Постановление от 25 сентября 2025 г. по делу № А07-22627/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-1184/25

Екатеринбург 26 сентября 2025 г. Дело № А07-22627/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2025 г. Постановление изготовлено в полном объеме 26 сентября 2025 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Кочетовой О. Г., судей Морозова Д. Н., Плетневой В. В.

при ведении протокола помощником судьи Московкиным М.Ю. рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб- конференции, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.02.2025 по делу № А07-22627/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2025 по тому же делу.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 14.08.2025 судебное заседание отложено на 17.09.2025.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании 17.09.2025 посредством системы веб-конференции принял участие арбитражный управляющий ФИО1 (лично, временное удостоверение личности).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.06.2022 признано обоснованным заявление Федеральной налоговой службы России, в отношении ФИО2 (далее – должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден арбитражный управляющий ФИО1.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.11.2022 года ФИО2 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1.

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление, в котором, с учетом заявленных уточнений в последней редакции от 19.08.2024, ФИО3 просит признать незаконными действия финансового управляющего ФИО1 по распределению денежных средств от реализации имущества должника, обеспеченного залогом в пользу ФИО4; действия финансового управляющего по погашению за счет средств должника расходов на организатора торгов – общество с ограниченной ответственностью «А-Инжиниринг» (далее – общество «А-Инжиниринг») в сумме 107 600 руб., взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу должника ФИО2 убытки в сумме 107 600 руб.; отстранить арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

Определением суда от 20.01.2025 по указанному обособленному спору произведена замена заявителя ФИО3 на кредиторов – обществ с ограниченной ответственностью «Агидель-Строй» (далее – общество «Агидель- Строй») и «Агрофирма «Рябиновка» (далее – общество «Агрофирма «Рябиновка»).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.02.2025 суд удовлетворил заявление. Признал незаконными действия финансового управляющего должника ФИО2 ФИО1 по распределению денежных средств от реализации имущества должника, обеспеченного залогом в пользу ФИО4, а также по погашению за счет средств должника расходов на организатора торгов – общество «А-Инжиниринг» в сумме 107 600 руб. Взыскал с арбитражного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ФИО2 убытки в сумме 107 600 руб. Отстранил арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2025 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными по настоящему делу судебными актами, арбитражный управляющий ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, ссылаясь на нарушение судами норм материального права и несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

По мнению заявителя кассационной жалобы, выводы судов о незаконности действий финансового управляющего по распределению денежных средств от реализации имущества должника, обеспеченного залогом в пользу ФИО4 являются полностью ошибочными и не основанными на фактических обстоятельствах. Как полагает кассатор, несмотря на неоднократное указание его на недостаточность денежных средств, вырученных от реализации залога для покрытия задолженности кредиторов третьей очереди – как с учетом расходов, связанных с привлечением общества

«А-Инжиниринг» в качестве организатора торгов, так и без учета таких расходов, исходя из чего, сумма в размере 107 600 руб., в случае отсутствия организатора торгов, была бы в любом случае направлена на погашение требований залогового кредитора.

По мнению кассатора, выводы судов о необоснованности расходов на организатора торгов и об отсутствии необходимости привлекать организатора торгов сделаны неправомерно и в результате неправильного истолкования норм абзаца 2 пункта 7 статьи 20.7 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). По мнению заявителя, выводы суда апелляционной инстанции, изложенные в абз. 2 ст.15 постановления не соответствуют Закону о банкротстве и ранее сделанных выводов самого суда. Заявитель кассационной жалобы, полагает, что суды, необоснованно взыскали с арбитражного управляющего ФИО1 в конкурсную массу ФИО2 убытки в сумме 107 600 руб., а также неправомерно отстранили его от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, на рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление ФИО3 о признании незаконными действий (бездействия) финансового управляющего должника ФИО1, заявитель просил признать незаконными бездействие финансового управляющего ФИО1 по учету требований ФИО3 в сумме 2 606 468 руб., в том числе: 2 533 600 руб. суммы возмещения материального ущерба, 27 000 руб. расходов на оплату экспертизы, 25 000 руб. возмещения юридических услуг и 20 868 руб. возмещения расходов по уплате госпошлины в реестре текущих обязательств должника ФИО2; действия финансового управляющего ФИО1 по нарушению порядка распределения денежных средств между текущими кредиторами, поступившими от продажи автомобиля. Также заявитель просил обязать финансового управляющего должника учесть требование ФИО3 в размере 2 606 468 руб., в том числе: 2 533 600 руб. суммы возмещения материального ущерба, 27 000 руб. расходов на оплату экспертизы, 25 000 руб. возмещения юридических услуг и 20 868 руб. возмещения расходов по уплате госпошлины, в реестре текущих обязательств ФИО2, отстранить арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

