Постановление от 6 апреля 2023 г. по делу № А72-15593/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-62505/2020

Дело № А72-15593/2017
г. Казань
06 апреля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 апреля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 апреля 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Гильмутдинова В.Р.,

судей Васильева П.П., Егоровой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мусиной Л.И.,

при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции представителей:

ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 20.08.2022,

ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 17.03.2022,

ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 09.11.2021,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Газбанк»

на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 05.09.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2023

по делу № А72-15593/2017

по заявлениям акционерного общества «Газпромбанк» и финансового управляющего имуществом ФИО3 - ФИО7 об оспаривании сделок должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 конкурсный кредитор – акционерное общество «Газпромбанк» (далее – АО «Газпроманк», Банк) обратилось в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором просило:

1) признать недействительным брачный договор от 07.04.2014 в редакции дополнительного соглашения к нему от 17.12.2014, заключенный между супругами ФИО3 и ФИО5;

2) признать недействительным договор дарения недвижимого имущества от 27.09.2016, заключенный между ФИО5 и ФИО8;

3) признать недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества от 05.02.2018, заключенный между ФИО8 и ФИО1;

4) возвратить в конкурсную массу должника следующее имущество:

- земельный участок под индивидуальным жилым домом по адресу: <...>. кадастровый номер 73:24:010302:193;

- жилой дом по адресу: <...>, кадастровый номер 73:24:010302:248 с установлением правового режима совместной собственности в отношении указанных объектов между ФИО3 и ФИО5;

5) взыскать с ФИО5 в конкурсную массу должника сумму в размере 10 941 651,16 руб.

6) взыскать с ФИО5 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 5 000 руб., составляющее 50% доли уставного капитала ООО «Гурмания» (ИНН <***>).

Определением суда от 31.03.2021 к участию в рассмотрении данного обособленного спора в качестве созаявителя привлечен финансовый управляющий имуществом должника ФИО7

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 01.09.2021, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2021, заявление АО «Газпромбанк» и финансового управляющего ФИО7 о признании сделок недействительными оставлено без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 17.02.2022 определение суда от 01.09.2021 и постановление апелляционного суда от 02.12.2021 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ульяновской области.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 05.09.2022, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2023, заявление АО «Газпромбанк» и финансового управляющего должником ФИО7 о признании сделок недействительными оставлено без удовлетворения.

В кассационной жалобе АО «Газпромбанк» просит отменить определение суда от 05.09.2022 и постановление апелляционного суда от 31.01.2023, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. Заявитель кассационной жалобы указывает, что брачный договор был заключен при наличии у должника значительной задолженности по договорам поручительства, в период осуществления должником в подконтрольных ему организациях сделок по выводу имуществу, с целью вывода ликвидного имущества должника из-под возможного взыскания; на мнимость последующих сделок по отчуждению жилого дома с целью придания собственнику имущества статуса добросовестного приобретателя; кредитор ссылается на недобросовестность ФИО5, представившей Банку нотариально удостоверенные согласия на заключение должником трех договоров поручительства, в которых указано на отсутствие между супругами брачного договора. Кроме того, кредитор отмечает, что доказательства, подтверждающие несение новыми собственниками расходов по содержанию жилого дома, были представлены лишь при новом рассмотрении спора, а также приводит доводы о наличии фактической аффилированности между должником и конечным приобретателем жилого дома.

ФИО3, ФИО5, ФИО1 представили в суд отзывы, в которых возражали против удовлетворения кассационной жалобы кредитора.

В судебном заседании, проводимом в порядке статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) с использованием системы веб-конференции, представители ФИО3, ФИО5, ФИО1 возражали против удовлетворения кассационной жалобы; представитель кредитора к судебному заседанию, проводимому с использованием системы веб-конференции, не подключился, явку непосредственно в суд кассационной инстанции не обеспечил.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО3 и ФИО5 07.04.2014 заключен брачный договор 73 АА 0732626, определяющий правовой режим имущества супругов следующим образом:

- личной собственностью супруги – ФИО5 является: земельный участок площадью 1 863 кв.м., расположенный по адресу: <...> незавершенный строительством жилой дом площадью 644,3 кв.м., степенью готовности 87%, расположенный по адресу: <...>.

Дополнительным соглашением 73 АА 0831424 от 17.12.2014 супруги определили, что 99% доли уставного капитала ООО «АМС-Авто» и 50% доли уставного капитала ЗАО «Техцентр Автомир-Сервис» являются личной собственностью ФИО3; а 50% доли уставного капитала ООО «Гурмания» - личной собственностью ФИО5

По договору дарения от 27.09.2016 ФИО5 подарила своей дочери - ФИО8 земельный участок площадью 1863 кв.м. и жилой дом площадью 1292 кв.м. по адресу: <...>.

Впоследствии жилой дом и земельный участок отчуждены ФИО8 ФИО1 на основании договора купли-продажи от 05.02.2018

Полагая, что брачный договор от 07.04.2014 в редакции дополнительного соглашения к нему от 17.12.2014, договор дарения от 27.09.2016, договор купли-продажи от 05.02.2018 заключены со злоупотреблением правом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, АО «Газпромбанк» обратилось в суд с настоящим заявлением.

