Постановление от 12 января 2023 г. по делу № А04-939/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА


Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6339/2022
12 января 2023 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 09 января 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 января 2023 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Шведова А.А.,

судей Кучеренко С.О., Кушнаревой И.Ф.

в судебном заседании приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 28.01.2021,

ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 19.10.2021 № 28АА 1268030,

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы ФИО3, ФИО5, ФИО1

на определение Арбитражного суда Амурской области от 14.06.2022, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда 08.11.2022

по делу № А04-939/2017

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Энергия-Сервис»

к ФИО3

о взыскании убытков

по заявлению конкурсного управляющего акционерным обществом «Амурдорснаб» ФИО6

к ФИО3, ФИО5, ФИО1 и ФИО7

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании акционерного общества «Амурдорснаб» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 675530, Амурская область, г. Благовещенск, <...>) несостоятельным (банкротом)

установил:

Определением Арбитражного суда Амурской области от 08.02.2017 в отношении акционерного общества «Амурдорснаб» (далее – общество «Амурдорснаб», должник) на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Энергодорсервис» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда первой инстанции от 04.05.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО8; определением суда первой инстанции от 28.05.2018 в отношении общества «Амурдорснаб» введено внешнее управление, внешним управляющим утверждена ФИО8

Решением суда первой инстанции от 15.10.2018 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО8

Определением суда первой инстанции от 17.07.2019 ФИО8 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, вместо неё конкурсным управляющим обществом «Амурдорснаб» определением суда первой инстанции от 17.10.2019 утверждена ФИО6 (далее – конкурсный управляющий).

27.05.2020 конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Энергия-Сервис» (далее – общество «Энергия-Сервис») в рамках дела о банкротстве должника обратилось с заявлением о взыскании с бывшего руководителя общества «Амурдорснаб» ФИО3 убытков в размере 21 000 000 руб., составляющих административные штрафы, назначенные постановлениями мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 8 от 12.10.2017 по делу № 5-721/17 (часть 1 статьи 19.28 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, далее – КоАП РФ) и от 12.10.2017 по делу № 5-720/17 (часть 2 статьи 19.28 КоАП РФ), и включенные в реестр требований кредиторов должника определением суда первой инстанции от 02.03.2020 по заявлению заместителя прокурора Амурской области.

Также в рамках дела о банкротстве общества «Амурдорснаб» 01.09.2020 обратился конкурсный управляющий с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Требование конкурсного управляющего обосновано совершением контролирующими должника лицами сделок, повлекших причинение обществу «Амурдорснаб» и его кредиторам существенного вреда, привлечением общества «Амурдорснаб» к ответственности за налоговое правонарушение, а также непередачей ФИО3 документов бухгалтерского учета и отчетности.

Определением суда первой инстанции от 07.09.2020 заявления общества «Энергия-Сервис» и конкурсного управляющего объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определениями суда первой инстанции от 17.03.2021, от 26.05.2021 и от 22.06.2021 на основании статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в обособленном споре о привлечении к субсидиарной ответственности в качестве соответчиков привлечены ФИО5, ФИО1 и ФИО7 (именуемые далее совместно со ФИО3 – ответчики).

В ходе рассмотрения объединенного обособленного спора в суде первой инстанции, конкурсный управляющий уточнил заявленные требования - вместо привлечения к субсидиарной ответственности просил взыскать с ответчиков убытки в размере 19 997 366 руб. 89 коп.

Уточнение заявленных требований принято судом на основании статьи 49 АПК РФ.

Определением суда первой инстанции от 14.06.2022, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 08.11.2022:

- со ФИО3 в пользу общества «Амурдорснаб» взысканы убытки в размере 26 135 373 руб. 98 коп., в том числе 21 000 000 руб. – административные штрафы, 5 135 373 руб. 98 коп. (из них 3 793 999 руб. 07 коп. – пени, 1 341 374 руб. 91 коп. – штрафы) – доначисленные должнику решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Амурской области от 30.06.2016 № 12-54/28 за совершение налогового правонарушения;

- солидарно со ФИО3 и ФИО5 в пользу общества «Амурдорснаб» взысканы убытки в размере 14 861 992 руб. 91 коп.

