Решение от 8 апреля 2024 г. по делу № А52-7364/2023

Арбитражный суд Псковской области

ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000

http://pskov.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А52-7364/2023
город Псков
08 апреля 2024 года
Резолютивная часть решения оглашена 26 марта 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 08 апреля 2024 года.


Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Бурченкова К.К., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР СПб" (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: 194044, <...>, литер А, офис 18Н)

к обществу с ограниченной ответственностью "Тайфун" (адрес: 182010, Псковская обл, Куньинский р-н, Кунья рп, Дальняя ул, д. 7, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 06.11.2002, ИНН: <***>, КПП: 600701001)

о взыскании 50 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, а также судебных издержек,

при участии в судебном заседании:

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: ФИО2 - представитель по доверенности;



у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью "Зингер СПб" (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Псковской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Тайфун" (далее - ответчик) о взыскании 50 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, а также судебных издержек.

Определением от 05.12.2023 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства в срок не позднее 05.02.2024.

До истечения сроков, установленных в определении суда, от истца в суд поступило ходатайство о приобщении к материалам дела в качестве вещественных доказательств товара: "маникюрный инструмент Zinger" 1 шт. Определением суда от 29.12.2023 вещественное доказательство приобщено к материалам дела.

Представитель истца, надлежаще извещенный о месте и времени проведения судебного заседания, в суд не явился.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал ранее заявленное письменное ходатайство об оставлении иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом обязательного претензионного порядка. Также поддержал возражения на иск, настаивая на том, что спорный товар не реализовывал, одновременно с этим заявил о снижении размера компенсации.

На основании части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие представителя истца.


Суд отказывает в удовлетворении ходатайства ответчика об оставлении искового заявления без рассмотрения в связи с несоблюдением досудебного порядка урегулирования спора, поскольку в материалы дела представлены две претензии, направленные ответчику по его юридическому адресу, получение которых он не отрицает. Претензии выполнены на бланке истца, подписаны его уполномоченными представителями ФИО3 и ФИО4 При этом доверенность на представление интересов от имени истца на имя ФИО4 представлена в материалы дела одновременно с исковым заявлением, данным представителем подписан иск. То обстоятельство, что у ответчика возникли сомнения относительно полномочий представителей истца и доказанности факта реализации контрафактного товара, не свидетельствует о непринятии истцом мер по досудебному урегулированию спора.


Исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства, выслушав представителя ответчика, суд установил следующее.

Истец является правообладателем товарного знака №266060 (в виде словесного обозначения "ZINGER"), что подтверждается свидетельством на товарный знак №266060, зарегистрированным в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания РФ 26.03.2004, срок действия исключительного права продлен до 03.07.2030.

19.08.2021 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, ответчиком (от его имени) продан товар в виде маникюрных инструментов, имеющий технические признаки контрафактности; на товаре имеется изображение ZINGER, сходное до степени смешения с товарным знаком "ZINGER" по свидетельству №266060.

Полагая, что ответчик нарушил его исключительные права на товарный знак, истец направил претензию с требованием о выплате компенсации.

Ответчиком требование претензии исполнено не было, что явилось основанием для обращения с иском в суд.


Оценив представленные материалы дела доказательства, суд находит требования истца подлежащими частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в числе прочего, товарные знаки. Интеллектуальная собственность охраняется законом (пункт 2 статьи 1225 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак (пункт 1 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

В пункте 1 статьи 1229 ГК РФ определено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

На основании пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 АПК РФ, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.


Наличие у истца исключительных прав на товарный знак подтверждено представленным в материалы дела свидетельством на товарный знак №266060, зарегистрированного в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 26.03.2004.

В подтверждение факта покупки спорного товара у ответчика в материалы дела представлен кассовый чек от 19.08.2021 с указанием ИНН ответчика, видеозапись процесса реализации товара, а также сам товар (маникюрный инструмент), приобщенный к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

В силу статьи 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 Кодекса), договор розничной купли - продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Поскольку покупка спорного товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 ГК РФ, кассовый чек является допустимым доказательством, подтверждающим факт розничной купли-продажи товара в торговой точке ответчика, наличие товарного чека в данном случае является не обязательным.

Отсутствие в кассовом чеке указания на наименование товара свидетельствует лишь о нарушении ответчиком правил торговли, что не исключает сам факт продажи контрафактного товара и, как следствие, нарушения исключительного права истца на средство индивидуализации, используемого в отсутствие законных оснований.

При этом на видеозаписи закупи, произведенной 19.08.2021 в торговой точке ответчика, запечатлена продажа спорного товара и его демонстрация (1 минута 28 секунда записи).

На данной видеозаписи последовательно отслеживается процесс составления и выдачи чека при покупке спорного товара, который полностью соответствует имеющемуся в материалах дела доказательству.

