Решение от 16 июня 2017 г. по делу № А41-30762/2016

Арбитражный суд Московской области

107053, г. Москва, проспект Академика Сахарова, д.18

http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А41-30762/16
16 июня 2017 года
г.Москва


Резолютивная часть решения оглашена 07 июня 2017 года

Полный текст решения изготовлен 16 июня 2017 года

Арбитражный суд Московской области в составе:

председательствующей судьи Худгарян М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ПАО "АЭРОФЛОТ" ( ИНН <***>)

к АО "Международный аэропорт Шереметьево" (ИНН <***>)

третьи лица: ФГУП "Госкорпарация по ОРВД", ОАО «Альфа Страхование», Федеральное Агентство Воздушного Транспорта, ЦЕНТРАЛЬНОЕ МТУ РОСАВИАЦИИ,

о взыскании убытков,

при участии в заседании: согласно протоколу,

установил:

ПАО «Аэрофлот» (далее - истец, Перевозчик, авиакомпания) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением о взыскании с АО «Международный аэропорт Шереметьево» (далее - ответчик, Аэропорт) убытков в размере 2 382 528,90 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены ФГУП "Госкорпарация по ОРВД", ОАО «Альфа Страхование», Федеральное Агентство Воздушного Транспорта, ЦЕНТРАЛЬНОЕ МТУ РОСАВИАЦИИ.

В судебном заседании объявлялся перерыв с 13 октября 2016 г. по 20 октября 2016 г., с 09 ноября 2016 г. по 15 ноября 2017 г. и с 01 июня 2017 г. по 07 июня 2017 г.

Представитель истца в судебном заседании доводы иска поддержал, указав на то, что 28.05.2013 в зоне ответственности Аэропорта произошел инцидент, связанный с попаданием инородного тела (возможно птицы) в лопасти воздушного судна, принадлежащего ПАО «Аэрофлот», в связи с чем последнему причинены убытки, связанные с восстановлением лопастей вентилятора двигателя и летной пригодностью воздушного судна к авиаперевозкам, простоем воздушного судна во Франкфурте-на-Майне и связанные с этим затраты на обслуживание пассажиров.

Представитель ответчика против доводов иска возражал, указав, что отсутствует причинно-следственная связь между возникшими у Авиакомпании убытками и виной Аэропорта в их причинении.

В материалы дела представлен отзыв и пояснения относительно расчета убытков, в которых Аэропорт не оспаривает возникновение у истца расходов в общем размере рублевого эквивалента 2 381 536,63 руб. на проведение ремонтных работ и восстановлением летной годности воздушного судна, а также в связи с обслуживанием пассажиров в результате задержки авиарейса во Франкфурте-на-Майне. Однако считает, что заявленные расходы не являются убытками, поскольку отсутствует причинно-следственная связь между данными расходами истца и виновными действиями ответчика.

Истцом в порядке ст.49 АПК РФ заявленные исковые требования уточнены, а именно Перевозчик просит взыскать с ответчика убытки в размере рублевого эквивалента 2 381 536,63 руб., расходы по госпошлине в размере 34 908 руб. 00 коп..

Представители третьих лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились. О месте и времени рассмотрения спора извещены надлежаще. Суд, руководствуясь положениями ст.156 АПК РФ, считает возможным рассмотреть спор в отсутствии данных представителей.

От Росавиации в материалы дела поступили письменные пояснения, в которых отмечается, что расследование воздушного инцидента проходило в соответствии с требованиями нормативно-правовых актов. Результат разрешения спора Росавиация оставляет на усмотрение суда.

Изучив материалы дела, исследовав представленные доказательства, заслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, суд считает заявленные требования подлежащими удовлетворению исходя из следующего.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для возмещения вреда истец должен доказать факт причинения вреда, его размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшим вредом и действиями указанного лица, вину причинителя вреда.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации в постановлении от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, 19.11.2012 между истцом и ответчиком заключено Соглашение №17-12 о предоставлении аэропортовых услуг в аэропорту Шереметьево, по условиям которого Аэропорт обязался предоставлять услуги по взлету-посадке, в том числе услуги по орнитологическому обеспечению безопасности полетов в районе аэродрома в соответствии с требованиями действующих Сертификатов Аэропорта и положений действующего законодательства (т.1 л.д. 62 - 77).

