Решение от 16 апреля 2025 г. по делу № А31-4883/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КОСТРОМСКОЙ ОБЛАСТИ

156000, <...> http://kostroma.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А31 – 4883/2023

г. Кострома 17 апреля 2025 года

Арбитражный суд Костромской области в составе судьи Орловой Надежды Андреевны, при ведении протокола секретарем судебного заседания Кузьминой К.Э., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление ФИО1 о привлечении ФИО2, г. Кострома (ИНН <***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам Потребительского кооператива «Доброе поле», г. Кострома (ИНН <***>, ОГРН <***>),

без участия сторон; установил:

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Костромской области с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Потребительского кооператива «Доброе поле» в размере 1 000 000 рублей.

Определением суда от 11.05.2023 заявление принято к производству назначено предварительное судебное заседание.

Определением суда от 22.11.2023 заявление ФИО3 (г. Фурманов), ФИО4 (г. Буй), ФИО5 (г. Фурманов), ФИО6 (г. Волгореченск), ФИО7 (г. Буй), ФИО8 (г. Волгореченск), ФИО8 (г. Волгореченск), ФИО9 (г. Шарья), ФИО10 (г. Шарья), ФИО10 (г. Шарья), ФИО11 (г. Фурманов), ФИО12 (г. Буй), ФИО13 (г. Буй), ФИО14 (г. Фурманов), ФИО15 (Костромская область, Шарьинский район, г. Шарья, пгт. Ветлужский), ФИО16 (Костромская область, Красносельский район, пгт. Красное-на-Волге) о присоединении к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности принято к производству.

Определением суда от 25.11.2023 заявление ФИО17 (г. Шарья), ФИО18 (г. Буй), ФИО19 (г. Буй) о присоединении к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности принято к производству.

Определением суда от 22.12.2023 заявление ФИО20 (г. Буй) о присоединении к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности принято к производству.

Определением суда от 30.01.2024 дело назначено к судебному разбирательству.

Определением суда от 06.02.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора Потребительский кооператив «Доброе поле».

В судебное заседание истец, иные лица, участвующие в деле, не явились, явку представителей в судебное заседание не обеспечили. Судебное заседание проведено в порядке, предусмотренном ст. 156 АПК РФ без участия лиц, участвующих в деле.

Исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства и пришел к следующим выводам.

Между ПК «Доброе поле» (кооператив) и ФИО1 (пайщик) заключен договор об участии в хозяйственной деятельности от 13.09.2019, по условиям которого пайщик принимает участие в хозяйственной деятельности кооператива и пополняет паевой взнос. Заочным решением суда от 01.09.2020 договор от 13.09.2019 расторгнут, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО1 взыскано 1 000 000 руб., 1 000 рублей госпошлины.

Между ФИО3 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 21.01.2020 года. В соответствии с Договором заявитель внес в кассу ПК «Доброе поле» денежные средства в размере 270 000 руб., что подтверждается Квитанцией к ПКО № 231 от 21.01.2020 года. Заочным решением суда от 01.09.2020 исковые требования ФИО3 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО3 взыскано 275 281 рубль 50 копеек.

Между ФИО4 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 03 марта 2020 года. Заочным решением суда от 09.07.2020 исковые требования ФИО4 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО4 взыскано 543 738 рублей 72 копейки.

Между ФИО5 и ПК «Доброе поле» заключен договор № 000000321 об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 02 марта 2020 года, в соответствии с условиями которого ФИО5 внесла в кассу ПК «Доброе поле» денежные средства в размере 700 000 рублей, что подтверждается квитанцией к ПКО № 832 от 02.03.2020. Заочным решением суда от 22.07.2020 исковые требования ФИО5 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО5 взыскано 1 176 158 рублей 67 копеек.

Между ФИО6 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 30 января 2020 года. Заочным решением суда от 01.10.2020 исковые требования ФИО6 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО6 взыскано 853 339 рублей 62 копеек.

Между ПК «Доброе поле» (Кооператив) и ФИО8 (пайщик) заключен договор об участии в хозяйственной деятельности, по условиям которого пайщик принимает участие в хозяйственной деятельности кооператива и пополняет паевой

взнос. Судебным приказом от 25.09.2020 с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО8 взыскано 252 850 рублей.

