Решение от 5 декабря 2022 г. по делу № А52-3058/2022

Арбитражный суд Псковской области

ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000

http://pskov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А52-3058/2022
город Псков
05 декабря 2022 года
Резолютивная часть решения оглашена 28 ноября 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 05 декабря 2022 года.


Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Бурченкова, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску

Федерального агентства по рыболовству (ОГРН 1087746846274, ИНН <***>; адрес: 107996, <...>. 14.15, стр.1)

к обществу с ограниченной ответственностью «ЛАСПИ» (адрес:181600, Псковская область, Гдовский район, Гдов город, Я.Фабрициуса <...>/1, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

третье лицо: Федеральная антимонопольная служба Российской Федерации (ОГРН <***>; ИНН <***>, адрес: 125993, <...>)

о расторжении договоров,

при участии в заседании:

от истца: ФИО2 - представитель по доверенности;

от ответчика: ФИО3 - представитель по доверенности;

от третьего лица: ФИО4, ФИО5, ФИО6 - представители по доверенности,

УСТАНОВИЛ:

Федеральное агентство по рыболовству (далее – Росрыболовство, истец) обратилось в Арбитражный суд Псковской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ЛАСПИ» (далее – Общество, ответчик) о досрочном расторжении договоров о закреплении долей квот добычи (вылова) водных биоресурсов.

Из основания иска следует, что участвующая в рассмотрении настоящего дела в качестве третьего лица без самостоятельных требований Федеральная антимонопольная служба Российской Федерации (далее - третье лицо, ФАС России) направила в адрес Росрыболовство заключение о выявлении факта установления контроля над Обществом со стороны иностранного инвестора, что является основанием для расторжения ранее заключенных с ответчиком договоров на право добычи (вылов) водных биоресурсов.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске и дополнениях к нему.

Представители ФАС России в судебном заседании исковые требования поддержали. Полагали, что являющийся гражданином Эстонии Кярберг Пауэль (далее - ФИО7) осуществлял фактический и юридический контроль над Обществом на момент заключения оспариваемых договоров и продолжает осуществлять такой контроль до настоящего времени, в том числе опосредованно через группу подчиненных ему физических и юридических лиц, от которых Общество к тому же находится в полной экономической зависимости. Принятые ФИО7 корпоративные изменения, включающие в себя в том числе выход из состава Общества и иных подконтрольных ему юридических лиц, носят формальный характер и направлены исключительно на то, чтобы ввести компетентные органы в заблуждение относительно нахождения ответчика под контролем иностранного инвестора.

Представитель ответчика иск не признал по доводам, изложенным в возражениях, из которых следует, что на момент заключения спорных договоров Общество под контролем иностранного инвестора не находилось, поскольку ФИО7 имел менее 50% доли в его уставном капитале. В последующем после внесения изменений в законодательство, снизивших порог доли участия иностранного инвестора в уставном капитале до 25%, ФИО7 в установленный срок произвел отчуждение принадлежащей ему доли и на момент вынесения решения также не является лицом, осуществляющим контроль Общества, поскольку у него отсутствует право или полномочие определять решения, принимаемые общим собранием участников Общества, и он не имеет права определять условия осуществления Обществом предпринимательской деятельности. Доводы истца и третьего лица о фактическом контроле ФИО7 над Обществом объективно не подтверждаются представленными доказательствами, из которых следует только то, что Общество осуществляло с находившимися под контролем ФИО7 юридическими лицами обычное хозяйственное взаимодействие, получая при этом финансовые поступления от продажи рыбы также и от иных хозяйствующих субъектов, не связанных с ФИО7 По мнению представителя ответчика, даже если предположить, что после заключения спорных договоров Общество формально, через группу лиц, в определенный промежуток времени находилось под опосредованным контролем ФИО7, действующее законодательство предусматривает иной механизм нивелирования данного обстоятельства, не связанный с расторжением договоров на право добычи водных биоресурсов. Кроме того, ФИО7 по состоянию своего здоровья и ввиду отдаленности проживания не может контролировать деятельность ответчика, корпоративные изменения в находившихся под его контролем хозяйственных обществах не были произведены своевременно ввиду противоправных посягательств иных лиц.