В части привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков, а также во взыскании убытков с ФИО1 и ФИО7 отказано в связи с отсутствием оснований для применения соответствующих видов ответственности.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1, ФИО5 и ФИО3 обратились в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационными жалобами.

ФИО1 и ФИО5 в своей кассационной жалобе просят обжалуемые судебные акты в части взыскания с ФИО5 убытков, в части признания ФИО1 контролирующим должника лицом отменить и принять новый судебный акт об отказе во взыскании убытков с ФИО5 и исключении из мотивировочных частей судебных актов выводов о наличии у ФИО1 статуса контролирующего должника лица.

Доводы названных заявителей кассационной жалобы основаны на том, что ФИО1 и ФИО5 были привлечены к участию в обособленном споре по ходатайству ФИО3, не обладающего в силу положений статей 61.11 - 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу соответствующего заявления, следовательно, по мнению заявителей кассационной жалобы, суды обеих инстанций рассмотрели не заявленные требования в отношении ненадлежащих ответчиков - ФИО1 и ФИО5 Далее последние настаивают на истечении срока исковой давности. Считают, что поскольку заявление о привлечении ФИО5 в качестве соответчика было подано ФИО3 17.03.2021, а вменяемые в вину действия по заключению признанных недействительными сделок совершены 01.11.2016 и 03.11.2016, срок исковой давности истек, в том числе и в отношении требования, предъявленного к ФИО1, заявление о привлечении которого в качестве соответчика подано еще позже – 11.05.2021. Ссылаются на недоказанность как у ФИО5, так и у ФИО1 статуса контролирующих должника лиц, мотивируя это тем, что они не являются родственниками ФИО3 либо иным образом аффилированными с ним лицами. Утверждают, что ФИО1 в принципе не мог давать какие-либо обязательные указания или оказывать влияние на деятельность общества «Амурдорснаб». Полагают, что при расчете убытков, взысканных с ФИО5, не была учтена сумма в размере 4 500 000 руб., полученная должником от реализованной на торгах дебиторской задолженности.

ФИО3 в своей кассационной жалобе просит оспариваемые судебные акты изменить и взыскать с него в пользу должника убытки в размере 21 000 000 руб., солидарно со ФИО3, ФИО5 и ФИО1 в пользу должника взыскать убытки в размере 19 656 031 руб. 65 коп.

В кассационной жалобе ФИО3 не согласен с освобождением ФИО1 от ответственности, поскольку считает доказанным факт контролирования последним всей деятельности общества «Амурдорснаб». В частности, ссылается на то, что дебиторскую задолженность (долг общества «Энергия-Сервис» перед обществом «Амурдорснаб») на торгах выкупило Управляющая компания общество с ограниченной ответственностью «Чистый дом», учредителем и руководителем которого является ФИО1, а ранее руководителем являлся ФИО9 – брат второй супруги ФИО1 Учредителем общества «Энергия-Сервис» является ФИО5, при этом последнее находится в процедуре банкротства. Ссылаясь на материалы налоговой проверки, настаивает на том, что вся хозяйственная деятельность общества «Амурдорснаб», его контрагента – общества «Энергия-Сервис» и другие хозяйственные операции, контролировались и осуществлялись под влиянием ФИО1, были направлены исключительно на получение дохода ФИО1 через членов его семьи (бывшей супруги – ФИО10 и племянника – ФИО5).

Конкурсный управляющий в отзыве просит в удовлетворении кассационных жалоб отказать.

В судебном заседании, проведенном посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Амурской области, представитель ФИО3 поддержал доводы, изложенные в своей кассационной жалобе, на вопросы о том, какие деловые отношения связывали ФИО1 и ФИО3, пояснить затруднился, при этом ответил, что ФИО11 действовал в интересах ФИО1 и его семьи опасаясь потерять работу.

Представитель ФИО1 в судебном заседании, возражая против жалобы ФИО3, настаивал на удовлетворении своей кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и непосредственно обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», в судебное заседание не явились, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ позволяет суду округа рассмотреть кассационную жалобу в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьей 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, выслушав представителей ответчиков, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судами первой и апелляционной инстанций, акционерное общество «Амурдорснаб» было создано и зарегистрировано в качестве юридического лица 11.08.2010 путем преобразования федерального государственного предприятия Амурской области по материально-техническому обеспечению «Амурдорснаб». Собственником 100 % голосующих акций согласно приказу министерства имущественных отношений Амурской области от 23.12.2010 № 1597-од являлась Амурская область.