Как указывает истец, принятые на себя обязательства ответчик надлежащим образом не исполнил, в связи с чем 28.05.2013 произошел инцидент с воздушным судном А-319 №VQ-BCO, выполнявшего рейс SU-2302 по маршруту Шереметьево - Франкфурт-на-Майне, а именно следующие события.

При проведении предполетной подготовки экипаж воздушного судна (ВС) каких-либо повреждений не обнаружил, что подтверждается соответствующей записью в техническом журнале ВС.

При послеполетном осмотре на аэродроме Франкфурта-на-Майне на ВС А-319 №VQ-BCO обнаружено повреждение 3-х рабочих лопаток вентилятора двигателя №2 в связи с попаданием в него постороннего предмета на этапе разбега.

В результате полученных ВС повреждений истец понес дополнительные расходы, связанные с покупкой новых лопастей и проведением восстановительного ремонта, а также затраты связанные с дополнительным обслуживанием пассажиров в связи с задержкой рейса в аэропорту Франкфурта-на-Майне.

24 марта 2014 г. истец выставил ответчику претензию №12-422 о возмещении убытков связанных с повреждением имущества (ВС) (т.1 л.д. 12-13).

В ответ на выставленную претензию, ответчик письмом от 23.06.2014 №10.2/14-81 сообщил о недоказанности произошедшего с ВС А-319 №VQ-BCO воздушного инцидента в зоне действия ответственности Аэропорта (т.1 л.д. 14-16).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим заявлением.

В соответствии с п.1 ст.779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг Исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В п.6.1 Соглашения стороны договорились, что Аэропорт предоставляет аэропортовые услуги Перевозчику в Международном аэропорту Шереметьево в соответствии с утвержденными нормами, правилами и технологиями.

Согласно п. 8.1 Соглашения, стороны несут перед друг другом ответственность за причинение другой Стороне материального ущерба и убытков, связанных с невыполнением или ненадлежащим выполнением своих договорных обязанностей.

В соответствии со ст.ст. 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Пунктом 1 ст. 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В п.10 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств и т.п.

В обоснование события авиационного инцидента с ВС А-319 №VQ-BCO истец представил в материалы дела Выписку из журнала регистрации о скоплении птиц на аэродроме Шереметьево; Отчет от 10.06.2013 о результатах расследования авиационного события с самолетом А-319 №VQ-BCO, Протоколы заседания комиссии; Акт расследования причин повреждения лопаток компрессора; докладные записки командира и 2-го пилота ВС; выписку из радиообмена в аэропорту Шереметьево; цветные фотографии с фиксацией повреждений (искривления) рабочих лопастей силовой установки двигателя; переводом с английского языка Технического бортового журнала, электронный почтовым отправлением капитана ВС; показатели средств объективного контроля (СОК); справку о состоянии орнитологической обстановки 28 мая 2013 г.; схема размещения стационарных и механических птицеотпугивателей; электронная переписка; Технический акт №VQBCO 13 388 от 01 июня 2013 г.; расшифровка вибраций двигателя №2; выпиской из радиообмена в Аэропорту от 28.05.2013 (т.2 л.д. 1 - 58, 60 - 73, 77, т.4 л.д. 1 - 70).

В связи с возникшим инцидентом, приказом начальника Межрегионального территориального управления воздушного транспорта Федерального агентства воздушного транспорта (Росавиация) №345 от 31.05.2013 назначена комиссия по проведению расследования повреждений ВС А-319 №VQ-BCO (т.2 л.д. 59).

В состав комиссии по расследованию авиационного происшествия от истца вошли ведущий инженер-инспектор отдела расследования авиационных событий ДУБП Перевозчика (Заместитель председателя Комиссии); членами комиссии утверждены ведущий инженер ИОО ДТО ВС, ведущий инженер ГТК ООК ДТО ВС, ведущий юрисконсульт ЮД.

