Решение от 9 июня 2020 г. по делу № А56-28260/2018

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-28260/2018
09 июня 2020 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 29 мая 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 09 июня 2020 года.


Судья Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области Чернышева А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ООО «РДМ» и ООО «Бизнесстрой»

о привлечении к субсидиарной ответственности

- ФИО2;

- ФИО3,

- ФИО4.

третье лицо: ООО «Первая Генподрядная» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

Заинтересованные лица: МИФНС №7 по Санкт-Петербургу, ЗАО «Олимп и К», АО «Сатурн», ООО «Веллмарт».

при участии представителя истцов ФИО5 (по доверенностям от 23.05.2018, 16.04.2019),

установил:

В Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило заявление ООО «РДМ» и ООО «Бизнесстрой» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3 и ФИО4.

Определением суда от 22.03.2018 заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

В судебном заседании 09.07.2018г. представителем ФИО4 к материалам дела приобщен отзыв на заявление и ходатайство о привлечении в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 (ИНН <***>, адрес: 195267. Санкт-Петербург, а/я 66) – арбитражного управляющего в деле о банкротстве ООО «Первая Генподрядная».

В судебном заседании 07.09.2018г. представитель заявителя ходатайствовал об отложении судебного заседания, поскольку в настоящее время рассматривается жалоба на ООО «РДМ» на определение от 29.04.2018г. и постановление от 16.07.2018г. по делу №А56-13921/2016. Представитель ФИО4 представил оригинал акта приема-передачи от 15.11.2015.

В судебном заседании 29.10.2018г. представитель заявителя приобщил к материалам дела дополнительные документы, ходатайствовал о привлечение в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельного требования, арбитражного управляющего ФИО6 (ИНН <***>, регистрационный номер в реестре арбитражных управляющих 15033, некоммерческое партнерство арбитражных управляющих «ОРИОН»", адрес для почтовой корреспонденции: 195267, Россия, Санкт-Петербург, а/я 66).

Определением от 29.10.2018г. суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО6.

В судебном заседании 17.12.2018г. истцами было заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу до вступления в законную силу решения суда по делу №А56-144583/2018.

Определением от 22.02.2019г. суд приостановил производство по делу №А56-28260/2018 до вступления в законную силу судебного акта по делу №А56-144583/2018.

02.07.2019г. в суд поступило ходатайство о возобновлении производства по делу ввиду устранения обстоятельств, послуживших основанием для приостановления производства по делу.

Решением суда от 17.05.2019г.по делу №А56-144583/2018 заявление ООО «РДМ» и ООО «Бизнесстрой» о взыскании убытков было оставлено без удовлетворения. Решение вступило в законную силу.

Определение от 04.07.2019г. производство по делу было возобновлено.

В судебном заседании 16.09.2019г. представителем ФИО3 был представлен отзыв на заявление.

21.10.2019г. в суд истцами было представлено пояснение, заявление о фальсификации доказательств, а именно акта от 15.11.2015г., ходатайство об истребовании у МИФНС №7 по Санкт-Петербургу отчетности ООО «Первая Генподрядная» (ОГРН <***>, ИНН <***>) за 2013, 2014 год.

В судебном заседании 29.05.2020 представитель истцов поддержал исковые требования в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, извещённые надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьёй 123 АПК РФ, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Арбитражный суд, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, заслушав явившихся лиц, установил следующее.

Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон №266-ФЗ) статья 10 Закона №127-ФЗ признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

По смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве по основанию, предусмотренному статьей 61.11 данного Закона, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом; по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

Поскольку производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Первая генподрядная» определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.12.2017 по делу № А56-13921/2016 прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, судом настоящее заявление рассмотрено в общеисковом порядке.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона №266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона №266-ФЗ).

Положения Закона о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона №266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона №266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона №266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В данном случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано 07.03.2018, в качестве оснований для привлечения к ответственности указаны обстоятельства, имевшие место в 2015-2016 годах, в таком случае положения главы III.2 Закона о банкротстве применению не подлежат, за исключением процессуальных норм.

Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), руководителями ООО «Первая генподрядная» являлись:

- ФИО4 в период с 02.04.2013 по 14.10.2015,

- ФИО2 в период с 14.10.2015 по дату признания должника несостоятельным (банкротом);

- Учредителями являлись ФИО4 и ФИО3, с 06.11.2015 – ФИО2

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии (пункт 5 статьи 61.10 Закона №127-ФЗ).

Таким образом, ФИО4, ФИО3, ФИО2 являлись контролирующими должника лицами.

В обоснование требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности соистцы указывают на следующие обстоятельства.

Истцы полагают, что ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по подаче заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом).