Видеосъемка процесса покупки спорного товара произведена истцом в целях самозащиты своих гражданских прав (статьи 12, 14 ГК РФ) и подтверждает факт приобретения спорного товара в торговой точке, принадлежащей ответчику.

Суд неоднократно (определения от 05.02.2024, 05.03.2024) разъяснял стороне ответчика возможность ознакомления с представленной истцом на компакт диске видеозаписью закупки товара путем заявления ходатайства об ознакомлении с материалами дела либо путем просмотра видеозаписи непосредственно в судебном заседании при рассмотрении дела.

Соответствующим правом сторона ответчика не воспользовалась, в то время как каждое лицо, участвующее в деле, несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Таким образом, имеющаяся в материалах дела видеозапись, наряду с чеком и самим контрафактным товаром, являются достаточными и бесспорными доказательствами приобретения указанного товара у ответчика.

В пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума №10) разъяснено, что вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак, с учетом пункта 162 названного постановления.

Согласно упомянутому пункту 162 названного постановления установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Следует отметить, что определяющим для установления сходства обозначений является вероятность наличия у рядовых потребителей ассоциативных связей между сравниваемыми обозначениями.

По смыслу статьи 1515 ГК РФ нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

При исследовании вещественного доказательства, судом установлено, что на нем имеется изображение товарного знака истца №266060 (размещенное на упаковке товара словесное обозначение совпадает с зарегистрированным товарным знаком истца).

При указанных обстоятельствах, факт нарушения ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав на товарный знак по свидетельству №266060 является доказанным.


Само по себе предъявление большого количества исков к различным нарушителям свидетельствует о востребованности принадлежащего истцу товарного знака, но не о допущенном с его стороны злоупотреблении правом.

При этом использование товарного знака не во всех случаях предполагает его нанесение на изготовленную непосредственно правообладателем продукцию.

Так, производство продукции с нанесенным товарным знаком может осуществляться по поручению правообладателя иным лицом, в то время как его продажу осуществлять правообладатель.

Также возможно заключение правообладателем договора отчуждения исключительного права иному лицу, которое в полном объеме осуществляет его самостоятельное использование в своей деятельности, которая может быть связана или не связана с непосредственным производством товара и его реализацией.


В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Согласно пункту 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом при обращении с настоящим иском избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, в размере 50 000 руб. за одно допущенное нарушение.

Ответчик заявил ходатайства о снижении размера предъявленной к взысканию компенсации.

Из разъяснений пункта 62 Постановления №10 следует, что по требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При этом, суд принимает во внимание, что в силу специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды).

С учетом указанной специфики, предопределяющей необходимость установления специальных способов защиты нарушенных исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности ГК РФ предоставляет правообладателю право в случаях, предусмотренных данным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, требовать от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты соответствующей компенсации и освобождает его от доказывания в суде размера причиненных убытков. Размер компенсации, которая подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, как следует из пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом (в том числе статьей 1301, 1311), в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Тем самым приведенное правовое регулирование позволяет взыскивать в пользу лица, чье исключительное право на объект интеллектуальной собственности было нарушено, компенсацию в размере, который может и превышать размер фактически причиненных ему убытков. Допущение законом такой возможности - тем более принимая во внимание затруднительность определения размера убытков в каждом конкретном случае правонарушения - нельзя признать мерой, несовместимой с основными началами гражданского законодательства, не исключающего, в частности, при определении ответственности за нарушение обязательств взыскание с должника убытков в полной сумме сверх неустойки (пункт 1 статьи 394 ГК РФ) и предусматривающего в качестве одного из способов защиты нарушенных гражданских прав, помимо возмещения убытков, возможность установления законом или договором обязанности причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1 статья 1064 ГК РФ).

При этом нет оснований полагать, что статьями 1301, 1311, равно как и другими, связанными с ними нормами гражданского законодательства, не учитывается принцип соразмерности. Статья 1252 ГК РФ обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Данный вывод соотносится с неоднократно выраженной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позицией, в силу которой суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказывалось бы ущемленным.

Так, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 13.12.2016 №28-П сформулировал правовую позицию, в силу которой взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является, тем не менее, частноправовым институтом, который основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ), а именно правообладателя и нарушителя его исключительного права на объект интеллектуальной собственности, и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на реализацию прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, т.е. таким образом, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота.

С учетом изложенного отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено ответчиком впервые, использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях с учетом нормы абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, а также разъяснений, приведенных в пункте 64 Постановлении №10, и при условии, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика. При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 61 Постановления Пленума №10, заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.


Поскольку в рамках настоящего спора заявленный истцом размер компенсации (50 000 руб.) превышает установленный законом минимальный размер, предусмотренный для данного вида компенсации (10 000 руб.), представление обоснования размера требуемой им суммы компенсации является обязанностью истца.