От ответчика в состав комиссии вошли государственный инспектор отдела ИКБП Аэропорта (Председатель комиссии); в качестве члена комиссии утвержден ведущий инженер-инспектор ИБП.

Согласно Отчету комиссии о результатах расследования авиационного события причиной повышения вибрационных нагрузок двигателя №2 и повреждение рабочих лопаток связано с попадание постороннего предмета (возможно птицы) в газовоздушный тракт на этапе разбега при взлете в аэропорту Шереметьево (т.2 л.д. 5 - 9).

Подготовленный комиссией Отчет утвержден начальником МТУ ЦР ВТ ФАВТ 21.06.2013.

Как следует из п.3 Анализа Отчета от 10.06.2013, комиссией проводился сравнительный анализ предыдущих полетов и работы силовой установки (двигателя) №2. Комиссия установила, что в предыдущих полетах вибрационные нагрузки работы двигателя №2 не превышали 2,2 ед (в зависимости от взлетного веса ВС).

Между тем при полете 28.05.2013 на аэродроме Шереметьево через 25 секунд после начала разбега ВС по ВПП на скорости 122 узла (226 км/ч) рост уровня вибрации вентилятора второй силовой установки вырос за 6 секунд с 1,2 до 3,6 ед на скорости 143 узла (предположительно попадание постороннего предмета), при том, что вибрация ротора вентилятора двигателя №1 осталась при этом без изменения.

На высоте 3 400 футов (1 037 м) и скорости 213 узлов (394 км/ч) вибрация ротора вентилятора двигателя №2 выросла до 4 ед.

Изучив параметры полета, Комиссия пришла к выводу о повышении вибрационных нагрузок на ротор вентилятора двигателя №2 и повреждением рабочих лопаток вентилятора в связи с попаданием постороннего предмета (возможно птицы).

Из отчета Комиссии также следует, что все технические системы и соответствующие орнитологические службы отпугивания птиц работали в штатном режиме.

Утвержденный в качестве члена комиссии ведущий инженер-инспектор ИБП ФИО2 высказал Особое мнение по выводам Комиссии, в которых он полагает, что повреждение рабочих лопаток двигателя №2 ВС А-319 №VQ-BCO произошло в результате попадания в газовоздушный тракт двигателя, в процессе его запуска, постороннего предмета, оставленного во входном устройстве силовой установки работником авиакомпании (т.2 л.д. 10 - 12).

Ответчиком в качестве доказательств невиновности Аэропорта в воздушном инциденте с ВС А-319 №VQ-BCO в материалы дела представлен План совершенствования орнитологического обеспечения полетов на аэродроме Шереметьево на период 2013-2017 г.г., утвержденного Генеральным директором ОАО «Международный аэропорт Шереметьево» от 02.04.2013; Программа совершенствования орнитологического обеспечения полетов на аэродроме Шереметьево ПР-2.3-01-13 (версия 1), утвержденная Приказом Генерального директора ОАО «Международный аэропорт Шереметьево» №72 от 27.02.2013; Положение П-2.3-05-10 (версия-1) «Организация орнитологического обеспечения полетов на аэродроме Шереметьево», утвержденная Приказом Генерального директора ОАО «Международный аэропорт Шереметьево» №154 от 13.04.2010; Информационный отчет о состоянии орнитологического обеспечения полетов на аэродроме Шереметьево за 2013 год, утвержденный Первым заместителем Генерального директора ОАО «Международный аэропорт Шереметьево» 17.01.2014; Регламент обслуживания технических средств отпугивания птиц; журнал приема и сдачи смены инженером-орнитологом (т.7 л.д. 8 - 30, 31 - 52, 53 - 69, 70 - 74, 75 - 77).

С целью установления причин воздушного инцидента суд в судебном заседании 19.07.2016 предложил сторонам провести судебную экспертизу.

