Решение от 10 мая 2023 г. по делу № А29-11829/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Ленина, д. 60, г. Сыктывкар, 167000

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А29-11829/2022
10 мая 2023 года
г. Сыктывкар



Резолютивная часть решения объявлена 10 мая 2023 года,

решение в полном объёме изготовлено в этот же день.


Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи А. Е. Босова,

при ведении протокола и аудиозаписи судебного заседания секретарём А. Ю. Саух,

с участием представителей

от истца: Д. В. Колосюка,

от ответчика: ФИО1 (по доверенности от 13.02.2023 № 26-Д),

ФИО2 (по доверенности от 11.11.2022 № 72-Д),

от третьего лица (1): А. В. Савенюк (по доверенности от 29.03.2023 № Д-11907/23/189),

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по иску индивидуального предпринимателя ФИО3

(ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>)

к Территориальному управлению Федерального агентства

по управлению государственным имуществом в Республике Коми

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о взыскании задолженности,

по встречному иску Территориального управления Федерального агентства

по управлению государственным имуществом в Республике Коми

к индивидуальному предпринимателю ФИО3

об обязании выполнить действия,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: (1) Управление Федеральной службы судебных приставов по Республике Коми

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>),

(2) ФИО4,


и установил:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (Предприниматель) обратился в суд с исковым заявлением к Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Коми (Территориальное управление) о взыскании 284 253 рублей задолженностипо государственному контракту от 30.11.2021 № ГК 01-2/2022 ХрКи (Контракт), оказанные с 06.04.2022 по 30.06.2022.

Исковые требования основаны на статьях 310, 425, 886, 896 Гражданского кодекса Российской Федерации (Кодекс), части 2 статьи 34 Федерального закона от 05.04.2013№ 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и мотивированы следующим. Во исполнение Контракта Предпринимателю было выдано поручение принять на ответственное хранение каркас, который выполнен из 18 брёвен породы лиственница и на который наложен арест постановлением судебного пристава-исполнителя в рамках исполнительного производства № 133407/21/11004-ИП. Каркас располагается по адресу: Республика Коми, <...>. На основании акта от 06.04.2022 № 02-04 каркас принят Предпринимателем на хранение от судебного пристава-исполнителя. Заказчик полагает, что объём имущества составляет 4,501 м3, однако исполнитель, выполнив замеры, установил иной объём каркаса, а именно 319,35 м3. Разница в объёмах обусловлена тем, что заказчик фактически определил объём 18 брёвен, а расчёты исполнителя выполнены в отношении принятого на хранение сложного объекта — строения, состав которого не ограничен восемнадцатью брёвнами из лиственницы. Цена иска представляет собой стоимость хранения каркаса в течение 86 суток — с 06.04.2022 по 30.06.2022: 319,35 м3 * 10,35 рублей за один кубометр в сутки * 86 суток. Отказ Территориального управления оплатить хранение принятого имущества послужил Предпринимателю основанием для обращения в суд.

В отзыве от 28.11.2022 ответчик отклонил предъявленное ему требование, указав на нарушение истцом пунктов 4.4.14, 4.4.8, 4.4.12, 4.4.25, 4.4.29 Контракта: отсутствие оригиналов актов приёма-передачи; отсутствие идентификации имущества и фиксации его габаритных размеров; принятие имущества сверх поручения (кроме самого каркаса принято строение, находящееся на нём); Предприниматель не проинформировал заказчика об обстоятельствах, которые препятствовали приёму имущества (указанноев поручении наименование не соотносилось с фактическими характеристиками объекта); отсутствие заверенных копий документов, которые подтверждают право собственности или право пользования складскими помещениями. Обращённое в доход государства имущество не каркас (внутреннюю несущую конструкцию), а линейные вертикальные элементы (столбы) несущей конструкции, они не создают объём этой конструкции,а имеют индивидуальный объём в разрезе каждого элемента. У исполнителя отсутствовали основания принимать имущество, в силу пункта 4.4.36 Контракта он обязан отделить обращённое в собственность государства имущество и разместить егона хранение в соответствии с потребительскими свойствами и признаками. Решение от 25.08.2022 № 11-СК/2604 об отказе в выплате вознаграждения принято заказчиком согласно пункту 4.1.6 Контракта. На запрос Территориального управления судебный пристав-исполнитель ответил, что Предпринимателю был передан каркас из 18 брёвен, объём древесины которых составляет 4,501 м3. Спорное имущество хранится по месту жительства должника, и Предприниматель фактически выставляет счета за хранения сарая должника. Спорный объект является движимым имуществом, а потому расчёты исполнителя некорректны.