В 2012 году весь пакет акций должника был приобретен обществом с ограниченной ответственностью «Русский двор» (ИНН <***>, далее – общество «Русский двор»), учредителями которого являлись ФИО3 - 30% долей в уставном капитале и ФИО5 - 70% долей в уставном капитале названного общества.

Таким образом, с 2012 года единственным акционером общества «Амурдорснаб» стало общество «Русский двор», генеральным директором был назначен ФИО3, исполнявший функции единоличного исполнительного органа должника с 15.12.2012 по 25.12.2018.

Генеральным директором и единственным участником общества «Энергия-Сервис» являлся ФИО5 – родной племянник ФИО1

12.10.2017 мировым судьей Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 8 было принято два постановления по делам № 5-720/17 и № 5-721/17, которыми общество «Амурдорснаб» признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 19.28 КоАП РФ (Незаконная передача в интересах юридического лица должностному лицу денег за совершение в интересах данного юридического лица должностным лицом действия (бездействие), связанного с занимаемым им служебным положением), частью 2 статьи 19.28 КоАП РФ (Незаконная передача в интересах юридического лица должностному лицу денег в крупном размере за совершение в интересах данного юридического лица должностным лицом действия (бездействие), связанного с занимаемым им служебным положением) и подвергнуто штрафам в размере 20 000 000 руб. и 1 000 000 руб. соответственно.

При рассмотрении материалов об административном правонарушении мировым судьей установлено, что передача денежных средств осуществлялась заместителем генерального директора общества «Амурдорснаб» по поручению генерального директора ФИО3

Привлечение общества «Амурдорснаб» к административной ответственности по основаниям, изложенных в названных постановлениях мирового судьи, а также возбуждение в отношении должника дела о банкротстве, послужило основанием для обращения общества «Энергия-Сервис» с заявлением о взыскании убытков в размере 21 000 000 руб. со ФИО3

В свою очередь, конкурсный управляющий, ссылаясь на совершение должником 21.09.2015, 01.11.2016, 02.11.2016, 03.11.2016, 29.12.2016, 13.01.2017, 06.03.2017, 03.04.2017 сделок, в том числе с заинтересованными лицами – обществом «Энергия-Сервис», ФИО10, признанных в рамках дела о банкротстве общества «Амурдорснаб» недействительными с применением последствий их недействительности определениями суда первой инстанции от 03.12.2019, от 10.12.2019, 02.07.2020, 05.10.2020, на привлечение общества «Амурдорснаб» решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по Амурской области от 30.06.2016 № 12-54/28 к налоговой ответственности, на непередачу ФИО3 имущества и документов должника, обратился с заявлением, уточненным впоследствии, о взыскании со ФИО3 убытков ввиду отсутствия оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности.

По заявлению ФИО3 к участию в споре в качестве соответчиков были привлечены ФИО5 и ФИО1 По утверждению ФИО3, фактический контроль за всей деятельностью обществ «Амурдорснаб» и «Энергия-Сервис» осуществлял ФИО1

В связи с этим, при рассмотрении объединенного спора суду первой инстанции следовало разрешить вопросы о степени влияния каждого из ответчиков на хозяйственную и финансовую деятельность должника, квалификации вменяемых ответчикам правонарушений исходя из периода их совершения, и в зависимости от этого, учитывая заявление об истечении срока исковой давности, определить основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности либо к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Разрешая спор в обжалуемой части, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, руководствовался процессуальными нормами о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренными Законом о банкротстве (глава III.2) в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей в период совершения правонарушений), разъяснениями, содержащимися в пунктах 20, 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», и удовлетворяя требования предъявленные к ФИО3 индивидуально, ФИО3 и Морозу Я.Ю. солидарно, исходил из того, что поскольку причиненный названными ответчиками вред не привел к объективному банкротству должника, они обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определенном по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Суд кассационной инстанции считает выводы суда первой инстанции основанными на правильном применении правовых норм и соответствующими обстоятельствам дела.