В судебном заседании 28.11.2022 представитель ответчика ходатайствовал об отложении слушания дела с целью предоставления дополнительных доказательств наличия преступных посягательств на принадлежавшие ФИО7 хозяйственные общества и их руководителей, в удовлетворении которого суд отказал с учетом положений статей 6.1 и 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), принимая во внимание, что соответствующие доводы представителем ответчика ранее при неоднократном отложении рассмотрения дела не озвучивались, у него отсутствовали препятствия к заблаговременному представлению доказательств; кроме того, озвученные представителем ответчика доказательства в любом случае не позволят установить обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора.

Исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства, заслушав представителей участвующих в деле лиц, суд установил следующее.

Между Росрыболовством и Обществом 17.08.2018 заключены договоры о закреплении квоты добычи (вылова) водных биологических ресурсов (далее – ВБР) в Чудском, Теплом и Псковском озерах в Псковской области: №№ ЗБ-МД-325, ЗБ-МД-ЗП, ЗБ-МД-257, ЗБ-МД-357, ЗБ-МД-376, ЗБ-МД-271, ЗБ-МД-290, ЗБ-МД-309, ЗБ- МД-237, ЗБ-МД-221, ЗБ-МД-154, ЗБ-МД-191,ЗБ-МД-207, ЗБ-МД-177, ЗБ-МД- 140 (далее – договоры), на основании которых Общество в период с 2019 по 2022 год получало соответствующие разрешения на добычу (вылов) водных биологических ресурсов.

Договоры заключены на срок с 01.01.2019 по 31.12.2033.

Пунктом 11 договоров предусмотрено, что они могут быть расторгнуты до окончания срока их действия по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 13 Федерального закона от 20.12.2004 №166-ФЗ "О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов" (далее - Закон о рыболовстве).

10.02.2022 ФАС России в адрес ответчика направило заключение№СП/9759/22 о выявлении факта установления над Обществом контроля иностранного инвестора, которое в установленном порядке не обжаловалось и после вступления в силу было направлено в адрес Росрыболовства письмом №СП/50422/22 от 24.05.2022 в целях принудительного прекращения права Общества на добычу (вылов) ВБР в порядке, предусмотренном Правилами принудительного прекращения права на добычу (вылов) ВБР в случаях, указанных в пунктах 6 и 7 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 03.06.2016 №502 (далее – Правила №502).

30.05.2022 Росрыболовством в адрес Общества направлены соглашения о досрочном расторжении договоров, от подписания которых Общество отказалось, что явилось основанием для обращения истца в суд с рассматриваемыми требованиями.

Оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд считает, что иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 450 ГК РФ расторжение договора возможно по соглашению его сторон либо по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 452 ГК РФ требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии - в тридцатидневный срок.

Частью 1 статьи 33.5 Закона о рыболовстве предусмотрено, что договор о закреплении квоты добычи (вылова) водных биоресурсов может быть досрочно расторгнут по требованию одной из сторон в соответствии с гражданским законодательством и настоящим Законом.

Согласно пункту 40 статьи 6 Федерального закона от 29.04.2008 №57-ФЗ "О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства" (далее - Закон №57-ФЗ) добыча (вылов) водных биологических ресурсов относится к видам деятельности, имеющим стратегическое значение для обороны страны и безопасности государства.

В соответствии с частью 2 статьи 11 Закона о рыболовстве юридические лица, зарегистрированные в Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 08.08.2001 №129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" и находящиеся под контролем иностранного инвестора, не вправе осуществлять добычу (вылов) водных биоресурсов, за исключением случая, предусмотренного частью 3 настоящей статьи.

Лица, указанные в части 2 статьи 11 Закона о рыболовстве, вправе осуществлять добычу (вылов) водных биоресурсов в случае, если контроль иностранного инвестора в отношении таких лиц установлен в порядке, предусмотренном Законом №57-ФЗ (часть 3 статьи 11 Закона о рыболовстве).