19 сентября 2016 г. на депозитный счет суда истец перечислил 120 000,00 руб. (т.6 л.д. 139).

13 октября 2016 в арбитражный суд поступили ходатайства истца и ответчика о назначении судебной экспертизы.

В качестве экспертной организации истец просит назначить ООО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки» (т.6 л.д. 115 - 116).

Ответчик в качестве экспертной организации просит назначить ООО НТЦ Научно-технический центр «Независимая экспертиза и Иски в авиации». Платежным поручением от 10.10.2016 №64660 ответчик перечислил на депозитный счет суда на проведение экспертизы денежные средства в размере 100 000,00 руб. (т.6 л.д. 140 - 142).

Определением от 02.12.2016 суд приостановил производство по делу и назначил проведение судебной экспертизы.

Проведение экспертизы поручено ООО «Санкт-Петербургский Институт независимой экспертизы и оценки», экспертами назначены ФИО3 и ФИО4 На разрешение экспертов поставлены вопросы:

- какова причина увеличения уровня вибрации двигателя №2 самолета А-319 VQ-BCO;

- имеется ли причинно-следственная связь между повреждением лопаток вентилятора и ростом вибрации;

- в случае попадания постороннего предмета в двигатель №2 самолета А-319 VQ-BCO, каковы характерные особенности данного предмета;

- в какой момент (запуск ротора двигателя/до раскрутки ротора двигателя/во время раскрутки ротора двигателя/разбег воздушного судна/набор высоты воздушного судна/снижение воздушного судна/посадка воздушного судна и т.д.) и на какой высоте посторонний предмет попал в двигатель №2 самолета А-319 VQ-BCO;

-каковы причины повреждений рабочих лопаток вентилятора двигателя №2 самолета А-319 VQ-BCO.

После получения экспертного заключения производство по делу было возобновлено.

Согласно Заключению экспертов по делу №А41-30762/2017 от 31.01.2017 экспертами установлено и сделаны следующие выводы (т.9 (выделенный том) л.д. 4 - 46):

- по 1 вопросу: увеличение уровня вибрации ротора низкого давления двигателя №2 произошло на этапе разбега воздушного судна в промежутке времени с 12:42:26 до 12:42:33 (в течении семи секунд), достигнув значения с 1,2% до 3,6% ,о чем свидетельствует фрагмент данных СОК (этап разбега ВС). Эксперты пришли к выводу о том, что вибрация произошла в связи с попаданием в вентилятор двигателя №2 постороннего предмета в момент времени 12:42:26, вызвавшего деформацию лопаток №6 - №9 вентилятора, которая привела к появлению аэродинамического дисбаланса.

При деформации рабочих лопаток, приводящих к изменению их геометрической формы (в рассматриваемом случае - погнутостей пера лопаток), происходит изменение расчетных режимов их обтекания потоком воздуха. В результате данных изменений меняется аэродинамическая сила, действующая на каждую деформированную лопатку, включая осевую составляющую этой силы.

По мнению экспертов причиной увеличения уровня вибрации двигателя №2 самолета А-319 №VQ-BCO явилась деформация четырех лопаток вентилятора, произошедшая на этапе взлета в момент времени 12 час 42 мин 26 сек (UTC).

- по 2 вопросу: эксперты установили, что изменение геометрии лопаток вентилятора привело к нарушению течения воздуха по межлопаточным каналам, к различию аэродинамических сил - величины тяги диаметрально расположенных лопаток вентилятора, что в свою очередь привело к аэродинамическому дисбалансу. Различие в аэродинамических силах диаметрально расположенных лопаток вентилятора, привело к появлению изгибающего момента на валу ротора двигателя.

По мнению экспертов имеется прямая причинно-следственная связь между повреждением лопаток вентилятора и ростом вибрации двигателя №2.

- по 3 вопросу: эксперты установили, что лопатки повреждены посторонним предметом попавшим в двигатель. Экспертами сравнительным методом сравнивались характерные повреждения лопаток вентилятора двигателей ВС при попадании в них мягких и твердых предметов.

