Постановление от 8 июля 2020 г. по делу № А13-19355/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

08 июля 2020 года

Дело №

А13-19355/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Казарян К.Г., Каменева А.Л.,

рассмотрев 02.07.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Арктур» ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 17.01.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2020 по делу № А13-19355/2017,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 11.01.2018 общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Арктур», адрес: 160000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

ФИО1 15.08.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой платежа от 02.12.2014 в сумме 987 500 руб., совершенного правопредшественником Общества – ООО «Базис» в пользу ООО «ЛОГИСТИКСТРОЙЦЕМЕНТ», адрес: 432071, г. Ульяновск, ул. Урицкого, д. 23Б, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Компания). В порядке применения последствий недействительности оспариваемой сделки заявитель просил взыскать с Компании в пользу в Общества 987 500 руб.

Определением от 16.10.2019 к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Ворсин Владимир Викторович (Ульяновская обл., рабочий поселок Майна) и ФИО3 (г. Ульяновск).

Определением суда первой инстанции от 17.01.2020, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2020, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела и нарушен ими норм материального и процессуального права, просит отменить определение от 17.01.2020 и постановление от 25.03.2020, направить обособленный спор на рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, выводы судов первой и апелляционной инстанций являются необоснованными, сделаны без учета отсутствия документального подтверждения взаимоотношений сторон.

Конкурсный управляющий утверждает, что основной целью сделки по перечислению денежных средств являлся вывод денежных средств ООО «Базис».

Кроме того, податель жалобы ссылается на нарушение судами норм процессуального права, выразившееся в отсутствии определения правопреемника Компании.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц и установлено судами, Общество является правопреемником ООО «Базис».

Согласно выписке по операциям на счете ООО «Базис» 02.12.2014 перечислило в пользу Компании денежные средства в размере 987 500 руб. с назначением платежа: «оплата по договору от 06.08.2014 № 38/14 за строит.работы…».

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий сослался на то, что оспариваемый платеж совершен без предоставления встречного исполнения и повлек предпочтительное удовлетворение требований Компании, причинил вред кредиторам должника, а также совершен в отсутствие доказательств реальности исполнения сделки, в связи с чем имеются предусмотренные статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) основания для признания его недействительным.

Суд первой инстанции установил, что отсутствие документов со стороны Компании вызвано объективными причинами, а именно скоропостижной смертью единственного учредителя и директора Компании, это и было вызвано отсутствие движения денежных средств по счету Компании, непредставление налоговой и иной отчётности, а также наличие в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) записи о недостоверности сведений в отношении руководителя и учредителя Компании.

В связи с этим, суд первой инстанции пришел к выводу, что конкурсным управляющим не доказано действие сторон исключительно с намерением причинения вреда другим лицам, в обход закона с противоправной целью, а также иным образом заведомо недобросовестно, на основании чего определением от 17.01.2020 отказал в его удовлетворении.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

Согласно положениям статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

В силу пункта 3 указанной статьи правила главы III.1 Закона о банкротстве могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

Под такими действиями понимаются в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору (подпункт 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Статьей 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной им в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Для признания сделки совершенной должником с целью причинения вреда своим кредиторам достаточно установить совокупность следующих обстоятельств: совершение сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по существенно заниженной цене (или безвозмездно), аффилированность сторон сделки.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформированной им в пункте 9 информационного письма от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», для квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении подобного вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Действительный смысл мнимой сделки суд устанавливает путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Вместе с тем, исходя из анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ доказательств, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о недоказанности конкурсным управляющим наличия у спорной сделки признаков ничтожной сделки (статьи 10, 170 ГК РФ).

Суд первой инстанции, оценив выписки движения денежных средств по счету, пришел к выводу, что возмездность сделки предполагалась.

Приняв во внимание, что руководитель Компании ФИО4 скончался 24.12.2015, оценив иные документы, представленные по запросам суда, довод конкурсного управляющего об отсутствии документального подтверждения взаимоотношений сторон спорной сделки правомерно отклонен судами первой и апелляционной инстанций.

Кроме того, для признания сделки недействительной в силу ее ничтожности в соответствии с положениями статей 10 и 170 ГК РФ необходимо установить порок воли обеих сторон сделки, в то время как ФИО1 приводит доводы только о злоупотреблении, допущенном со стороны Компании.

Ввиду недоказанности того, что в действиях Компании при осуществлении спорного платежа наличествуют обстоятельства, предусмотренные статьей 170 ГК РФ, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для признания его недействительным и, соответственно, для применения последствий недействительности сделки.

Довод конкурсного управляющего о том, что судом при рассмотрении настоящего обособленного спора не был определен правопреемник Компании, является новым доводом, который не был предметом рассмотрения судом апелляционной инстанции, в связи с чем отклоняется судом округа на основании положений статьи 286 АПК РФ.

Кроме этого, согласно выписке из ЕГРЮЛ 15.06.2020 налоговым органом внесена запись о предстоящем исключении недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ.

В связи с чем, ввиду смерти единственного участника и директора Компании, деятельность ей не велась, доказательств, свидетельствующих о том, что у Компании имеются правопреемники, либо в отношении после 30.12.2015 в ЕГРЮЛ вносились сведения о предстоящей реорганизации, не имеется.

Суд кассационной инстанции также отмечает, что виды деятельности, указанные Компанией при регистрации в ЕГРЮЛ (торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием; производство штукатурных работ; работы столярные и плотничные; работы по устройству покрытий полов и облицовке стен; производство прочих отделочных и завершающих работ) соответствуют наименованию платежа, по которому должник произвел оплату.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении перечисленных норм гражданского законодательства.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 17.01.2020 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2020 по делу № А13-19355/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Арктур» ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

К.Г. Казарян

А.Л. Каменев