На основании определения от 30.11.2022 Управление Федеральной службы судебных приставов по Республике Коми (Управление) привлечено третьим лицомбез самостоятельных требований (на стороне истца).

Территориальное управление обратилось со встречным иском, уточнённымв порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, об обязании Предпринимателя:

- провести работы по отделению обращённого в собственность государства имущества — вертикальные конструктивные элементы каркаса строения третьего лица, выполненные из 18 брёвен породы лиственница, общим объемом 4,501 м3, согласно информации, представленной государственным инспектором по охране леса Левобережного участкового лесничества ГУ «Печорское лесничество» от имущества третьего лица,

- в соответствии с поручением от 30.03.2022 № 02-04-22, пунктами 4.4.21, 4.4.22, 4.4.23 Контракта разместить отделённое имущество на складе Предпринимателядля обеспечения ответственного хранения и определить объём отделённого имуществав соответствии с пунктом 4.4.18 Контракта,

- в соответствии с пунктом 6.9 Контракта уведомить Управление о готовности передать вертикальные конструктивные элементы каркаса строения третьего лица, выполненные из 18 брёвен породы лиственница (о предполагаемом времени и дате передачи),

- представить документы в соответствии с пунктом 4.4.14 Контракта:

1. По одному экземпляру оригиналов и надлежаще заверенных копий актов приёма-передачи имущества от ОСП по г. Печора Предпринимателю с заполненной графой «Особые отметки» о получении вертикальных конструктивных элементов каркаса строения третьего лица, выполненных из 18 брёвен породы лиственница.

2. Складскую квитанцию.

3. Фотоматериалы каждой позиции с приложением сантиметрового / метрового измерителя в соответствии с пунктом 4.4.8 Контракта. Фотоматериалы представляютсяна электронном носителе CD диске в виде файлов в одном из следующих форматов: Joint Photographic Experts Group (*.jpg) или Graphics Interchange Format (*.gif), с разрешениемне ниже 300 dpi (точек на дюйм).

В отзыве от 13.02.2023 Управление сообщило, что обращённый в собственность государства каркас из 18 брёвен был соединён с досками. Согласно постановлению судебного пристава-исполнителя от 05.07.2022 исполнительное производство 133407/21/11004-ИП окончено в связи с фактическим исполнением требований исполнительного документа.

Предприниматель направил дополнительные пояснения и уточнил:при определении объёма имущества он руководствовался поручением заказчика № 02-04-22, результатами визуального обследования объекта, лексическим значением слова «каркас», отражённым в словарях русского языка, РД 22-01-97 «Требования к проведению оценки безопасности эксплуатации производственных зданий и сооружений поднадзорных промышленных производств и объектов (обследования строительных конструкций специализированными организациями)», а также «ГОСТ Р57274.1-2016/EN 15643-1:2010 Национальный стандарт Российской Федерации. Устойчивое развитиев строительстве. Часть 1. Общие положения». Исполнитель исходил из того, что каркасом может именоваться как движимое, так и недвижимое имущество; расчёт объёма предоставляет собой произведение площади основания и высоты в максимальной точке (15,08 м ? 5,43 м ? 3,9 м = 319,35 м3). Иные способы определения объёмав Контракте не предусмотрены. Встречные требования отклонены Предпринимателем,по мнению которого идентификация имущества при приёмке не вызвала затруднений вследствие простоты конструкции и её обособленного расположения на территории.В силу пункта 2.2 соглашения от 27.12.2019 № 001/36/01-12/129 (о порядке и условиях взаимодействия Федеральной службы судебных приставов и Федерального агентствапо управлению государственным имуществом при приёмке-передаче имущества, обращённого в собственность государства; далее — Соглашение) перед отправкой исполнительного поручения заказчик располагал всеми необходимыми сведениямиоб имуществе.

По запросу суда в дело поступила копия приговора Печорского городского суда Республики Коми от 22.11.2021 по делу № 1-401/2021 (Приговор) в отношении ФИО4, который признан виновным и осуждён за незаконную рубку лесных насаждений в крупном размере. Согласно резолютивной части Приговора вещественное доказательство, поименованное как «каркас, выполненный из 18 брёвен породы лиственница», обращено в доход государства.

