЯФ, выработанные совместно с разработчиками данного оборудования, в ходе исполнения договора; уточненные технические данные по оборудованию и его номенклатура позволили ООО «СЭА» максимально качественно выполнить свои обязательства по поставке оборудования для нужд Учреждения, что, в свою очередь, положительно сказалось на достижении ключевого результата – по энергетическому пуску реактора ПИК.

В обоснование своей позиции ответчиком представлена таблица с отражением причин задержки поставки товара, в том числе, вызванные необходимостью модификации поставляемого в рамках договора поставки оборудования.

Так, например, по товарным накладным:

– от 04.06.2018 № 64 просрочка поставки измерителя-регулятора с универсальным входным каналом, встроенным блоком питания, токовым выходом в 35 дней была вызвана в связи с необходимостью внесения изменений НТД, введением в действие НП-071-18 (18.03.2018) взамен НП-071-С6;

– от 25.05.2018 № 55 нарушение сроков поставки узкопрофильного измерителя-регулятора в 25 дней была обусловлена изменением НТД, введением в действие НП-071-18 (18.03.2018) взамен НП-071-С6;

– от 25.05.2018 № 55 нарушение сроков поставки блок питания и преобразования сигналов в 25 дней была обусловлена изменением НТД, введением в действие НП-071-18 (18.03.2018) взамен НП-071-С6;

– от 04.06.2018 № 64 нарушение сроков поставки регистратора многоканальный технологический в 35 дней была обусловлена изменением НТД, введением в действие НП-071-18 (18.03.2018) взамен НП-071-С6;

– от 25.05.2018 № 55 нарушение сроков поставки измерителя-регулятора с универсальным входным каналом, встроенным блоком питания, токовым выходом в 25 дней была обусловлена изменением НТД, введением в действие НП-071-18 (18.03.2018) взамен НП-071-С6;

– от 04.06.2018 № 64 нарушение сроков поставки измерителя-регулятора в 35 дней была обусловлена изменением НТД, введением в действие НП-071-18 (18.03.2018) взамен НП-071-С6;

– от 15.11.2018 № 134 нарушение сроков поставки амперметра постоянного тока в 199 дней была обусловлена изменением НТД, введением в действие НП-071-18 (18.03.2018) взамен НП-071-С6.

и по иному оборудованию, перечисленному в таблице под номерами позиций по Спецификациям к договору № 25, 74, 75, 76, 77, 78, 97, 129,130, 131, 132, 133, 134, 136, 137, 138, 139, 140, 141, 142, 143, 144, 148, 150, 151, 152, 153, 154, 155, 156, 162, 163, 164, 165, 166, 167, 168, 169, 170, 171, 172, 173, 181, 185, 190, 197, 198, 199, 200, 201, 202, 203, 204, 205, 206, 207, 208, 209, 210, 211, 212,216, 217, 218, 219, 225, 226, 227, 247, 248, 250, 262, 264, 242.

Таким образом, ссылаясь в данной таблице на позиции оборудования, которое требовало внесения изменений в технические характеристики его изготовления, согласованные сторонами на рабочем совещании от 21.02.2018, ответчик, в соответствии с положениями статьи 401 ГК РФ, указал на отсутствие вины ООО «СЭА» в просрочке поставки данного оборудования Учреждению.

В части поставки иного оборудования по договору от 22.11.2017 № 0767 Общество не оспаривало факт просрочки поставки по вине ответчика, в связи с чем ООО «СЭА» представило расчет неустойки по позициям такого оборудования (№ 5, 7, 9, 10, 12, 81, 88, 89, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 135, 149, 182, 183, 184, 213, 214, 215, 220, 221, 222, 223, 228, 229, 233, 234, 235, 236, 237, 238, 239, 240, 241, 246, 249, 253, 254, 257, 260, 261, 263, 265 266), размер которой составил 292 455 руб. 64 коп.

Возражая против доводов ООО «СЭА» истец указал, что ответчик в связи с невозможностью исполнения им принятых на себя обязательств по поставке оборудования, мог отказаться от исполнения договора, однако, желание расторгнуть договор поставки с Учреждением не выразил.

Оценив приведенные сторонами доводы, а также исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии частью 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Так, судом установлено, что усовершенствование оборудования было обусловлено необходимостью обеспечения правильной эксплуатации оборудования, а также в связи с введением в действие 18.03.2018 Правил НП-071-18 – требовало внесения изменений в нормативно-техническую документацию поставляемого оборудования в рамках договора от 22.11.2017 № 0767.

При этом, материалами дела подтверждается, что ответчиком, в целях достижения положительного результата исполнения договорных обязательств, были предприняты все возможные меры. Представленные в материалы дела доказательства свидетельствует о том, что истец соглашался с замечаниями ответчика по требованиям, предъявляемым к оборудованию в соответствии с изначально согласованными условиями о его поставке, а, впоследствии уточненные технические данные по оборудованию и его номенклатуре были согласованы сторонами на рабочем совещании от 21.02.2018, оформленном протоколом Учреждения от 21.02.2018.

Несмотря на это, Учреждением предъявлена ко взысканию неустойка за просрочку поставки товара, в том числе и по поставке оборудования, которое требовало проведения ответчиком мероприятий по его модернизации.

При этом, материалами дела подтверждается и истцом не оспаривается, что модернизированное оборудование было принято заказчиком без замечаний и успешно используется им по сегодняшний день.

Суд учитывает, что договор поставки от 22.11.2017 № 0767 заключен сторонами на основании Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», в соответствии с положениями статьи 95 которого продление срока действия договора не представлялось возможным.

Таким образом, принимая во внимание, что ответчиком, как поставщиком, добросовестно исполнялись обязательства по договору, ООО «CЭА» выступило инициатором для согласования модификации поставляемого оборудования в целях достижения положительного результата исполнения договорных обязательств, а истец, в свою очередь, был согласен на изменение (улучшение) технических характеристик поставляемого оборудования, получив за установленную договором цену оборудование, соответствующее действующим стандартам, суд приходит к выводу об отсутствии вины ООО «CЭА» в неисполнении обязательств в согласованный договором срок по поставке спорного оборудования.

В связи с чем, в удовлетворении требований Учреждения о взыскании неустойки в данной части (в размере 984 957 руб. 85 коп.) следует отказать.

Предъявленная Учреждением ко взысканию неустойка в размере 292 455 руб. 64 коп., начисленная в связи с просрочкой поставки товара по позициям Спецификаций № 5, 7, 9, 10, 12, 81, 88, 89, 91, 92, 93, 94, 95, 96, 98, 99, 100, 101, 102, 103, 104, 105, 106, 107, 108, 109, 110, 135, 149, 182, 183, 184, 213, 214, 215, 220, 221, 222, 223, 228, 229, 233, 234, 235, 236, 237, 238, 239, 240, 241, 246, 249, 253, 254, 257, 260, 261, 263, 265 266, признана судом правомерной, обоснованной не оспаривается ответчиком и подлежит удовлетворению.

С учетом изложенного, исковые требования Учреждения подлежат удовлетворению в части взыскания 292 455 руб. 64 коп. В остальной части в удовлетворении иска следует отказать.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СпецЭнергоАтом» в пользу Федерального государственного бюджетного учреждения «Петербургский институт ядерной физики им. Б. П. Константинова национального исследовательского центра «Курчатовский институт» 292 455 руб. 64 коп. неустойки, а также 5901 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения.

СудьяБойкова Е.Е.