При разрешении спора суды отметили, что оспариваемый брачный договор заключен до 01.10.2015, в связи с чем он мог быть признан недействительным на основании статьи 10 ГК РФ (часть 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Оценивая доводы АО «Газпромбанк» о наличии у должника на момент заключения брачного договора неисполненных обязательств по договорам поручительства на сумму более 80 млн. руб., суды отметили отсутствие на момент заключения сделки доказательств частичного или полного прекращения исполнения обязательств основным заемщиком.

Судами установлено, что условиями кредитных соглашений сроки возврата (погашения) кредитных обязательств со стороны основных заемщиков (юридических лиц) наступали не ранее 2015 года (по 8 обязательствам) и позднее, вплоть до 2019 года (по 21 кредитному договору). При этом на момент заключения брачного договора, должник являлся поручителем по 9 кредитным соглашениям, остальные поручительства по 20 кредитным договорам были выданы позднее 07.04.2014.

По результатам анализа представленных в материалы дела доказательств, суды пришли к выводу о том, что на момент заключения спорного брачного договора основные заемщики надлежащим образом исполняли взятые на себя по кредитным соглашениям обязательства. Факт добросовестного и надлежащего исполнения обязательств основными заемщиками так же подтверждается и самим Банком, который неоднократно осуществлял кредитование ООО «Электром» и ООО «Автодеталь-Сервис» (кредитные соглашения № 4114-018-КЛ от 14.08.2014, № 4114-020-КЛ от 24.09.2014, № 4114-026-КЛ от 17.10.2014, № 4114-033-КЛ от 30.10.2014, № 4114-043-КЛ от 20.11.2014) на протяжении всего 2014 года.

С учетом изложенного суды отметили, что неоднократные последовательные действия АО «Газпромбанк» по предоставлению заемных денежных средств общества «Электром» и «Автодеталь-Сервис» свидетельствуют об отсутствии сомнений со стороны кредитной организации в платежеспособности, как основных заемщиков, так и поручителя, а равно и об отсутствии сомнений в надлежащем исполнении ранее взятых обязательств по кредитным соглашениям 2012 года. В противном случае банк, как добросовестный и профессиональный участник кредитно-денежных отношений, проявляя должную степень осмотрительности, при наличии неисполненных обязательств, как со стороны основных заемщиков, так и со стороны поручителя не производил бы выдачу новых займов.

Доводы кредитора о том, что наличие у ФИО3 признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки подтверждается решениями Ленинского районного суда г. Ульяновска от 26.02.2016 по делу № 2-619/16 и от 25.02.2016 по делу № 2-657/16, по которым в пользу Банка с должника взыскана задолженность по кредитным договорам, отклонены судами с указанием на то, что указанные судебные акты вступили в законную спустя более чем 2 года после заключения брачного договора.

Ссылка Банка на список кредиторов и должников гражданина представленного должником к первому собранию кредиторов (14.05.2019), как на доказательство имевшейся на момент заключения спорного брачного договора задолженности ФИО3 в размере более 800 млн. руб. отклонена судами, поскольку указанный список сформирован в мае 2019 года и отражает обязательства должника по состоянию на 2019 год, тогда как брачный договор заключен в 2014 году.

С учетом изложенного, судами сделан вывод об отсутствии у ФИО3 на момент заключения брачного договора неисполненных обязательств, а также признаков неплатежеспособности.

При оценке доводов АО «Газпромбанк» о неравноценности брачного договора, суды установили следующее.

По итогам заключения брачного договора, супруга должника (ФИО5) получила в собственность недостроенный жилой дом и земельный участок под ним, тогда как за супругом (ФИО3) остался бизнес и иное недвижимое имущество (акции в размере 8,951% в ОАО «Автодеталь-Сервис» (ИНН <***>), 99% доли в уставном капитале ООО «АМС-Авто» (ИНН <***>), 50% доли в уставном капитале ЗАО «Техцентр Автомир-Сервис» (ИНН <***>), 15 земельных участков общей площадью 441 728 кв. м (44 гектара), нежилое здание площадью 20,7 кв. м, а также транспортное средство марки Land Rover Range Rover, 2014 г.в.)).

Вышеуказанное имущество, как установлено судами, включено в конкурсную массу должника, осуществляются мероприятия по его реализации.

Более того, отметив, что рыночная стоимость оставшегося за должником имущества согласно представленным в материалы дела отчетам об оценке по состоянию на 07.04.2014 составила 55 152 042 руб., тогда как стоимость имущества, оставшегося супруге, определяется Банком в размере 20 337 384,92 руб., суды пришли к выводу о том, что по результатам заключения брачного договора должник получил имущество большей стоимостью чем его супруга.

С учетом приведенных обстоятельств, а также приняв во внимание пояснения сторон о том, что целью заключения брачного договора являлось обеспечение детей жилым помещением, суды пришли к выводу об отсутствии доказательств совершения оспариваемой сделки – брачного договора при злоупотреблении правом и с целью причинения вреда кредиторам должника.