Между ФИО10 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 09 января 2020 года. Заочным решением суда от 22.07.2020 исковые требования ФИО10 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО10 взыскано 787 850 рублей.

Между ФИО11 и ПК «Доброе поле» заключен Договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 05 февраля 2020 года № 000000206. Заочным решением суда от 14.08.2020 исковые требования ФИО11 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО11 взыскано 345 438 рублей 77 копеек.

Между ФИО12 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «ВИКТОРИНА» от 26 сентября 2019 года. Заочным решением суда от 08.10.2020 исковые требования ФИО12 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО12 взыскано 317 292 рубля.

Между ФИО7 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «Капитал» от 28 ноября 2019 года. Заочным решением суда от 16.07.2020 исковые требования ФИО7 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО7 взыскано 1 797 100 рублей.

Между ФИО9 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 24 января 2020 года. Заочным решением суда от 27.10.2020 исковые требования ФИО12 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО12 взыскано 239 383,38 рублей.

Между ФИО19 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «ВИКТОРИНА» от 15 января 2020 года. Судебным приказом от 13.08.2020 с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО19 взыскано 159 555 рублей 30 копеек.

Между ФИО18 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «ВИКТОРИНА» от 29 января 2020 года. Заочным решением Ленинского районного суда от 14.11.2023 с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО18 взыскано 1 669 915,85 руб.

Между ФИО13 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 24 марта 2020 года. Заочным решением суда от 25.08.2020 исковые требования ФИО13 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО13 взыскано 200 000 рублей.

Между ФИО14 и ПК «Доброе поле» заключен Договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 25 февраля 2020 года. Заочным решением суда от 23.09.2020 исковые требования ФИО14 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО14 взыскано 2 048 384 рубля.

Между ФИО15 и ПК «Доброе поле» заключен Договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 03 марта 2020 года. Заочным решением суда от 22.07.2020 исковые требования ФИО15 о расторжении

договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО15 взыскано 516 504 рубля 82 копейки.

Между ФИО16 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «ВИКТОРИНА» от 27 января 2020 года. Заочным решением суда от 10.07.2020 исковые требования ФИО16 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО16 взыскано 317 823 рубля 20 копеек.

Между ФИО17 и ПК «Доброе поле» заключен договор об участии в хозяйственной деятельности «ВИКТОРИНА» от 07 марта 2020 года. Заочным решением суда от 31.07.2020 исковые требования ФИО17 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО17 взыскано 839 535 рублей 80 копеек.

Между ФИО20 и ПК «Доброе поле» заключен Договор об участии в хозяйственной деятельности «Викторина» от 16.01.2020 года. Заочным решением суда от 07.09.2020 исковые требования ФИО20 о расторжении договора и взыскании паевого взноса удовлетворены, с ПК «Доброе поле» в пользу ФИО20 взыскано 863 141 рублей 87 копеек.

Поскольку денежные средства, взысканные на основании судебных актов, ответчиком не возвращены, истцы обратились с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя ПК «Доброе поле».

Оценив представленные по делу доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают, в частности, вследствие причинения вреда другому лицу.

Статьей 12 Гражданского кодекса РФ возмещение убытков отнесено к способам защиты гражданских прав.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (статья 15 Гражданского кодекса РФ).

Право на возмещение убытков возникает у кредитора как из нарушения договорного обязательства (статья 393 Гражданского кодекса РФ), так и из деликтного обязательства (статья 1064 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 40 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2018), утвержденного 14.11.2018), указано, что объективная невозможность реализации предусмотренных законодательством о договорах механизмов восстановления нарушенного права не исключает, при наличии к тому достаточных оснований, обращение за взысканием компенсации имущественных потерь в порядке, предусмотренном для возмещения внедоговорного вреда (статья 1064 Гражданского кодекса РФ), с лица, действия (бездействие) которого с очевидностью способствовали нарушению абсолютного права другого лица и возникновению у него убытков.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротсве)»).

Если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу

заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, а неисполнение юридическим лицом требования кредитора по денежным обязательствам в течение трех месяцев с даты, когда оно должно было быть исполнено, является признаком его несостоятельности и поводом для возбуждения дела о банкротстве (пункт 2 статьи 3 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее - Закон о банкротстве).