В обоснование расчета предъявленной к взысканию суммы компенсации в размере 50 000 руб. истец сослался на введение потребителей в заблуждение при распространении контрафактной продукции, снижение инвестиционной привлекательности приобретения права использования спорного товарного знака, увеличение вредного воздействия контрафактной продукции на здоровье людей, причинение правообладателю имущественного ущерба в виде невыплаченного вознаграждения.

Между тем, сами по себе указанные истцом доводы не свидетельствуют о том, что минимальный размер убытков истца при нарушении прав составляет 50 000 руб.

Доказательств того, что реализация ответчиком контрафактного товара послужила причиной реального причинения имущественного вреда, сопоставимого с размером предъявленной компенсации, истец не представил.

Одновременно с этим из материалов дела не следует, что допущенное ответчиком нарушение носило грубый характер. Сведений о том, что ранее ответчик допускал нарушения исключительных прав истца или иных правообладателей, суду не представлены.

С учетом изложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства, основываясь на внутренней оценке совокупности всех собранных по делу доказательств, исходя из требований разумности и справедливости, с учетом характера допущенного правонарушения, учитывая, что снижение компенсации является правом суда, принимая во внимание степень вины ответчика, характер нарушения, избранный истцом способ защиты нарушенного права, исходя из принципов справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд приходит к выводу о возможности снизить размер компенсации до разумных пределов - до 10 000 руб. за одно допущенное нарушение, т.е. до минимальной компенсации, установленной подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Даная сумма компенсации соразмерна последствиям нарушения, совершенного ответчиком, является разумной и достаточной для восстановления нарушенных прав истца.

При этом оснований для снижения размера компенсации ниже установленного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ минимального размера (10 000 руб.) суд не усматривает, поскольку взыскание компенсации в меньшем размере, по мнению суда, не приведет к восстановлению нарушенных прав истца и не обеспечит предотвращение совершения ответчиком дальнейших нарушений исключительных прав.


Истцом к взысканию предъявлены почтовые расходы в сумме 158 руб., стоимость контрафактного товара в сумме 360 руб., расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2000 руб.

В соответствии со статьей 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом. К судебным издержкам относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 АПК РФ).

Расходы на оплату отправления другой стороне претензии, искового заявления, приобретение вещественного доказательства также относятся к судебным расходам.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

В соответствии с пунктами 10, 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В материалы дела истцом представлены доказательства несения расходов на оплату отправления другой стороне претензии, искового заявления, приобретение вещественного доказательства.

В тоже время, при указании в чеке стоимости товара 360 руб. из видеозаписи следует, что непосредственно спорный контрафактный товар стоил 250 руб., наряду с ним был приобретен иной товар (мусорные пакеты, мыло), в отношении стоимости которого требование о взыскании судебных расходов не обосновано.

Таким образом, ввиду частичного удовлетворения исковых требований (20% от заявленных), 50 руб. 00 коп. расходов на приобретение товара, 31 руб. 60 коп. почтовых расходов и 400 руб. расходов по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика.

В соответствии с подпунктами 14.10, 14.13, 14.15, 14.16 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации (первой, апелляционной, кассационной инстанций), утвержденной постановлением Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 25.12.2013, №100, вещественные доказательства хранятся в суде до вступления в законную силу судебного акта, которым закончено производство по делу. Вещественные доказательства, которые должны быть возвращены владельцу, выдаются ему под расписку. Вещественные доказательства, не представляющие ценности, на основании решения суда уничтожаются комиссией с составлением акта об уничтожении вещественного доказательства.


При изготовлении резолютивной части решения от 26.03.2024 допущена арифметическая ошибка в сумме взысканных расходов на приобретение товара: вместо суммы 50 руб. указана сумма72 руб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 179 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.

Арифметическая ошибка - это неправильный результат выполненных судом при принятии судебного акта арифметических действий (сложения, вычитания, умножения, деления) в отношении каких-либо количественных показателей, размер которых установлен судом в результате выяснения имеющих значение для дела обстоятельств и применения норм материального права и/или норм процессуального права.

Целью исправления опечатки и арифметической ошибки в судебном акте является устранение недостатков, а также препятствий к его исполнению.

При этом исправление опечатки и арифметической ошибки не должно повлечь изменения содержания судебного акта.

Учитывая изложенное, допущенная арифметическая ошибка подлежит исправлению.

Резолютивную часть решения от 26.03.2024 следует читать в редакции полного текста.

Руководствуясь статьями 110, 148, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

в удовлетворении ходатайства об оставлении иска без рассмотрения отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Тайфун" (ОГРН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР СПб" (ОГРН <***>) 10 000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, а также 50 руб. – стоимость вещественных доказательств, товаров, 31 руб. 60 коп. почтовых расходов, 400 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Вещественное доказательство - товар "маникюрный инструмент Zinger (сталекс) - 1 шт.", приобщенное к материалам настоящего дела, уничтожить после вступления решения в законную силу и истечения установленного срока на его кассационное обжалование.

На решение в течение одного месяца после его принятия может быть подана апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.



Судья К.К. Бурченков