Как указали соистцы, данные бухгалтерского баланса должника за 2014 год, представленного в налоговый орган 07.04.2015, свидетельствуют о том, что должник по итогам 2014 года стал отвечать признакам недостаточности имущества, поскольку активы отсутствовали, кредиторская задолженность составляла 31370000 руб.

Истцы в заявлении отмечают, что руководитель должника в срок не позднее 31.01.2015 должен был принять меры по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Помимо этого, ответчики подлежат привлечению к субсидиарной ответственности в связи с непередачей конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника.

По мнению соистцов, отсутствие у конкурсного управляющего на протяжении длительного периода времени бухгалтерской и иной документации должника существенно затруднило проведение процедуры банкротства, в частности, формирование конкурсной массы и впоследствии удовлетворение требований кредиторов.

Относительно привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по подаче заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом), арбитражный суд отмечает следующее.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Статьей 9 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

При этом пунктом 2 статьи 9 Закона №127-ФЗ установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 закона №127-ФЗ, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязательств перед контрагентами.

Положениями статей 9, 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период, не предусмотрена обязанность учредителя принимать решение о необходимости обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом.

При таких условиях суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 за 2016 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечёт отказ в удовлетворении заявления.

Довод соистцов о том, что ООО «Первая генподрядная» по итогам 2014 года стало отвечать признакам недостаточности имущества со ссылкой на бухгалтерский баланс за 2014 год, отклоняется арбитражным судом в связи со следующим.

Пунктом 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63) разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, отраженной в постановлении от 18.07.2003 №14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства, и, соответственно, само по себе не порождает у руководителя предприятия обязанности по подаче заявления должника.

В материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о критическом финансовом положении должника, также не указана дата возникновения у ФИО4, а впоследствии у ФИО2 обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО «Первая генподрядная» несостоятельным (банкротом).

Указание на дату 31.01.2015, как момент возникновения одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влекущих обязанность руководителя должника обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, не принимается арбитражным судом, поскольку в материалы дела не представлены доказательства того, что на дату 31.12.2014 ООО «Первая генподрядная» отвечало признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В рамках дела №А56-13921/2016 о банкротстве должника в реестр требований кредиторов включены требования:

ООО «РДМ» в размере 2017396 руб. задолженности, возникшей в декабре 2014 года;

ООО «Бизнесстрой» в размере 542852 руб. задолженности за поставленный товар за период с 21.01.2015 по 19.03.2015,

ЗАО «Олимп и К» в размере 125970 руб. задолженности за февраль 2015 года,

ЗАО «Сатурн» в размере 823744 руб.13 коп. задолженности за январь 2015 года,

ООО «Веллмарт» в размере 787806 руб. задолженности за март 2015 года;

ФНС в размере 9851 руб. основного долга

Приняв во внимание период образования задолженности перед ООО «РДМ» (декабрь 2014), следует вывод о том, что о признаках банкротства, после наступления которых ответчик обязан был обратиться в суд, руководитель должника мог сделать вывод по прошествии трех месяцев, то есть не позднее марта 2015 года, а с заявлением должника обратиться в арбитражный суд в течение месяца с даты возникновения соответствующих обстоятельств (апрель 2015 года), если учитывать дату подачи бухгалтерской отчетности по итогам 2014 года (07.04.2015), с заявлением должника руководитель должен был обратиться до 07.05.2015.

В то же время само по себе наличие неисполненных обязательств перед кредитором не влечет безусловной обязанности руководителя должника - юридического лица обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, чего при рассмотрении настоящего дела не установлено.

Вступивших в законную силу судебных актов о взыскании задолженности с должника на предполагаемую истцами дату не имелось. Притом, что у должника имелась дебиторская задолженность в значительном размере. Согласно общедоступным сведениям, размещённым в Картотеке арбитражных дел, в мае 2015 года по двум судебных решениям в пользу Должника были взысканы денежные средства в общей сумме 6 078 263 руб. 04 копейки (дела №№ А56-4125/2015 и А56- 85381/2014).

Также арбитражный суд полагает необходимым отметить следующее.

Субсидиарная ответственность, предусмотренная пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ), определяется в размере обязательств, возникших у должника после предполагаемой даты наступления его неплатежеспособности.

Правовое значение данного вида субсидиарной ответственности состоит в предотвращении причинения вреда контрагентам должника, которые вступают с ним в правоотношения, не зная о его неплатежеспособности.

В рассматриваемом случае задолженность ООО «Первая генподрядная» перед ООО «Бизнесстрой» и ООО «РДМ» возникла до предполагаемой даты наступления неплатежеспособности должника.

Таким образом, арбитражный суд не находит оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по подаче заявления должника о признании его несостоятельным (банкротом).

Кроме того, истцы в качестве оснований для привлечения ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности ссылаются на нормы статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с непредставлением бухгалтерской документации должника.