Заявитель уточнил заявленные требования (уточненное заявление от 27.04.2024), просил признать незаконными бездействие финансового управляющего ФИО1 по учету требований ФИО3 в сумме 2 606 468 руб., в том числе: 2 533 600 руб. суммы возмещения материального ущерба, 27 000 руб. расходов на оплату экспертизы, 25 000 руб. возмещения юридических услуг и 20 868 руб. возмещения расходов по уплате госпошлины в реестре текущих обязательств должника ФИО2;

бездействие финансового управляющего ФИО1 по непринятию мер по резервированию денежных средств, достаточных для пропорционального погашения требования ФИО3; действия финансового управляющего должника ФИО1 по нарушению порядка распределения денежных средств между текущими кредиторами, отстранить ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

В дальнейшем, заявитель вновь уточнил заявленные требования (дополнение к жалобе от 11.06.2024), просил признать незаконными бездействие финансового управляющего ФИО1 по учету требований ФИО3 в сумме 2 606 468 руб., в том числе: 2 533 600 руб. суммы возмещения материального ущерба, 27 000 руб. расходов на оплату экспертизы, 25 000 руб. возмещения юридических услуг и 20 868 руб. возмещения расходов по уплате госпошлины в реестре текущих обязательств должника ФИО2; бездействие финансового управляющего ФИО1 по непринятию мер по резервированию денежных средств, достаточных для пропорционального погашения требования ФИО3; действия финансового управляющего ФИО1 по распределению денежных средств от реализации имущества должника, обеспеченного залогом в пользу ФИО4; действия финансового управляющего по погашению за счет средств должника расходов на организатора торгов – общество «А-Инжиниринг» в сумме 107 600 руб.; действия финансового управляющего ФИО1 по нарушению порядка распределения денежных средств между текущими кредиторами. Также в уточненном заявлении просил взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу должника ФИО2 убытки в сумме 133 430 (сто тридцать три тысячи четыреста тридцать) руб.; отстранить арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

В связи с произведенной 13.08.2024 оплатой финансовым управляющим ФИО1 части задолженности перед заявителем, ФИО3 19.08.2024 вновь уточнил требования, просил признать незаконными действия финансового управляющего ФИО1 по распределению денежных средств от реализации имущества должника, обеспеченного залогом в пользу ФИО4; действия финансового управляющего по погашению за счет средств должника расходов на организатора торгов – общество «А-Инжиниринг» в сумме 107 600 руб., взыскать с арбитражного управляющего ФИО1 в пользу должника ФИО2 убытки в сумме 107 600 (сто семь тысяч шестьсот) руб.; отстранить арбитражного управляющего ФИО1 от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2

Уточнения приняты судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От заявителя поступил отказ от заявления в связи с удовлетворением требований ФИО3 Представители кредиторов – обществ «Агидель- Строй» и «Агрофирма «Рябиновка» в судебном заседании 20.01.2025 просили

произвести замену инициатора обособленного спора с ФИО3 на общества «Агидель-Строй» и «Агрофирма «Рябиновка».

Определением суда от 20.01.2025 произведена замена заявителя ФИО3 на кредиторов – обществ «Агидель-Строй» и «Агрофирма «Рябиновка» по обособленному спору о признании незаконными действий (бездействия) финансового управляющего должника ФИО2 – ФИО1 и отстранении его от исполнения обязанностей финансового управляющего должника.

К судебному заседанию 03.02.2025 ФИО1 представил письменную позицию, указав, что финансовый управляющий действовал разумно и добросовестно, осуществил распределение денежных средств, вырученных от реализации предмета залога строго в соответствии с действующим законодательством, права и законные интересы кредиторов – обществ «Агидель-Строй» и «Агрофирма «Рябиновка» нарушены не были, просил отказать в удовлетворении требований в полном объеме.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В случае нарушения действиями (бездействием) арбитражного управляющего прав и законных интересов кредиторов (должника) они имеют возможность защитить свои права путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в арбитражный суд в порядке статьи 60 Закона о банкротстве.

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся в суд, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что эти действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, существенное значение для разрешения настоящего спора имеет факт нарушения обжалуемым бездействием прав и законных интересов конкурсных кредиторов, должника.