Таким образом, единственным случаем, при котором лицу, находящемуся под контролем иностранного инвестора, предоставлено право в силу части 3 статьи 11 Закона о рыболовстве осуществлять добычу (вылов) водных биоресурсов, является установление контроля иностранным инвестором над таким лицом в порядке, предусмотренном Законом №57-ФЗ, то есть путем получения иностранным инвестором на Правительственной комиссии за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации предварительного согласования на совершение сделки, влекущей установление контроля над лицом, осуществляющим добычу (вылов) водных биоресурсов.

В соответствии с пунктами 6 и 7 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве принудительное прекращение права на добычу (вылов) водных биоресурсов осуществляется в случаях:

- если над лицом, у которого имеется право на добычу (вылов) водных биоресурсов, установлен контроль иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, с нарушением требований Закона №57-ФЗ (пункт 6 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве);

- если лицо находилось под контролем иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, до получения таким лицом права на добычу (вылов) водных биоресурсов (пункт 7 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве).

Согласно пункту 2 Правил №502 основанием для принудительного прекращения права на добычу является заключение ФАС России о выявлении факта установления над юридическим лицом, у которого имеется право на добычу (вылов) водных биоресурсов, контроля иностранного инвестора с нарушением требований Закона №57-ФЗ в случае, указанном в пункте 6 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве, или заключение ФАС России о выявлении факта нахождения пользователя под контролем иностранного инвестора до получения пользователем права на добычу (вылов) водных биоресурсов в случае, указанном в пункте 7 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве.

Исходя из пунктов 3, 5, 8, 12 Правил №502, при получении Росрыболовством уведомления пользователя об отказе в подписании соглашения о досрочном расторжении договора, направленного на основании поступившего заключения ФАС России, Росрыболовство в целях принудительного прекращения права на добычу (вылов) ВБР обязано обратиться с иском в суд о досрочном расторжения договора, заключенного ранее с пользователем, в отношении которого поступило заключение ФАС России.

Таким образом, основанием для расторжения договора на добычу (вылов) ВБР является факт установления над лицом, получившим такое права, контроля со стороны иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, после заключения соответствующего договора и в период его действия (пункт 6 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве) либо факт нахождения лица под контролем иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, на момент возникновения права на вылов ВБР на основании соответствующего договора (пункт 7 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве).

При этом факт нахождения лица под контролем иностранного инвестора устанавливается ФАС России, которая в соответствии с Правилами №502 готовит заключение об установлении такого факта и направляет его в Росрыболовство, а последнее предлагает соответствующему лицу расторгнуть договор на вылов ВБР в добровольном порядке, а в случае отказа обращается в суд.

В рассматриваемом случае процедура вынесения ФАС России заключения о нахождении ответчика под контролем иностранного инвестора и направления его в Росрыболовство соблюдена.

Ответчик отверг предложение истца о расторжении спорных договоров в добровольном порядке, а потому у последнего имелись основания для обращения в суд с рассматриваемым иском.

С учетом изложенного обстоятельством, имеющим существенное значение для разрешения настоящего спора, является то, находилось ли Общество под контролем иностранного инвестора в лице ФИО7 или группы лиц, в которую входит данный иностранный инвестор, на момент заключения оспариваемых договоров, а также имел ли место факт возникновения такого контроля в период действия этих договоров.

Оценивая наличие либо отсутствие обозначенных обстоятельств, суд исходит из следующего.

Согласно пунктам 1 и 2 части 1 статьи 5 Федерального закона №57-ФЗ, части 2 статьи 1 Закона о рыболовстве хозяйственное общество, имеющее стратегическое значение, считается находящимся под контролем иностранного инвестора, если такое контролирующее лицо имеет право прямо или косвенно распоряжаться (в том числе на основании договора доверительного управления имуществом, договора простого товарищества, договора поручения или в результате других сделок либо по иным основаниям) более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный капитал контролируемого лица (в том числе в случае, если указанное право временно передано иному лицу (иным лицам) на основании договора доверительного управления имуществом, договора залога, договора репо, обеспечительного платежа, иного соглашения или сделки), а также если по договору или по иным основаниям получило право или полномочие определять решения, принимаемые контролируемым лицом, в том числе условия осуществления контролируемым лицом предпринимательской деятельности.