По мнению истцов, непередача конкурсному управляющему бухгалтерских документов, не позволила установить основные активы должника и идентифицировать их, выявить все сделки, совершенные в период подозрительности.

Учитывая, что обстоятельства, в связи с которыми истцы заявляют о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в части неисполнения обязанности по передаче управляющему документации, отражающей экономическую деятельность должника, имели место после вступления в силу Федерального закона N 266-ФЗ, в данной части спор подлежал рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьи 61.11 Закона о банкротстве и соответствующих процессуальных норм.

Как следует из материалов дела, последним руководителем ООО «Первая генподрядная» в период с 15.10.2015 являлся ФИО2

Таким образом, на ФИО2 в силу положений Закона о банкротстве была возложена обязанность по передаче бухгалтерской документации конкурсному управляющему, а в случае отсутствия указанной документации - обязанность по ее восстановлению.

Доказательств того, что ФИО4 и ФИО3 располагали бухгалтерской документацией должника и уклонились от ее передачи, в материалах дела также не содержится. В материалы дела Смородинным Д.Н. представлен акт приема-передачи от 15.11.2015, в соответствии с которым документация должника передана ФИО2

Учитывая неявку в судебное заседание ФИО2, неоднократно вызываемого определениями суда, и невозможностью проведения почерковедческой экспертизы в отсутствии экспериментальных образцов подписи указанного ответчика, суд считает, что предприняты все меры для проверки достоверности заявления истцов о фальсификации доказательства. Довод о фальсификации акта иными допустимыми доказательствами не подтвержден. Непосредственно самим ФИО2 не представлены возражения относительно переданной ему документации.

То обстоятельство, что ФИО2 является участником и директором нескольких юридических лиц, само по себе не может свидетельствовать о том, что он не являлся лицом, контролирующим должника, и у него отсутствует документация Общества.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов; 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены; 5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

В пункте 19 постановления от 21.12.2017 N 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В связи с этим обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности (наличия установленных законом презумпций) лежит именно на истце.

Согласно пункту 24 постановления от 21.12.2017 N 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункт 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Конкурсный управляющий не обращался с заявлением об истребовании от бывшего руководителя должника документов по финансово-хозяйственной деятельности должника и иного имущества, необходимых для более полного формирования конкурсной массы, последующей реализации имущества и погашения требований кредиторов.

Соответственно, следует вывод, что у конкурсного управляющего отсутствовали существенные препятствия для формирования конкурсной массы, за счет реализации которой подлежали удовлетворению требования кредиторов.

Субсидиарный (дополнительный) характер ответственности предполагает ее применение исключительно при невозможности погашения требований кредиторов за счет конкурсной массы, не сформированной по вине ответчика, который не передал документы конкурсному управляющему. В данном же случае, как установлено судами и следует из материалов дела, в судебном порядке в пользу общества было взыскано 6 078 263 руб. 04 копейки (дела №№ А56-4125/2015 и А56- 85381/2014), указанные судебные акты вступили в законную силу.

Следовательно, прямой причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и невозможностью удовлетворения требований кредиторов не усматривается, что, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения заявленных требований о привлечении ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности.

То обстоятельство, что коэффициент фактического исполнения указанных судебных актов оказался существенно ниже суммы взыскания, само по себе не может вменяться в вину руководителю должника и являться основанием для привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности; доводов о том, что со стороны ФИО2 имели место действия, повлекшие снижение суммы фактического исполнения, не приводились.

Оценив в совокупности обстоятельства дела, содержание анализа финансово-хозяйственной деятельности должника, бухгалтерского баланса общества за 2014 год, суд приходит к выводу о недоказанности истцами того факта, что прекращение производства по делу о банкротстве общества, и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов, связано с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации со стороны ответчиков.

Не установив причинно-следственную связи между отсутствием у конкурсного управляющего документов и невозможностью или затруднительностью пополнения конкурсной массы должника, недоказанность причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате бездействия руководителя должника либо совершения им убыточных сделок, направленных на уменьшение активов общества с целью уклонения от исполнения принятых на себя обязательств, недоказанность того, что неспособность удовлетворить требования кредитора искусственно спровоцирована в результате действий контролирующего должника лица, учитывая непринятие иных мер по получению сведений о финансово-хозяйственной деятельности и сделках должника, в частности, в форме совершения запросов в кредитные организации о расчетных счетах должника и анализу движения денежных средств по счетам, в рамках дела о банкротстве должника, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по соответствующему основанию.

Таким образом, арбитражный суд не находит оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в связи с непередачей конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника.

Учитывая изложенное, заявление ООО «РДМ» и ООО «Бизнесстрой» о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий месяца со дня его вынесения.


Судья А.А.Чернышева