В то же время производство по делу о банкротстве подлежит прекращению при отсутствии финансирования банкротных процедур. В таком случае, как следует из статьи 61.11, пункта 3 статьи 61.14, пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, заявитель по этому делу вправе требовать привлечения к субсидиарной ответственности контролировавшего должника лица за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Закон о банкротстве допускает установление невозможности погашения этих требований как через доказывание непосредственного причинения вреда контролирующим лицом, например, путем совершения (одобрения) порочных сделок (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11), так и опосредованно через доказывание сокрытия следов причинения вреда (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 25 марта 2024 г. № 303-ЭС23-26138, от 30 января 2020 г. № 305-ЭС18-14622(4,5,6), от 26 апреля 2024 г. № 305-ЭС23-29091).

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо по общему правилу лежит на кредиторе, заявившем это требование (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ). Вместе с тем контролирующие лица, тем более если банкротство хозяйственного общества вызвано их противоправной деятельностью, не заинтересованы в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольных обществах (предприятиях). Однако, как следует из пункта 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление «53), это обстоятельство не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если кредитор с помощью косвенных доказательств убедительно обосновал утверждение о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения его требований вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо. При этом оно должно доказать, почему доказательства кредитора не могут быть приняты в подтверждение его доводов, раскрыв свои документы и представив

объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Закон о банкротстве прямо предписывает контролирующему должника лицу активное процессуальное поведение при доказывании возражений относительно предъявленных к нему требований под угрозой принятия решения не в его пользу (пункт 2 статьи 61.15, пункт 4 статьи 61.16, пункт 2 статьи 61.19 Закона о банкротстве, пункт 2 статьи 9, пункт 3.1 статьи 70 АПК РФ).

Правовая позиция по вопросу о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, изложена Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 7 февраля 2023 г. № 6-П (далее - постановление № 6-П), а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 г., утвержденного 15 мая 2024 г. и ряде определений (от 10 апреля 2023 г. № 305-ЭС22-16424, от 4 октября 2023 № 305-ЭС23-11842, от 27 июня 2024 г. № 305-ЭС24-809, от 11 февраля 2025 г. № 307-ЭС24-18794 и другие).

Эта позиция сводится к тому, что бремя доказывания сторонами судебного спора своих требований и возражений должно быть распределено судом так, чтобы оно было потенциально реализуемым, то есть, чтобы сторона имела объективную возможность представить необходимые доказательства. Недопустимо требовать со стороны представление доказательств определенных обстоятельств, если она не может их получить по причине их нахождения у другой стороны спора, не раскрывающей их по своей воле.

Если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, то суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности. При этом стандарт разумного и добросовестного поведения последнего в сфере корпоративных отношений предполагает аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

Представляется, что эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо еще не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим («брошенным»), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного и нет никаких оснований уменьшать правовую защищенность кредиторов «брошенных» юридических лиц по сравнению с кредиторами ликвидированных.

Признаками недействующего юридического лица, созданного в организационно-правовой форме, предусматривающей активное участие в

гражданском обороте для осуществления приносящей доход деятельности, являются следующие (пункт 1 статьи 64.2 ГК РФ, пункт 1 статьи 21.1 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей"):

1) длительное (более одного года) не представление документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах;

2) длительное (более одного года) отсутствие операций хотя бы по одному банковскому счету.

Кроме того, во внимание могут быть приняты и иные обстоятельства, например, недостоверные сведения о юридическом лице (несоответствие фактических данных тем, что имеются в регистрационных документах).

Таким образом, кредитор «брошенного» юридического лица, обращающийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности лица, контролировавшего последнего, должен доказать следующие обстоятельства:

1) наличие и размер перед ним задолженности у юридического лица; 2) наличие у должника признаков брошенного юридического лица;

3) контроль над этим должником со стороны физического и (или) иного юридического лица (лиц);

4) отсутствие содействия последних в предоставлении сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника в необходимых объемах.

Кредитор вправе доказать и большее, однако, как правило, совокупность указанных признаков уже достаточна для удовлетворения его требований так как сокрытие контролирующим лицом сведений о причинах неисполнения подконтрольным лицом денежного обязательства предполагает его интерес в укрывании собственных противоправных деяний (действий или бездействия), повлекших невозможность погашения требований кредитора.