Также признаки нахождения юридического лица под контролем иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, определены в статье 14.2 Закона о рыболовстве (в редакции Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ), согласно пунктам 1 и 2 которой юридическое лицо (контролируемое лицо) считается находящимся под контролем иностранного инвестора или группы лиц, в которую входит иностранный инвестор (контролирующее лицо), при наличии одного из следующих признаков:

1) контролирующее лицо имеет право прямо или косвенно распоряжаться (в том числе на основании договора доверительного управления имуществом, договора простого товарищества, договора поручения или в результате других сделок либо по иным основаниям) двадцатью пятью и более процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный капитал хозяйственного общества, либо двадцатью пятью и более процентами общего количества голосов общего числа членов кооператива или участников хозяйственного товарищества (в том числе в случае, если указанное право временно передано иному лицу (иным лицам) на основании договора доверительного управления имуществом, договора залога, договора репо, обеспечительного платежа, иного соглашения или сделки);

2) контролирующее лицо на основании договора или по иным основаниям получило право или полномочие определять решения, принимаемые контролируемым лицом, в том числе определять условия осуществления контролируемым лицом предпринимательской деятельности.

Вместе с тем до внесения Федеральным законом от 02.07.2021 №339-ФЗ изменений в статью 14.2 Закона о рыболовстве для признания факта нахождения лица под контролем иностранного инвестора необходимо было, чтобы иностранный инвестор имел право прямо или косвенно распоряжаться более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный капитал хозяйственного общества, либо более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов общего числа членов кооператива или участников хозяйственного товарищества.

При этом в силу положений части 1 статьи 3 Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ в течение трехсот шестидесяти пяти дней со дня вступления в силу настоящего Федерального закона иностранный инвестор или группа лиц, в которую входит иностранный инвестор, имеющие на день вступления в силу настоящего Федерального закона право прямо или косвенно распоряжаться не менее чем двадцатью пятью процентами и не более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный капитал юридического лица, осуществляющего деятельность по добыче (вылову) водных биологических ресурсов, и не имеющие иной возможности непосредственно или через третьих лиц определять решения, принимаемые таким юридическим лицом, обязаны совершить одно из следующих действий:

1) подать ходатайство о согласовании установления контроля над указанным юридическим лицом в порядке, предусмотренном Законом №57-ФЗ;

2) произвести отчуждение части принадлежащих им акций (долей) указанного юридического лица таким образом, чтобы после данного отчуждения иностранному инвестору или группе лиц, в которую входит такой иностранный инвестор, принадлежало право прямо или косвенно распоряжаться менее чем двадцатью пятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный капитал такого юридического лица, и направить уведомление об этом в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на выполнение функций по контролю за осуществлением иностранных инвестиций в Российской Федерации.

Судом установлено, что согласно протоколу от 31.01.2017 №1 ФИО7, владеющий на том момент 100% уставного капитала Общества, принял решение об отчуждении 76% доли в уставном капитале ответчика обществу с ограниченной ответственностью "Гдовский Берег" (далее - общество "Гдовский Берег"), соответствующая запись внесена в Единый государственный реестр юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) 22.03.2017.

Остальные 24% доли в уставном капитале Общества продолжали принадлежать ФИО7 до момента их отчуждения 18.05.2022.

Одновременно с этим ФИО7 до 18.05.2022 принадлежало 24% доли в уставном капитале общества "Гдовский Берег".

Решением общего собрания участников от 14.05.2020 по предложению ФИО7 руководителем Общества избрана ФИО8 Решением внеочередного собрания Общества от 14.10.2022 его директором избрана ФИО9, соответствующая запись в ЕГРЮЛ внесена 19.10.2022.

Кроме того, до 17.05.2022 ФИО7 принадлежало 100% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью "Комбинат Гдов" (далее - общество "Комбинат Гдов"), до настоящего времени ему принадлежит 100% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью "СпекторПсков" (далее - общество "СпекторПсков").

При этом на основании решения ФИО7 директором общества "Комбинат Гдов" с 15.05.2019 и общества "СпекторПсков" с 16.05.2019 назначена ФИО10, которая одновременно с этим с 05.05.2019 являлась директором общества "Гдовский Берег".