Территориальное управление дополнило встречные требования пояснениями следующего содержания. Поручение № 02-04-22 не было исполнено Предпринимателем ни во время действия Контракта, ни после его прекращения, поэтому требования заказчика законны. Исполнитель вправе требовать оплату (5,18 рублей за 1 м3 в сутки) только при условии надлежащего приёма имущества. Брёвна каркаса соединены досками, и это препятствовало принятию имущества в натуре. Заказчик обратил внимание: акт приёма-передачи имущества от 06.04.2022 подписывался дважды. В первой версии актав графе «Особые отметки» отражено, что «на каркасе имеется строение типа сарая для сена и животных», во второй версии это указание отсутствует. Ответчик полагает,что исполнитель не провёл необходимые мероприятия по поручению.

Определением от 14.03.2023 к участию в деле третьим лицом, не заявляющим самостоятельных требований на предмет спора, привлечён ФИО4, которому,по сообщению Предпринимателя, принадлежит соединённое с каркасом имущество («строение типа сарая для сена и животных», как указано в одном из актов приёма-передачи от 06.04.2022). Конверт с определением получен по месту регистрации А. Л. Тычины, однако отзыв вновь привлечённым третьим лицом не направлен, явкав заседание не обеспечена. Вместе с тем в дело поступило рукописное обращение, подписанное от имени ФИО5, которая не является участником судебного разбирательства, поэтому её обращение принято судом к сведению, однаконе подлежит оценке в рамках рассматриваемого спора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 Кодекса по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Хранитель не вправе без согласия поклажедателя пользоваться переданнойна хранение вещью, а равно предоставлять возможность пользования ею третьим лицам, за исключением случая, когда пользование хранимой вещью необходимо для обеспечения её сохранности и не противоречит договору хранения (пункт 1 статьи 892 Кодекса).

В первом абзаце статьи 895 Кодекса заключён и другой запрет: если договором хранения не предусмотрено иное, хранитель не вправе без согласия поклажедателя передавать вещь на хранение третьему лицу, за исключением случаев, когда он вынужден к этому силою обстоятельств в интересах поклажедателя и лишён возможности получить его согласие.

Оценив письменные материалы дела и выслушав явившихся лиц, суд частично согласился с аргументами как истца, так и ответчика, однако пришёл к убеждениюоб отсутствии оснований для удовлетворения и первоначального, и встречного требований.

Суд разделил позицию Территориального управления относительно того,чем именно является имущество, которое подлежало передаче и принятию на хранение.

Из резолютивной части Приговора усматривается, что это имущество («каркас, выполненный из 18 бревен породы лиственница, находящийся у ФИО4 по адресу: <...>») признано вещественным доказательством по уголовному делу и обращено в доход государства. Как отмечено выше, ФИО4 осуждён за незаконную рубку лесных насаждений, то есть им совершено не преступление против собственности,а экологическое преступление, и в предмет посягательства вошли произраставшиена землях лесного фонда деревья (их стволы отделены от корней до степени прекращения роста), а не брёвна (древесина) как строительный материал или дрова и не то имущество,в состав которого эти брёвна вошли впоследствии, когда ФИО4 распорядился спиленными деревьями («строение типа сарая для сена и животных»). Соответственно, судьба всего сарая не разрешалась судом общей юрисдикции и не могла разрешатьсяв Приговоре.

Вопреки мнению истца, слово «каркас» функционирует в Приговоре не как строительный, инженерный или иной термин — оно употреблено в общеязыковом значении и синонимично лексемам основа, основание, остов, костяк, скелет[1].

Каркасы в свете общеязыковых данных[2] различаются по материалу (железобетонный, деревянный, металлический), по облику или свойствам составных частей (проволочный, трубчатый, из бруса), а также по различным функциональным характеристикам (несущий, жёсткий, лёгкий). Употребление в Приговоре слова «каркас» в каком-либо специальном (терминологическом) значении не было обусловлено прагматически, поскольку суду требовалось назвать лишь предмет преступного посягательства, то есть спиленные деревья. «Каркас» использовано для конкретизации места и состояния этих деревьев (брёвна без коры и сучьев, не распилены на дрова,не складированы, а пребывают по названному адресу в составе сарая, в качестве его конструктивных элементов). Следовательно, для цели идентификации обращённогов доход государства имущества неправомерно, как предлагает истец, обращатьсяк дефинициям, которые разработаны для разного рода нормативно-технических документов: сводов правил проектирования и строительства, требований (руководящих документов) и ГОСТов.

Очевидно, что собственный объём разборного каркаса не меняется в зависимости от того, в каком виде он пребывает — в собранном или в разобранном. Собственный объём каркаса не равен объёму размещённого на нём объекта. В этой связи расчёт объёма, предложенный истцом, в любом случае недопустим, так как приводит к искусственному завышению объёма имущества, обращённого в доход государства, и стоимости хранения этого имущества.