Согласно пункту 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, причиненные в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Ответственность арбитражного управляющего за причинение им убытков носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно лишь при

наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которое лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в пунктах 7 - 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий финансового управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей.

В рассматриваемом случае кредиторы обратился в суд с требованием о признании незаконными действий финансового управляющего имуществом должника, связанных с нарушением порядка распределения денежных средств от реализации предмета залога, неправомерной двойной оплатой за одно и тоже действие (вознаграждение организатору торгов и арбитражному управляющему за реализацию залогового имущества на торгах), в результате чего, после неполного погашения требований, кредитор ФИО4, ранее имевший статус залогового, включен в реестр на большую сумму, что повлияло на права иных кредиторов относительно возможности получения удовлетворения за счет конкурсной массы.

Возражая относительно заявленных требований финансовым управляющим представлен расчет, согласно которому после погашения требований кредиторов первой и второй очереди, на погашение требования залогового кредитора ФИО4 были направлены следующие суммы: - 1 600 840,00 (80 % от 2 001 050 руб. (сумма, оставшаяся после погашения текущих требований по уплате транспортного налога за 2021,2022 гг., услуг ЭТП и стоимости услуг привлеченного залоговым кредитором организатора торгов); 69 090 руб. 11 коп. – сумма, оставшаяся после погашения требований

2 очереди в размере 131 014 руб. 89 коп. (200 105 – 131 014,89); 47 620 руб. 28 коп. (сумма, оставшаяся после выплаты вознаграждения финансовому управляющему, а также расходов на оплату сообщений ЕФРСБ в отношении предмета залога: 200 105,00 – 150 640,00 - 1 844,72).Таким образом, общий размер удовлетворенных требований залогового кредитора ФИО4 от реализации предмета залога составил 1 717 550,39 руб. (размер непогашенных требований - остаток 2 720 909, 96 руб.).

Кредиторы, представляя свой расчет, указали, что финансовый управляющий, с нарушением Закона о банкротстве, неправомерно погасил услуги привлечённого организатора торгов, которые считают необоснованными, поскольку в них не было необходимости и какого-либо

экономического эффекта; по мнению кредиторов, торги с публикацией соответствующих сообщений проведены самим арбитражным управляющим.

Согласно пункту 4 статьи 213.26 Закона о банкротстве, продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 – 19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 названного закона, с учетом положений статьи 138 Закона с особенностями, установленными данным пунктом.

Правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица- залогодателя, изложены в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, в соответствии с которым, восемьдесят процентов вырученных от продажи заложенного имущества средств подлежат направлению залоговому кредитору.

В силу абзаца третьего приведенного пункта десять процентов от вырученных средств направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований.

При отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) и при условии, что первоначальные восемьдесят процентов не покрыли полностью обеспеченное залогом требование, указанные десять процентов по смыслу абзацев пятого и шестого пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве направляются на расчеты с залоговым кредитором.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве оставшиеся денежные средства (далее – иные десять процентов) направляются на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога.

При этом из иных десяти процентов в первую очередь погашаются расходы, понесенные в связи с продажей имущества, в частности, на его оценку, организацию и проведение торгов, выплату финансовому управляющему вознаграждения, начисленного в результате удовлетворения требований залогового кредитора, уплату привлеченным лицам, услуги которых были необходимы для реализации предмета залога (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2018 № 304-ЭС18-13615).

В отличие от пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве, статья 213.27 Закона о банкротстве, устанавливающая специальные правила (абзац четвертый пункта 5 статьи 213.27), не закрепляет приоритет погашения до начала расчетов с залоговым кредитором текущих расходов, связанных с реализацией предмета залога, а относит их к подлежащим удовлетворению за счет денежных средств в размере иных десяти процентов суммы, вырученной от реализации предмета залога. Расходы по оплате услуг электронной торговой площадки относятся к расходам, связанным с реализацией предмета залога, а потому подлежат погашению за счет 10 %

(«процентов на расходы») от денежных средств, полученных от реализации предмета залога денежных средств

Кроме того, из материалов дела следует, определением от 15.03.2024 года по заявлению финансового управляющего ФИО1 ему к выплате были присуждены проценты за реализацию того же залогового имущества в сумме 150 640 руб. (выплата произведена).

Финансовым управляющим также выплачено вознаграждение организатору торгов в сумме 107 600 руб. (оплата по письму общества «А- Инжиниринг» была направлена обществу с ограниченной ответственностью «Преатор»).