По мнению экспертов попавший в двигатель №2 самолета А-319 №VQ-BCO посторонний предмет был достаточно мягким, содержал в себе влагу и красящее вещество, которое оставило следы на рабочих лопатках.

- по 4 вопросу: эксперты установили, что каких-либо воздействий на вентилятор двигателя №2 на этапах: запуска, набора высоты, полета на эшелоне, снижения и посадки ВС не происходило. Посторонний предмет попал в двигатель №2 на этапе разбега, когда самолет находился еще на взлетно-посадочной полосе (ВПП) (12 час 42 мин 26 сек). Взлет самолета произошел через 16 секунд после попадания постороннего предмета (в момент времени 12 час 42 мин 33 сек) Высота самолета в момент попадания постороннего предмета была равна 0 (нулю). Высота по прибору, зафиксированная средствами СОК, составила в этот момент 620 футов, что измеряется настройкой системы измерения высоты на определенное атмосферное давление.

- по 5 вопросу: экспертами установлено, что причиной повреждения лопаток №№ 6-9 вентилятора двигателя №2 самолета А-319 №VQ-BCO явились удары птицы и ее фрагментов, образовавшихся после первого удара, по вращавшимся с большой скоростью лопаткам вентилятора (скорость вращения 4205 об/мин), о чем также свидетельствует картина повреждений лопаток мягким посторонним предметом: погнутость пера лопаток без рваных деформаций и вырывов конструкционного материала.

Ответчиком в материалы дела заявлено ходатайство о вызове экспертов для дачи показаний (т.9 л.д. 28).

В судебном заседании 01.06.2017 судом опрошены эксперты ФИО3 и ФИО4

На вопрос ответчика о том, где в экспертном заключении находятся объекты, подвергавшиеся исследованию, эксперт ФИО4 ответил, что объектом исследования являлся ротор двигателя. СОК работы двигателя находится на электронном носителе.

Суд обозревает электронный носитель.

Ответчиком задан экспертам вопрос о том, что такое 2015 в колонке G. Эксперты пояснили, что 2015 это разархивированные документы с 2013 г.

На вопрос ответчика, исследовались ли при исследовании материалов данные предыдущих полетов воздушного судна А-319 №VQ-BCO, эксперты пояснили, что данные предыдущих полетов воздушного судна не исследовались, так как данные предыдущих полетов исследовались ранее комиссией по расследованию авиационного события, которое было представлено в числе материалов, переданных на экспертизу.

Суд принимает во внимание, что в Особом мнении в данной части возражений не было заявлено участником комиссии от ответчика.

Ответчиком в материалы дела заявлялись ходатайства от 09.03.2017, от 06.06.2017 о назначении повторной экспертизы и орнитологической экспертизы (т.8 л.д. 80 - 84, 93 - 95).

Рассмотрев поступившие ходатайства, суд считает их подлежащими отклонению, поскольку в силу положений ч.1, ч.5 ст.55 АПК РФ экспертом в арбитражном суде является лицо, обладающее специальными знаниями по касающимся рассматриваемого дела вопросам и назначенное судом для дачи заключения в случаях и в порядке, которые предусмотрены Кодексом. За дачу заведомо ложного заключения эксперт несет уголовную ответственность, о чем он предупреждается арбитражным судом и дает подписку.

Указанные в определении от 02.12.2016 о назначении экспертизы эксперты ФИО3 и ФИО4 экспертного учреждения ООО «Санкт-Петербургский Институт независимой экспертизы и оценки» дали подписку об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Судом также принимается во внимание, что до вынесения определения от 02.12.2016 судом предлагалось сторонам согласовать вопросы, которые будут поставлены перед экспертами для разрешения. Перечень вопросов для разрешения экспертов сторонами был согласован. На поставленные перед экспертами судом вопросы даны ясные и развернутые ответы, проанализированы представленные для проведения экспертизы документы, установлен факт попадания мягкого предмета в рабочие лопасти вентилятора двигателя №2 в момент разбега самолета по ВПП, проведен сравнительный анализ повреждений лопастей вентилятора при попадании в них мягкого и твердого предметов.