Оценка состоятельности взаимных требований Предпринимателяи Территориального управления напрямую зависит от определения того, (1) были ли обязан исполнитель отделить брёвна от иного имущества, а также (2) вправе ли он хранить указанный «каркас» в том месте, в котором последний находился и находится. Буквальное и системное толкование условий Контракта (статья 431 Кодекса) даёт отрицательные ответы на оба вопроса.

На основании пунктов 1.2, 1.3, 1.6, 1.7, 4.2.1 Контракта исполнитель обязанпо письменным поручениям заказчика и от имени последнего (по доверенности) оказать услуги по приёму и хранению имущества, обращённого в собственность государства,и выполнить работы, определённо не упомянутые в Контракте, но необходимые для получения результата услуг.

В пункте 4.2.7 Контракта специально оговорено, что заказчик не обязан давать исполнителю разъяснения и консультации по вопросам организации приёма и хранения различных видов имущества, а в пункте 4.3.2 — что исполнитель вправе определять способы оказания услуг. К услугам по хранению Контрактом в числе прочего отнесены: фотографирование имущества способом, позволяющим его однозначно идентифицировать, определение и фиксация его габаритных размеров (пункты 4.4.8, 4.4.12), погрузка-разгрузка (пункт 4.4.10), размещение и хранение отдельно от имущества, не принадлежащего заказчику, в складских помещениях, где осуществляются круглосуточное видеонаблюдение и пропускной режим, а также соблюдаются необходимая температура и условия, предотвращающие возможность утраты потребительских свойств (пункты 4.4.21 — 4.4.23), осуществление автоматизированного складского учёта (пункт 4.4.26).

В комплекс действий Предпринимателя, необходимых для получения имущества в срок входит и незамедлительное информирование заказчика о невозможности получить имущество от уполномоченного органа (пункт 4.4.6), о несоответствии имущества наименованию, указанному в поручении (пункт 4.4.12) и о наличии обстоятельств, препятствующих приёму имущества в установленные сроки и надлежащему исполнению Контракта (пункты 4.4.25 и 4.4.32).

В настоящем случае заказчик, выдавший исполнителю поручение от 30.03.2022 № 02-04-22 (л. д. 19) на основании уведомления службы судебных приставов от 21.03.2022 № 02-04-22, не был осведомлён о внешнем виде, свойствах и габаритах каркаса и не был обязан знать о них. Представители Управления не участвовали в приёме-передаче каркаса, в составлении акта от 06.04.2022 и не были обязаны это делать в силу Контракта, который заключает в себе и черты агентирования. Иное означало бы,что сделка лишена всякого смысла для заказчика, который одновременно платит Предпринимателю и участвует в выполнении поручаемых и оплачиваемых действий. Истец и судебный пристав-исполнитель, напротив, были в полной мере осведомленыо состоянии каркаса, о его конструктивной связанности с иным имуществом, судьба которого Приговором не разрешалась. Таким образом, в момент подписания акта от 06.04.2022 имелись объективные препятствия для приёма каркаса на хранение, о чём Предприниматель был обязан без промедления уведомить заказчика. Названные препятствия наличествуют и в настоящее время.

Демонтаж или иное вмешательство со стороны исполнителя в целостность имеющейся конструкции не входят в обязанности по погрузке-разгрузке, перевозкеи размещению на складе. Между тем сочленение «каркаса» с досками и иными элементами сарая, а также заглубление брёвен в землю не позволяют с надлежащей точностью определить их габаритные размеры.

Правовую часть вопроса отделения брёвен от иного имущества надлежало решить судебному приставу-исполнителю с применением механизмов, предусмотренныхв статьях 64, 68, 86 и 104 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ«Об исполнительном производстве», что при этом не снимало с Предпринимателя обязанности уведомить ответчика о невозможности оказать услуги по хранению «каркаса». Однако исполнитель сообщил заказчику о действительном состоянии «каркаса» и о невозможности провести фотофиксацию только в письме от 15.07.2022 (л. д. 53), то есть уже за пределами искового периода. До получения этого письма Территориальное управление правомерно исходило из того, что имущество, в отношении выдано поручение от 30.03.2022 № 02-04-22, принято истцом на хранение в соответствиис принятыми им обязательствами.

В заседании 10.05.2023 представитель Управления сообщил, что договор хранения с ФИО4 не заключался. Чем обусловлено составление акта приёма-передачи в двух редакциях, представитель Управления пояснить затруднился. Между тем, в силу пункта 2.2 Соглашения, в уведомлении о готовности к передаче имущества, обращённого в собственность государства, в числе прочего должны быть указаны индивидуальные признаки имущества. За разъяснением Приговора судебный пристав-исполнитель к суду не обращался.