Вместе с тем, в силу части 3 статьи 1 Закона о рыболовстве понятие "группа лиц" в нем используется в значении, указанном в статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее Закон №135-ФЗ), согласно части 1 которой группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Таким образом, из материалов дела следует, что после заключения оспариваемых договоров и в период их действия Общество находилось под контролем группы лиц, в которую входил иностранный инвестор ФИО7, применительно к положениям пункта 2 статьи 14.2 Закона о рыболовстве и пунктов 2, 5 и 8 части 1 статьи 9 Закона №135-ФЗ, поскольку единоличным исполнительным органом Общества с 14.05.2020 по предложению ФИО7 была избрана ФИО8, а также применительно к положениям пункта 1 статьи 14.2 Закона о рыболовстве и пунктов 2, 5 и 8 части 1 статьи 9 Закона №135-ФЗ, поскольку назначенная ФИО7 в качестве единоличного исполнительного органа в принадлежащие ему общества "Комбинат Гдов" и "СпекторПсков" ФИО10 с 05.05.2019 одновременно являлась руководителем общества "Гдовский Берег", которое владело 76% долей в уставном капитале ответчика.

Суд находит несостоятельным довод представителя ответчика о том, что на момент заключения оспариваемых договоров 17.08.2018 ФИО8 еще не являлась руководителем ответчика, а ФИО10 - единоличным исполнителем органом обществ "Комбинат Гдов", "СпекторПсков" и "Гдовский Берег", а потому основания для расторжения договоров в порядке пункта 7 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве отсутствуют, поскольку установление факта контроля со стороны иностранного инвестора, возникшего хотя и после заключения договора на вылов ВБР, но в период его действия, является самостоятельным основанием для расторжения такого договора на основании пункта 6 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве.

При этом само по себе то обстоятельство, что при обращении с иском в суд Росрыболовство не ссылалось на пункт 6 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве не является препятствием к расторжению соответствующих договоров при наличии к тому фактических оснований, поскольку из толкования положений пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 АПК РФ следует, что арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактического содержания правоотношений. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Вместе с тем суд в определениях об отложении дела неоднократно выносил на обсуждение сторон возможность рассмотрения заявленных требований с учетом имеющихся фактических обстоятельств и положений пункта 6 части 2 статьи 13 Закона о рыболовстве.

В качестве возражений относительно заявленных требований представитель ответчика ссылался на то, что до внесения изменений Федеральным законом от 02.07.2021 №339-ФЗ в Законе о рыболовстве отсутствовало указание на возможность установления контроля иностранного инвестора над юридическим лицом через группу лиц.

Вместе с тем, понятие группы лиц использовалось в регулирующем соответствующие отношения Законе №57-ФЗ и до вступления в силу Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ.

При этом в отечественном правопорядке группа лиц не рассматривается как отдельный, самостоятельный субъект или участник гражданского оборота, в отрыве от непосредственных участников данной группы, и не является самостоятельным субъектом права.

То обстоятельство, что введение контроля над иностранными инвестициями в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение, выражается в установлении соответствующих изъятий для случаев участия в таких хозяйственных обществах иностранных инвесторов как напрямую, так и опосредованно - через группу лиц, в которую они входят, неоднократно разъяснялось в определениях Конституционного Суда Российской Федерации, принятых до вступления в силу Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 05.07.2011 №924-О-О, от 29.09.2011 №1108-О-О, №1109-О-О, от 18.06.2020 №1106-О).

Таким образом, установление контроля группы лиц, в которую входит иностранный инвестор, над стратегическим обществом является лишь инструментом, одной из форм участия иностранного инвестора в его деятельности, а изменения, внесенные в Закон о рыболовстве в части указания на группу лиц, в которую входит иностранный инвестор, носят исключительно юридико-технический характер.

Одновременно с этим в рамках рассмотрения настоящего дела ФАС России представлены доказательства не только того, что ФИО7 установил формальный опосредованный контроль над ответчиком через принадлежащее ему общество "СпекторПсков", а также назначенную на должность руководителя ответчика ФИО8 и состоящую в должности директора мажоритарного участника ответчика общества "Гдовский Берег" ФИО10, но им также осуществлялся и реальный финансовый контроль за деятельностью Общества.