Таким образом, суд полагает, что назначение повторной экспертизы будет направлено на затягивание рассмотрения спора, что является злоупотреблением правом, о чем ответчик предупрежден в судебном заседании 09.03.2017.

Позиция ответчика в ходатайстве об отсутствии в представленном Экспертном заключении перечня документов, которыми руководствовались эксперты, также отклоняется судом, поскольку перечень использованной при проведении экспертизы документации имеется в материалах дела в выделенном томе. Кроме того, истцом в материалы дела представлено письмо ООО «Санкт-Петербургский институт независимой экспертизы и оценки», в котором указан перечень использованных экспертами материалов для проведения исследования авиационного инцидента с самолетом А-319 №VQ-BCO, произошедшего 28.05.2013.

Проведение орнитологической экспертизы, о назначении которой ходатайствует ответчик, суд считает также нецелесообразной, поскольку доказан экспертами факт попадания мягкого предмета в вентилятор двигателя №2 самолета А-319 №VQ-BCO.

Факт попадания мягкого предмета в рабочие лопасти вентилятора двигателя №2 в момент нахождения ВС на ВПП помимо Экспертного заключения также подтверждается Отчетом от 10.06.2013 о результатах расследования авиационного события с самолетом А-319 №VQ-BCO с учетом Особого мнения члена комиссии.

Выводы экспертов в части о том, что причиной повреждения лопаток №№ 6-9 вентилятора двигателя №2 самолета А-319 №VQ-BCO явились удары птицы и ее фрагментов, суд не принимает во внимание, так как вопрос о попадании именно птицы перед экспертами не ставился.

Постановку данного вопроса суд считает не целесообразным, так как забор биоматериала не производился, фотографии с нахождением пера не отражают истинной картины, свидетельствующей именно о попадании птицы в вентилятор двигателя.

Сторонами для экспертов данный вопрос также не согласовывался.

При указанных обстоятельствах суд также не усматривает необходимость назначать орнитологическую экспертизу с целью установления факта попадания именно птицы, а не иного предмета в двигатель №2.

В судебном заседании 19.04.2017 истцу и ответчику задавались вопросы «Кто проводит осмотр самолета перед вылетом?», «Производите ли вы осмотр самолета перед вылетом?».

На поставленный вопрос истец ответил, что согласно условиям Соглашения 17-12 осмотр ВС перед вылетом проводят сотрудники истца.

Ответчик на поставленный судом вопрос затруднился ответить, проводился ли какой- либо осмотр самолета перед вылетом 28.05.2013.

Однако, учитывая характер и особенности правоотношений между сторонами, а также то, что Аэропорт является зоной повышенной опасности, ответчик мог предпринять различные действия, направленные в том числе и на осмотр ВС перед вылетом, дабы исключить попадание в него посторонних предметов, в том числе, изложенных в Особом мнении члена комиссии по расследованию воздушного инцидента.

Исследуя факт воздушного инцидента с ВС А-319 №VQ-BCO, представленные в его обоснование сторонами доказательства, Экспертное заключение ООО «Санкт-Петербургский Институт независимой экспертизы и оценки», Отчет от 10.06.2013 о результатах расследования авиационного события с самолетом А-319 №VQ-BCO, с учетом Особого мнения члена комиссии к нему, суд установил, что авиационный инцидент (попадание постороннего предмета в рабочие лопасти вентилятора двигателя №2) произошел в момент разбега ВС по ВПП в зоне ответственности ответчика.

Таким образом, авиационный инцидент и возникшие у Перевозчика в связи с ним убытки связаны с виновностью действий ответчика в их причинении.

Позиция ответчика о том, что при выявлении повышения уровня вибрации двигателя капитан ВС должен был осуществить посадку самолета без продолжения полета, отклоняется судом, поскольку, как указал истец, выявленные в ходе разбега самолета вибрации не носили существенный характер и не угрожали безопасности полета. Полет и приземление ВС прошли в рабочем режиме.