При установлении статуса контролирующего должника лица у ответчика суд, реализуя принцип состязательности арбитражного процесса (статья 9 АПК РФ), обязан предоставить ему возможность опровергнуть позицию истца своими объяснениями и прочими доказательствами.

Оценивая обстоятельства, связанные с наличием задолженности и причинами неплатежа, следует учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статьи 56 ГК РФ), наличие у участников общества и его руководителя широкой свободы усмотрения при принятии деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статьи 10 ГК РФ) (пункт 1 постановления N 53).

Если будет доказано, что действия контролирующего лица не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов подконтрольного общества, то оно не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 18 постановления № 53).

Согласно пункту 1 статьи 123.2 Гражданского кодекса РФ потребительским кооперативом признается основанное на членстве добровольное объединение граждан или граждан и юридических лиц в целях удовлетворения их материальных

и иных потребностей, осуществляемое путем объединения его членами имущественных паевых взносов.

Члены потребительского кооператива солидарно несут субсидиарную ответственность по его обязательствам в пределах невнесенной части дополнительного взноса каждого из членов кооператива (пункт 2 статьи 123.3 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 11 Закона РФ от 19.06.1992 № 3085-1 «О потребительской кооперации (потребительских обществах, их союзах) в Российской Федерации» пайщики потребительского общества имеют право: вступать в потребительское общество и выходить из него на добровольной основе; участвовать в деятельности потребительского общества, избирать и быть избранными в органы управления и органы контроля, вносить предложения об улучшении деятельности потребительского общества, устранении недостатков в работе его органов; получать кооперативные выплаты в соответствии с решением общего собрания потребительского общества.

Согласно статье 7 Уставу Потребительского Кооператива «Доброе поле» (утвержден Решением Общего собрания пайщиков Потребительского Кооператива «Доброе поле» от 24.01.2019) членами кооператива могут быть граждане, в том числе иностранные, достигшие шестнадцатилетнего возраста, индивидуальные предприниматели, а также юридические лица независимо от формы собственности и сферы деятельности, согласившиеся с Уставом, «Положение о членстве» и «Положением о взносах», и принявшие на себя обязательства по их выполнению, оплатившие в установленном порядке вступительный и паевой взносы.

Таким образом, потребительский кооператив является некоммерческой организацией, основанной на членстве, где каждый приобретает статус члена (пайщика) и не имеют никаких преимуществ перед другими членами (пайщиками). Заключив с кооперативом договоры о передаче личных сбережений в пользование ПК «Доброе поле», а также оплатив обязательный паевой взнос, заявители являлись членами кооператива пайщиками.

Общее собрание членов Кооператива полномочно решать все вопросы, касающиеся деятельности Кооператива, в том числе подтверждать или отменять решения Совета и Правления Кооператива (статья 14 Устава).

Заключая с кооперативом договоры о привлечении денежных средств, с выплатой процентов, пайщики должны отдавать себе отчет, что приобретают, не только право ежемесячно получать проценты, но и разделять ответственность за финансовые результаты деятельности кооператива (пункт 3 статьи 26 Закона № 190-ФЗ).

Таким образом, истцы являются лицами, в результате действий которых возник ущерб. В деле не имеется доказательств того, что ответчик получил денежные средства от заявителей и присвоили их себе и (или) распорядились ими по своему усмотрению. Доказательства наличия причинно-следственной связи между заключением, а впоследствии расторжением договоров о передаче личных сбережений, заключенных с заявителями и прекращением деятельности ПК «Доброе поле»

Таким образом, основания отсутствуют основания для привлечения к субсидиарной ответственности лиц контролирующих должника по правилам, установленным в статье 61.11 статье 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно статье 17 Устава Правление кооператива – исполнительный орган Кооператива, создается для руководства хозяйственной деятельностью Кооператива.

При этом председатель Правления без доверенности действует от имени Кооператива, издает распоряжения и дает указания в пределах своей компетенции, обязательные для исполнения всеми работниками Кооператва; имеет право первой подписи банковских документов, подписывает бухгалтерскую документацию и налоговую отчетность; распоряжается имуществом Кооператива, включая его денежные средства, в пределах своей компетенции; заключает и подписывает договоры и соглашения с членами Кооператива, гражданами и юридическими лицами (п. 17.9 Устава).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ председателем правления с 30.07.2019 является ФИО2.