Сведений о выдаче ФИО4 письменного согласия на пользование имуществом (часть 3 статьи 86 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ«Об исполнительном производстве») в дело не предоставлено, однако в акте описии ареста / изъятия имущества (конфискат) от 21.01.2022 указано, что «каркас» находится на ответственном хранении у должника. Судебный пристав-исполнитель, по сообщению представителя Управления, не устанавливал, кому и на каком праве принадлежит та часть конструкции, в составе которой пребывает спорное имущество.

Контракт и общеправовой принцип охраны частной собственности не позволяют Предпринимателю произвольно (в отсутствие судебного акта или властно-распорядительного акта иного уполномоченного лица) отделять «каркас» от иных элементов сарая (это может привести к повреждению или гибели как обращённого в доход государства, так и иного имущества, распоряжаться которым не вправе ни истец,ни ответчик, ни судебный пристав-исполнитель), в связи с чем возложение этой обязанности в судебном порядке, на чём ошибочно настаивает Управление, также невозможно. Невозможностью истца оказать услуги обусловлено и отсутствие у него права и обязанности для выполнения иных встречных требований Управления: размещения на складе, определения объёма, уведомления о готовности передать имущество, предоставления документов, предусмотренных в пункте 4.1.4 Контракта.

В поручении от 30.03.2022 № 02-04-22 содержится указание принять имуществов месте его нахождения, а не хранить его в этом месте. Возможность хранения имущества в месте его нахождения противоречит приведённым условиям Контракта. Наличие акта приёма-передачи от 06.04.2022 в двух вариантах не имеет правового значения, поскольку приписка, внесённая в графу «Особые отметки» («на каркасе имеется строение типа сарая для сена и животных»), лишь уточняет состояние спорного имущества и не может заменять собой Приговор или исполнительный документ. Более того, ни одна из редакций акта не может быть признана надлежащим доказательством качественного исполнения предусмотренных Контрактом услуг, поэтому и на стороне Управления отсутствует встречное обязательство по оплате услуг — как в части большего, так и в части меньшего объёма.

Истец был не вправе принимать спорное имущество, на что справедливо указано в требовании Управления от 05.08.2022 № 11-ТС/2394 (л. д. 24 — 26). По существу,на стороне Предпринимателя имелась лишь одна обязанность, которую онне исполнил, — незамедлительно уведомить заказчика о невозможности реализовать поручение. Если исполнитель полагал, что имущество не соответствует наименованию, указанному в поручении, то он также был обязан сообщить контрагенту. Неисполнение данной обязанности лишает истца права на получение платы. Однако в силу изложенного это нарушение не может быть устранено путём понуждения исполнителя к совершению действий, на которых настаивает Управление во встречном иске.

В настоящее время — и это теперь известно Территориальному управлению — имеется обстоятельство, которым обусловлены невозможность разместить спорное имущество на каком-либо складе либо передать его ответчику или иному лицу. Истецне вправе самостоятельно устранить это препятствие. Действия, к совершению которых,по мнению Территориального управления, следует понудить истца, равным образомне относятся ни к компетенции последнего, ни к одной из мер ответственности, предусмотренных в разделе 7 Контракта.

Основываясь на изложенном, суд отказывает в удовлетворении обоих исков.

Руководствуясь статьями 104, 110, 112, 167 — 170 и 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

1. В удовлетворении первоначальных исковых требований отказать полностью.

2. Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) из федерального бюджета 483 рубля государственной пошлины (платёжное поручение от 08.09.2022 № 155). Настоящее решение является основанием для возврата указанной суммыиз федерального бюджета.

3. В удовлетворении встречных исковых требований отказать полностью.

4. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объёме.

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказалв восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья А. Е. Босов

[1] Некорректно и предложенное Предпринимателем обращение к «Словарю живого великорусского языка» В. И. Даля, поскольку этот словарь относится к областным, не является нормативным (содержит диалектные и иные слова, находящиеся за пределами литературного языка) и отражает состояние языкадо середины XIX века. Вместе с тем общеязыковое значение может быть определено рядовым носителем языка (в том числе с обращением к толковым нормативным словарям современного русского языка)без привлечения специальных познаний.

[2] Все приведённые далее примеры устойчивого словоупотребления взяты из Национального корпуса русского языка. 2003 — 2023. Доступен по адресу: ruscorpora.ru.