Истец также пояснил суду, что экстренная остановка ВС, как на это указывает ответчик, повлекла бы большие убытки, чем возникли у Перевозчика в связи с полетом рейса SU 2302 28 мая 2013 г. до Франкфурта в связи с особенностью полета воздушных судов и применяемыми в связи с этим мерами безопасности.

Доводы Аэропорта о допущенных при расследовании авиационного инцидента нарушениях, в частности нарушении действующих нормативно-правовых актов (включая международные) в области расследования авиационных происшествий, уничтожении поврежденных лопастей вентилятора без согласования с соответствующим уполномоченным органом, либо по разрешению суда, неисследованием биохимического состава оставленного на рабочей поверхности двигателя красящего вещества, также не могут быть приняты во внимание.

Согласно п.1.1.5 Правил расследования авиационных происшествий и инцидентов с гражданскими воздушными судами в Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства РФ от 18.06.1998 №609 (ПРАПИ-98) целями расследования авиационного происшествия или инцидента являются установление причин авиационного происшествия или инцидента и принятие мер по их предотвращению в будущем.

В соответствии с п.1.1.6 Правил, процесс расследования авиационного происшествия или инцидента включает в себя сбор и анализ информации, проведение необходимых исследований, установление причин авиационного происшествия или инцидента, подготовку отчета и заключения, разработку рекомендаций, разбор (слушание) по результатам расследования.

В п.1.1.7 Правил установлено, что полномочия и ответственность специально уполномоченного федерального органа исполнительной власти в области расследования авиационных происшествий с гражданскими воздушными судами возложены на Межгосударственный авиационный комитет (далее именуется - МАК).

Согласно п.2.1.1 ПРАПИ-98 расследование авиационных происшествий с воздушными судами Российской Федерации и воздушными судами иностранных государств на территории Российской Федерации организует и проводит МАК с участием Федеральной авиационной службы (ФАС России), Минэкономики России и других заинтересованных федеральных органов исполнительной власти и организаций Российской Федерации. В соответствии с этим МАК формирует и назначает комиссию по расследованию авиационного происшествия.

Как установлено судом, авиационный инцидент произошел на территории Российской Федерации в момент разбега ВС по ВПП, в связи с чем в соответствии с ПРАПИ-98 приказом Межрегионального территориального управления воздушного транспорта Федерального агентства воздушного транспорта (Росавиация) №345 от 31.05.2013, то есть уполномоченного органа в области расследования авиационных инцидентов, была утверждена комиссия по расследованию.

В состав комиссии вошли как представители истца, так и представители ответчика, которые не установили каких-либо нарушений при проведении расследования.

Отсутствует указание на допущенные при расследовании нарушения и в Особом мнении члена комиссии от ответчика, в котором ставится под сомнение вывод комиссии только относительно причин возникновения повреждений рабочих лопастей вентилятора.

При указанных обстоятельствах суд считает вину ответчика в произошедшем 28 мая 2013 г. воздушным инцидентом с ВС А-319 №VQ-BCO рейс SU 2302 Шереметьево-Франкфурт, а следовательно правомерными требования истца о взыскании с Аэропорта убытков.

Расходы на дополнительное техобслуживание (ДТО) и восстановление летной годности ВС А-319 №VQ-BCO в размере 11 307,20 руб. и 21 410,00 руб. подтверждается представленными в материалы дела справками и соответствующими документами (т.1 л.д. 10 - 11, 78 - 96).