На запрос суда ПАО Сбербанк 08.11.2024 представлены сведения о наличии у ФИО2 доступа к счетам кооператива.

В период с 2018 года по 2023 год ПК «Доброе поле» перечисляло денежные средства ООО Компания «Честное слово». Согласно выписке из ЕГРЮЛ ПК «Доброе поле» является учредителем ООО Компания «Честное слово».

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» (Постановление № 7) если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В пункте 5 Постановления № 7 разъяснено, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо

учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Таким образом, в порядке статьи 15 ГК РФ бремя доказывания распределяется следующим образом: истец, заявивший о взыскании убытков, доказывает, что именно ответчик является лицом, в результате действий которого возник ущерб, а также факты причинения вреда и наличия убытков; в свою очередь, на ответчика возлагается обязанность доказать, что вред причинен не по его вине.

Из материалов дела следует, что руководителем ПК «Доброе поле» являлся ФИО2, который и заключал от имении организации договоры с истцами. Именно указанное лицо, как руководитель организации должно доказать отсутствие вины в причинении вреда членам кооператива. Такие доказательства в материалы дела ответчиком не представлены.

Доказательств правомерного расходования денежных средств, поступивших в кассу организации от истцов, первичные документы, подтверждающие обоснованность расходования денежных средств, поступивших в кассу от пайщиков, ФИО2 не представлено.

Истцы объективно не имеют возможности представить документы, объясняющие как причины неисполнения должником обязательств, принятых по договору поставки, так и мотивы фактического прекращения им хозяйственной деятельности.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о доказанности факта причинения убытков действиями руководителя ПК «Доброе поле» ФИО2 пайщикам и удовлетворению требований в полном объеме.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате госпошлины подлежат отнесению на ответчика.

Как разъяснено в п. 8 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лица, обратившиеся в суд с коллективным административным исковым заявлением либо заявлением в защиту прав и законных интересов группы лиц, пользуются процессуальными правами истца. Такие лица при условии их фактического участия в рассмотрении дела, по итогам которого принято решение об удовлетворении заявленных требований, имеют право на возмещение понесенных ими судебных издержек. В свою очередь, с указанных лиц взыскиваются судебные издержки при отказе в удовлетворении соответствующих требований (часть 3 статьи 42 КАС РФ, часть 1 статьи 225.10, статья 225.12 АПК РФ).

В п. 54 Постановления № 53 разъяснено, что к заявлению о присоединении к требованию о привлечении к субсидиарной ответственности также должен быть приложен документ, подтверждающий уплату государственной пошлины, исчисленной по правилам подпункта 1 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ исходя из денежной суммы, предъявленной к взысканию в интересах присоединяющегося кредитора, или право на получение льготы по уплате государственной пошлины либо ходатайство о предоставлении отсрочки, рассрочки, об уменьшении размера государственной пошлины.

С учетом уплаты госпошлины не в полном размере ввиду удовлетворения

ходатайств истцов об уменьшении госпошлины, на основании ч. 3 ст. 110 АПК РФ с ответчика в федеральный бюджет подлежит взысканию госпошлина в общей сумме 257 607 руб.

Руководствуясь статьями 167-170, 180, 181 АПК РФ, Арбитражный суд Костромской области

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 1 000 000 рублей убытков.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 275 281,50 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО4 543 738,72 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО5 1 176 158,67 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО6 853 339,62 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО8 252 850 рублей убытков и 5 728,50 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО10 787 850 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО11 345 438,77 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО12 317 292 рубля убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО7 1 797 100 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО9 239 383,38 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО19 159 555,30 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО18 1 669 915,85 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО13 200 000 рублей убытков и 1 000 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО14 2 048 384 рубля убытков.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО15 516 504,82 рублей убытков и 8 365,50 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО16 317 823,20 рублей убытков и 6 378,23 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО17 839 535,80 рублей убытков и 11 595,36 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО20 863 141,87 рублей убытков и 11 831,42 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета госпошлину в размере 257 607 рублей.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу в соответствии со статьями 181, 273, 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Ивановской области.

Судья Н.А. Орлова