Согласно части 5 статьи 46 АПК РФ при невозможности рассмотрения дела без участия другого лица в качестве ответчика арбитражный суд первой инстанции привлекает его к участию в деле как соответчика по ходатайству сторон или с согласия истца.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер. В силу различных, зачастую диаметрально противоположных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, законодатель должен гарантировать баланс их прав и законных интересов, что, собственно, и является публично-правовой целью института банкротства; достижение этой публично-правовой цели призван обеспечивать арбитражный управляющий, наделяемый полномочиями, которые в значительной степени носят публично-правовой характер: он обязан принимать меры по защите имущества должника, анализировать финансовое состояние должника и т.д., действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Из статей 1, 2, 17, 18 и 46 Конституции Российской Федерации и корреспондирующих им статей 7, 8 и 10 Всеобщей декларации прав человека, статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, которые согласно статье 15 (часть 4) Конституции Российской Федерации являются составной частью правовой системы России, следует, что правосудие по своей сути может признаваться таковым, если оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает восстановление в правах (пункт 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16.11.2021 № 49-П).

В соответствии с пунктом 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16.11.2021 № 49-П системный анализ положений Закона о банкротстве свидетельствует, что теми или иными правами лиц, участвующих в деле о банкротстве, обладает также ряд лиц, не поименованных в его статье 34. К ним, в частности, согласно его статье 61.15 относится лицо, в отношении которого в рамках дела о банкротстве подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности: такое лицо имеет права и несет обязанности лица, участвующего в деле о банкротстве, как ответчик по этому заявлению (пункт 1).

Далее, в пункте 6 названного постановления от 16.11.2021 № 49-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что по смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации государственная защита прав и свобод человека и гражданина, включая судебную защиту (статьи 45 и 46 Конституции Российской Федерации), предполагает не только право лица обратиться в суд, иной юрисдикционный орган, но и возможность эффективно пользоваться теми полномочиями участника (стороны) разбирательства, которые дает ему процессуальное законодательство. В судебной практике должно обеспечиваться - с целью соблюдения конституционно-правового баланса интересов и принимая во внимание высшую юридическую силу и прямое действие Конституции Российской Федерации (статья 15, часть 1) - конституционное истолкование применяемых нормативных положений, исходя из чего в процессе осуществления дискреционных полномочий по определению состава, соотношения и приоритета норм, подлежащих применению в конкретном деле, суды должны следовать такому варианту их интерпретации, при котором исключается ущемление гарантируемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод (постановления от 23.02.1999 № 4-П, от 23.01.2007 № 1-П, от 21.01.2019 № 6-П, от 20.01.2021 № 2-П).

Приведенное правовое регулирование и правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, учитывая публично-правовую цель института банкротства - гарантия баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, позволяет прийти к выводу о наличии у привлекаемого к субсидиарной ответственности лица, находящегося в статусе ответчика, заявить о привлечении к участию в обособленном споре о привлечении к субсидиарной ответственности иных лиц в качестве соответчиков.

В связи с этим, суд первой инстанции, при отсутствии возражений со стороны конкурсного управляющего, привлекая к участию в обособленном споре в качестве соответчиков ФИО5 и ФИО1 и разрешая спор с участием последних, действовал с процессуальной точки зрения правомерно. Доводы кассационной жалобы ФИО5 и ФИО1 в этой части отклонены.

Доводы ФИО5 и ФИО1 о недоказанности наличия у них статуса контролирующих должника лиц, изложенные в кассационной жалобе, признаны судебной коллегией окружного арбитражного суда несостоятельными в силу следующего.

В пункте 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в целях названного закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу подпункта 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Из названных норм следует, что при решении вопроса о том, является ли физическое лицо контролирующим должника лицом либо не является таковым, необходимо исходить из того, что предметом доказывания в этом случае является возможность одного лица оказывать влияние на другое лицо, в частности на совершение им действий, сделок. Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло или состоит в отношениях родства с лицами, входящими в состав органов должника. При установлении указанной возможности необходимо учитывать в совокупности все обстоятельства по каждому конкретному делу.

В экономических отношениях субъектов хозяйственной деятельности нередко конечными выгодоприобретателями при перераспределении денежных средств должника от совершенных сделок являются лица, юридически не связанные с должником, но извлекающие определенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности.