В частности, из представленных ФАС России доказательств следует, что доходы от предпринимательской деятельности ответчика в значительной степени формируются за счет поступлений от общества "СпекторПсков", которое в свою очередь финансируется гражданином Эстонии ФИО7 и расположенным на территории Эстонии юридическим лицом "Каласта Ранд", которому сбывается добытая ответчиком на основании оспариваемых договоров рыбная продукция.

При этом финансирование ответчика осуществляется как путем закупки обществом "СпекторПсков" добытых ответчиком ВБР, так и путем выдачи беспроцентных займов на условиях, не характерных для независимых друг от друга участников гражданского оборота; также общество "СпекторПсков" на регулярной основе осуществляет платежи за услуги и продукцию, поставленные и оказанные Обществу третьими лицами, и в сою очередь получает оплату за Общество от сторонних организаций; помимо этого имели место неоднократные случаи, когда руководитель ответчика ФИО8 вносила напрямую в кассу общества "СпекторПсков" денежные средства.

Указанные обстоятельства в совокупности свидетельствует о наличии устойчивой экономической взаимосвязи между ответчиком и находящимися под контролем ФИО7 юридическими и физическими лицами на условиях, не характерных для независимых друг от друга участников гражданского оборота.

Помимо прочего ответчик в качестве возражения относительно заявленных требований ссылается на тот факт, что в установленный Федеральным законом от 02.07.2021 №339-ФЗ срок, а также на момент вынесения судебного решения по настоящему делу, обстоятельства, свидетельствующие об установлении контроля иностранного инвестора над Обществом, устранены: ФИО7 полностью вышел из состава участников ответчика, а также обществ "Гдовский Берег", "Комбинат Псков", прекращены полномочия ФИО8 в качестве руководителя ответчика, ФИО10 - в качестве директора обществ "Гдовский Берег", "Комбинат Псков", "СпектрПсков", в результате чего ФИО7 полностью лишился контроля над ответчиком и не способен влиять на его хозяйственную деятельность, которая перешла под контроль исключительно российских инвесторов, что полностью устранило угрозу обороноспособности страны и ее безопасности.

Кроме того, по мнению представителя ответчика, Федеральным законом от 02.07.2021 №339-ФЗ предусмотрено, что в случае несоблюдения установленных законом запретов и ограничений иностранный инвестор подлежит отстранению от управления рыбодобывающей организацией, что позволит ей продолжить осуществлять деятельность по вылову ВБР и не требует расторжения соответствующих договоров.

Между тем, из смысла статьи 3 Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ следует, что ее положения распространяются исключительно в отношении иностранных инвесторов, владевших на момент вступления этого закона в силу прямо или опосредованно через группу лиц не менее 25%, но не более 50% долей в уставном капитале соответствующего хозяйственного общества.

Данные лица в течение трехсот шестидесяти пяти дней со дня вступления в силу Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ обязаны были либо подать ходатайство о согласовании установления контроля над юридическим лицом в порядке, предусмотренном Законом №7-ФЗ, либо произвести отчуждение части принадлежащих им долей уставного капитала указанного юридического лица таким образом, чтобы после этого им принадлежало менее чем двадцать пять процентов долей, составляющих уставный капитал такого юридического лица (пункт 1 и 2 части 1 статьи 3 Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ).

В случае, если иностранный инвестор в установленный срок не совершит предусмотренных пунктом 1 и 2 части 1 статьи 3 Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ действий, суд по иску уполномоченного органа принимает решение об его лишении права голоса на общем собрании акционеров (участников) юридического лица, осуществляющего деятельность по добыче (вылову) водных биологических ресурсов (часть 2 статьи 3 Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ).

В тоже время, совокупность установленных по делу обстоятельств свидетельствует, что на момент вступления в законную силу Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ ФИО7 имел возможность осуществлять контроль над ответчиком как через ФИО10, являющуюся единоличным исполнительным органом общества "Гдовский Берег", владеющего 76% долей в уставном капитале ответчика, при том, что остальные 24% долей принадлежали самому ФИО7, так и через ФИО8, назначенную им единоличным исполнительным органом ответчика.

Таким образом, ФИО7 не относился к категории лиц, указанных в статье 3 Федерального закона от 02.07.2021 №339-ФЗ.