В обоснование затрат понесенных в аэропорту Франкфурта и связанных с событиями 28.05.2013 истец представил в материалы дела счета и инвойсы: №60037307 на сумму128,93 евро за дозаказ бортпитания на рейс; №FRA-1305198 на сумму 260,64 евро за дополнительное наземное обслуживание рейса; №FRA-1305178 на сумму 295,42 евро за базовое наземное обслуживание рейса; №7001369485 на сумму 632,50 евро за использование инфраструктуры при наземном обслуживании рейса, аэропортовые сборы; №1082 на сумму 490,16 евро за предоставление питания пассажирам; №0500000357 на сумму 220,00 евро за предоставление питания и напитков пассажирам; №2734007 на сумму 75,00 евро за питание в гостинице членов экипажа; №1311125 на сумму 39,00 евро за предоставление питания и напитков пассажирам; №2705101 на сумму 537,30 евро за питание членов экипажа в гостинице; №2734006 на сумму 24,00 евро за питание пассажира Бурнс в гостинице; №2705100 на сумму 1170,00 евро за питание и проживание членов экипажа в гостинице; №2704870 на сумму 360,00 евро за питание и проживание пассажира Бурнс и членов экипажа в гостинице; №56511305 на сумму 14,97 евро за предоставление напитков пассажирам; №60-AR-1702031 на сумму 205,00 евро за наземное обслуживание (т.1 л.д. 99, 116, 122, 126, 131, 135, 137, 139, 141, 143, 145, 147, т.4 л.д. 71, 80, 84, т.5 л.д.15, 19, 23, 27, 31, 35, 41, 45, 50, 55, 88).

Истец пояснил, что размер убытков за ремонт 3-х лопаток вентилятора двигателя №2 составил 26 752,5 евро (35 341,09 долларов США), убытки на питание пассажиров в период с 28 по 31 мая 2013 в связи с вынужденной задержкой рейса составили 3 225,85 евро.

Общая сумма заявленных, с учетом уточнений иска, затрат составила 2 381 536,63 руб.

Данная сумма в виде затрат истца ответчиком не оспорена.

Суд же признает данные затраты истца его убытками в силу изложенных выше обстоятельств.

При указанных обстоятельствах суд считает требования истца о взыскании убытков в связи с авиационным инцидентом 28.05.2013 обоснованными и подтвержденными материалами дела.

При вышеизложенных обстоятельствах требования истца являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со ст.101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В силу положений ст.106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся в том числе, денежные суммы, подлежащие выплате экспертам

Частью 1 статьи 110 АПК РФ установлено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Учитывая то, что заявленные Авиакомпанией требования удовлетворены судом в полном объеме расходы по оплате услуг экспертов в размере 120 000,00 руб. и расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика.

Ответчиком при подаче ходатайств о проведении экспертиз, платежными поручениями № 64660 от 10.10.2016 г. и №69626 от 07.03.2017 г. на депозитный счет Арбитражного суда Московской области было перечислено 100 000,00 руб. и 60 000,00 руб. соответственно.

Поскольку в удовлетворении поданных Аэропортом ходатайств судом отказано, внесенные на депозитный счет суда денежные средства подлежат возврату ответчику.

Руководствуясь ст.ст. 55, 101, 106, 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить.

Взыскать с АО "Международный аэропорт Шереметьево" в пользу ПАО "АЭРОФЛОТ" убытки в размере 2 381 536 руб. 63 коп., расходы по госпошлине в размере 34 908 руб. 00 коп., расходы по оплате на проведение экспертизы в размере 120 000 руб. 00 коп..

Возвратить ПАО "АЭРОФЛОТ" из федерального бюджета госпошлину в размере 5 руб. 00 коп., уплаченную по чеку - ордеру СБ № 9038 филиал № 6 операция 68 от 07.06.2016 года ФИО5.

Возвратить АО "Международный аэропорт Шереметьево" с депозитного счета Арбитражного суда Московской области 100 000 руб. 00 коп., перечисленные по платежному поручению № 64660 от 10.10.2016 г., а также 60 000 руб. 00 коп., перечисленные по платежному поручению № 69626 от 07.03.2017 г..

Перечислить ООО «Санкт-Петербургский Институт независимой экспертизы и оценки» с депозитного счета Арбитражного суда Московской области денежные средства в размере 120 000 руб. 00 коп. за проведенную в рамках дела А41-30762/16 экспертизу.

Решение может быть обжаловано в установленном законном порядке.

Судья М.А. Худгарян