Судом первой инстанции установлено и данный факт с очевидностью подтверждается материалами обособленного спора, что ФИО5, являясь учредителем, руководителем (до 30.11.2017) общества «Энергия-Сервис» и основным участником общества «Русский двор» - единственного акционера общества «Амурдорснаб», принимал непосредственное участие в заключении сделок с должником, признанных впоследствии недействительными в рамках дела о банкротстве, то есть совершал действия, направленные на извлечение выгоды за счет должника. При этом примененные судом последствия недействительности сделок обществом «Энергия-Сервис» не исполнены.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии статуса контролирующего должника лица у ФИО1 основаны, по сути, на том, что не без участия последнего, являющегося родным дядей ФИО5, бывшим супругом ФИО10, была организована схема экономической деятельности должника, реализация которой предоставляла обществу «Энергия-Сервис», индивидуальному предпринимателю ФИО10 и другим лицам, возможность получать прибыль за счет деятельности общества «Амурдорснаб».

В то же время, отказывая в удовлетворении требований о взыскании убытков с ФИО1, суд первой инстанции счел недоказанным получение именно ФИО1 выгоды в материальном отношении.

Оснований не согласиться с данными выводами у суда округа не имеется, поскольку эти выводы соответствуют представленным в материалы дела доказательствам, исследованным и оцененным судом первой инстанции по правилам статьи 71 АПК РФ.

Возражения ФИО5 относительно заявленных требований, основанные на истечении срока исковой давности, также правомерно отклонены судами обеих инстанций со ссылкой на положения статей 195, 196, 200 ГК РФ, поскольку недействительность сделок, выгоду от совершения которых извлек ФИО5, была установлена определениями суда первой инстанции от 03.12.2019, от 10.12.2019, 02.07.2020, 05.10.2020, вынесенными в рамках дела о банкротстве должника. Кроме того, первоначальное заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, а также заявление о привлечении ФИО5 к участию в споре в качестве соответчика были поданы в пределах трехлетнего срока со дня признания должника банкротом. Таким образом, срок исковой давности по требованию о взыскании убытков не пропущен.

Довод жалобы о том, что при расчете убытков, взысканных с ФИО5, не была учтена сумма в размере 4 500 000 руб., полученная должником в дальнейшем от реализации на торгах дебиторской задолженности, рассмотрен судебной коллегией окружного суда и признан необоснованным, поскольку убытки в размере 14 861 992 руб. 91 коп. состоят из следующих сумм: 10 050 992 руб. 91 коп. – стоимость имущества, полученная обществом «Энергия-Сервис» по недействительным сделкам, 4 811 000 руб. – рыночная стоимость автомобиля марки Мерседес-Бенц Е 250 Bluet, 2015 года выпуска, не возвращенного ФИО10 в конкурсную массу общества «Амурдорснаб» по признанному недействительным в рамках дела о банкротстве должника договору залога от 29.12.2016. Таким образом, из расчета убытков исключена сумма 4 500 000 руб. – выручка от реализации на торгах дебиторской задолженности.

При этом судом первой инстанции установлено, что договор аренды от 21.09.2015 № 1-3/15 и договор залога от 29.12.2016 были заключены должником в лице ФИО3 с индивидуальным предпринимателем ФИО10 по указанию ФИО5, поступившему по электронной почте с подробным описанием действий по совершению сделок. В дальнейшем в рамках дела № А40-136171/2020 о банкротстве ФИО10 требования общества «Амурдорснаб» в сумме 4 811 000 руб. определением Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2021 включены в реестр требований кредиторов ФИО10

В свою очередь правовых оснований для признания доводов кассационной жалобы ФИО3 судом округа также не имеется, поскольку обстоятельств, свидетельствующих о получении ФИО1 материальной выгоды за счет должника, судами первой и апелляционной инстанций не установлено и таких доказательств в материалы обособленного спора не представлено.

По существу несогласие заявителей кассационных жалоб с принятыми по результатам рассмотрения обособленного спора судебными актами не опровергает выводов судов первой и апелляционной инстанций и не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке.

При таких обстоятельствах в удовлетворении кассационных жалоб следует отказать.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Амурской области от 14.06.2022, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда 08.11.2022 по делу № А04-939/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья А.А. Шведов


Судьи С.О. Кучеренко


И.Ф. Кушнарева