Более того, из представленных материалов дела следует, что полномочия ФИО8, как руководителя ответчика, прекращены только 14.10.2022, соответствующая запись в ЕГРЮЛ внесена 19.10.2022, в то время как рассматриваемый иск поступил в суд 20.06.2022.

Подтверждая факт прекращения полномочий ФИО10 в качестве руководителя общества "СпекторПсков", представитель ответчика представил решение участников от 09.11.2019, в то время как соответствующая запись внесена в ЕГРЮЛ только 21.11.2022.

Одновременно с этим суд обращает внимание на то, что представитель ответчика в приложении к позиции от 10.11.2022 представил в суд договоры, которые были скреплены печатью и подписаны руководителем общества "СпекторПсков" ФИО10 через длительный промежуток времени после принятия 09.11.2019 решения о прекращении ее полномочий руководителя данного юридического лица (например, договор займа от 24.01.2020, дополнительные соглашения к договору аренды морозильной камеры от 31.03.2021 и от 30.06.2021).

Изложенное с очевидностью подтверждает довод ФАС России о том, что принимаемые ФИО7 изменения в корпоративной структуре контролируемых им юридических лиц направлены исключительно на формальное создание видимости утраты контроля над деятельностью ответчика при фактическом сохранении такого контроля.

При таких обстоятельствах доводы представителя ответчика о том, что по состоянию здоровья и в связи с отдаленностью места проживания ФИО7 не мог контролировать деятельность Общества, а полномочия ФИО8 и ФИО10 не были своевременно прекращены по объективным причинам, связанным с совершением в отношении ФИО7 и принадлежащих ему хозяйственных обществ незаконных действий, противоречат установленным по делу обстоятельствам и не могут быть приняты судом во внимание.

Таким образом, совокупность представленных по делу доказательств позволяет прийти суду к выводу о том, что перед заключением оспариваемых договоров иностранный инвестор ФИО7 произвел формальное отчуждение 76% принадлежащих ему долей в уставном капитале ответчика обществу "Гдовский Берег", после заключения данных договоров он продолжил осуществлять контроль за деятельностью Общества путем назначения на должность единоличного исполнительного органа ответчика ФИО8, а также через подконтрольную ему ФИО10, одновременно являющуюся как руководителем общества "Гдовский Берег", так и находящихся под контролем ФИО7 обществ "Комбинат Гдов" и "СпекторПсков", при том, что с последним обществом у ответчика сложилась устойчивая экономическая связь, нехарактерная для независимых участников гражданского оборота.

С учетом изложенного, суд полагает, что стороной истца представлены достаточные доказательства нахождения ответчика под контролем иностранного инвестора, а потому исковые требования о расторжении спорных договоров в судебном порядке подлежат удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ понесенные участвующими в деле лицами судебные расходы, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Учитывая, что истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в арбитражный суд, государственная пошлина в размере 78 000 руб. (6000 руб. по требованию неимущественного характера * 13 договоров) подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

расторгнуть заключенные между Федеральным агентством по рыболовству и обществом с ограниченной ответственностью «Ласпи» договоры:

- №ЗБ-МД-357 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) судака в Чудском и Теплом озерах в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-257 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) леща в Чудском и Теплом озерах в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-311 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) ряпушки в Чудском и Теплом озерах в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-309 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) плотвы в Чудском и Теплом озерах в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-290 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) окуня пресноводного в Чудском и Теплом озерах в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-207 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) судака в Псковском озере в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-140 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) ерша пресноводного в Псковском озере в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-376 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) щуки в Чудском и Теплом озерах в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-191 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова) плотвы в Псковском озере в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-221 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова)щуки в Псковском озере в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-177 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова)щуки в Псковском озере в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-154 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова)леща в Псковском озере в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах;

- №ЗБ-МД-237 от 17.08.2018 о закреплении доли квоты добычи (вылова)ерша пресноводного в Чудском и Теплом озерах в рамках Соглашения между Правительством Эстонской Республики о сотрудничестве в области сохранения и использования рыбных запасов в Чудском, Теплом и Псковском озерах.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ласпи» в доход федерального бюджета 78 000 руб. 00 коп. государственной пошлины.

На решение в течение месяца со дня принятия может быть подана апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.



Судья К.К. Бурченков