В Определении Верховного суда РФ от 09.12.2024 № 307-ЭС24-13734 даны разъяснения о том, что управляющий не может претендовать на получение вознаграждения за фактически не оказанные услуги - за действия по реализации имущества, которые были совершены не им (пункт 1 статьи 781 ГК РФ). Этот подход применим независимо от того, по чьей инициативе привлечен организатор торгов (самого управляющего или залогового кредитора).

В Определениях от 07.10.2021 № 305-ЭС16-20151(14,15), от 24.05.2021 № 305-ЭС18-24484(12) Верховный Суд Российской Федерации выразил позицию, что существенно завышенный размер вознаграждения организатора торгов может быть снижен одним из двух способов, а именно: путем признания недействительным договора должника, заключенного с организатором торгов;

или путем признания необоснованным факта привлечения организатора торгов или размера вознаграждения организатора на основании пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве.

Судами принято во внимание, что решение залогового кредитора о привлечении организатора торгов не носит для арбитражного управляющего безусловный характер, поскольку контроль за правомерным расходованием денежных средств из конкурсной массы возложен именно на арбитражного управляющего, то он должен оценивать целесообразность привлечения привлеченных специалистов - включая организатора торгов исключительно с точки зрения защиты интересов всех кредиторов, а также достижения целей процедуры реализации имущества несостоятельного должника.

Финансовый управляющий ФИО1 в силу действующего законодательства и членства в саморегулируемой организации является лицом, прошедшим подготовку по указанной программе и сдавшим теоретический экзамен, а, следовательно, является лицом, обладающим специальными знаниями в том объеме, который необходим для полноценного проведения любых процедур, применяемых в деле о несостоятельности (банкротстве), поскольку самостоятельность осуществления процедур арбитражным управляющим презюмируется Законом о банкротстве.

Учитывая, что в рамках настоящего спора исключительная необходимость привлечения организатора торгов для реализации одного лота, состоящего из одной единицы транспортного средства, финансовым управляющим не доказана, как и объективная невозможность самостоятельной реализации такого имущества, имущество должника, подлежащее продаже, не

является специализированным, для реализации которого необходимы специальные познания и навыки, принимая во внимание, что общество, привлеченное в качестве организаторов торгов, было зарегистрировано в качестве юридического лица 02.05.2023, то есть за 8 дней до утверждения Положения залоговым кредитором, что свидетельствует об отсутствии какого-либо значимого опыта у данной компании в области организации торгов, а также то обстоятельство, что иное имущество должника самостоятельно реализовывается финансовым управляющим, суды, принимая во внимание наличие возможности у финансового управляющего организовать торги самостоятельно, без привлечения специализированной организации, а также в отсутствие доказательств того, что привлечение организатора торгов способствовало более эффективной реализации имущества, констатировали нецелесообразность привлечение специализированной организации в качестве организатора торгов, указав при этом, что возложение функций организатора торгов на конкурсного управляющего в настоящем случае соответствует целям получения минимизации расходов и в интересах всех кредиторов должника.

Оценив по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон, принимая во внимание допущенные арбитражным управляющим нарушения при распределении денежные средств от реализации залогового имущества, признавая при этом неправомерным привлечение организатора торгов, а также двойную оплату за одни и те же действия (вознаграждение арбитражному управляющему и услуги организатора), что, в последующем, повлекло включение ранее залогового кредитора в реестр на большую сумму, чем увеличена нагрузка на конкурсную массу, суды пришли к выводу о том, что в данном конкретном случае в результате неправомерных действий арбитражного управляющего нарушены права кредиторов, в связи с чем правомерно удовлетворили заявленные требования.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела полагает, что выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам и положениям действующего законодательства.

Доводы кассатора, изложенные в жалобе, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанции, выводов судов не опровергают, о нарушении ими норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке доказательств.

Довод кассационной жалобы об ошибочности вывода апелляционного суда, согласившегося с мнением кредиторов – обществ «Агидель-Строй» и «Агрофирма «Рябиновка» о том, что если бы управляющий не выплатил 107 600 руб. организатору торгов, то указанные денежные средства ушли бы в конкурсную массу на погашении кредиторов третьей очереди, заслуживает внимания, с учетом того, что требования залогового кредитора не был полостью погашены за счет реализации залогового имущества, однако, поскольку указанный вывод сам по себе не привел к принятию неверного решения по существу спора, он не может служить поводом для его отмены.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 10.02.2025 по делу № А07-22627/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2025 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Г. Кочетова

Судьи Д.Н. Морозов

В.В. Плетнева