Доводы АО «Газпромбанк» о том, что ФИО3, будучи бенефициаром ООО «Электром» не мог не знать о неудовлетворительном экономическом состоянии указанной организации на момент заключения брачного договора, были отклонены судами с указанием на отсутствие доказательств наличия у указанной организации финансовых трудностей в 2014 году. Кроме того, суды отметили, что АО «Газпромбанк» после 07.04.2014 неоднократно осуществлял кредитование ООО «Электром» (кредитные соглашения № 4114-018-КЛ от 14.08.2014, № 4114-020-КЛ от 24.09.2014, № 4114-026-КЛ от 17.10.2014, № 4114-033-КЛ от 30.10.2014, № 4114-043-КЛ от 20.11.2014).

Отклоняя доводы кредитора о том, что брачный договор от 07.04.2014, договор дарения от 27.09.2016 и договор купли-продажи от 05.02.2018 являются единой взаимосвязанной сделкой направленной на вывод имущества ФИО3, суды исходили из недоказанности заявителем единства и взаимосвязи спорных сделок.

Судами установлено, что каждый из ответчиков в определенный период времени осуществлял правомочия собственника спорного недвижимого имущества.

Так, судами были исследованы представленные в подтверждение осуществления достройки дома ФИО5 доказательства (договоры розничной купли-продажи № 48/2014 от 12.05.2014, № 62/2014 от 20.06.2014, № 68/2014 от 29.07.2014 на закупку кирпича; договор подряда от 15.07.2014 с приложением счет-фактуры № 20 от 18.08.2014, товарной накладной № 30 от 18.08.2014, на изготовление и монтаж оконных блоков; ответ на запрос от ООО «Спецгидрострой» об осуществлении строительно-монтажных работ по устройству железобетонных подпорных стенок, дренажей и фундаментных работ; договор № 242 от 04.08.2014 по заказу работ по устройству кровли).

Исходя из указанных доказательств, суды пришли к выводу о том, что ФИО5 произведена достройка дома, осуществлена государственная регистрация законченного строительством жилого дома, произведена перерегистрация лицевых счетов по услугам ЖКХ, осуществлены расходы по уплате налоговых платежей; учтено также, что в 2014 - 2015 г.г. ФИО5 осуществляла деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, а также являлась участником ООО «Марина Групп» (выручка которого за 2014 г. составила 7,3 млн. руб.).

Впоследствии, как установлено судами, ФИО8 произвела отделку жилого дома, произвела перерегистрацию лицевых счетов по услугам ЖКХ, оплачивала коммунальные услуги, осуществляла расходы по уплате налоговых платежей (договор подряда № НК008.16/178 от 01.10.2016 с ООО «Неолит Ритейл» по заказу работ по изготовлению изделий из натурального камня; приобретение у ООО «Комфорт» строительных материалов для отделки ванной и душевой; квитанции об оплате коммунальных платежей).

Наличие у ФИО8 финансовой возможности для достройки дома и произведения в нем ремонта установлено судами на основании представленных договоров купли-продажи недвижимости.

Также судами установлено осуществления полномочий собственника недвижимого имущества и ответчиком ФИО1, которая осуществила государственную регистрацию права собственности на спорный объект, произвела перерегистрацию лицевых счетов по услугам ЖКХ, производила оплату коммунальных услуг в период с 17.06.2018 по 06.05.2022, осуществляла расходы по уплате налоговых платежей, произвела расчет с ФИО8

Суды отметили, как отсутствие доказательств, свидетельствующих о какой-либо взаимосвязи должника с ФИО1, ФИО1 и ФИО5, а ФИО1 и ФИО8, так и о сохранении должником контроля над спорным имуществом, проживании в спорном жилом доме.

Таким образом, установив реальный характер спорных сделок, суды пришли к выводу об отсутствии доказательств мнимости брачного договора, договора дарения и договора купли-продажи, отказав в удовлетворении заявленных кредитором требований.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленных судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ доказательств того, что на момент заключения брачного договора у должника уже имелись просроченные обязательства перед кредиторами, в результате его заключения должник был поставлен в крайне неблагоприятное положение, в материалы настоящего обособленного спора не представлено, равно как не представлено доказательств, свидетельствующих о взаимосвязанности брачного договора и последующих сделок дарения и купли-продажи недвижимого имущества, их мнимом характере, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

При этом судебная коллегия отмечает, что по итогам заключения брачного договора должник сохранил за собой имущество, стоимостью которого более чем в 2 раза превышает стоимость имущества, переданного супруге, что свидетельствует об отсутствии доказательств заключения брачного договора при злоупотреблении правом и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, поскольку, по существу, направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами первой и апелляционной инстанций на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных статьями 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом обстоятельств, не свидетельствует о судебной ошибке и не может служить основанием для отмены судебных актов.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ульяновской области от 05.09.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2023 по делу № А72-15593/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья В.Р. Гильмутдинов

Судьи М.В. Егорова

П.П. Васильев